Dum spiro, spero / Пока дышу, надеюсь

- Ну, привет, любимая! Рори не могла сказать ни слова. Она будто вся онемела и застыла в ужасе от встречи с тем, кого избегала всеми силами. Ее внешний вид как никогда контрастировал с внешним видом ее бывшего: растрепанная, потная, уставшая и бодрый, одетый с иголочки мужчина. - Ты не рада меня видеть? - задал свой следующий вопрос Генри, держась на расстоянии. Рори молчала, судорожно прокручивая в голове возможные варианты отступления. Сбежать не получится, выход отсюда был только один и он был заблокирован Генри. Мужчина внимательно следил за тем, как бегали в панике глаза его жертвы и чувствовал внутреннее удовлетворение. - Я скучал, - елейно произнес Генри. Рори не смогла сдержать отвращения промелькнувшего на лице, что задело мужчину, тон которого тут же изменился: - Посмотри на что ты променяла нашу жизнь! Грязная, потная, растрепанная! - едко добавил он. - Это стоило того? Он попытался сделать к ней шаг, но Рори попятилась. - Дай мне пройти, - смогла выдавить из себя девушка. Всем нутром она пыталась подавить в себе животный страх, угомонить рвущееся из груди сердце и совладать с волнением. - Мы так давно не виделись. Разве тебе не хочется поговорить о нас и нашем будущем? - он хищно оскалился, наблюдая, как расширились от удивления глаза у девушки. - Нет никаких нас. Нет никакого нашего будущего, - наконец, заявила Рори, с каждым словом чувствуя, как в голосе зарождается решительность. - Я ушла от тебя, Генри. Все кончено. Мужчина зло усмехнулся, покачивая головой. - Ты не права, Аврора, - мягко заговорил Генри, - ничего не кончено, пока я не решу! Ты - моя, Аврора! - его голос стал ниже, в нем почувствовалась сталь и скрытая ярость. - Я тебе не принадлежу! И с тобой никуда не поеду! Если тронешь меня, я закричу! - пригрозила Рори и тут же вздрогнула от веселого громкого смеха со стороны мужчины. - Ты, правда, думаешь, что там кто-то услышит твой крик? Любовь моя, ты, правда, в это веришь? - Не называй меня так! - потребовала Рори, в глубине души понимая, что он прав. Только случай мог спасти ее, если кто-то забредет в этот туалет, а не пойдет в ближайший, находящийся у девятого и десятого боксов. - Я буду называть тебя так, как захочу! - зло произнес Генри. Улыбка спала с его лица, губы сжались в тонкую линию, а глаза потемнели. Он начал говорить медленнее, растягивая слова, тем самым показывая свое превосходство над девушкой. - Ты меня очень разочаровала, Аврора, - низким голосом произнес мужчина. - Вместо кардиологии выбрать какую-то неотложку! Твои руки требуют более достойного применения. - Давай я сама решу, куда применить свои руки, - в раздражении предложила Рори. - Ты слишком осмелела, любимая, - в голосе Генри прозвучала угроза, которую девушка слышала ни раз и ни два. Это значило лишь одно: до нападения оставались считанные минуты. - Но знаешь, когда мы вернёмся домой, под моим руководством ты вернёшься туда, где от тебя будет больше пользы. Рори рассмеялась. Как она раньше не видела его уловок и манипулирования? Как позволяла ему принимать за нее решения? Почему позволяла вытирать об себя ноги? С нее довольно. Лишь она сама и никто другой будет принимать решения за свою жизнь. Генри замолчал, удивлённо на нее глядя. - А теперь послушай, как все будет, Генри. Ты уедешь в Сиэттл и больше мы с тобой не увидимся, а я буду делать то, что посчитаю нужным. Времена, когда твои слова что-то значили, прошли. Смирись с этим, любимый, - иронично обратилась к нему Рори, а после добавила уверенно и серьезно: - И дай мне пройти! Девушка успела сделать несколько шагов в сторону выхода, в глубине души надеясь, что ее слова возымели должный эффект, но вместо ступора они вызвали неконтролируемую ярость, которая через мгновение отразилась на лице мужчины в виде ненависти в глазах и злобного оскала. В