AU Dualtale: Две стороны правды

Пэт ходила из стороны в сторону, заложив руки за спину. — Ну, давай же… Пробормотала она, стиснув зубы, пока шум снаружи создавал беспокойство. Сколько ему там можно копошиться? Неуклюжий малый… или большой. Она всё ещё не знала, как относиться к тому высокому скелету, который по поведению больше напоминал лабрадора, гиперактивного и любящего всё, что ни предложи. На днях случилось нечто странное. Видимо, в своё время она нарвалась на очень хорошего работодателя, иначе Пэт никак не могла объяснить, почему в камеру зашел один из охранников по имени Догго, который любезно вернул ей кулон-крыло и фотографию, передав привет от… Гриллби? Славный пёс… Пэт даже почти растрогалась. Кажется, она становится сентиментальной. Но если б только на этом закончилось… Догго сказал, что на днях нужно провести допрос. Но что-то подсказывало ей, что это будет очень интересный разговор. С другой стороны, она не желала разговаривать с кем-то из королевской стражи. Вдруг это была попытка вывести девушку на какие-то улики? В любом случае, в один день ей пришла мысль о побеге. Изначально планировать что-либо грандиозное она не собиралась. Отчаяние могло быть разным, и в этот раз оно было не на стороне Пэт. Но Папирус… Его «грандиозные» планы выводили из себя, но девушка всё равно парочку идей оставила в голове. Особенно часть с «усыпительными спагетти» — что-то в этом было такое... воодушевляющее? Странное ощущение. Но не сказать, что неприятное. — Ты долго там ещё? Пэт закатила глаза, но ответа не последовало, зато шум немного утих. Вскоре, из-под одной из кроватей выглянула голова Папируса. Та самая раздражающая сияющая улыбка. — ЭТО ОКАЗАЛОСЬ НЕМНОГО СЛОЖНЕЕ, ЧЕМ Я ДУМАЛ! — Ага, прям так, как ты пытался разгадать гороскоп пару дней назад. Пэт вздохнула, постучав себя по подбородку. Похоже, сделать проход на самом деле задача не из легких. Ей нужно выбраться как можно скорее. Кто знает, что за это время могло произойти там, снаружи. Если, конечно, был смысл рваться туда. Она со вздохом уселась на скрипучую кровать, обхватив голову руками. Папирус приподнялся, вылез и встал на ноги, растерянно уставившись на девушку. — ХЕЙ, ЧЕЛОВЕК! ТЫ РАССТРОЕНА. МОЖЕТ, МНЕ ДАТЬ ТЕБЕ ПАРУ УМОПОМРАЧИТЕЛЬНЫХ ГОЛОВОЛОМОК ДЛЯ ПОДНЯТИЯ НАСТРОЕНИЯ? Пэт закатила глаза, затем прислонилась затылком к стене. — У меня и без этого голова трескается. Она отвела взгляд в сторону, прикусив язык. Папирус долго смотрел на неё, затем уселся рядом. — НЬЕХ…ЗНАЕШЬ, ПОРОЙ ПЫТАТЬСЯ ВСЁ ПРЕДУГАДАТЬ НЕ ИМЕЕТ СМЫСЛА. ТОГДА ВСЁ КРУГОМ СТАНОВИТСЯ СКУЧНЫМ! — Нужно. Это нужно, Папирус. — ПОЧЕМУ? Пэт перевела взгляд на высокого скелета, заламывая пальцы. — В этом мире молчи или тебя заставят замолчать. Но когда ты молчишь, мысли одолевают. Слабая усмешка. — Голову не заткнуть. Душу — тем более. Да и к тому же…неужели ты вообще ничего не видишь? Все хотят одного, но есть кто-то, заставляющий их делать совершенно другое. И тут встаёт вопрос: что же ты выберешь? Молчать, но жить? Сказать, но умереть? Пэт потерла глаза, которые болели. Да уж, она опять забыла снять линзы на ночь, какая катастрофа. — А у некоторых даже этого выбора нет. Ну, нет и всё, понимаешь? Кто-то обречен изначально, даже с умением