Хэдлайн

Виктор перевернулся на бок, натянув одеяло. От подушки пахло свежим бельём. И всё такое беленькое, как в облачке лежишь. Он осторожно, словно боясь потревожить сон, пошевелился, вытянул больную ногу, зажмурился. Сон обратно не шёл. Он совершенно точно был не в своей кровати. Вывод напрашивался сам по себе. Он был в квартире Джейса. Виктор довольно быстро понял, что вчера вечером ничего у них не было. А ещё голова совсем не болела, хотя ему казалось там, в ресторане, что выпил он прилично. Виктор машинально потянулся к прикроватной тумбе, желая нащупать там телефон и проверить время, но ничего не обнаружил. Лениво скользнул рукой вниз, куда-то, где могла бы лежать его одежда, но там ничего не оказалось: вещи были аккуратно сложены рядом. Может, ему стало плохо? Нет, всё-таки проблем с памятью у себя Виктор не наблюдал. Но самое важное осознал сразу. Его совершенно точно раздели, уложили и… всё. Стыдно не было, но было как-то странно пусто. Он прислушался к звукам с кухни. Ничего не слышно. Виктор сбросил с себя одеяло, осторожно, медленно сел на кровати. Он поднялся. Пижамы на нём не было, но и раздет догола он не был — спал в лёгкой футболке, по всей видимости, не своей. Осознание того, что он только что сделал, пришло к Виктору не сразу. Джейс… позвал его жить вдвоём? Они не съезжались в университете, не спешили перевозить куда-либо общий багаж во время работы в лаборатории, в Научном центре, а теперь Джейс вдруг решил, что им это очень нужно. Они поговорят об этом ещё, но точно попозже. Виктор медленно повернул ручку двери. Музыкальная система на стене молчала, только ездил, шурша, робот-пылесос. Маленький механический помощник проделал плавный круг, а потом стукнулся о дверь. Виктор аккуратно поправил его. — Доброе утро, — послышался голос Джейса. Джейс стоял у плиты, посвежевший, в махровом белом халате, словно в отеле. Сразу в голове промелькнул образ: им приходится встречаться в гостиницах, потому что Человеку Прогресса не пристало крутить роман с коллегой-заунитом. Пускай в Пилтовере давно отменили дискриминационные законы, Виктор знал, что стереотипы в головах людей, а особенно высшего света, сильны. — Доброе. — Как спалось? Ты так внезапно вырубился, чуть ли не на моих руках! — Джейс мило хихикнул, показывая зубы. — Давно не пил хорошего вина, — Виктор покривил улыбку. — Но голова не болит? В ящике таблетки есть. Виктор не сомневался, что Джейс готов был предложить ему целую аптеку. Но голова, на удивление, правда не болела. — Не болит. Виктор бросил взгляд на мягкий стул, гостеприимно отодвинутый для него. — Бутерброды горячие хочешь? — предложил Джейс, улыбаясь. От Джейса пахло гелем для душа, свежим, ярким, таким приятным. А ещё кремом после бритья. Загорелая кожа — соблазнительно мягкая. Раньше он обожал ловить Джейса после душа, тереться о него, вдыхать запах кожи. — Не откажусь, — Виктор уселся за стол, тупо уставившись в лакированную тёмную поверхность. — Мне неловко переспрашивать тебя… ты же помнишь, что мы вчера обсуждали? — Помню, Джейс, — кажется, Виктор мог ощутить, насколько тяжело ему говорить. — Я по-дурацки много извинялся. — Ничего не по-дурацки. Это я вёл себя неправильно. Виктор продолжил наблюдать за тем, как Джейс хозяйничает на кухне. Он такой уместный здесь, в этом роскошном минималистичном интерьере, такой правильный, такой шикарный и лоснящийся этой новой хорошей жизнью. Джейс — самый идеальный кандидат на роль лица прогресса. Почему тогда он теперь такой далёкий, если они вместе, если всё разбитое пытаются склеить заново? Откуда