два шага он перегородил дорогу Рори, наотмашь ударив ее по лицу. Девушка еле устояла на ногах, отлетев к раковинам. Глаза опустились на столешницу: белая эмаль окрасилась алыми каплями крови. Рори не успела ни дернуться, ни осознать происходящее, когда Генри подлетел к ней сзади, в порыве слепой ярости схватил за волосы, а после, оттянув назад голову, со всей силы ударил ее лицо о зеркало. В глазах потемнело, тупая боль разошлась по голове одним сплошным импульсом: лицо девушки застилала кровь, в волосах и в коже остались мелкие осколки и зеркальная крошка. Голова гудела и стала невозможно тяжёлой, дышать было тяжело, ведь в носоглотке скапливалась кровь. Булькающее рваное дыхание прерывалось всхлипами. Сознание Рори висело на тонкой ниточке, издалека различая доносящиеся яростные реплики Генри: - Ты - моя! И решать, что с тобой делать, мне! Захочу, чтобы ты подохла, как последняя шлюха, так и будет. И никто мне ничего не сделает! Сейчас я это докажу! В следующую секунду ее ослабевшее тело согнули, туловищем и головой уложив на стол между раковинами. Рори дернулась, пытаясь освободиться, но сильная рука Генри больно прижала ее голову к деревянной поверхности. Рори тихо взвыла, чувствуя подступающую панику, а меж тем Генри раздвинул ее ноги, намереваясь доказать свое превосходство. - Ты никогда больше не будешь мне перечить, ты поняла? - прорычал он ей на ухо, занимаясь своим ремнем. Рори в ужасе поняла, что никто её не спасет. Никто не придет, ведь никто не знает, что она здесь. Слезы полились из глаз, смешиваясь с кровью, дыхание участилось и стало свистящим. Девушка рукой, на которую опиралась, шарила по столу, надеясь на чудо и, наконец, ей улыбнулась удача. Ее пальцы нащупали достаточно большой осколок зеркала. Пока Генри был поглощен сниманием своих брюк и поощрением своего эго, Рори крепко схватилась за осколок, разрезавший вмиг ее ладонь по линии жизни, а после резко отвела руку назад. Отвлечённый мужчина завыл от боли, не сразу поняв, что случилось. Он опустил глаза на свою ногу: в верхней части у самого бедра из плоти торчал окровавленный осколок зеркала. Разъяренный Генри зарычал, швырнул Рори на пол, а после достал осколок из ноги и отшвырнул в сторону. Лютая злоба и ненависть перекрыли его здравомыслие. Натянув быстро брюки, он подошёл к лежащей почти в бессознательном состоянии девушке и несколько раз ударил ее в живот. Рори покинули последние силы, а иначе она бы издала хоть какой-то звук. Генри ещё несколько раз нанес ей удары в живот, а после со всей дури наступил ей на колено. Послышался хруст сломанной кости и стон жертвы. Мужчина, наконец, выплеснул всю свою злобу. Застегнув ремень, он поправил пиджак, отбросил назад волосы, а после, вытерев руки бумажным полотенцем, покинул туалет. Рори лежала на боку, истекая кровью. Дышать было тяжело, грудная клетка и живот горели огнем словно кто-то наступил на них всех своим весом, от ноги по всему телу бежала пульсирующая боль, о лице она даже не пыталась думать: судя по сипящему булькаюшему звуку у нее были сломаны нос и правая скула. Девушка попыталась пошевелиться , но тут же застонала от того, какая нечеловеческая боль разошлась по всему телу. Стало ясно, что доползти до двери самой у нее не выйдет. Рори беспомощно замерла, стараясь задушить поступающую панику. Изо всех сил она старалась остаться в сознании, боясь отключиться и больше не прийти в себя. Страх смерти внезапно острой бритвой ударил по горлу: Аврора в испуге дернулась, предпринимая новую попытку сдвинуться в сторону двери, но новая вспышка нестерпимой боли чуть не лишила ее сознания. Она не знала сколько времени прошло прежде, чем она увидела тонкую полоску света и чьи-то кросовки. Облегчение, раскатившееся по всему телу, все же привело к тому, что все вокруг потемнело и замерло. Последней мыслью было "Меня нашли".

