Душа волшебника

Утром по городу разлился такой туман, что за окнами в дымке терялись здания напротив. На ночь Додо снова помазал руку Нормальным раствором, но к утру перья выросли. Пришлось их опять выводить. Сегодня первой парой стоял новый предмет. “Стихии и начала”. Сонно позавтракав, друзья вышли в туман. Когда, сворачивая на Колокольчиковую улицу обогнули Дом мисси Фада-Бом, Додо поймал краем взгляда яркий в тумане блеск в окне второго этажа. Додо остановился и принялся всматриваться в окно нового соседа. - Что там? - спросил Фе. - Ты не поверишь, - прищурившись, ответил Додо, - по-моему у него в окне подзорная труба. - Ого… - Фе усмехнулся и потянул Додо прочь от дома. - Видимо старик любит наблюдать за соседями. Странный тип. - Ну мисси Фада-Бом ему доверяет… - Додо пожал плечами. - Думаю он как минимум не опасен для приличных людей. На улице было зябко. Косые солнечные лучи все еще не могли рассеять влажный и липкий туман, но день обещал стать ясным. На этот раз к кабинету Додо и Фе подошли последними. - Доброе утро, - первой поздоровалась Вейре и посмотрела на мгновение Додо в глаза. Тот поздоровался со всей группой на автомате и задумался, пытаясь понять, что это сейчас было. Случайно? А если нет? Додо не понял, что за чувства в нем это вызвало, но он точно разволновался. - Игнорируют нас. Что-то меня это тревожит… Очень тревожит, - выдернул Додо из раздумий голос Фе. - А? Да… Странно, - кивнул он. - Вчера тоже, кстати. - Додо мельком взглянул на Вейре. Она стояла у подоконника и ее щеку освещало утреннее солнце. С улыбкой она о чем-то рассказывала то ли Зене, то ли Кено. “Да без разницы кому, - подумал Додо, - невозможно не понимать, какие они гаденыши. А если она понимает и продолжает общаться с ними… она по всей видимости не лучше их.” - Додо, очнись. У нас трудный день впереди, ты мне нужен собранный, а не по частям, - Фе дернул Додо за лацкан и тот пришел в себя. - Сегодня короткий день. Пойдем после занятий сам знаешь куда. Уверен, никто туда не сунется, пока не закончились лекции. К аудитории подошел удивительный человек. Во-первых он был очень маленького роста. Он едва доставал Додо до плеча. Во вторых он обладал примечательными длинными и торчащими в разные стороны серыми бакенбардами, которые на концах приобретали яркий и насыщенный лиловый цвет. Одет коротышка был в коричневый в клетку модный костюм и нёс увесистый саквояж. Искоса оглядев группу он подошел к двери и отпер ее ключом. - Прошу, - произнес он густыми красивым баритоном и распахнул дверь. - Проходите, садитесь. Сейчас начнем. Забравшись на высоковатые для него ступеньки кафедры, новый преподаватель бухнул саквояж на на тумбу, долго в нем рылся и извлек черную, с золотым тиснением папку. Ее он раскрыл перед собой. В аудитории сплошные столы располагались полукругом. Сесть с краю не удалось и Додо и Фе оказались между Дуардо и Малиновым бантом. Рядом с Додо Дуардо, а следом сидела Вейре. Додо снова поймал ее взгляд и со странным чувством недоумения, страха и приятного волнение понял, что ему не показалось. Она действительно заглянула ему в глаза, привлекая его внимание или просто дразня. Додо покосился на Фе. Тот раскрыл чистую тетрадь и расписывал в углу листа перо. Стало неприятно и стыдно перед Фе. Додо решил больше не Вейре не смотреть. - Доброе утро, уважаемый первый курс, - звучно и выразительно произнес с кафедры “Лиловые бакенбарды”. - Разрешите представиться: доторе Матисо Дуви-Ду. Я буду вести у вас сложный, важный и очень интересный предмет “Стихии и основы”. Мы изучим принципы строения нашего мира, заглянем за предел, узнаем о том, как зарождаются души и о том, как можно взаимодействовать и даже общаться с духами предметов и стихий. Додо с некоторым даже восторгом понял, что и анонс предмета у доторе получился заманчивый, и что сам он - прекрасный лектор. Под его живую, внятную и выразительную речь не хотелось спать, дикция у него была превосходной, а голос громким и приятным. - Давайте рассмотрим основные положения, - доторе окинул взглядом аудиторию. - Скажите мне кто-нибудь, есть ли у огня душа? Малиновый бант тут же подняла руку. - Да, леди? - Нет, - звонко ответила та. - У стихий нет души. - А может у огня появиться душа? - спросил профессе вкрадчиво. - Нет, - уверенно ответила Малиновый бант. - А в какой момент дух огня перерождается душой человека? И является ли дух огня уже душой непосредственно перед перерождением? В какой момент он перестает быть духом и становится душой? Малиновый бант замялась, не сумев ответить. - Спасибо, - поблагодарил ее Дуви-Ду и обратился к группе. - Вот с признаков души мы и начнем. Душа в себя вмещает память. Это то, что отличает ее от духа. Бурление энергии, постоянно повторение цикла или длительное сосредоточие сильных эмоций рождают духа и позволяют тому развиваться. Кто-нибудь, приведите пример подходящих условия для развития духа огня? Фе проявил не свойственную ему на занятиях инициативу и предположил: - Печи в Городской пекарне, которые, по заверениям газет, не потухали уже сто тридцать лет. - Прекрасный пример, - похвалил “Лиловые бакенбарды”. И совершенно верный - их этих печей вышло немало душ ныне живущих людей. Так как происходит этот переход? Когда количество превращается в качество? Группа промолчала. Доторе развел руками. - А неизвестно, - улыбнулся он. - неизвестны науке точные признаки, которые возможно было бы измерить и зафиксировать. Но, известно то, что переход этот происходит и известны признаки того, что переход этот близок - дух стихии начинает приобретать признаки души. И тогда у волшебника появляется возможность этим духом управлять. Малиновый бант снова подняла руку. - Да, леди? - Но ведь волшебство направленное на какое-либо управление человеком методом воздействия на его душу запрещено? Кто-то из Бобо-Помпозо фыркнул. Дуардо кашлянул сурово. - Бесспорно, - снова улыбнулся доторе и Додо в его улыбке почудилось что-то зловещее, - душами повелевать преступно. А вот духами - нет. При наличии, конечно, разрешения и соблюдения мер безопасности. Додо задумался о той самой грани, которая неизвестна и об этичности управления духами стихий, который почти души и покосился на Фе. Тот слушал с большим интересом. - Сегодня, на вводной лекции, я вам расскажу обо всем самом интересном, чего возможно достичь, изучив духи стихий. И заодно мы разберем, какие еще есть основы духа, помимо известных нам стихийных. Итак, записывайте. Часть первая: Големы и элементали... Группа покорно заскрипела перьями.

