пульс

Тяжелая новость пришла неожиданно, как удар под дых. В конце апреля Илью официально признали без вести пропавшим. В тот день Алиса не вышла из квартиры, она сидела, прижавшись коленями к груди, и плакала. Настоящими, горькими слезами, которые оставляли на щеках красные следы. Она не отвечала на звонки, не открывала дверь, просто дала себе право на эту боль.   *** Прошло чуть больше месяца с тех пор, как Алиса вернулась в Коктебель. Месяц, за который она успела стать своей в этой странной компании. Они собрались в ангаре, шашлыки, бутылки вина, смех, который иногда звучал слишком громко, будто пытаясь заглушить что-то важное.   — Вы, кстати, мои друзья, — вдруг сказала Алиса, поднимая бокал. Глаза ее блестели в свете костра. — Да, вот так.   Егор, забыв про все ее «не трогай меня», резко обнял ее. Она замерла на секунду, но не оттолкнула, просто осторожно прижалась к его плечу.   Кислов, сидя напротив, фыркнул:   — Ты только сейчас это поняла?   — Заткнись, — бросила она, но без злости.   Они часто орали друг на друга, из-за музыки, из-за еды, из-за ничего. Но через пять минут могли спокойно обсуждать новый альбом или вспоминать, как в школе Хэнк упал с лестницы.   Дни пролетали в дымке шашлыков, вина и бессонных разговоров. Алиса иногда исчезала, она ходила к Раулю, с кусоком еще теплого мяса.   — На, — шептала она, передавая ему шашлык через приоткрытое окно палаты.   Он улыбался.   А ночью они снова собирались у костра, и Алиса, откинувшись на спинку кресла, смотрела на звезды. Они не говорили о пропавшем Илье. Не говорили о будущем. Просто жили этим моментом, пока костер не догорал, пока вино не заканчивалось, пока майские ночи были теплыми.   Гулкий стук кулаков по груше разносился по ангару, где Хэнк вымещал на снаряде все свои невысказанные мысли. В углу, на потертом диване, Алиса горячо спорила с Егором, размахивая руками, будто отстаивая последнюю истину в этом мире.   Кислов сидел напротив, облокотившись на колени, и время от времени бросал на Алису долгие, задумчивые взгляды.   — Ты ничего не замечаешь? — Егор вдруг наклонился к ее уху, украдкой кивая в сторону Кислова.   — Неа, — Алиса потерла глаз, затем резко моргнула. — Бля.   Она потянулась за рюкзаком, достала маленький контейнер для линз и, аккуратно сняв их, опустила в раствор. Контейнер остался лежать на тумбочке — "Заберу потом", — мелькнуло у нее в голове.   — Так что я должна была увидеть? — она дернула Егора за рукав, заставив его наклониться ближе.   В ответ он лишь кивнул в сторону двери, многозначительно подняв бровь.   Алиса вздохнула, встала с дивана, взяла со стола полупустую бутылку пива и направилась к выходу.   За ней, будто тень, последовал и Егор.   Красноватый свет заката окрашивал дым от сигареты в теплые оттенки, когда Алиса чиркнула зажигалкой. Искра на мгновение осветила ее лицо, спокойное, с легкой тенью безразличия в уголках губ.   — Киса на тебя странно и задумчиво смотрит, — Егор взял у нее зажигалку, проверяя ее в пальцах, прежде чем зажечь свою сигарету. — Неделю уже точно.   — А мне от этого что? — Алиса пожала плечами, выпуская дым в прохладный воздух.   Егор пристально посмотрел на нее, пытаясь уловить что-то в ее глазах, но они были холодными, серыми, как сталь.   — Ты ничего к нему не чувствуешь?   — Нет, конечно, — она фыркнула, и дым вырвался из ее ноздрей тонкой струйкой. — Он наркоман. С нариками, конечно, дружить прикольно, но отношения — это...   Она приложила два пальца к виску, резко дернула головой, имитируя выстрел, и усмехнулась, глядя на Егора.   — Да и я говорила тебе, когда только приехала, что я не влюбляюсь. С тех пор ничего не изменилось.   Еще одна затяжка. Дым закружился между ними, как невысказанные мысли.   — Да даже если бы что-то и проскользнуло, — она прищурилась, — я не показала бы это ему. Опять же, из-за того, что он наркоман. Я не собираюсь никого спасать.   Алиса сделала последний глоток пива, собираясь вернуться внутрь, как вдруг дверь ангара с грохотом распахнулась, едва не сбив её с ног. На пороге возник Кислов, его лицо искажено яростью.   — Да пошел ты нахуй, Хэнк, я спокоен, блять! — он с силой хлопнул дверью, затем заметил стоящих рядом Егора и Алису. — И вы тоже нахуй!   Алиса, привыкшая к его вспышкам, лишь презрительно показала ему фак.   Кислов резко развернулся и подошел вплотную.   — Повтори, — прошипел он, наклоняясь так близко, что она почувствовала запах табака и алкоголя от его дыхания.   — Сам. Пошел. Нахуй, — четко проговорила она, не отводя взгляда.   — Шавка, — выплюнул он, и это слово повисло в воздухе, как удар.   