Листы школьной жизни

15 октября. Среда. Без возможности видеться с Ло было сложно, он скучал очень сильно, но возможность написать ему скрашивала однотипные, скучные будни.

Мой симпампусик 💋💞

Вы: Я скучаю(

Мой симпампусик 💋💞: Я тоже 🙁 Ну, всего-то пару дней потерпеть осталось

Вы: Это долго…

Ну вот за что это?

И почему они вообще считают, что меня можно просто запереть дома, как вещь?

А если я сбегу ночью, пока все спят?

Мой симпампусик 💋💞: Ты только больше проблем заработаешь Лучше наоборот, постарайся показать, что ты их слушаешься Тогда они будут тебя меньше контролировать Надеюсь…

Вы: Терпеть не могу, когда мне указывают

Мой симпампусик 💋💞: Я понимаю, солнце Но что ещё остаётся делать? Я за неделю никуда не денусь А вот отношения с родителями у тебя могут испортиться

Вы: А вдруг ты найдёшь кого-то мне на замену?

Мой симпампусик 💋💞: Какая замена? Ты у меня единственный и неповторимый)

Вы: Правильно! Я такой один, гениальный и сексуальный

Хорошо, что ты это понимаешь

Просто некоторые дураки не понимают

Но ты у меня не дурак, ты сообразительный

Мой симпампусик 💋💞: Хех 😘

Вы: И я тебя люблю 🧡

(Мой симпампусик 💋💞 поставил(а) реакцию "❤️" на это сообщение)

Блин, мама зовёт!