***

- Я не люблю преподавателей, которые заставляют меня прочесть к следующему занятию пять книг, - ныл Фе, выйдя из аудитории. - Всего-то лишь по главе из каждой книги! - воскликнула бодро Малиновый бант, проходя мимо. Фе вскинул на нее страдающий взгляд. - Тенденция плохая, - задумчиво сказал Додо, - но в целом, она права. Пока что это еще не катастрофа. У нас окно - пойдем сейчас и займемся, пока в библиотеке нет очередей. - Я думал в кафе посидеть, - задумчиво пробормотал Фе. - Чаю потом сделаем себе в Литературном клубе. Не ленись, пошли. Фе вздохнул со страданием и поплелся за Додо в библиотеку. В середине учебного дня в библиотеке и правда было безлюдно. Только толпились в алхимическом отделе аспиранты, к чему-то своему готовясь. - Что-то в нем есть зловещее, в этом Дуви-Ду. Помимо бакенбардов, - заметил Додо. Фе рассмеялся. Малиновый бант из-за соседнего стола на него шикнула. - Ну если я правильно понял все его намеки, - зашептал Фе, - то управлять элементалем воздействуя на его дух, это почти то же самое, что и управлять человеком, воздействуя на его душу. Разница лишь в том, что последнее чуточку сложнее и за это отрубают голову. - Ну как-то так… - согласился Додо. - Думаю именно на это он и намекал. Но, по-моему, без пункта про смертную казнь. Фе минуты три полистал толстую книгу по геологии и отвлекся: - Интересно, а когда нам будут рассказывать об оживлении мертвецов? - А зачем тебе живые мертвецы? - удивился Додо. - Просто интересно. Интересно, они что-нибудь помнят? Чувствуют? Додо задумался и фыркнул. - Ну, как только Бранк-Брухо дадут труп, думаю как раз об этом у нас занятие и будет. А заодно о правильном применении средств от обмороков. Додо погрузился в чтение главы шестнадцать второго тома большой энциклопедии минералов и веществ. - Додо, - окликнул его Фе. - Слушай, давай учиться, - проворчал Додо, но поднял взгляд. Фе с интересом смотрел куда-то в сторону. Додо оглянулся и увидел какое-то оживление в группе аспирантов. Сидящего над книгами незнакомого молодого человека окружили полукругом аспиранты. Высокий Стан-Цапля с большой чашкой чаю выделялся на их фоне. Аспирант за столом, закрыл лицо ладонями безудержно и надрывно ревел, по всей видимости не в силах сдержаться, даже несмотря на присутствие такого количества народу вокруг. - Вот до чего доводит обучение волшебству, - прошептал Фе. Додо приложил палец к губам, прислушиваясь. - Слушай… - сказал он, не сводя взгляда с рыдающего, - по-моему это важно. Фе скосил взгляд на Додо. - Схожу за третьим томом “огненной алхимии”, нам как раз нужно, - задумчиво произнес Додо и направился отстраненно и решительно в алхимический отдел, поближе к аспирантской компании. Увидев Додо, ему отсалютовал Стан. Додо поздоровался в ответ и принялся искать нужную полку. - Как я прочту двадцать пять книг до началиса? - всхлипывал аспирант, - моя работа, считай, погублена. - Не устраивай драму, - призывал его кто-то, - ты зря переживаешь. Выспись и возвращайся учиться и все будет в порядке и ты все успеешь. - Я пробовал и кофе и зелье бодрящее - ничего! Ничего не помогает! - Сон поможет! - отвечал кто-то решительно. - Третьи сутки без сна - неудивительно! К Додо подошел Стан, похоже уставший от происходящей драмы. - Помочь найти что-нибудь? - предложил он. - Да… - Додо оглянулся на компанию утешающих, - Я “огненную алхимию” ищу. Третий том. Слушай… - Додо заинтересовано посмотрел на Стана. - Это, наверное, не мое дело.. Но что случилось? Стан вздохнул устало, покосившись на страдающего. - Это наш выдающийся талантище. Может прочесть и усвоить пять-семь книг в день. Когда читает, переворачивает страницы быстрее, чем гвардеец, проглядывая журнал с рекламой садовой рассады. Взял на себя кучу обязательств, затянул сроки, рассчитывая за неделю прочесть половину библиотеки. Сел сегодня работать, а читать так быстро, как привык, не может. И не удивительно - он несколько суток уже на ногах. Нужно же когда-то отдыхать! Вот пытаемся его отправить домой, но он ни в какую. - Ох… - пробормотал Додо, задумчиво глядя сквозь Стана. - Бедный… Сочувствую ему. - Ничего, - Стан снял с полки нужную книгу и протянул Додо. - Выспится и все успеет. Почти бегом Додо вернулся за стол к Фе. - Фе, беда, - прошептал он. - Нужно идти к декану! - Чего? А что такое? - удивленно спросил Фе, а Додо жестом показал ему в сторону выхода. - Пойдем. Поговорим там.