взялась эта тоска, которой раньше не было между ними? Джейс щёлкнул бутербродницей, потом поставил кипятиться чайник. Кофе не лучший вариант сейчас, правда. — Знаешь, Мэл книгу такую интересную посоветовала. — Не знаю. Снова Мэл. Виктор сглотнул горчащую ревность. Оно такое новое, это чувство. Виктор никак не может привыкнуть к нему. Когда-то он и представить себе не мог, что будет ревновать по такой глупости. Как-то не казалось возможным, что между ними с Джейсом что-то встанет. Виктор пытался охладить пыл. — Да ладно тебе, Ви, ну не хмурься. Ты предвзят к Мэл. Правда. Джейс накрыл на стол, и наклонившись, оставил лёгкий поцелуй на виске. Виктор вздрогнул. Джейс не целовал его вот так с тех пор, как они повздорили. Джейс такой хороший человек, но всё, что затмевает сейчас мозг — собственные страхи. На столе оказалась миска с фруктами, тосты, яичница, сыр с грецкими орехами, мёд в прозрачной креманочке. Виктор с наслаждением втянул запах горячих бутербродов. Он страшно любил их. Расплавленный сыр вызывал в нём приступ гастрономического оргазма, хотя по факту, это даже не был самый лучший сыр из всех, что можно найти в супермаркете. Он уже давно не питался «пластиковой» колбасой, но простую пищу любил. Оттого забавляло, как Джейс, такой же ценитель «побыстрее и попроще» пытался втиснуться в чужие вкусы. — Спасибо за завтрак, — Виктор не сдержал улыбки. — Я так скучал по таким нашим завтракам, — Джейс сел за стол напротив него, — не представляешь. Приятного аппетита! — А если предвзят? Что сделаешь? — вернулся к разговору Виктор. — К Мэл? — Джейс уже откусил половинку бутерброда. — Ну да. — Твоё мнение менять не буду, — честно ответил Джейс, — я понимаю всё. Отдаю себе отчёт в том, что она — политик. — А ты? — В смысле? — Джейс покосился на него. — Ну, — Виктор разрезал яичницу, — кто знает, вдруг решишь баллотироваться в советники? Джейс засмеялся. — Зачем мне это? Нет, исключено. Какой из меня политик? Джейс-советник. В белом костюме, идеальный, такой чистый и сияющий. Все взгляды будут обращены на него. Советник Талис — любимый Пилтовером политик и учёный, голос поколения, пример для молодёжи, которой так легко задурить голову. Виктор ковырнул яичницу вновь. Нехотя зачерпнул ложечкой мёд. Советник Талис и его уютный коттедж, в котором он живёт со своей идеальной семьёй. Советник Талис и его красивые детишки. Виктор уставился в горчащую черноту чая. Джейс переборщил и чай правда крепковат. Советник Талис не будет пить такой чай. — Ви? — у него перед глазами пощёлкали пальцами, — ты чего это? — Задумался просто, — Виктор отхлебнул чаю. — Меня пугает это. Ты часто стал выпадать как будто куда-то. Ты себя нехорошо чувствуешь? — Не знаю. Вот теперь Джейс посмотрел на него уже так, как смотрят, подозревая утаивание какой-либо информации. Так смотрят люди на своих близких, когда чувствуют ложь. Джейс чувствовал всё. Слишком хорошо знал его. А он знал Джейса. — Джейс, у меня сегодня столько дел. Мне нужно съездить в лабораторию… — Я догадывался, — уныловато произнёс Джейс, — может… тебе помощь нужна, Ви? Давай ты вернёшься, а потом мы заедем вещи твои перевезём. Или на выходных следующих? Как тебе удобно? — Пока не знаю. Джейс, это правда важно. Мне написали из того детского дома для детей с особенностями развития, вот почему я поднял эту тему вчера. — Отлично помню. И я пообещал тебе заняться этим вопросом. — Но людям помощь нужна сейчас! Нож и вилка с лязгом опустились на тарелку. — Я при первой же возможности поговорю о финансировании проекта с Мэл. — Поговори. Это будет куда