держать язык за зубами. И знаешь, что самое противное? Папирус молчал в ошеломлении. Пэт покачала головой: — Есть ещё те, за кого переживать. Из-за них ты страдаешь больше всего. Из-за них тебе достаётся больше всего. Хочешь избавиться? Всей ненависти мира не хватит для этого, а всё потому, что ты видишь: они все носят часть тебя, они надеются на тебя, даже когда ты сам эту надежду позволил растоптать. И скажи мне вот что: плохо ли иметь слабость? Ведь самое страшное… Однажды это обнаружится. Папирус долго смотрел на девушку, даже рот разинул от удивления. Где такое видано, чтобы она говорила больше пары раздраженных реплик? — ХМ… САМАЯ ПРЕЛЕСТЬ В ЭТОМ И ЗАКЛЮЧАЕТСЯ. ВЕДЬ ОБЯЗАТЕЛЬНО БУДУТ ТЕ, КТО БОИТСЯ И ЗА ТЕБЯ ТОЖЕ. — Они зачастую беззащитны. — ПОЧЕМУ ЖЕ? Пэт закатила глаза, понимая, что от вопроса не отвертеться. Всё же этот высокий скелет был довольно требовательным до ответов. И громким. Особенно громким. — Как думаешь, почему ты оказался здесь, м? Папирус склонил голову набок. — ПОТОМУ ЧТО Я СЛИШКОМ ВЕЛИК ДЛЯ ОБЩЕГО БЛАГА! О, ЕЩЁ Я ЧЕРТОВСКИ УМЕН И ОБАЯТЕЛЕН, НЬЕ-ХЕ-ХЕ! — Ты знал правду о брате. А они боялись за репутацию. Пэт развела руками. — Вот и всё. Я здесь по этой же причине. Кто-то смог помочь тебе? Кто-то помог мне? Девушка прищурилась, наблюдая за его реакцией. Осознает ли? Поймет ли? Но он лишь рассмеялся, положив руки на плечи девушки и встряхнув, от чего та напряглась. — А ВЕДЬ НАМ ПОМОГЛИ, ЧЕЛОВЕК! Я ВЕДЬ МОГ ОКАЗАТЬСЯ НА МЕСТЕ МОЕГО ЛЕНИВОГО БРАТЦА, НО ТЕПЕРЬ Я ЗДЕСЬ, У МЕНЯ ЕСТЬ СОБСТВЕННЫЕ ВЛАДЕНИЯ! — Ради всего святого, перестань называть тюрьму своими… Девушка раздраженно застонала, закрыв лицо руками. — Ладно, ладно… Тогда кто помог мне? Высокий скелет умолк, подняв взгляд к потолку. — ХМ…ЧИСТО ТЕОРЕТИЧЕСКИ… Его осенило. — ТЫ ЖЕ СКАЗАЛА, ЧТО ТЕБЯ ПЫТАЛИСЬ УБИТЬ МНОЖЕСТВО РАЗ! НО ВЕДЬ ТЕБЯ ЗАПЕРЛИ ЗДЕСЬ! Девушка подняла голову, уставившись в никуда. — … Ну, конечно… Наёмники Гастера были с магическими метками. Все до единого. Но королевская стража была чиста. Ни единого намёка на светящийся символ на плече. Её поймал у лаборатории именно кто-то из них. Значит ли это, что у Азгора были свои скрытые планы, о которых её отец не в курсе? — … Андайн это не касается. — ДУМАЮ, ОНА ПРОСТО ЕЩЁ НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ХОРОШО, А ЧТО ПЛОХО. — … Пэт посмотрела на свои руки, между бровями проявились морщинки. А ведь на самом деле. Что хорошо, а что плохо? Девушка своими руками лишала жизни многих, кто вставал на пути. Этому нет оправдания, верно? А есть ли оправдание тем, кто пытался убить танцовщицу? — …Может, она и права. Грохот снаружи заставил обоих подпрыгнуть. Папирус тут же вскочил на ноги, с широко раскрытыми глазницами уставившись на дверь. Что-то определенно не так. Закричала сигнализация, но спустя мгновение умолкла. Пэт прищурилась, инстинктивно потянувшись к кулону у себя в кармане. — Лучше не лезь. Она подошла к двери, прислушиваясь. Стук заставил отдернуться назад. — … Они шутят? Даже в это богом забытое место умудрились залезть… Пэт переглянулась с Папирусом. Кто-то пытался пробраться в камеру. Дверь слетела с петель. В камере стояла гробовая тишина. Шаг внутрь — сердце заколотилось чаще. Ещё один шаг… Никого не