***

- Вообще кто угодно вам скажет, что это невозможно, - сказал Сэгри-По. Он ходил по своему кабинету взад-вперед, вдоль дивана на котором сидели смирно Додо и Фе, провожая профессе взглядом. - Но не может же это быть совпадением! - воскликнул Фе. - Совпадения, это миф, действительно, - пробормотал профессе. - И в этом и есть странность. Уверен, здесь есть какое-то иное объяснение. - Помолчав какое-то время, Сэгри-По сел в кресло напротив Фе и Додо. - Я не отрицаю возможности злого умысла. - Уверенно заявил он. - Если совсем откровенно, я полагаю этому всему найдется банальное объяснение и проблемы учащихся улетучатся сами по себе, но… - он поднял палец, предупредив горестный вздох Додо. - Я не привык закрывать глаза на необычные события. Я допускаю, что здесь, возможно, что-то не так. - Ну и в том и в другом случае были редкие способности. Ярко выраженные. И о них окружающие или знали, или, хотя бы, догадывались, - воскликнул Додо. Декан вздохнул. - Похищение фрагмента души невозможно. Это вам скажет кто угодно… Но… - он поджал губы и глубоко задумался. - Но волшебство развивается… развивается постоянно. Каждое поколение волшебников придумывает новые пути, совершает открытия… И если гипотетически допустить возможность подобного, то это, конечно, чудовищно, - он, прищурившись, какое-то время задумчиво разглядывал полки своего огромного книжного шкафа, затем вздохнул и продолжил: - Я не стану вам говорить, как сказали бы многие, что вы несете бред. Но, имейте в виду, что помимо “похищения” способности, как вы выразились, могло быть и что-то более вероятное, например кто-то из зависти или эксперимента ради или, даже, случайно мог “усыпить” способность, что тоже сложно осуществимо, но хотя бы реально. Да мало ли что могло случиться в этих стенах. Короче, - профессе решительно сцепил перед собой руки, - я вам верю. И я вам предлагаю провести расследование. Выясните обстоятельства, определитесь кого вы подозреваете и в чем конкретно. И тогда приходите ко мне, и мы подумаем, что с этим можно сделать. Пока что у вас есть два схожих, но мало объяснимых факта и я ничем не смогу вам помочь, при всем моем желании. Согласны? Додо и Фе покивали. - Спасибо, профессе! - воскликнул Додо, не слишком рассчитывавший на серьезное отношение и теперь воодушевленный внезапной поддержкой. - Спасибо, что выслушали нас, - поблагодарил Фе, поднимаясь. - Мы все выясним. Попрощавшись, друзья покинули приемный кабинет декана и Фе тут же развернулся к Додо и спросил азартно: - С чего бы начал расследование инспектор Манхос? - Да кто это вообще такой? - воскликнул Додо. - все о нем только и говорят. Он что - герой полиции? - Он тайный сыщик! - ответил Фе. - Ты что, совсем газет не читаешь? Додо пожал плечами. - Да не часто. А как это - тайный сыщик? - Он, по слухам, раньше был полицейским волшебником, потом с ним случилось на службе что-то ужасное и он вынужден был уйти и исчезнуть. А теперь он в одиночку расследует преступления, а потом анонимно сообщает о результатах расследования полицейским. А те задерживают преступников. - Аааа… - протянул Додо, размышляя о том, что за человек мог бы подобным заниматься анонимно. И почему он до сих пор аноним, если о нем столько подробностей известно. Затем он вспомнил о цикле детективных рассказов, написанном несколько лет назад папой. - Не знаю, как инспектор Манхос, но следователь “Кор-Кори” из папиных рассказов сначала говорила с пострадавшими, искала свидетелей и осматривала места преступления, потом выясняла чем преступления эти схожи, узнавала таким образом почерк преступника, а потом задерживала его с помощью волшебного механического карандаша, изобретенного моей мамой. Но последнее - не наш метод: у нас нет волшебного механического карандаша. Фе хмыкнул. - Папа-писатель - это здорово! - Папа-золотодобытчик - это тоже повод хвастаться. - Так, - Фе почесал макушку, - найти свидетелей и осмотреть места преступления мы не можем, потому что нам не известно место преступления. Поговорить с одной пострадавшей сможем только завтра, с другим, думаю, тоже не сейчас, а когда он немного успокоится. И время преступления нам тоже не известно. - Стана попросим выяснить, когда этот несчастный скорочтец заметил, что все плохо и что он делал накануне, - предложил Додо. - А как объясним? - А почему бы не объяснить честно? Скажем, подозреваем, что это чьи-то злые проделки. Декану жаловались, но тот сказал несите факты, - предложил Додо и достал из жилета часы. - Нам скоро на Пончика, на сначала тогда давай в библиотеку заглянем. - Так. А на сегодня у нас тогда слежка за подозреваемым, который у нас уже есть. Осмотр лаборатории, которая кстати тоже может быть местом преступления, если в ней изготавливали шары, с помощью которых воровали способности. Предлагаю так: после Пончика у нас Котяра, потом свободны. Сбегаем к секретарю, посмотрим расписание Пончика, если у него будут еще пары после нашего освобождения, сбегаем в это время в лабораторию, а потом встретим его после его последней лекции и ненавязчиво проследим куда он пойдет. Или - устроим засаду в лаборатории. - А если он нас превратит в мышей и скажет, что так и было? - с сомнением спросил Додо. - Так мы не попадемся! - уверенно ответил Фе. Стана встретили на лестнице, не дойдя до библиотеки. - Прости! - Окликнул его Додо и подошел. - Извини, я хотел спросить… - Похожая история с полезной способностью произошла с Пепе. У нее исчезла ее феноменальная память. И мы думаем, что это могут быть чьи-то проделки, - пояснил Фе. - Ты не знаешь, а что именно, где и как случилось? Стан удивленно похлопал глазами, погладил задумчиво подбородок и растеряно пожал плечами. - Последние двое суток он жил в библиотеке. Там же и понял вдруг, что потерял способность к скорочтению. Но я, правда, думаю, что это у него от недосыпа. Давайте, как только он в себя придет и все у него снова заработает, я вам сообщу, чтобы вы зря не тратили время. - Спасибо! - горячо поблагодарил Додо. - Будет здорово!

