Мне жаль

Перед тем как Ген отправился к особняку, к нему подошли несколько жителей деревни, держа в руках какие-то предметы. Один из них — старик с длинной седой бородой и проницательным, решительным взглядом — протянул ему небольшую кожаную сумку. — Возьми это, — хрипло произнёс он. — Ты можешь не верить в старые легенды, парень… но лучше перестраховаться, чем потом горько сожалеть. Ген с любопытством открыл сумку и увидел внутри несколько странных вещей: крошечный флакон со святой водой, аккуратно отполированный деревянный кол и серебряный крест на тонком серебряном шнуре. Он поднял крест, держа его между пальцами, и с лёгкой ухмылкой вскинул бровь. — Вы правда думаете, что всё это поможет против предполагаемого вампира? — спросил он тоном, в котором тёплая благодарность соседствовала с едва заметной насмешкой. Старик ничего не ответил. Его лицо оставалось таким же серьёзным и бесстрастным. Тут к ним подошла Рури, мягко коснувшись плеча Гена. — Даже если ты не веришь, возьми их с собой, — тихо попросила она. — Пожалуйста. Ген тяжело вздохнул и, пожав плечами, аккуратно уложил вещи в рюкзак. — Ладно, ладно… Никогда не знаешь, вдруг этот вампир ещё и любитель трюков, — пробормотал он с кривоватой улыбкой. — Но всё равно спасибо, что решили хоть как-то меня подстраховать. Молчавший до этого Кокуё вдруг заговорил: — Если вдруг передумаешь — возвращайся. Никто тебя за это не осудит, — твёрдо сказал он. — Лучше сохранить жизнь, чем бездумно рисковать ради пустого любопытства. Ген задержал на нём изучающий, почти интригованный взгляд, но отвечать не стал. В глубине души он начал ощущать, что с жителями деревни что-то не так. Это был не просто страх… Это было что-то глубже. Смирение, впитавшееся в них с годами. Не говоря больше ни слова, Ген поблагодарил за странное снаряжение, развернулся и направился к лесу. Войдя в туманную тропу, он отчётливо почувствовал на себе взгляды каждого из них. Никто не попытался его остановить… но и добрых пожеланий вслед тоже не прозвучало. Когда Ген скрылся из виду, его шаги затихли в густом тумане, больше не отдаваясь эхом в молчаливой деревне. Кокуё опустил голову, сжав кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Прости нас… — выдохнул он почти неслышно. — Но это… лучше для тебя… чем для нас посылать кого-то из своих. Остальные жители деревни стояли молча, не решаясь заговорить. В воздухе повисло странное чувство облегчения, смешанное с глухим стыдом. Они послали чужака — того, чья потеря не будет для них трагедией. Они спасли своих… ценой чужой жизни. И всё же никто из них не мог до конца заглушить в себе чувство вины. Рури сжала ладони в молитвенном жесте, не поднимая глаз к небу. — Боже… пожалуйста… дай ему хотя бы быструю смерть… — едва слышно прошептала она. Тем временем, Ген шаг за шагом продвигался по лесной тропе. Высокие, чёрные от времени деревья сомкнулись над головой, словно чужие равнодушные свидетели. Атмосфера была давящей — ни пения птиц, ни стрекота насекомых. Только лёгкий, скользящий между ветвей ветер, похожий на чужой вздох. — Отлично, какое… гостеприимство, — пробормотал Ген себе под нос, сжав лямку рюкзака, в котором теперь лежали и его собственные вещи, и та странная сумка от старика. — Начинает напоминать дешёвую страшилку... Он остановился на секунду, уловив боковым зрением неясное движение между деревьями. Какая-то тень. Или ему показалось? Моргнув, он снова всмотрелся в подлесок — пусто. — Прекрасно… — Ген качнул головой, пытаясь отогнать нервозность. — Всё это просто легенды… просто легенды, Асагири… ты же взрослый человек, менталист… разумный, рациональный… Но с каждым шагом тревога только нарастала. Тропа, хоть и почти стёртая временем и сыростью, всё ещё угадывалась на земле, и Ген был благодарен, что пока не сбился с пути. Туман становился всё гуще, липкими клубами цепляясь за одежду и скрывая контуры деревьев, которые теперь напоминали костлявые, безжизненные фигуры. — Вам бы тут… освещение какое-никакое… — выдавил он с натянутой улыбкой, чувствуя, как сердце всё сильнее стучит в груди. Порой ему казалось, будто кто-то смотрит на него из-за деревьев, краем глаза он ловил движение, но всякий раз, обернувшись, видел только неподвижные, облитые туманом стволы. Давящая, почти физическая тишина царила вокруг, и даже звук собственных шагов Ген перестал замечать. — Это всего лишь моё воображение… просто нервы… — шептал он, стараясь звучать убедительно даже для самого себя. — Ну давай, Ген… ты же Асагири Ген… трюкач, шоумен, менталист… взрослый, разумный парень… И тут он услышал это. Глухой, сухой звук, донёсшийся из глубины леса. Будто кто-то осторожно наступил на сухую ветку. Ген мгновенно замер, сжав пальцами лямку рюкзака так, что ногти впились в кожу. Его взгляд уставился в подлесок, сердце забилось быстрее. Ничего. Или… почти ничего. Почти неслышное движение где-то в тумане. Что-то живое. Или снова игра воображения? Асагири Ген сделал медленный, осторожный вдох. — Ну, начинается… — прошептал он себе под нос, пытаясь собраться, хотя холодок уже давно пробежал по его спине. Он сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Особняк ждал впереди. А лес… словно не хотел его отпускать.