разглядеть. Среди тусклого света можно увидеть слабый голубоватый символ на плече. Сверху кто-то спрыгнул, обхватив шею несчастного ногами. Краем глаза можно заметить блеск металла. Лезвие прошлось у основания шеи. Шелест, и Пэт свалилась на пол. Прямо на пыль, которая когда-то была монстром. — … Она вскочила на ноги, оглядываясь по сторонам. Из-под кровати выглянула голова Папируса. Пэт жестом приказала замолчать, затем указала на выход. — … Она прислонилась к стене, аккуратно выглянув. Глаза холодно сканировали коридор. Пэт крепче сжала в руке кулон-нож, выйдя из комнаты. Подозрительно тихо. Папирус выглянул следом, удивленно моргнув пару раз: — А… Пэт тут же зашипела, обернувшись. Одного взгляда хватило, чтобы заставить замолчать — Папирус тут же с треском захлопнул челюсть. Девушка сверлила взглядом ещё несколько секунд, прежде чем замереть на месте от лая, слышимого дальше по коридору. Что за… Она встряхнула головой и направилась прямиком на звук. Лампы, освещающие коридор, слабо мерцали, а в животе неприятно скрутило — с любого угла могли напасть. — Я не могу видеть, что не движется! Пэт остановилась, вновь уловив краем уха лай. Догго? Выглянув за угол, она подтвердила подозрения — бедный пёс пытался ударить магической атакой, но всё время мазал от того, что окружившие его монстры и люди в серых костюмах застыли на месте. Она едва могла разглядеть на плече каждого слабое свечение метки. Пришли за ней. Какого черта королевская стража и наёмники Гастера не на одной стороне? Неужели Азгор и его главный королевский ученый что-то не поделили? В спину последовал удар. Догго обернулся, выискивая взглядом, но вновь нарвался на атаку с другой стороны и свалился на колени. Лай превратился в жалобный скулеж — ХП упало на минимум. Шерсть пса встала дыбом от легкого движения воздуха за спиной. Он успел лишь поднять голову, как вдруг почувствовал тяжесть на плече. Краем глаза заметил ледяной взгляд — Пэт с разбега уперлась рукой в спину Догго, тут же оттолкнувшись и с двух ног ударив в грудную клетку одного из охотников. В свете ламп мелькнул кулон среди пальцев — она тут же развернулась, ударив лезвием другого. Пыль, кровь. Кровь, пыль — воздух наполнился запахом металла и праха. Пёс мог лишь ошеломлением наблюдать за беспорядком, царившим кругом. Рядом из-под земли выросла кость, отбивая атаку одного из помеченных. Пэт обернулась, с широкой ухмылкой глядя на последнего выжившего. Шаг вперёд, а молодой паренёк сделал шаг назад, тут же поплатившись за трусость — метка загорелась сильнее, а острая боль от магии тут же ударила в душу, заставив согнуться пополам. Догго испуганно наблюдал за ним, придерживая рукой окровавленную шерсть на боку. Девушка обошла пса, приближаясь к помеченному, который прекратил пятиться из-за дрожи. Она сверлила его взглядом, процедив опасно мягким шепотом: — Знаешь, мне обычно нравятся люди, которые меня боятся. Но ты…ты милый. Как котенок, который не знает, что его утопили вчера. Пэт схватила наемника за плечи. Удар коленом в живот с размаху — воздух выбило из легких. Небольшой наклон назад, и девушка уже нанесла следующий удар кулаком в солнечное сплетение. Он прохрипел, упав на спину, и затих. Пэт цокнула, отряхнув руку о штанину, и посмотрела