***

- П-поднимите экраны! - восторженно сказал Пончик, - сейчас начнем з-занятие! Сегодня будут фигуры п-посложнее, я подобрал вам поинтереснее. И попробуем с цветами поэкспериментировать! Худой и подвижный, Пончик сам был похож на студента который замещает настоящего преподавателя. И эта его привычка постоянно есть пончики и этот его полосатый шарф, создавали образ довольно безалаберного и рассеянного человека. Додо сидел и думал, зачем Пончику могли понадобиться чужие способности? Хотя способности, как Додо уже оценил, были такими, что любому дали бы возможность учиться в разы эффективнее и быстрее. Додо поднял перед собой “экран”. Это было волшебное приспособление, выглядящее как пустая квадратная рама на подставке. Довольно большая - по ширине “экран” занимал всю одноместную парту. Пока студенты рассаживались и поднимали “экраны”, Бон-Донаф с аппетитом съел треугольный оранжевый пончик в голубую крапинку. - Так, так… - Пончик прошел по рядам. Он поочередно дотрагивался до “экранов”, и в тех загорались, наподобие стекла или зеркала, прозрачные светящиеся мембраны нежного желтого цвета. На своем столе он установил такой же экран, но побольше. - Так! Внимание! Та-дам! Наша сегодняшняя н-натура! - на преподавательском экране возник примитивно нарисованный одной линией красный цветочек с зеленым стеблем. - Вы издеваетесь? - воскликнул Зене с отвращением. - Цветочек? Мы что, младенцы по вашему? Бон-Донаф посмотрел на Зене удивленно. - Хотите п-пончик? - предложил он. Белобрысый фыркнул, но не ответил. - Ну как хотите. Итак! Начинаем. У кого не п-получается - зовите, я постараюсь помочь! Додо тряхнул головой, чтобы отвлечься от подозрительного Пончика, дурных Бобо-Помпозо и расследования. Прищурившись, он посмотрел на экран, осознавая его плоскость и взглядом принялся выводить на желтой прозрачной поверхности линию. Линия получалась прерывистой, таяла, сгущалась, извивалась непослушно. А когда Додо попробовал ее, к тому же, сделать зеленой, то совсем расплылась. Цветочек получился кривым и очень жалобным. Додо моргнул, позволил изображению исчезнуть и начал заново. Фе пыхтел через ряд. У него тоже получалось так себе, зато зеленый был уж очень ярко зеленым, а красный был ярко красным. Но все это - кривыми кляксами. Паук на занятиях бездельничал, но тихо и никому не мешая. Он рисовал на экране какие угодно фигуры, писал каллиграфически, чертил геометрические построения и все это любого цвета и формы. Не считая его, лучше всего в группе получалось у Дуардо и Малинового банта. И еще Додо забавляло то, что у Зене получалось очень плохо, а у Кено - наоборот весьма недурно. Совсем не справлялась бедная Зизи. Пончик ее старательно подбадривал и уделял ей большую часть занятий и даже пончиками кормил, когда та совсем расстраивалась, но все равно, как Зизи ни старалась, до сих по не могла провести даже одну линию ровно и слитно. - Сирина, - обратился Пончик к Малиновому банту, - п-прекрасно! Просто замечательно! Только стебель з-зеленый должен быть, не оранжевый. - Так у меня он и есть зеленый! Додо сбился, изображение перед ним исчезло. Он оглянулся посмотреть на цветочек Малинового банта. Она нарисовала в своем экране ровненький и симпатичный красный цветок на оранжевой ножке. - Как же зеленый? - удивился Пончик. - Зеленый, - уверенно заявила Малиновый бант, с какой-то даже обидой в голосе. - Но он оранжевый! - воскликнула Вейре, тоже заинтересовавшаяся происходящим. Малиновый бант растерялась и надулась. - Ага… - пробормотал Пончик, - ага. Ну з-зеленый, значит зеленый. Ничего страшного, - успокоил он студентку. - Не п-переживайте. Давайте после занятия поговорим об этом. А сейчас рисуйте. У вас п-прекрасно получается! Хотите пончик? Малиновый бант задумалась и кивнула. Бон-Донаф вручил ей круглый пончик в голубой глазури. Додо решил подумать об этом после и снова сосредоточился на своем “экране” в решимости нарисовать своим непослушным воображением хотя бы какой-нибудь цветок. После Бон-Донафа всегда болела голова. Доторе советовал бороться с этим с помощью шоколада и пончиков, которые он раздавал всем желающим после занятий. Пакет с пончиками у Бон-Донафа действительно был бездонным. За это занятие он съел и раздал желающим двенадцать пончиков, а пакет все еще выглядел полным. Фе достался на выходе ярко-желтый пончик в синих крапинках, Додо - посыпанный пудрой и политый шоколадной глазурью. По пончику взяли все, кроме близнецов. Додо поймал взгляд Вейре. Та откусила кусочек от нежно-лимонного круглого пончика и взглянула на Додо лукаво. Додо нервно глотнул и отвернулся. Малиновый бант, недоумевая, осталась беседовать с Бон-Донафом. - Котяра остался? - спросил Фе. Они с Додо отстали от группы и неспешно плелись по коридору. Аудитория у Пончика была в основном корпусе, на втором этаже, совсем недалеко от кабинета секретаря. Так что заблудиться не было шансов. - Ага… - Додо подавил зевок, прикрыв рот кулаком. - Счастливый короткий день. Пойдем посмотрим есть ли у Пончика пара после Котяры? Если есть - сходим в лабораторию, пока он гарантированно занят. Фе поджав губы подумал, достал часы и предложил: - Давай ты посмотришь расписание, а я в кафе за шоколадом. А то голова болит, а сейчас еще и у Котяры мозг ломать предстоит. - Давай, - согласился Додо. - И мне тоже возьми. Большую плитку с орехами, ту, что в золотистой фольге. Фе кивнул и быстро побежал по ступенькам вниз. А Додо вошел в кабинет к секретарю. Никого не было. Секретарский стол оказался чист и аккуратен. Своевременное расписание висело на стенде. У доторе Бон-Донафа стояло еще две пары на сегодня. После Котяры можно было смело идти в лабораторию. Додо скосил взгляд. Печатная машинка все еще лежала у стола. Как будто, с тех пор как она упала, ни у кого не дошли руки поставить ее на место. Додо это каждый раз не давало покоя. Оглянувшись, Додо подошел, поднял машинку и чувствуя, себя, отчего-то нарушителем правил, поставил ту на стол. Сразу стало как-то спокойнее. - Ой зря вы это… - раздался сиплый голос от дверей. Додо испуганно оглянулся. В кабинет зашел уборщик. Тот самый в мятом цилиндре. При себе он имел метелку и губку для сбора пыли. Додо впервые его разглядел поближе. Ему оказалось не так уж много лет, не больше двадцати. Он был долговязым, с неровными соломенного цвета волосами и в овальных, ужасно не идущих ему очках. - А почему? - спросил Додо. Уборщик пожал плечами. - Никто никогда ее не поднимал. Думаю, не спроста. - Ну… - Додо покосился на машинку. - Уже поздно. - Улыбнувшись неловко, оно обошел уборщика и направился к выходу. - До свидания. - И вам, - просипел уборщик и принялся протирать полки. От короткого этого разговора у Додо осталось чувство тревоги. Ведь правда - почему никто не поднимал раньше машинку?

