Вернувшись с того света

      Герои обрушились на город, который уже горел. Небо было затянуто едким дымом, воздух звенел от взрывов, а крики жителей и рёв злодеев слились в пугающий, какофонический гул. Благодаря предупреждению Ревенанта они знали самое главное: не смотреть врагу в глаза, чтобы избежать контроля Причуды Кукловода.       — Разделиться и двигаться! — скомандовал Иида, активируя свои двигатели и прикрывая глаза ладонью. — Никаких прямых взглядов! Работаем по периферии! Урарака, Киришима — эвакуация и прикрытие! Остальные — сдерживание!       Битва стала невероятно сложной и пугающей. Им приходилось прикрывать глаза, сражаться, глядя под ноги или используя отражения на мокрых поверхностях. Любой прямой контакт с противником мог обернуться тем, что герой сам попадёт под контроль. Урарака и Киришима сосредоточились на спасении гражданских, работая как слаженный механизм, при этом Киришима постоянно держал в поле зрения Денки, чьи силы были критически важны для обездвиживания, но чья уязвимость требовала защиты. Тодороки использовал свои огромные огненные и ледяные потоки, чтобы создать не только дымовые завесы, но и изолирующие ледяные стены, локализуя небольшие группы злодеев.       Сам Ревенант не тратил время на мелкие стычки. Его целью был только один человек. Ускорив себя за счёт комбинированной причуды и передвигаясь исключительно по теням, он проносился мимо контролируемых злодеев, оставляя за собой лишь смазанный, зелёно-голубой след. Он был стрелой, выпущенной прямо в сердце врага.       — Бакубро, не отрывайся! — прохрипел Киришима, отбиваясь от группы контролируемых злодеев, но Бакуго его не слышал.       Ярость гнала Кацуки вперёд. Он видел, как его союзники пытаются сражаться, едва видя противников, и это бесило его. Чертова показуха! Почему бы просто не разнести их всех?! Он направил свои мощные взрывы прямо в сторону центральной площади, туда, куда двигался Ревенант, прикрывая его и отвлекая злодеев на себя, позволяя ему добраться до главной цели, Шигараки.       Если этот мудак хочет быть приманкой, пусть будет. Кацуки не желал признавать, что его действия продиктованы желанием защитить Ревенанта, поэтому его гнев перерос в ожесточённое, но крайне эффективное прикрытие.       В центре разрушенной площади их уже ждали. На вершине развороченного, почерневшего памятника, похожего на обезображенную статую героя прошлого, стоял Шигараки Томура. Он выглядел довольным, а его улыбка была извращённо широкой.       — Я знал, что ты придёшь, — прозвучал его голос, усиленный какой-то звуковой причудой, разнёсшейся над руинами. — Я так рад, что ты наконец-то выбрался из тени, Иза-тян.       Имя "Иза-тян" ударило по Кацуки как холодный душ. Его взрывы на мгновение стихли. Иза-тян? Стриптезер-омега, чьим мастерством и телом восхищались многие, но никто из альф не смел его тронуть? От куда этот ублюдок вообще знает его имя?       Ревенант даже не вздрогнул, достигнув подножия памятника. — Тебе придётся назвать меня иначе, — холодно, но тихо ответил Ревенант. Он говорил так тихо, что Кацуки, находясь в сотне метров, не услышал этого.       — Что ж, как пожелаешь. Но ты всегда будешь для меня Иза-тян, — усмехнулся Шигараки, и, прежде чем он успел закончить фразу, Ревенант атаковал.       Ревенант мгновенно сократил дистанцию. Создав энергетическую плеть, которая рассекла воздух и ударила Шигараки по груди. Шигараки не успел среагировать. Он отшатнулся, и на его серой толстовке моментально расплылось тёмное пятно крови.       — Вот как ты встречаешь своего старого друга? — прошипел Шигараки, держась за рану.       Он поднял руку, и ближайшие злодеи, уже подконтрольные ему, бросились на Ревенанта. Используя их как живой щит, Шигараки исчез во вспышке синего света, оставив за собой лишь облако пыли и контролируемых марионеток.       — Чёрт! — выругался Кацуки. Ему было не по себе от этого имени.       Они немедленно приступили к обезвреживанию "кукол". Ревенант действовал быстро и чётко, нанося точечные удары энергией, которые, как парализующие разряды, обездвиживали врагов. Вскоре, благодаря совместным усилиям, все подконтрольные герои и злодеи были обездвижены.       — Он направился на юг, — сказал Ревенант, указав на дорогу, ведущую за город. — Он хочет закончить это там, где всё началось.       Герои последовали за ним. Чем дальше они уходили, тем более мрачным становился пейзаж, пока они не прибыли на место своей самой страшной битвы: выжженную, мёртвую землю, где много лет назад пали Всемогущий и Деку.       