вниз. Вырубила. Отлично. В дверном проёме показалась голова Папируса. Пэт обернулась, широко раскрыв глаза. И как можно в двух словах объяснить этот… кроваво-пыльный беспорядок? — Папирус. — Пэт взяла себя в руки, выдохнув. Она бросила взгляд на Догго, который тяжело дышал, держась за рану. — Позови других и притащи аптечку. Бегом. Голос девушки вывел скелета из ступора, и он тут же скрылся. Пэт сглотнула, затем подошла к псу, присев на колени перед ним. — Сильно ранили? О, она не знала, почему это делает. Может, потому что он вернул ей вещи? Или её волновали только ответы, которые этот пёс мог дать? А может… и то, и другое? В любом случае, в груди болезненно стучало, и неясное чувство пыталось вырваться наружу. Пэт аккуратно перекинула руку пса через себя, чтобы создать ему опору. Догго заскулил, но девушка только поправила хватку, затем помогла подняться на ноги. — Пойдём. Тебя сейчас подлатают. Вопросов стало ещё больше. Но очевидно одно — помеченные напали на тюрьму, а стража не была в курсе. Возможно, Догго хотел донести информацию, но его попытались остановить? Или это очередная попытка добраться до Алины Кайзер? Правда это или нет, ясно лишь то, что Гастер пытается плести свою сеть, но кто-то ему мешает. Однако, стоит набраться терпения. Сначала помочь (как же дико это звучало в её голове) стражникам, а уже потом задавать вопросы.

***

Ущерб, нанесённый другим охранникам, к счастью, оказался не таким плачевным. Убитых не было. Девушка не знала, донесли ли они по поводу нападения, но… она всё ещё здесь. Значит, всё ещё нужна живой. Спустя пару дней настал тот момент. Допрос. Однако, на удивление, от самого допроса было лишь название. Чуйка не подвела — её на самом деле ждал довольно необычный разговор. Пэт сидела на стуле в невзрачной комнате для допроса, качаясь из стороны в сторону, как умалишенная. Черт… Кого они вообще берут в королевскую стражу? Девушка понимала, что чем больше она узнает, тем выше вероятность, что сможет выбраться отсюда. Однако, разговаривать с этим псом было немного… проблематично. — Вот так я тебя вижу! — Догго облегченно выдохнул, хотя его голос запросто можно спутать с лаем. Ну, конечно, это же пёс. — Ты меня выставляешь дурой. Пёс застенчиво покачал головой на слова Пэт, затем прокашлялся. — Ну, я немного приврал, когда проходил отбор. В любом случае, Андайн не заметила подвоха. Пэт закатила глаза. Конечно. Эта рыба с бешенством. Но сейчас речь не об этом. — Значит, Гриллби устроил свою собственную игру? — Тссс! — Догго приложил палец к губам, даже шерсть слегка встала дыбом. — Считай это подпольной группой. Гриллби дал мне наводку на тебя. — Он меня использовал? — Пэт нахмурилась, качаясь. Влево-вправо, влево-вправо… какой кошмар. Что за синдром у него? Как он не врезается в стены, если они не двигаются? — Не совсем. Догго наклонился ближе, уперев руки в колени. Пэт приподняла бровь. Тем временем, он прищурился, как бы проверяя. Можно ли доверять? Мог ли бармен ошибиться в своём выборе? — Я часто пропадал в баре, где ты работала. Я, Пёс побольше, Пёс поменьше. Изредка туда заглядывают Догамий с Догарессой, но зачастую из лаборатории им не выбраться. В вашем маленьком месте довольно безопасно. — Ага. Если не считать всяких ублюдков