***

Котяра гонял сегодня нещадно. Додо, Фе, Зене, Дуардо и Малиновому банту он сегодня вспомогательных шаров не выдал. Додо безуспешно целое занятие пытался собрать перед собой шарик энергии, но получалось хиленькое, слабенькое свечение. У Фе снова все получалось легко. Перед ним ярко светил, переливаясь, шарик его энергии. Котяра дважды хвалил Фе и ставил всей группе в пример. Очень расстроило доторе Мео-Мроу отсутствие на занятии Пепе. Он постоянно, поясняя что-либо, отмечал, что “мисси Пеппине это было бы очень интересно узнать, если бы она присутствовала”. Когда Додо уже начал чувствовать усталость, напряженное сопение аудитории прервал звонкий громкий треск. На парты попадали шары, из окна посыпались стекла. - Ой… - тихо сказал Паук в наступившей тишине, без сожаления впрочем или смущения. - Ну вот, отлично! - воскликнул Котяра. - Силензмалморадзо решил использовать наш драгоценный инвентарь, как снаряд для биться окон. Единственное с чем могу поздравить - так это с силой душевных порывов. Браво! - Котяра похлопал в ладоши. - Ну… - протянул Паук, снова не выражая особого раскаяния, - извините. Я не специально. - Всё! - Котяра повернулся к аудитории спиной и принялся убирать бумаги в саквояж. - Все устали, настрой сбит, так что гуляйте. А Бон-Донафа, я добьюсь, перенесут, чтобы не истощал мне студентов перед важными практическими занятиями. Силензмалморадзо, соберите шары и, не выкидывая ни в коем случае в окно, несите сюда. - Знаешь что меня тревожит, - начал мысль Фе, когда, попрощавшись после занятия, студенты начали расходиться по домам. - Ммм? - Бобо-Помпозо притихли. Ты веришь, что они пересмотрели свои жизнь и образ мыслей и решили стать порядочными людьми? - Не, - Додо усмехнулся. - Исключено. Они что-то замыслили… Я тоже об этом думал и это гнетет. Не понятно, откуда неприятностей ждать. Неспешно друзья шли к спрятанной лаборатории. Додо прислушивался к дверям, мимо которых приходилось идти, но похоже, занятий нигде не велось. - Странный коридор, - сказал он, - преподаватели жалуются, что помещений мало, а здесь аудиторий десять, и, похоже, больших, стоит без дела в такое время, когда у всех лекции в разгаре. - Может здесь и аудитории непростые? - предположил Фе и потянул ближайшую же дверь за массивную бронзовую ручку. Дверь поддалась, но за ней оказалась еще одна - металлическая, со сложным сейфовым замком. У Додо округлились глаза. Фе ахнул. - Вот это да… - пробормотал он. - Но зачем? - просил Додо, непонятно от кого ожидая ответа. Фе прислушался к двери, но ничего не услышал. Отбежав к ближайшей двери, он попытался открыть и ее дверь, но та не поддалась. - В этой аудитории в результате лабораторной работы у старших курсов кто-то превратился в жуткое чудовище и его замуровали, - предположил Додо. - Или все проще: в аудитории хранится какой-то учебный материал или инвентарь, который стоит как пять состояний или жутко опасен для окружающих. Вот это по-моему версия правдоподобная! - Вот да, это похоже на правду! - воскликнул Фе. - Правда скучно. Но правдоподобно. Так… какой у нас точно план? Додо остановился у ниши пожарного шкафа. - Все осмотреть. Поискать записи какие-нибудь. Посмотреть есть ли там еще шары. И поискать где там можно спрятаться. Если найдем, может попробуем подождать в засаде, вдруг вечером кто-то появится там? Фе кивнул. - Понял. Согласен. А если придет Бон-Донаф? - Хм… - Додо задумался. - Догоняем, припираем к стенке и пусть все рассказывает, - решительно заявил Фе. - Он вообще-то волшебник. Он может превратить тебя в рыбу. - Не обязательно, - возразил Фе. - Может в рыбу он не умеет. Додо на друга скептически посмотрел. - Не станет же он нападать на студента в институте? И вдруг кто-то знает куда мы пошли? Потом - в прошлый раз он убежал, значит сам боится. Додо подумал, нервно кусая губу и вынужден был согласиться. - Да, ты прав, надо с ним говорить. Если это он вор - может заставим вернуть все украденное на место. Додо подошел к нише пожарного шкафа и провел ладонью по шершавой на вид стене. Под пальцами снова оказалось гладкое дерево. Ручка поддалась, замок щелкнул. Он обернулся, кивком приглашая Фе за собой и шагнул в темную лабораторию. В последний момент он подумал, а вдруг в лаборатории окажется зажжен свет и кто-то будет? Кто-то опасный, для особо любопытных студентов. Но не успел Додо толком испугаться собственным мыслям, как оказался в темноте и тишине. Сзади толкнул Фе. - Ой, извини… - Так, не толкайся, я свет запалю… - Додо нащупал светильник у двери и зажег газ. Лаборатория выглядела так же, как и в прошлый раз - внушительно, беспорядочно и странно. Додо показалось, что все осталось на тех же местах что и в прошлый раз, но ручаться он не мог. - Вот мне интересно, - Фе сразу же направился к странному станку, рядом с которым он подобрал шарик, - а что здесь делает машина, с помощью которой, похоже, делают шарики для Торговцев? Додо наклонился над бумагами на ближайшем от входа столе, лежащими между стендом с чистыми колбами и керосиновой плиткой. На открытом развороте неразборчиво были написаны химические формулы и приведен странный трехмерный график. Додо ничего не понял, кроме обозначений отдельных элементов. - А может эта штука нужна для чего-то другого? - предположил Додо, - а шары эти просто похожи на те? Фе хмыкнул. - Ну да… - согласился Додо. - Неправдоподобно. Бесстрашный и любопытный Фе взял со стола песочные часы со вделанной в медную подставку стеклянной линзой. Додо показалось, что свет моргнул. - Давай не будем особо трогать здесь непонятные предметы… А то мало ли? - А что ищем тогда, - поинтересовался Фе и послушно поставил часы на край стола. - Место где можно спрятаться, на случай необходимости устроить засаду, и что угодно, что наведет на мысли о похищениях способностей или Торговцах, - уверенно заявил Додо, но сам он уже испытывал смутные сомнения в пользе всех этих действий. - На прессе сахарная пудра, - сообщил Фе. - Тут точно был Пончик. - А