Очень грозным голосом…

Мой симпампусик 💋💞: Ой-ой Я ментально с тобой Напиши потом, что случилось Статус последних сообщений остался в непрочитанном. Харрис поспешил спрятать телефон за подушку, если вдруг родителю взбредёт в голову его отнять. — Джон, спустись сейчас же вниз, — прозвучал грозный голос матери ещё раз. Джон поспешил спуститься как можно скорее, чтобы не злить её ещё больше. — Ты чего-то хотела, мам? — спрашивает Дейви, пряча руки за спину. Поникшее лицо матери не предвещает ничего хорошего, мысленно он готовит себя к любым наказаниям и даже к домашнему аресту, перебирая, что же такого успел натворить. — Кто такой этот Ло и что у тебя с ним? — спрашивает его мать. От страха душа уходит в пятки, не могла же она узнать? — Он мой друг, — Джон ненавидит врать, предпочитает не врать даже собственным родителям, как бы их ни ненавидел, но эта ситуация требует, чтобы он перешагнул через принципы. — Ты целуешься в губы с другом? — чуть повышенным тоном говорит мать. Дейви кажется, что пол под ним превратился в бездонную чёрную дыру, он теряет равновесие, хватается за стол, дабы не упасть. Кажется, что мир вокруг плывёт. — Откуда ты…? — дрогнувшим от страха голосом спрашивает он. — Ответь мне, кто он! — верещит матушка. — Мой парень, — тихо отвечает он, понимая, что сейчас начнётся. — Поверить не могу, мой сын педик… Что бы сказал отец? Что подумают соседи? А друзья нашей семьи? Ты об этом подумал? — она нервно расхаживает по комнате с таким лицом, будто он признался в убийстве. — Да мне плевать, что вы думаете по этому поводу, что могут подумать другие, я не разлюблю его из-за чужой гомофобии, — успокоившись, отвечает Джон. Уже не страшно, уже не важно, что она там скажет, он к этому готов, к любым гадостям. Он стоит стойко, парирует фактами, он будет отстаивать свои отношения с Лололошкой до самого конца. Он не позволит даже собственной матери мешать их любви. Он вообще больше никогда не позволит кому-либо решать за него. — Это не любовь, ты просто больной! Тебе надо к психиатру, — она начинает кричать на него, тыкая пальцем ему в грудь. В её взгляде читается презрение, именно с таким взглядом мать смотрит на всех себе неугодных. И теперь он такой же: ненужный, чужой, но ему не больно, она давно стала для него чужой. Теперь они одинаково друг друга ненавидят, и это не страшно, это наоборот заставляет его расслабиться. Мысль, что сегодня между ними оборвалась последняя нить, что теперь они — чужие люди, а не семья и никогда ей не были. — Гомосексуальность перестали считать диагнозом ещё в 1990 году, — спокойным тоном отвечает он, будто они ведут светскую беседу, а не ссорятся последний раз в жизни. — А ты тут умного из себя не строй! Наслушался пропаганды! Так и знала, что позволять тебе учиться во Франции было ошибкой. Вбили тебе глупости в голову, извратили понятие правильного и что такое любовь. Он слышит чужие шаги, слышит, как гавкнул пёс в коридоре и счастливо забегал по кругу. Становится понятно, что Саша пришла на крики проверить всё ли с ним хорошо. Он показывает ей жестами "не вмешивайся, уходи", пряча руку за спиной от матери. — А что тебе знать о любви? — спрашивает он, внимательно смотря в глаза матери, та вздрагивает, замечая на лице сына такой же пугающий взгляд, как у её мужа. За спиной слышится испуганный вздох сестры, мысленно уже хоронящей его. — Уж явно больше, чем 17-летнему подростку, — отвечает она, всё-таки найдя, что ответить. — А ты когда-нибудь любила? По-настоящему, а не потому что "так надо"? — спрашивает Дейви, продолжая прожигать её взглядом. — Я… — она не находит, что ответить, её глаза округляются от шока, она слышит тот же тон, которым её ругали в детстве, тот же, которым ругал её муж. Не обвиняющий, а язвительный, надменный, такой, будто её мысли читают наизусть, будто знают все потаённые секреты, будто видят все чувства, скрывающиеся под толстой коркой ледяного сердца. Если бы она что-то держала в руках, то незамедлительно бы уронила. Услышать подобное от собственного сына было сродни предательству. А тот безэмоционально продолжает, игнорируя её состояние. — Вы с отцом никогда не любили друг друга, ваши отношения — это лишь фиктивный брак, вы завели детей, потому что надо, а не потому что хотели. И вы так и не смогли полюбить нас, ведь для образа идеальной семьи это и не обязательно. В вас никогда не было ничего человеческого, ни любви, ни сострадания, лишь идеальные выверенные механические действия, словно вы роботы. Ты всегда любила лишь себя и свой идеальный образ жены богатого бизнесмена, матери двойняшек, но ты так и не смогла стать для меня "мамой". Ты убила в себе всё живое и хочешь от окружающих того же. Ты лицемерка, — продолжает он, втаптывая собственную мать в грязь. — Да как