***

Мел давно привыкла, что смена в неотложке очень быстро может превратиться из обычной и стандартной в нечто экстремальное и требующее нечеловеческих усилий. Этот день, начавшийся как и любой другой, вдруг в середине дня превратился в нечто чрезвычайно интенсивное и сложное. Три часа к ряду она с другими врачами приемного отделения боролась за жизни пятнадцати пострадавших, четверых из которых не удалось стабилизировать. Когда же около шести их подменили те, кто вернулся с конференции, Мэл сначала вышла подышать свежим воздухом, а после зашла в ординаторскую, выпить горячего чая. Она неторопливо заварила зелёный ромашковый чай, попробовала отхлебнуть немного, но горячий напиток обжёг кончик языка и был отставлен в сторону. Мэл вышла из ординаторской, чтобы оценить ситуацию. С большего ее усталость улеглась и не ощущалась остро, скорее была чем-то перманентным и привычным. Она оценила обстановку в отделении, отметив, что всех экстренных уже забрали наверх в операционные. Остались те, кому нужно было наложить швы, и те, кто дожидался результатов обследований и перевода наверх. Девушка думала о своей сестре, с которой была назначена сегодня встреча. Их разговоры всегда успокаивали ее нервозность и тревогу. Мэл очень ждала конца смены, чтобы оставить позади этот день, когда увидела слева у самых лестниц какое-то движение, привлекшее ее внимание. Девушка заметила мужчину, который опасливо осмотрелся после выхода из женского туалета, а после скользнул на лестницу и стремительно ушел наверх. Мэл нахмурилась. Ей показалось странным, что этот человек снова оказался на их этаже, да ещё и в туалете не для своего пола. От его обаяния не осталось и следа. Девушка узнала Генри Спенсера, из-за чего тревога снова зародилась в груди. Мэл осмотрела отделение в поисках Авроры. Она подошла к медсестре Принцесс, стоящей к ней ближе всех. - Ты Рори давно видела? - уточнила у нее Мэл. - Минут двадцать-тридцать как, - пожала плечами медсестра и пошла в ближайший бокс. Мэл обернулась и уставилась на дверь женского туалета. Нехорошее предчувствие расползалось в ее сознании. Девушка медленно подошла к двери, толкнула ее и тут же увидела на полу окровавленную израненную подругу. Мэл подлетела к ней и упала на колени. - Рори! - взволнованно воскликнула она, но девушка не реагировала. Мэл поднесла пальцы к сонной артерии и с облегчением выдохнула: жива. Вскочив на ноги, девушка выбежала из туалета: - На помощь! Сюда! - крикнула она. К ней подбежала Дана. - Что такое? - Там Рори! - напуганно произнесла она, показывая на дверь. - Она сильно ранена! - Лэнгдон, Уитакер, Кэсси - все сюда! Захватите тележку. И, Маттео, каталку! - скомандовала Дана, хватая за руку Мэл и ведя ее в туалет. Медсестра Эванс видела многое за тридцать лет работы в неотложном отделении и была готова ко всему, но не к тому, что ей предстояло увидеть. За ее спиной появились Кэсси и Фрэнк. - Вот черт! - воскликнул парень и первым ринулся на помощь. - Что произошло? Она давно в таком состоянии? Пульс есть? Они с Кэсси взяли на себя реанимационные меры. Маттео был на подхвате. - Мэл? - спросила Дана у замершей в шоке девушки. Та стояла онемевшая и не могла оторвать взгляд от окровавленного лица девушки. - Я видела, как он...он... Спенсер вышел из туалета и скрылся на лестнице. Я подумала, что это подозрительно, решила заглянуть, чтобы проверить... Рори нигде не было... Вот я и... - Ты - умница, слышишь? - погладила ее по плечу Дана. - Везите ее в первую травму. Я найду Робби. Последним, что видела Дана прежде, чем выйти из туалета, стало то, как Маттео, Фрэнк, Кэсси и Мэл перекладывали девушку с пола на каталку. Дана стремительно пересекала пол отделения в поисках Робби. Внутреннее раздражение от того, что он не находился, росло вместе с ужасом от происходящего. - Где Робби? Не видели Робби? - спрашивала она у Джавади, Принцесс, Перлы и Сантос. - Он в педиатрическом, - сказала Сантос. - А что..? Дана побежала в сторону зоны педиатрии. Она рывком открыла дверь, заглянула внутрь и увидела Робби, беседующего с родителями девочки, лежащей на кушетке. - Доктор Рабинович, можно вас? - произнесла она взволнованно. Майкл по встревоженному напряженному лицу понял, что дело серьезное, извинился и вышел в коридор. - Что..? - хотел было спросить Робби, но Дана схватила его за руку и потащила за собой. - Рори... Этот мерзавец добрался до нее! - Что..? Где она? Она жива? - Робби перешёл на