как ты это понял? Облизнул? - Додо рассмеялся. - Не смешно, - строго заявил Фе. - Это же на пользу следствию. Под ногами прошмыгнула мышь. Додо от неожиданности отпрянул. Фе тем временем продолжал: - По-моему на этом прессе делаются как раз эти шарики. И Пончик им пользовался. Возможно, он что-то в этот шарик запечатывал? Быть может даже память Пепе. - Но мы не знаем, как это можно проверить, - Додо вздохнул и, приподнявшись на цыпочки, принялся разглядывать причудливо украшенную шкатулку на полке книжного шкафа. - Так… давай соберемся и назначим эту комнату первым местом нашего преступления. Здесь совершались преступные действия. Доказательством тому является бегство подозреваемого. Все верно? - Более чем, - отозвался Фе. - Смотри! Здесь у стены зачехленные столы под которыми можно спрятаться! Додо подошел ближе. Под холстиной на двух длинных столах что-то лежало. Любопытство победило и он приподнял край белого холста. - Ай! - он зажал себя рот обеими ладонями, чтобы не вскрикнуть и уронил зажатую до этого подмышкой папку с конспектами. Фе тоже отшатнулся, но намного спокойнее. На столе лежало тело. Вроде бы человеческое, но покрытое какой-то грубой коростой. Фе шагнул к стене и зажег ближайший плафон. Короста оказалась зеленой чешуёй. Додо несмело к телу приблизился, вглядываясь, затем осторожно дотронулся пальцем и шумно выдохнул. - Проклятье… он восковой! У меня чуть удара не случилось… Фе с интересом пощупал восковую статую за нос. - Какой он… отличный просто тип! Я бы себе такого дома завел! - Зачем тебе? - рассмеялся Додо. - Любоваться. И за нос вот щупать. Попробуй, очень смешно на ощупь. От двери раздались отчетливые, громкие в тишине скрип и стук. И снова быстрые шаги по коридору. - Попался! - воскликнул Фе, легко перемахнул через стол и метнулся к двери. Додо побежал было за ним, но вовремя вспомнил об оброненной папке. Вернувшись к ней и быстро ту схватив, он ринулся за Фе, уже скрывающимся в дверях. Затем он отчетливо почувствовал, что задел что-то холодное и твердое рукой и свет вдруг потух. Стало к тому же и совершенно тихо, неестественно тихо, как показалось Додо. Затем он понял - перестали тикать огромные часы в углу. - Ну вот, молодец, - раздался расстроенный мужской голос сзади. Додо почувствовал как бледнеет от страха и резко развернулся на звук, пытаясь хоть что-то разглядеть в полной темноте. - Стой! - воскликнул некто, - осторожно, не задень их снова! Додо замер. Раздался шорох, шаги и щелчок запала светильника. Но свет не включился. - Нет... Ничего гореть тут не будет, пока мы в петле, - вздохнул обладатель голоса и принялся чиркать, как понял Додо, зажигалкой. - В петле? - шепотом переспросил Додо. - Ага… Во временной. Куда ты нас с тобой загнал. И если бы еще знать сколько раз часы покрутились… Ты не заметил? Вспыхнул огонек, сначала возникло зловещее подсвеченное снизу мерцающим светом лицо, затем Додо узнал миссера Этерн-Атора, мецената института. - Нет… - растерянно пробормотал Додо. - Здравствуйте… - Да, да… привет, - кивнул Этерн-Атор, - я тут точно где-то видел свечи, - прикрывая огонек рукой он шел вдоль одного из столов. - О! Удача. - Он зажег свечу и поместил ее в там же обнаруженный сложный шарообразный светильник с линзами и зеркалами, отчего та ярко засветила, рассеивая свет равномерно во все стороны. - А что случилось? - спросил Додо, прижимая папку к груди, не понимая все еще, что происходит. Меценат вздохнул и сел на край стола с восковым чешуйчатым трупом. - Ты задел вон те часики и они покрутились в подставке, - он подбородком указал куда-то справа от Додо. Тот опустил взгляд и увидел те самые песочные часы, что недавно рассматривал Фе. - И что теперь будет? - спросил Додо хрипло. Этерн-Атор пожал плечами. - Не думаю, что что-то серьезное. Несколько часов пропустим или наоборот, получим. В зависимости от того, куда ты их прокрутил. И пока нас крутит-вертит и по времени мотает, мы тут замкнуты. Не думаю, что надолго. - А если в прошлое вернемся… То там можно будет встретить себя? - Обязательно, - усмехнулся миссер меценат, - и передавай себе, чтобы не трогал незнакомых часов. Додо отошел на всякий случай от часов подальше. - А снаружи что происходит? Фе… Фелисо только что выбежал, что он найдет когда вернется? - Пустую комнату. Потому что тебя в ней еще нет, или уже нет. Ну он может сесть и подождать, к примеру. Тогда, если мы движемся по времени вперед он дождется нашего появления в какой-то момент. Додо кивнул и хмыкнул. - Ну раз уж мы здесь… - начал он, - миссер Этерн-Атор, а что вы здесь делаете? - Ну… - Давай, раз уж такое дело перейдем на имена? Моё имя Лазар, твое, если я правильно запомнил Дольфо. Договорились? Дольфо нахмурился, подумал и пожал плечами. - Почему бы и нет. Но все же… - Я здесь прячусь. Вернее прятался, когда вы пришли. Я веду расследование, - сообщил Лазар. - И вы с Фелисо, тоже, как я понял. Я вас подслушал и поэтому - доверяю. Предлагаю сотрудничать. - О! - удивленно воскликнул Додо, - а что вы расследуете? Меценат вздохнул, собираясь с мыслями. - В прошлом году, осенью, как раз когда началась учеба, в институте пропала милая девушка, она подрабатывала здесь уборщицей. Она вошла в здание одним осенним теплым деньком и с тех пор не вышла из него. Той же осенью исчез здесь же старенький смотритель привидений. Он давно был крепко безумен, регулярно пропадал в дальних закоулках института и как-то все расстроились, но дело замяли. А зимой, после экзаменов, когда большая часть студентов отправилась на каникулы, исчез один талантливый аспирант, который остался для того, чтобы поработать в каникулы в библиотеке и лабораториях. И если первое исчезновение можно было списать на что-то странное, волшебное и случайное, вроде свойства здания или проделок призраков, то второе меня заставило задуматься и я начал за странностями здесь следить. С помощью пары друзей, конечно. Вы знаете, что в разных частях центрального здания регулярно слышат отдаленные