важнее, чем ваш книжный клуб. — Ты даже не выслушал, что за книга, — Джейс хихикнул, очевидно, стараясь сгладить неловкий момент. — Хорошо. Что за книга? Джейс опустил взгляд, а потом улыбнулся. — Про теорию элит. Про то, что все лидеры делятся на различные типы… — Потрясающе. Какой жирный намёк, — фыркнул Виктор. — Ты можешь обижаться на меня, Виктор, — с напором отметил Джейс, — но я абсолютно серьёзен во всех своих действиях. Я делаю это ради нас. Почему ты не хочешь этого понимать? — Хотел бы, — Виктор наконец допил чай, но не поспешил за новой порцией, — скажи, ты может поедешь сегодня со мной в лабораторию? Перед Советом успеешь. — А что тебе там нужно? — отозвался Джейс с привычной лёгкостью, но в голосе послышалась осторожность. — Я думал, тесты у нас на четверг следующий запланированы. Нет? — Хочу поработать, — ответил Виктор почти сухо. Он замер, зная, что восторга это решение не вызовет. Уже было такое. — Помню. Нейросети, которые ты хочешь внедрить в диагностику, — кивнул Джейс и почесал затылок, будто вспомнив. — Сложная штука. А ещё кристаллы… — ИИ-технологии — лишь малая часть того проекта, который мы можем представить Совету. Джейс, мы ведь работали с хекстеком все эти годы не ради собственного тщеславия. Ради того, чтобы помогать людям. Чтобы облегчить им жизнь. Чтобы ребёнок из Зауна не жил кое-как с устаревшим стимулятором или на инвалидном кресле, а мог ходить. Чтобы у него были шансы. — На это уйдут годы, — с тихой усталостью сказал Джейс. — Десятилетия. — Так тебе сказали в Совете, — Виктор поднял на него взгляд, спокойный, но в нём горело что-то упрямое. — А теперь представь: сколько могут проинвестировать в самые современные протезы во всей Рунтерре? Сколько людей могли бы это поддержать, если бы ты… просто сказал им, зачем мы это делаем. Тебе ведь верят. Тебя слушают. — То есть ты хочешь… — Джейс нахмурился. — Хочешь, чтобы я… продал их? — Ужасно звучит, — согласился он. — Но это так. Видишь же, какой ажиотаж ты вызвал в соцсетях после презентации? Будем пользоваться этим. Всем — во благо. Люди потянутся к тебе. А потом и к нашей инициативе… Джейс задумался. — А не хочешь тогда ты этим заняться? — Поговорить с Советом? Исключено. Всё, чего я хочу — спокойно работать и знать, что мои идеи не выкинут на помойку из-за нынешней политической повестки. — Я не позволю, — Джейс втянул носом воздух. — Вик, давай так. Ты поедешь в лабораторию. А я — в Совет. К Медарде. Попробую объяснить, как мы всё это видим. — Потом мы что-нибудь решим. Вдруг госпожа Медарда не будет настроена на обсуждения политической литературы. Виктор встал из-за стола. — Мне грустно от этого всего, Вик. — Почему? Джейс закусил губу, будто не был готов говорить вслух. Но сказал: — Будто мы упускаем что-то важное. Пока спорим. Пока бегаем туда-сюда. Ты в лабораторию, я — на заседание. Мы как будто на разных орбитах. Виктор проводил его взглядом. — Я хочу охватить столько всего, а что-то пока не особо получается. — Я в тебя верю, — Виктор пытался понять, что хочет донести ему Джейс. — И доверяешь. — И доверяю. Джейс усмехнулся немного печально. Потом потянулся. — Ну, тогда я пойду… спасать мир. — Только постарайся спасать его поосторожнее, — сказал Виктор, подходя ближе. — Пожалуйста. — Постараюсь. Ты ведь вернёшься к вечеру? — Если ничего не случится. — Что может случиться? — Джейс привлёк его к себе. — Мало ли, какие методы ты будешь использовать для спасения мира. — Супергеройские, — Джейс ткнулся губами в его макушку, — ну, знаешь, не буду спрашивать разрешения, чтобы менять мир.