бег. В его голове промелькнуло за секунду миллион мыслей: одна страшнее другой. - Живая, но сильно раненая. Быстрее! Мужчина и женщина забежали в первый бокс, вокруг которого собралось немало народу, следящего за происходящим. Робби в ужасе схватился за голову, когда увидел на кушетке раненое тело собственной дочери. - Лэнгдон, доложи! - дрожащим голосом произнес Майкл. - Сломаны нос, правая скула, левое колено, четыре ребра справа и три слева, живот мягкий, но на УЗИ скопление жидкости, скорее всего разорвана селезёнка. Мы также хотим исключить кровоизлияние в мозг, ожидаем очереди на МРТ и КТ. Остальное по мелочи. Робби в гневе зарычал. - Я убью этого сукина сына! - с ненавистью в голосе произнес мужчина, разворачиваясь к выходу. - НЕТ! - ему дорогу перегородила Дана, переживающая все очень остро. - Ты должен остаться с ней! Сейчас ты нужен здесь, Робби! Я вызову полицию, ребята-охранники предоставят видео с камер наблюдения и он сядет. Только прошу, останься здесь! - Мы собираемся привезти ее в сознание. В ее документах не указано доверенное лицо, а также хочет ли она, чтобы мы принимали реанимационные действия, - заговорил Фрэнк. - Хорошо, - сдался нехотя Робби, подходя к изголовью кушетки. Отсюда он мог рассмотреть очень близко то, что сделал нападавший с лицом его дочери. В глазах защипало, в голове промелькнула мысль "не уберег". Мотнув головой, он отбросил ненужные мысли, сосредоточившись на главном - на Авроре. Кэсси ввела в катетер лекарство, а после замерла, как и все вокруг в ожидании. Прошло полминуты, пока произошли первые изменения. Рори сначала пошевелила пальцами правой руки, потом левой, а после, почувствовав сильную боль, открыла глаза и в панике заметалась по кушетке. Первым, что она вспомнила, была плитка на полу туалета и голос Генри "Ты - моя!". Она не понимала, где находится, лишь видела яркий свет от лампы. Дезориентация лишь подстёгивала ее панику, усиливала страх. Она начала рвано дышать, ее глаза метались по потолку в поисках спасения, пока над ней не выросла голова ее отца. Он что-то быстро говорил и, кажется, держал ее за голову. Как только она его узнала, чувство тревоги снизилось настолько, что она смогла понемногу различать слова, который он ей говорил. - Рори, ты меня слышишь? Это я, папа! Рори, моргни два раза, если понимаешь, что я говорю! - как заведённый, повторял Майкл, давя подступивший ком в горле. Рори два раза моргнула. - Он на тебя напал? - и снова девушка дважды моргнула. - Он застал тебя врасплох? - снова подтверждение. Рори дернула здоровой рукой в воздухе. Не нащупав ничего, она повторила попытку несколько раз, пока отец не додумался взять ее за руку. Она сжала его ладонь и тихо прохрипела: - Ранила. Я его ранила. - Ты - умница, слышишь, Рори? - давя слезы, произнес Робби. - Он получит по заслугам, поняла? - Робби, - напомнил ему Фрэнк. - Да-да, помню, - ответил ему Майкл и снова переключился на дочь: - Ты не указала доверенное лицо на случай реанимационных действий. Ты должна решить... - Ты, - она сжала его руку. - Хочешь, чтобы я был доверенным лицом? - Да, - из последних сил, ответила девушка. Сил оставаться в сознании не было. Она совсем не чувствовала боли, но понимала, что это не из-за того, что нет ран, а из-за обезболивающих, которыми ее накачали. Ей было очень страшно быть в таком состоянии и не знать, что будет дальше. - Ладно, - согласился Робби. - Теперь мы введем тебя в сон, милая, интубируем и... - Нет, - запаниковала Рори, начиная прерывисто дышать и хватать отца за руку. - Я не хочу... - Нам нужно провести операцию на твоём колене и, возможно, на брюшной полости... А ещё твой нос и скула... - Папа, пожалуйста, - тихо прохрипела Рори, из глаз которой потекли слезы. - Мне страшно... - Я буду рядом, дочка, слышишь меня? Просто дыши... - Я не хочу умирать. А если я не проснусь? - Рори стала заходиться от паники, ее речь стала путаной и рваной, голос звучал глухо и хрипло. - Ты не умрёшь, Рори! Смотри на меня! Я обещаю тебе, что ты будешь жить! - Робби навис над лицом дочери, стараясь звучать убедительно. То ли Рори поверила ему, то ли совсем выбилась из сил, но она просто кивнула и замолчала. - Приступаем, - скомандовал Фрэнк. Рори дышала поверхностно и рвано, из глаз текли дорожки слез, пропадая где-то в волосах. Она не отрывала взгляда от лица отца, пока седативное не подействовало и комната не закружилась прежде, чем окончательно не погрузиться во тьму.