крики? Додо кивнул. - Мы сами слышали. Из этой самой лаборатории. Мне показалось, что звук шел сверху. - Звуки здесь распространяются по воздуховодам, нишам и вообще волшебным разным ходам, так что ни за что не понять, откуда он на самом деле был слышен. - А вы сами волшебник? - спросил Додо. Этерн-Атор помотал головой. - Нет. Представляешь, не взяли учиться! Так и сказали, иди Этерн-Атор, тебе здесь делать нечего. Никакая родовитость не помогла. Так вот… - Лазар взглянул вниз, увидел чешуйчатую физиономию и вздрогнул, - Ох ты ж, вот же рожа! Бррр, - он задернул манекен холстиной и продолжил: - Так вот. Этот крик многие слышат. Но откуда он - никто не знает. Даже мои друзья, которые постоянно здесь и вроде бы знают институт отлично - не знают кто это кричит и откуда. Призраки здесь все пересчитанные и ручные, да и звучать не умеют. Так что… Думаю, это связано с пропажами и боюсь, как то жутко связано. - А пропажи способностей? Вы об этом слышали? - спросил Додо. - И об этом слышал. И я считаю, это напрямую связано. - А кто вам рассказал? - удивился Додо. Лазар отмахнулся. - Да какая разница? Друг. Осведомленный и старинный друг рассказал. - А как это может быть связано? - Додо пристально осмотрел табурет под одним из столов, осторожно вытащил его и сел. - Ооо… тут долгая история, - Лазар сцепил перед собой пальцы и задумчиво посмотрел на теряющийся в темноте потолок. - Смотри. Если кто-то украл способности, как он, или она могли это сделать? - Ох, - Додо вспомнил, все, что смог об этом узнать и понять. - Только печатью Торговцев, как все говорят. Но все еще и говорят, что использовать эту печать как заклинание невозможно. - Ага, - Лазар кивнул, - Но Торговцы то ее используют! - Ну… она у них в душу вделана - ответил Додо то, что ему недавно объяснили. - Ну так а почему не вделать ее кому-то в душу, чтобы тот смог действовать как торговец? Ну это так, гипотетически, конечно. Но если у нас есть непреложный факт “это возможно только с печатью Торговцев” и мы при этом уверенны, что вор способностей - не торговец, значит, как ни крути, а кто-то использовал печать торговцев. - Ого… - пробормотал Додо. - Ну тогда это какой-то очень серьезный волшебник. - Я себе это так представляю. Эта печать Торговцев, в ней же очень много всего накручено. Там и ограничения их: не врать, не присваивать и слушать закон. Там и защиты всякие как раз от взлома, чтобы никто не мог использовать ее как заклинание и прочие сложные штуки. Причем это все не современным алфавитом написано, а древним, которые толком никто не знает. И вот и считается, что работать с ней невозможно… Но представь, - Лазар театрально повел рукой, - какая-то сволочь, неспешно, серьезно разбирает эту печать, постепенно выкидывая из нее лишнее - запреты, защиты, ограничения, чтобы оставить только одно - возможность вырывать из души куски. И эта сволочь ставит эксперименты на людях. Потому что иначе - сволочи этой не понять, какой достигнут результат. И если последний эксперимент все же получился удачным, то крадет способности не тот серьезный волшебник, который эту печать разобрал и изучил, а тот его подопытный, которому он получившуюся из печати гадость вплавил в душу. - Ух ты! - воскликнул Додо. - Наконец у меня в голове хоть что-то начало складываться. Значит похищение этих способностей, это быть может не цель как таковая, а своего рода проба пера! Хотя… - Додо поморщился задумчиво, - слишком уж это ценные способности для проверки печати. - Ну а почему бы вору не совместить приятное с полезным? А мы, между прочим, ищем человека, который имеет абсолютную память и читает со скоростью двадцать страниц в минуту. И это только самое заметное из пропаж, не исключено, что были и другие. - А это, кстати, - задумался Додо, - амбициозный человек. Он явно тянется к знаниям. Уверен, что это волшебник. Мы подозреваем Пончика… - Додо спохватился, - то есть доторе Бон-Донафа. Лазар рассмеялся над прозвищем. - Я понял. Кто еще тут может быть Пончиком. Хм… на него бы я подумал в последнюю очередь, но я подозреваю всех. - Но почему вы здесь, раз Пончика не подозревали? - удивился Додо. Лазар удивился в ответ. - А причем здесь Пончик кстати? - спросил он. - Я здесь, потому что шел из кабинета нашего уважаемого декана, который я имел наглость только что обыскивать. А он здесь, - Лазар пальцем показал себе за спину, - за книжным шкафом. Додо восторженно уставился на шкаф. - Ну совсем таинственная лаборатория! О… а вы подозреваете декана в потрошении печати? - Я всех подозреваю, - повторил Лазар, - и декана тоже. Но я у него был не поэтому. Я искал у него личные дела и работы его аспирантов. Но он, похоже, держит их где-то в другом месте. - А использует печать все же, я думаю, не преподаватель, - задумчиво сказал Додо, - мне кажется волшебник на такой эксперимент над собой бы не согласился. Ведь неизвестно что с этакой, пропечатанной душой может стать в следующем перерождении и чем это вообще чревато… - Согласен, - кивнул Лазар. - Это кто-то из аспирантов или студентов, я думаю. Но соглашаться быть может было необязательно. Возможно этот эксперимент совершили над человеком насильно. Вот, раз такое дело… - Лазар пошарил по своим карманам и в итоге нашел у себя на шее что-то и кинул Додо. Тот снова выронил папку, но поймал. Это оказался кристаллик на цепочке. В темноте он показался черным. - Это на всякий случай, если попробуют подчинить волю, или еще как-то волшебством воздействовать. И даже от кражи способности может наверное помочь. Его ненамного хватит, но первую гадость отразит. У него еще так какие-то приятные свойства были… Вдруг мигнул свет. Затем еще раз. Додо заозирался, оглянулся и вдруг увидел совсем рядом, буквально в паре метров Фе, взъерошенного и бледного от волнения и, внезапно здесь же растерянного и расстроенного Пончика. - Ты куда пропал! - закричал Фе и бросился Додо обнимать. Додо растеряно обернулся. Лазара не было. Куда-то уже спрятался. - Фе, - Додо похлопал