***

От станции «Библиотека» до станции «Зоологический сад Пилтовера» пятнадцать минут. За пятнадцать минут Виктор может прослушать три песни из своего плейлиста, самые любимые и памятные, может успеть прочитать несколько страниц книги, полистать соцсети, в конце концов. Палец норовит кликнуть на синенькую иконку. Время всегда пролетает необычайно стремительно, когда листаешь ленту. Виктор много читал об этом. Читал о том, что современные люди совсем разучились сосредотачиваться на выполнении одного дела, а «сёрфинг» — вредная для мозга вещь. Виктору сегодня без разницы, как проводить эти пятнадцать минут. Необычно длинные, они растягиваются. Виктору не хочется смотреть в окно, ведь ничего нового он там не увидит. Его аккаунт в этой сети полупустой, состоит в основном из подписок на интересные ему блоги, какие-то стёбные новостные странички и на Джейса. Джейс гораздо более умело ведёт свой блог. Он смог укротить непонятную для Виктора силу, смог постичь этот загадочный навык, похожий на магию: вести социальную сеть. Виктор помнил эпоху анонимных форумов, когда люди собирались стайками на имиджбордах, в основном для того, чтобы перекинуться оскорблениями. Теперь же люди только говорят, что ценят «анонимность», подразумевая под ней скорее собственную неприкосновенность, нежели опцию скрывать личность. Напротив, все эти микроблоги — маленькие ярмарки тщеславия. Личный бренд. Продать себя повыгоднее, показать с наилучшей стороны. Каждое слово выверено. Джейс пока так не умеет. Он дурачится, выкладывает очаровательные фото, улыбается. Виктор открывает комментарии под постом. @JayceTalis «Оглядываясь назад — понимаю, насколько всё, что я делаю, обязано людям, которые были рядом. Некоторые из них — больше, чем просто соратники. Спасибо тем, кто когда-то поверил. Кто не испугался трудностей. Кто остался, даже когда было страшно.» Джейс слишком честный, чтобы играть в медиа-игры. Слишком умный, чтобы быть обычным. Недостаточно богат, чтобы вписаться в мир, в который ступил одной ногой. Вот в чём дело. Джейс всегда «слишком» и «недостаточно» одновременно. Даже для него самого. Виктору больно признавать это. Пост вышел утром, как будто рассчитан на то, чтобы его прочитали под кофе. Уже через полчаса он разлетелся по аккаунтам. Имя Джейс Талис — в трендах. @N0HexJustFlex Окей, но как ты умудряешься выглядеть как модель и одновременно говорить про импланты в мозг??? #JayceSimp Виктору физически неприятно от этих комментариев. Что они видят в Джейсе? Говорящую голову? Надо сказать, очень привлекательную. @Inventrix_21 Поздравляю, потрясающее выступление! Надеюсь, новую инициативу не постигнет судьба старого проекта… Виктор сжал челюсть. Он знал, о каком проекте с такой насмешкой писал комментатор. О том, что они разрабатывали втроём, ещё до всей этой медиа-кампании. Проект, который пришлось закрыть, потому что Совет нашёл его «слишком затратным». Или, может быть, «слишком прогрессивным». Одно и то же. Всё, что выходит за рамки, — пугает. @eth1xian Всё очень красиво, конечно. А можно поподробнее, кто инвесторы и на чьи деньги ты это устроил? Или опять «для людей», а в итоге как всегда. «Как всегда». Да, так и бывает. @gilded_rose Чудо и гордость Пилтовера. Спасибо за свет, который вы несёте. Половина комментариев смешит, другая — вызывает недоумение и раздражение. Виктор пролистывает вниз. Загружаются ещё комментарии. Что ж, может быть, хорошо, что Джейсу пишут столько приятных комментариев. Виктор искренне не хочет, чтобы Джейс читал негатив. И, как Виктор и ожидал, поездка была короткой и пролетела незаметно, пока он читал ветку. Виктор шёл не торопясь. Его шаг был чуть неровным, но уверенным, как у человека, который слишком хорошо знает дорогу, поэтому следует как робот по выставленному маршруту. Впереди уже виднелось здание Научного центра Пилтовера — высокое, с остеклённой галереей, за которой угадывались мерцания лабораторного света. Он почти машинально вытащил пропуск, проверил — и снова сунул в карман. Ничего не забыл. Уже хорошо. А вот Джейс частенько забывал пропуски, поэтому Виктор в какой-то момент сам стал напоминать ему. Внутри Центра было прохладно. Он почти сразу свернул в левое крыло, где раньше располагалась их лаборатория с Джейсом — теперь тут осталась лишь пара отделов, не имеющих отношения к хекстеку. Их с Джейсом совместную работу давно переместили в отдельный опен-спейс, и Виктор был даже рад этому: их редко кто тревожил. Этаж убирали. Из-за угла доносилось характерное гудение пылесоса. В нём был определённый ритм, механический, немного глухой, как у старых моделей. Он мельком увидел уборщицу — пожилую женщину в униформе, что-то тихо бормотавшую по