с мишенью на груди. — Пробормотала про себя девушка, но решила не зацикливаться. — Так, к чему ты клонишь? — Гриллби действует из тени. И все мы готовимся к сопротивлению. Пэт замерла, уставившись на Догго. Сопротивление? Но он тут же заскулил. — Я тебя не вижу! Она раздраженно выдохнула, затем продолжила покачиваться. — Против кого сопротивление? — Азгор давно в беде, но не осознаёт. Либо знает, но не может ничего сделать. Пэт кивнула, задумавшись. — Связь с лабораторией? — Через наших. Но наши ребята не всегда могут оттуда выбраться. Хм… Как-то слишком подозрительно. — Почему ты мне это говоришь? Я убийца— — Помеченных? Они и так практически мертвы. — Догго отвёл взгляд в сторону. — Невинные, которых чёрт дернул попасть в его руки. Пэт притихла. Монотонность постоянного движения выводила из себя, так ещё и путала мысли. Но… от метки нет спасения? — А что насчёт… — она начала, но тут же запнулась. — Погоди. Как мне тебе доверять? — Такой же вопрос и к тебе. — Догго поднял глаза. — Но Гриллби дал слово, что ты та, кто будет на нашей стороне. У нас… практически одна цель? Девушка задумалась. Слабый проблеск интуиции ликовал — нужно соглашаться. Но когда она в последний раз ей пользовалась? — … Помедлив, она решила всё же продолжить: — Что насчёт… рынка? — Насколько знаю, они ещё не придумали, как вывести магическую метку. Но…есть один монстр, кто работает над этим. Её имя я пока не могу сказать. Пэт кивнула. — Ты вообще в курсе, что у этих… помеченных цель меня убить? Они появились, когда он объявил охоту. — Они всегда были. Метка не исчезнет, если убьют тебя. Устранят тебя — говорящий руками найдет новую цель. Пэт развела руками. — Если бы всё так было просто. Судя по моим воспоминаниям, он был… Каким же она могла назвать своего отца? Того самого, давно забытого, который так заботился о своей дочери? Почему желание мести хотелось отбросить? Всего на мгновение… — …Неплохим. Но я не помню, что произошло и почему всё пошло наперекосяк. В архиве я нашла… практически ничего. — Мы с этим разберемся. — Догго слегка оскалил зубы, давая это обещание больше себе, чем ей. — Гриллби говорит, что тут замешана третья сила. Пэт прищурилась. — Некий Найтмер? — Не знаю. Но мы это выясним. Она размышляла долгое время над этим. Душа колебалась между выбором: поверить или же нет. Влево-вправо, влево-вправо… Но нельзя оставлять это без ответа. — Вы можете положиться на меня. — Пэт кивнула, явно не ожидав от себя самой, что придёт к такому выводу. — Вы прикроете меня. Значит, и я прикрою вас. Разговор остался между ними. Но было ещё кое-что, что выбило девушку из колеи. Как только она должна была вернуться обратно в камеру, Догго задал неожиданный вопрос: — Кстати говоря… Она обернулась, посмотрев на пса. Он продолжил, пригладив непослушный клочок шерсти на макушке. — Как мне тебя всё-таки звать? Алиной? Или оставишь второе имя? Вопрос с очевидным ответом по какой-то причине поставил девушку в ступор. — … Смысл носить имя Пэт, если настоящая личность была обнаружена? С другой стороны, её первое имя казалось уже таким… чужеродным. — …Как хочешь. Догго не устроил ответ, но и спорить не стал. В конце концов, время определиться ещё есть. Он лишь кивнул, позволив её мысли оставить при ней.