Глава 3. Суббота в гостях
5 июля 2025 г., 12:34
Примечания:
Jack Johnson — «Better Together»
«Жизнь — это серия маленьких компромиссов, на которых строятся большие отношения.»
— Ты уверен, что они между собой не подерутся? — спросил Антон, глядя на себя в зеркало. Он пытался пригладить вихрь на макушке, но волосы всё равно торчали, как у электроника в грозу. — Кто, Позов и Матвиенко? — откликнулся Арсений из кухни. — Они знакомы. — Это-то понятно. Но я их вместе ни разу не видел. Один — хохмач, другой — как дед-интеллигент на валидоле. Страшно. Арсений не ответил. Лишь что-то глухо брякнуло в раковине. По звуку — кружка. Антон пошёл на кухню. Арсений стоял спиной, в серой футболке и тёмных брюках, волосы чуть растрёпаны, как будто с утра не расчёсывался. Он не выглядел напряжённым — скорее… отстранённым. — Просто не мешай им общаться между собой, — сказал он наконец. — И всё будет нормально.***
Первым пришёл Позов. — Опа, — сказал он, вваливаясь в прихожую. — Где моя комната и где тут наливают? — Дима, это не хостел, — буркнул Антон, забирая у него куртку. — Ты гость. Веди себя хотя бы как человек. — Я всегда веду себя как человек. Иногда даже слишком. Он вошёл на кухню, поставил бутылку вина на стол, огляделся. — Уютно у вас. Как в сериале про бедных, но гордых. — Это не тебе судить, — раздался голос Арсения. Позов повернулся. На секунду завис, будто не ожидал, что сосед Антона будет именно вот таким: высокий, худой, с равнодушным лицом и чётким, хмурым взглядом. — А ты и есть Арсений? — Угу. — Димка, — представился Позов, протянул руку. Арсений пожал, без энтузиазма. Потом вернулся к плите, будто ничего не случилось. Позов чуть вскинул брови, но промолчал. — Ладно. Ты странный. Но Антона я люблю, так что сегодня буду паинькой.***
Через пятнадцать минут позвонил Матвиенко. Он вошёл легко, почти несясь, как будто опаздывал на поезд. Куртка — нараспашку, волосы как всегда чуть взлохмачены, в руке — бутылка чего-то жёлтого. — Вот вы где, коммунары, — сказал он с порога. — Надеюсь, у вас тут не принято разуваться, потому что я в носках с дыркой. Арсений вышел его встречать. — Серж. — Сеня. — Они обнялись быстро, хлопнув друг друга по спине. — Ну чё, позвал меня в свою берлогу. Показывай зверей. — Один из них на кухне. Второй — где-то рядом, но я его заранее не одобрил. Сергей хохотнул. — Отлично. Поехали. Когда они зашли на кухню, Позов сразу усмехнулся: — Гляди, кого принесло! Серж, ты же должен был сидеть в своём подвале и пить дорогое вино с сырым мясом. — А ты, Димас, как всегда, выглядишь так, будто только что продал свои носки в ломбард, чтобы хотя бы были деньги на проезд сюда, — ответил Сергей и хлопнул его по плечу. Антон, стоявший у микроволновки, моргнул. — Подождите, вы что, прям настолько хорошо знакомы?! — Дружим, лет… десять? — сказал Сергей. — Сколько ты мне должен лет назад за шаверму, столько и дружим, — уточнил Позов. — За шаверму?! — Антон хлопнул по столу. — Мне никто не говорил, что вы знакомы так хорошо. Я думал, вы сейчас только нормально познакомитесь и будете, ну, не знаю, друг другу предъявлять за политику или типажи женщин. — Не, мы с Сергеем старые псы. Просто по разным будкам. Сергей посмотрел на него, потом на Арсения. — Забавно, да? У каждого из нас — свой проект «пристроить дебила». Ты — Шастуна, я — Попова. И оба такие, как будто вселили их в один сериал. — Я сижу здесь, кстати, — буркнул Арсений. — И я, между прочим, художник, — сказал Антон. — А не проект. И вообще, я думал, вы придёте и будете вести себя как взрослые люди. — Это ты о Позове? — Сергей рассмеялся. — Я тебя умоляю.***
К столу сели ближе к девяти. На тарелках — пицца, сыр, маслины, огурцы. Вино, пиво, пара рюмок. Позов активно шутил, Матвиенко — парировал, Антон смеялся, откинувшись на спинку стула, и всё чаще косился на Арсения. А тот молчал. Пил из бокала, медленно. Разговаривал, когда обращались. Сидел будто не внутри вечеринки, а на полтора метра сбоку. — Ты его так и нашёл? — спросил Позов у Сергея, кивнув на Арсения. — В гробу, но с дипломом? — Ты бы знал, какой он был весёлый до работы в офисе, — отозвался Матвиенко. — А потом его засосала система. — И всё? — спросил Антон. — Без шансов? — Ну… — Арсений посмотрел на него. Долго. — Пока что держусь. На снотворном и презрении. Антон дернул щекой, пытаясь сдержать смешок. — То есть, и я участвую в том, чтобы поддерживать в тебе жизненные силы? После небольшого глотка, Арсений внимательно посмотрел на своего соседа. — Ты это о чем? — О презрении конечно, что еще ты можешь презирать так сильно, как меня? — хохотнув, открывая новую бутылку пива. — О, если ты об этом то да, спасибо тебе за помощь в моем существовании. Антон салютнул ему бутылкой от виски. — Господи, вы реально как женатые, — сказал Позов. — Один глумится, второй поддакивает. Оба в одной квартире, оба не жрут мой сыр, на который я потратил почти всё своё состояние… — Подожди, — нахмурился Матвиенко. — Это же ты, тот самый сосед, из-за которого Арсений писал мне стену текста про «беспорядок, свинство и гремящий фен»? Особенно про твои маляки, и грязь после них в ванной. Антон вскинул руки: — Я мыл кисти! Один раз! В раковине! — И вы после этого живёте вместе? — удивился Сергей. — Да как он тебя еще не убил, вы прям святые, что терпите друг друга. — Или идиоты, — вставил Арсений. — Ага, — кивнул Позов. — Типа: «он бесит, но уже привык». Все засмеялись. Кроме Арсения. Он встал. — Я пойду. Голова гудит. Сергей чуть напрягся. — Всё нормально? Я тебя не задел? — Не, всё нормально. Просто устал. Он кивнул всем, будто извиняясь, и ушёл в комнату, не хлопая дверью.***
Квартира опустела ближе к полуночи. Сергей и Позов разошлись по своим сторонам, обещая «как-нибудь собраться ещё». Антон остался убирать. Собирал бутылки. Вытирал стол. Слушал, как за стеной поскрипывает пол — Арсений, видимо, ворочается в кровати. И вдруг — глухо, хрипло: кашель. Раз, другой. Потом затяжной. Невыносимо сухой. Антон застыл. Прислушался. Потом резко пошёл на кухню. Поставил чайник. Нашёл мёд, старую кружку, мяту в пакетике. Сложил всё в чашку. Залил кипятком. Накрыл блюдцем. Поставил под дверь. Постоял секунду. Прислонился лбом к косяку. Хотел сказать: «Выздоравливай», или «Ты сильно кашлял». Или хотя бы «Извини, если мы тебя достали». Но не сказал. Просто ушёл. А чай остался — горячий, медовый, запотевший. И, кажется, именно в этот момент в квартире стало чуть теплее.