ты смеешь так говорить с матерью, сопляк? Да что ты понимаешь? Я хочу для тебя и Саши всего самого наилучшего, — она кричит до боли в связках. — Ты хочешь не этого, ты хочешь, чтобы мы были такие же несчастные, как ты, — холодно отвечает он. — Это всё твой п-парень, да? Это он тебя настроил против собственной матери! Это всё это грязное ничтожество, если бы не он, мой сыночка бы не посмел поднимать голос на мать! — она начинает плакать, но эти слёзы так и сочатся фальшью, это лишь её способ манипулировать. "Видишь, как мне плохо из-за тебя, я люблю тебя больше, чем какой-то левый человек". Но Джон больше не поведётся на это. — Я ещё не поднимал на тебя голос, но после такого вполне могу, — он медленно подошёл ближе, угрожающе нависая сверху, — не смей его так называть! — А вот и буду, что ты мне сделаешь, поднимешь руку на мать? — продолжает она гнуть свою палку. — Не вынуждай, — злобно проговаривает Дейви, смотря на мать с неподдельной яростью. — Грязное гейское отродье, он испортил тебя, ты хочешь стать таким же? — кричит она с пеной у рта, в полной уверенности, что ей ничего не будет. Джон хватает мать за воротник, ей приходится встать на носочки, так как она значительно ниже. Он смотрит прямо ей в глаза с ненавистью, она смотрит на него в ответ с презрением, за которым прячется страх. Он небрежно отпускает её, она падает на колени, во взгляде читается шок. Её сын, её милый Джон, был готов поднять на неё руку. — Тебе повезло, что меня учили не бить женщин, ха, как парадоксально, этому научила меня даже не ты, — язвительно произносит он, смотря на мать без толики сожаления за произошедшее. Он разворачивается на носках, готовый бросить шокированную мать на полу в одиночестве, доказав серьёзность своих намерений. — Я всё равно докажу тебе, что это неправильно. Это отродье… — она осекается, — Он не достоин тебя, Джон, ты выше какого-то там гея, что у него есть? Что он может тебе дать? — сплёвывая на пол из последних сил произносит она. — Он может дать мне то, что никогда не сможешь дать ты, настоящую любовь и искренность, — он даже не поворачивается, чтобы посмотреть на собственную мать, — И это не он недостоин меня, это я никогда не смогу стать достойным его, ведь меня воспитало такое ничтожество, как ты, — холодно произносит он. — Не знаю, как ты собралась мне что-то доказывать, если меня тут не будет, — бросает напоследок он, заявляя о своих намерениях уйти из дома. Мать ахает, слышится чужой всхлип за стеной, Саша так и не ушла, дослушав эту ссору до конца. Он твёрдым шагом уходит из кухни, проходит мимо сестры, не готовый сейчас на разговоры. В голове пустота, ни единой мысли, лишь решимость в своих действиях. Он быстро одевается, запихивает в сумку всё самое нужное, оставляя одежду. Саша приоткрывает дверь, запуганным взглядом ищет в комнате брата. — Джон, ты? — осторожно спрашивает она, — Прости меня… — За что? — интересуется Джон. — Это… Это моя вина, — произносит Саша дрогнувшим голосом, — Я оставила телефон без присмотра, а она, видимо, нашла фотку в нашей с ним переписке. Ту, на которой вы целовались, когда он тебе проиграл в УНО… — Саш, всё хорошо, ты в этом ни капли не виновата, нас бы всё равно рано или поздно спалили, — успокаивает её Джон. — Мне не хочется оставлять тебя здесь одну, но я не знаю, что могу сделать, но обещаю, что не брошу тебя с этими проблемами одну, — заверяет Дейви сестру. — Я понимаю, главное, чтобы ты был счастлив, братец, — отвечает Мари. — Спасибо, что понимаешь меня, Саш, — они обнимаются на прощание. Он спускается вниз, игнорируя, что мать до сих пор сидит на кухне поникшая, а в её глазах виднеется разочарование. Он напоследок прощается с собакой сестры, даже не с матерью, и уходит, в этот раз навсегда. На улице льёт дождь и дует сильный ветер, Джон решает добежать до остановки, чтобы не промокнуть. Добежав и спрятавшись от дождя, он достаёт телефон и быстро печатает Лололошке сообщение, тот сразу же заходит в сеть и пишет ответ, что вызывает у Джона улыбку.

Мой симпампусик 💋💞

Вы: котик, срочно

Ты не против, если поживу у тебя?

Возможно на совсем

Мой симпампусик 💋💞: боже ты живой Что-то случилось? Мать?

Вы: не хочу об этом сейчас говорить

Мой симпампусик 💋💞: конечно можно, я ж не брошу тебя на улице Только я сейчас не дома Зайду в магазин заодно, тебе что-то нужно?

Вы

Купи сишки

Мой симпампусик 💋💞 Хорошо

Вы:

Люблю тебя

Мой симпампусик 💋💞 И я тебя ❤️ На сердце разливается тепло, он совсем не боится уходить из дома, на душе только предвкушение от мысли, что он будет жить с тем, кого любит, и лёгкая обида. Обида от того, что его никогда не примут собственные родители, никогда не полюбят таким, какой он есть. Но это не важно, у него есть сестра, есть Ло, они будут любить его любым.