телефону. Завидев его, она подняла глаза и кивнула. В Центре сегодня было не так много сотрудников. На этаже было тихо. Лифт мигал кнопкой вызова, должно быть, сломавшейся. Несколько сотрудников прошли мимо, не заметив его — Виктор не обижался. Он был фигурой здесь известной, но не из тех, кого окликают с улыбкой. Слишком замкнутый, слишком прямой, слишком… Виктор. Иногда это работало в его пользу. Он написал Скай, которую заранее предупредил, что приедет. Мисс Янг не отличалась склонностью к переработкам. Она ценила своё время, понимала, где грань между жизнью и работой. Но в последние месяцы брала дополнительные смены, оставалась допоздна. Не из-за давления. Не ради карьерных амбиций. А потому что верила — в проект, в идею, в то, что делает Виктор. И, возможно, в него самого. Хотя он никогда не спрашивал напрямую. — О, вы уже тут, — Скай просунулась в проём, прижав к груди планшет. Волосы собраны в небрежный пучок, в ушах — крошечные наушники, — я не ожидала, что придёте поработать сегодня. Хорошо, что предупредили, а то я уйти пораньше хотела… — Сам не ожидал, — ответил Виктор, открывая ноутбук и разворачивая таблицу на весь экран, — я ненадолго. Он даже не повернулся к ней, только едва кивнул. Скай, кажется, как-то замялась. — Это по поводу ZaunCare? То, что вы обсуждали с мистером Талисом? — Да. То есть, не совсем. Я сегодня собираюсь с визитом… кое-куда. Мне нужно захватить с собой прототип. — Вы имеете в виду первую сборку? Которая в кейсе? Виктор кивнул. — Маленький прототип. Только мышечная группа. С управляющим кристаллом. — Это не самый надёжный образец. Так говорил мистер Талис, — Скай шмыгнула носом, потом поправила сползающие очки. — Зато самый незаметный и аккуратный, — отозвался он. — куда лучше, чем громоздкие аугментации из прошлого. Он не потребляет энергии извне. Управление минимальное, интуитивное. — Он же планируется для ребёнка? — Да. Но не только. Он подаёт локальные импульсы к атрофированным нервным окончаниям, усиливает естественные сигналы. В тех случаях, когда проводимость нарушена, но не утрачена полностью, — это может быть шанс. — То есть… это же даже не полноценный протез? — Это прототип, — напомнил Виктор. — Он поможет тем, кому трудно двигаться самостоятельно. Дети с дисплазией, с частичным параличом в раннем возрасте. Те, кто уже не в состоянии ходить, но у кого ещё можно вернуть моторику. В определённых условиях. С терапией. Со временем. — Звучит восхитительно! — Мы упростили конструкцию до предела. Управление теперь встроено, всё питание от хекс-кристалла, он реагирует на микроимпульсы. Пара внешних проводов — тоньше волоса. Эргономика. Но вряд ли позволит снизить цены на них… — Мистер Талис говорил, что это нестабильно, — повторила Скай. — Он прав. — Виктор посмотрел на неё спокойно. — Этот модуль не идеален. Его легко повредить, кристалл нестабильный. Но он не требует внешнего питания, его можно вживить. Вот с этим и проблема… нужны тесты. На органике. Скай закусила губу. На её лице появилась и сразу же исчезла тень страха и сомнений. — Вы хотите просто продемонстрировать? Что у нас что-то есть? Виктор облизал суховатые губы. Кондиционированный воздух всегда превращал их в пустыню. — А потом я хочу, чтобы Джейс выступил с докладом для Совета. — Совет в прошлом году смотрел на наработки… и не дал финансирования. — А теперь даст. — Вы не сдаётесь… Скай скрылась, а потом вернулась с кейсом. — Спасибо, — Виктор подошёл к столу и провёл рукой по шершавой поверхности кейса. Он знал этот рельеф: жёсткий пластик, ударопрочный, выдержит и падение, и попытку взлома. Он сам настаивал на том, чтобы для таких образцов использовались только кейсы без электронных замков. Скай не отходила. Она стояла чуть в стороне, сцепив пальцы перед собой, и смотрела, как Виктор отщёлкивает замки. — Вы уверены, что… — она оборвала фразу. — Простите. Виктор поднял взгляд. В его глазах не было ни раздражения, ни усталости. Только устойчивая, сдержанная решимость. — Я не могу быть уверен ни в чём, Скай. Но я точно знаю, чего не хочу: чтобы дети в Зауне продолжали жить так, как будто они ошибка. Я не хочу, чтобы надежда была доступна только тем, кому повезло родиться в Пилтовере. Скай кивнула. — Если хотите, я могу помочь донести его до выхода. — Спасибо, но я справлюсь. Он лёгкий. И… это важно для меня — нести его самостоятельно. В его руках была технология, ещё не получившая одобрения Совета, ещё не прошедшая сертификацию, ещё не защищённая ни одним законом. Но она была. Настоящая. Работоспособная, Виктор был уверен на 120% процентов. Маленькая мышца, встроенная в биосовместимый корпус. Синтез мечты и упорства. Синтез технологии и почти настоящей магии. Чудо.