Точка разлома

— Ацуши! Крик Чуи отскакивает от стен пустого города, исчезая в серой тишине, будто его проглотили. Ни эха, ни реакции — просто ничего.Он идёт вперёд — уверенно, яростно, почти на автомате. Глаза бешено скользят по пустым окнам, дверям, теням. Каждый переулок — как пасть, в которую может упасть мальчишка с растерянными глазами. Позади плетётся Дазай. Весь какой-то... выключенный. Как будто его выдернули из розетки и забыли включить обратно. — Ты хоть слово скажи, блядь, мразь замкнутая! — Чуя останавливается, разворачивается на пятках. — Мы его потеряли. Как?! Мы стояли рядом! — Голос ломается, злость не спасает. Только делает хуже. — Я... — Дазай хрипло сглотнул. — Я не заметил, когда он исчез. — Да ладно?! А кто должен был заметить, как не ты, блядь?! — Чуя бьёт кулаком по стене. Пыль осыпается. Дом не отвечает.

***

Они идут по городу.И город не узнаёт их. Вывески странные.Надписи стираются на глазах.Плакаты с предупреждениями, которых не было раньше: "НЕ ВХОДИ" "ЗА ЭТИМ ПОВОРОТОМ — УЖЕ НЕ ТЫ" "ТОЧКА РАЗЛОМА" Дазай замирает у очередной вывески. Потом говорит глухо: — Что-то тут пиздец как не то. — Спасибо, блестящий вывод, блядь. Ацуши между прочим пропал. Это тебе не хлеб забыли купить. — Ты думаешь, я не понимаю? — тихо, почти опасно. — Думаю, ты как обычно пытаешься быть мёртвым заранее. — Лучше быть готовым. Чем в панике... — — Заткнись.

***

Впереди улица, которую они не помнят. Хотя только что шли по ней. — Смотри. — Чуя показывает на стену. На ней — кривым маркером: «ОН СМОТРИТ. НЕ СМОТРИ ВВЕРХ.» И это уже вторая надпись за день. — Кто, блядь, смотрит? — шепчет Чуя. — Я боюсь проверить. — Дазай сдерживает взгляд. Они не поднимают головы.Но в небе — пульсация, будто кто-то внутри стекла царапает пальцами по миру. — Стой. — Чуя резко останавливается.Он услышал. Не слово, не звук — всего лишь дыхание. Они поворачиваются за угол. И там — пусто.Только тень на стене. Как будто кто-то стоял и ушёл. Только что.Пыль на асфальте — сдвинута.И отпечатки ног — детские. — Это он. Он был здесь. — — Почему он не откликнулся? — Потому что это место его уже не отпустило, — мрачно сказал Чуя. — Или... он слышит не нас. Шёпот начался сразу после. "он слышит нас" "мальчик мальчик мальчик мальчик..." "а ты слышишь?" — Чуя. — Не говори. — Нет, послушай... — — НЕ ГОВОРИ, БЛЯДЬ. Но поздно. Дазай уже смотрит на трещину в небе.И в ней — глаз.Не человеческий. Не звериный. Просто... глаз. Смотрящий. — Мы его найдём. — Чуя говорит это неуверенно, но жёстко, будто наказывает реальность.Он хватает Дазая за рукав, тащит дальше.Тот подчиняется. Их шаги гулко отдаются в пустых коридорах города.Они не знают, что ищут. Но знают, что если остановятся — провалятся.Пока город молчит,пока Ацуши исчезает,пока небо трескается —они идут. Вслепую.В злости.В страхе.Вдвоём.