***

Нико закончил экстренную операцию одного из пострадавших в аварии музыкантов. После остановки брюшного кровотечения мужчине ничего не угрожало, через пару месяцев он сможет полностью вернуться к полноценной жизни. Вместе с доктором Майерсом они вышли к умывальникам, обсуждая ход операции и моя напоследок руки. К ним заглянула операционная медсестра: - К нам везут ещё одного, - сказала она. - Нам сказали, что этот был последним, - заметил Майерс. - Это не в аварии пострадавший, а экстренное. Вроде как нападение в приемном, - произнесла женщина. - Что сказать внизу? - Что за травмы? - деловито спросил хирург. - Разрыв селезёнки, кровотечение в брюшной полости, плюс раздроблена коленная чашечка, нос сломан и скула. - Доктора Шанзи вызвали? - спросил Майерс. - Да, у нее ночная смена, но обещаа в течение получаса быть. - Хорошо, скажите, мы возьмём. Вызовите доктора Гармию. Джиротти, ты с нами? Джиротти? Доктор Майерс непонимающе уставился на молчаливого нахмуренного парня. - А? Да, конечно! Имя пострадавшего? - спросил рассеянно Нико. - Лиз не назвала. Посмотрим документы, когда его поднимут на этаж. Пойдёмте. Интуиция Нико била тревогу. Внутри буйным цветом расцвела тревога и подозрение. Он шел по коридору рядом с доктором Майерсом, тот что-то говорил о предстоящей операции, а парень не мог ни о чем думать, кроме как об имени пострадавшего. Он все прокручивал слова медсестры, пытался припомнить назвала ли она имя или пол пациента, но точно сказать не мог. Когда они подошли к лифтам, внутри него все замерло в напряжении. Двери раскрылись и, ещё не видя Рори, Нико понял, что на каталке она, ведь кроме медбратьев ее сопровождал доктор Робби. На нем не было лица, он был бледным и встревоженным, а глаза были красными от недавних слез. Он держал руку дочери в своих руках и неотрывно глядел на нее. - Нет! - как будто сам для себя произнес Нико. Никто не обратил на него внимания. - Доктор Робби, что вы здесь делаете? - удивился Майерс. - Это - моя дочь, Джордж, - не своим голосом ответил Майкл. - Господь милосердный! - воскликнул мужчина. - Кто это так с ней? - Доктор Генри Спенсер, - мрачно ответил Майкл. - Ей нужна срочная операция. Мы стабилизировали ее, но брюшная полость заполняется кровью. - Мы сейчас же приступаем к работе! Побудьте в зале ожидания... - Я хотел бы быть рядом с ней! - попросил Майкл. - Родные и близкие не допускаются в операционную, вы должны об этом знать! - настоял Майерс. - Тогда вызовите Марка, - попросил Нико. Робби и Майерс в недоумении на него посмотрели, словно совершенно забыли о его существовании. - Я не могу оперировать. - Вы отказываетесь от операции? - удивился хирург. - Она дорога мне, доктор Майерс. Я... Я люблю ее, - в сердцах произнес Нико, краснея и смущаясь. - Хм... Ну что ж, Лиз, вызовите доктора Уилсона, - с укором глядя на своего подопечного, сказал Майерс операционной медсестре. К ним подошли медсестры, которые увезли каталку с Рори в сторону операционной. - Мы сделаем все, что в наших силах, Майкл, - произнес Майерс, хлопнув того по плечу. - Что произошло? - всё ещё не веря в реальность происходящего, спросил Нико. - Он, действительно, напал на нее? - Идём! - Робби махнул головой в сторону зала ожидания, мрачнея на глазах. - Он дождался, когда в отделении будет хаос, когда мы все потеряем Рори из вида, выследил ее, а после напал в туалете... Том, что в дальнем углу у лестниц. Через них и ушел никем не замеченный. Если бы не Мэл, я не знаю, сколько бы она там пролежала, истекая кровью! - Он сломал ей ногу? - вспомнил Нико. - И ее лицо... - Она вся переломана! - в сердцах воскликнул мужчина, чувствуя , как боль и страх за дочь настигают его. Глаза снова защипало от подступивших слез. - Она так боялась засыпать! Боялась, что умрет! Голос его сорвался, слезы потекли по щекам. - Она выкарабкается! Обязательно! Наша Рори сильная! - мрачно, но решительно заявил Нико. Теперь он был рад, что плохо рассмотрел травмы девушки и его мозг можно было легко убедить в благоприятном исходе. Своей решительностью и верой он щедро делился с отцом Рори. Майкл подошёл и крепко обнял парня в знак благодарности. Нико похлопал мужчину по спине, надеясь, что его слова возымели эффект на мужчину, а также, что все действительно будет хорошо.