Посреди этой пустоши, на вершине холма из обломков, стоял Шигараки.       — О, вы пришли, — Шигараки расплылся в самодовольной улыбке. — Я очень рад. Иза-тян, знаешь, было очень умно подсунуть мне в прошлый раз иллюзию. Если бы не она, ты бы не остался жив.       Глаза Кацуки расширились. Иллюзия? Ревенант тоже участвовал в той битве, когда Деку погиб, и смог спастись лишь благодаря иллюзиям? И снова имя Иза-тян. Почему Шигараки продолжает звать именем стриптизёра сына великого героя Всемогущего?       Но времени на размышления не было. На холм с двух сторон вышли Ному и группа злодеев. На сей раз их глаза были ясными. Они действовали по собственной воле.       — Приветствую тебя, Иза-тян! — прорычал Шигараки. Его тело начало меняться, мутируя и увеличиваясь в размерах. Его кожа стала грубой, а из спины выросли костяные наросты. — Теперь давай закончим то, что начали!       Битва вспыхнула с новой силой. Герои бросились сдерживать злодеев и Ному. Тодороки создал непроходимую ледяную стену, чтобы разделить противников, а Каминари наконец-то смог использовать свою Причуду, чтобы вырубить большую часть злодеев.       Ревенант и Шигараки столкнулись в центре.       Шигараки атаковал, используя все силы. Одновременно он заставлял землю под ногами Ревенанта крошиться и распадаться — Причуда Распада была усилена. Он наносил мощные удары, а из его мутировавших рук время от времени вырывалось обжигающее, синее пламя, похожее на пламя Даби, но гораздо более мощное.       Ревенант уворачивался, парировал и контратаковал. Он постоянно усиливал и ускорял собственное тело, чтобы соответствовать безумной скорости Шигараки. Его энергетический хлыст снова и снова щёлкал по противнику, нанося быстрые, точечные удары.       Ревенант понимал, что его обычных сил недостаточно. Он сделал глубокий вдох. Его тело засветилось ярко-зеленым светом, а мышцы напряглись до предела. Все его причуды слились в один поток, но теперь он активировал главную — Один За Всех.       Первый удар Один За Всех, от которого воздух застонал, сотряс землю, но Шигараки, несмотря на шокирующую силу, смог выдержать натиск и начал яростно отбиваться.       Кацуки, сражавшийся с Ному в двадцати метрах от них, застыл. Он видел зелёные молнии, которые он последний раз видел, когда Деку был жив. Неужели Деку перед смертью успел передать Один за всех Ревенанту? Кацуки едва успел увернуться от удара Ному, который воспользовался его замешательством, но его взгляд оставался прикован к Ревенанту.       Шигараки, используя пламя и распад, пытался пробить защиту Ревенанта, но тот, не сбавляя скорости, продолжал наносить удары. Скорость их дуэли стала запредельной. Для героев на периферии они превратились в две мелькающие молнии — зелёную и чёрно-синюю, — которые разрывали пространство между собой. Никто не мог различить их движений, но каждый чувствовал нарастающее в эпицентре напряжение.       В этот момент Ревенант перестал сдерживаться. Он чувствовал, что Шигараки достигает своего предела. На короткое мгновение, пока Шигараки совершал широкий замах, Ревенант проскользнул мимо его защиты.       Раздался оглушительный, пронзительный хлопок, похожий на звуковой удар.       Ревенант обрушил свой кулак, окутанный сияющей силой, прямо в грудь Шигараки. Удар был нанесён в то же самое место, где Всемогущий получил свою роковую рану. Мощь "Один За Всех" прошла сквозь тело Шигараки, пробив его насквозь и оставив за собой мерцающую пустоту. Шигараки застыл, его глаза расширились в немом шоке. Его огромная, мутировавшая фигура тяжело рухнула на землю, поднимая облако пыли. Шигараки был мёртв.       Ревенант тяжело опустился на одно колено, задыхаясь. Вокруг него постепенно стихал грохот боя. Его тело начало мерцать и его рука, державшая заколку-взрыв, дрогнула.       — На этом мы закончили, — тихо сказал он, обращаясь ко всем.       Битва, однако, ещё продолжалась. К месту сражения прибывали новые герои, которые помогали схватить оставшихся злодеев и добить Ному.       В то время как хаос постепенно перетекал в организованную зачистку, Джиро Кьека осторожно отделилась от своей группы. Она медленно подошла к Ревенанту, который стоял спиной к ней, глядя на лежащее тело Шигараки. Её лицо было бледным, а руки дрожали от сдерживаемых слёз. Только благодаря железному самоконтролю она не разрыдалась от шока.       — Деку? — тихо спросила она, и её голос был едва слышен сквозь общий шум.