друга по спине, - все в порядке, не переживай. Сейчас все объясню… Фе отпустил Додо. Он светился радостью. - Мы тебя здесь караулили несколько часов! Додо покосился на Пончика. Тот отмахнулся. - Доторе Бон-Донаф, похоже, не наш злодей. Но ты сначала расскажи как и что случилось? Додо вздохнул и покосился на часы. - Я когда за тобой побежал, часы эти задел. И видимо, раз меня не было несколько часов, они вперед провернулись. И тут время эээ… закуклилось. - Ну я же вам говорил, все б-будет в порядке, - произнес Бон-Донаф с облегчением, - как хорошо, что вы п-пропали так ненадолго. - Но все же, - требовательно сказал Додо, вопросительно глядя то на Фе, то на Пончика, - в чем дело? Пончик внезапно смутился. А Фе гордый собой рассказал: - Я доторе Бон-Донафа догнал. И так прямо и спросил, что вы делаете в лаборатории и почему вы используете шарики Торговцев, уж не крадете ли вы у людей таланты. На лице Пончика отразилось страдание. - П-поверьте, джентльмены, это п-просто хулиганство, и мне, правда стыдно… И я п-правда все это делал в тайне, но у меня совершенно не было з-злого умысла! Фе с довольным видом, казалось, с нетерпением чего-то от рассказа Бон-Донафа ждал. Пончик тем временем продолжил. - Этот п-пресс, знаете, он так давно здесь. Его взяли починить и забыли совсем про него и он пылится, пылится… А я подумал, придумал отличную идею, приходил сюда в свободное время и п-починил его. Эти шарики, - Бон-Донаф подошел к прессу и поднял половинку шарика, одну из валяющихся рядом с формой на столе, - они так устроены, что как бы сгущают в себе пространство. И в них можно положить намного больше, чем они сами… И я… Давайте я вам п-просто покажу! Фелисо, вы п-позволите? - Пончик протянул к Фе раскрытую ладонь и тот с готовностью вложил в нее прикарманенный недавно шарик. Додо вздрогнул. Линии на шарике светились ровным, серым светом. Пончик положил бережно шарик на стол, освободил вокруг него место и Додо с изумлением увидел над шариком прозрачную серебристую печать, маленькую и сложную и легкое свечение, на мгновение возникшее из тела Пончика и сфокусировавшееся в этой печати. Додо опустил взгляд и посмотрел на свою руку. Он до сих пор сжимал в руке кристалл, подаренный Лазаром. Странный звук, напоминающий лопанье пузырей, заставил Додо поднять взгляд. Из шарика, каким-то чудом, не поврежденные, не скомканные, а вполне себе пышные и свежие выскакивали пончики. Один за другим, какое-то несчетное количество. - Хотите п-пончиков? - предложил Пончик. - А я то думал! - воскликнул Додо и рассмеялся, - как столько пончиков помещается в вашем пакете! Бон-Донаф потупился смущенно. - Ну я п-подумал, конечно это очень с-серьезный пресс и его отдали нам чинить из волшебной коллегии… но ведь ничего страшного не случится, если я исп-пользую его для хранения своих п-пончиков? В конце концов это совершенно безвредно и никому на свете не п-причинило вреда… Додо улыбался, разглядывая гору красивой, разноцветной, ароматной сдобы. - Это… здорово! - воскликнул он и выбрал себе лимонный овальный пончик. Тот ожидаемо оказался с лимонным кремом. Фе тоже взял угощение. Хотя нос у него уже был в сахарной пудре. - П-пожалуйста, не говорите никому... - жалобно попросил Пончик. Фе посмотрел на Додо вопросительно. Додо кивнул. - Не скажем. Не переживайте. - Сп-пасибо! - горячо поблагодарил Бон-Донаф. - А я вам, если про ваши п-пропажи талантов вдруг что-то услышу, обязательно дам знать.

***

Кристалл Додо повесил на шею. Он шел по институту и вертел головой не переставая удивляться, как много волшебства было вокруг. Он видел его разноцветными светящимися линиями, узорами, печатями. Был уже вечер, за окнами темнело. Додо рассказал Фе и про мецената и про кристалл и про свою догадку о том, что таинственный “друг” мецената - профессе Бранк-Брухо. - Ведь мы говорили об этом только Бранк-Брухо и декану. Но если декан его “друг”, то зачем Лазар тогда обыскивал его кабинет? - Бранк-Брухо мы не говорили про второй случай, возразил Фе. - Но она могла и сама узнать. Тот несчастный аспирант переживал довольно… громко и публично. На улице было уже по-вечернему прохладно. Друзья неспешно, болтая, пошли в сторону кафе, когда Додо увидел движение сзади. Он обернулся и с удивлением и неприятной тревогой увидел трех неопрятного вида мужчин. Они, похоже, сидели на газоне под шелковицей, напротив крыльца и в тенях дерева Додо и Фе их не заметили. Все трое, они направились по дороге вслед за Фе и Додо, и спешно направились, явно с умыслом. Додо испугался и решил, что на раздумья о том, показалось, не показалось, времени нет. Он потянул Фе за рукав и побежал в сторону Кафе. Фе спорить не стал и побежал следом. Сзади раздались мерзкие ругательства и, похоже, трое бандитов побежали следом. Кафе уже было закрыто, над ним горел одинокий фонарь, а в подворотне было и вовсе темно. Додо не стал оглядываться, но по шагам слышал, что преследователи догоняют. - Джентльмены? - раздался грубый, скрипучий голос и из-за столика у кафе внезапно поднялась высокая фигура. - Какая внезапная встреча. - сказал незнакомец без выражения, совершенно не удивленно, когда друзья подбегали к кафе. Шаги преследователей стихли. Те, похоже, решили не показываться на глаза постороннему незнакомцу, который в темноте казался великаном. Додо опешил. Он узнал в высокой фигуре нового соседа, страшного и странного миссера Сом-Бри. Поскрипывая металлической ногой, он подошел к друзьям. - Сижу. Отдыхаю. Вижу, вы бежите. Ну, нам по дороге. Идемте, - сказал он без капли приветливости в голосе и широкими шагами направился к площади. Додо переглянулся с Фе и посмотрел назад, на Черноягодный тупик. Бандитов уже не было видно. Отстать от огромной фигуры спасителя не хотелось и Додо поспешил за миссером Сом-Бри. Он шел, искоса поглядывал на такого же изумленного Фе и думал, что сосед неспроста поджидал на повороте. И бандиты не просто так увязались за двумя студентами. И все это было очень тревожно.