Алиса глубоко вдохнула, перехватила бутылку покрепче и со всей силы ударила его по голове. Стекло разлетелось вдребезги с хрустальным звоном.   Кислов осел на пол, схватившись за голову.   Мел бросился к Алисе, крепко схватив ее за плечи. Его пальцы впились в кожу, пытаясь вывести ее из оцепенения.   — Алиса, ты что натворила? — его голос звучал резко, но в нем слышалась тревога. Он смотрел в ее глаза, они горели яростным зеленым огнем, расширенные и почти невидящие.   — Блять... — прошептала она, разжимая пальцы. Остатки бутылки с глухим звоном упали на бетон.   Хэнк выскочил из ангара, окинув взглядом происходящее.   — Ебать... — пробормотал он, видя Кислова, который лежал на земле. — Вы тут чо натворили?   Парни подхватили Кислова под руки и занесли внутрь. Хэнк сразу же принялся приводить его в чувства, хлопал по щекам, подносил к носу нашатырь, бормоча что-то под нос. Егор тем временем подвел Алису к дивану и усадил ее. Она двигалась, как во сне, покорно приняв из его рук пластиковую бутылку с пивом.   — Хэнк, что у вас там произошло? Почему он так взбесился? — спросил Егор, бросая взгляд на дверь.   Хэнк лишь молча кивнул в сторону улицы, давая понять, что разговор должен состояться без свидетелей. Они вышли.   Алиса осталась сидеть одна, уставившись в одну точку перед собой. Она автоматически подносила бутылку к губам, но, кажется, даже не чувствовала вкуса.   Впервые за долгое время ее руки дрожали. Она, которая всегда контролировала себя, которая никогда не позволяла эмоциям брать верх, только что разбила бутылку о голову человека.   И самое страшное, в тот момент она не чувствовала ни капли раскаяния. Только пустоту.   Со стороны дивана раздался болезненный стон. Кислов приподнялся, сжимая голову руками.   — Извини, — Алиса встала и подошла к нему, но в голосе не было раскаяния, — но ты сам виноват.   — Бляя, дай что-нибудь холодное, — простонал он, сжимая виски пальцами.   — Сейчас.   Она подошла к холодильнику, достала жестяную банку с пивом и протянула ему.   — Держи.   В ангар вошли Егор и Хэнк, о чем-то тихо переговариваясь. Алиса взглянула на них, затем резко схватила рюкзак.   — Я домой пойду.   Не дожидаясь ответа, она вышла, оставив за спиной недоуменные взгляды.   Тем же вечером к ней постучали. За дверью стоял Кислов, в руках — ее забытая ветровка.   — Ты ветровку свою забыла, — протянул он ее, избегая взгляда.   Алиса молча отступила, пропуская его внутрь.   Когда ночь уже опустилась на город, Кислов собрался уходить. На пороге он внезапно обнял Алису, крепко, почти порывисто. И в тот момент, когда его губы почти коснулись ее уха, он прошептал слова, которые обожгли кожу:   — Ты как северный ветер. А глаза твои словно лед.   Он резко разорвал объятия и ушел, не оглядываясь. Алиса застыла на месте, будто вкопанная, повторяя про себя: «Что это было?» Выходные пролетели незаметно, и снова наступила учеба. Небо хмурилось, тяжелые тучи нависли над городом, лишь изредка пропуская робкие лучи солнца.   Алиса, как обычно, встретилась с Егором, и они зашагали к школе в привычном молчании, том самом, которое всегда было между ними комфортным. Но сегодня его нарушил Мел:   — Киса приходил к тебе вчера?   Егор украдкой взглянул на Алису, ожидая ответа.   — Ага, приходил, — равнодушно кивнула она. — Ветровку занес.   — И все? — в голосе Егора прозвучало удивление.   Алиса пожала плечами и ускорила шаг.   — Вечером ко мне придешь, всё расскажу.   Холодный ветер гнал по школьному двору какой-то мусор, когда друзья остановились у входа.   — Сядешь сегодня с Кисой? — спросил Егор, поправляя рюкзак на плече. — Мне кое-что с Хэнком обсудить надо.   — Да, конечно, без проблем, — Алиса кивнула, бросая взгляд на Кислова, который стоял чуть поодаль, закуривая. — В кабинет пойдем?   — Ага, — Егор вдруг оживился, переведя разговор. — Кстати, какие цветы девушке подарить, как думаешь?   Алиса на секунду задумалась, приподняв бровь.   — Не знаю. Мне, например, очень сирень нравится. Белые гвоздики означают чистую любовь, белые розы тоже хорошие... — она сделала паузу, поправляя ремень рюкзака. — Но лучше узнай у самой девушки, какие цветы ей нравятся.   С этими словами она толкнула дверь дколы, впуская внутрь поток холодного воздуха.   Кислов, докурив, бросил окурок под ноги и последовал за ней, оставив за спиной Егора и Хэнка, которые переглянулись, один с вопросительным взглядом, другой с едва заметной усмешкой.   А за окном солнце, наконец, пробилось сквозь тучи, осветив на мгновение школьный двор. Будто намекая, что день, несмотря на все, может сложиться удачно.