Душа волшебника

Утром Додо снова в отчаянии смотрел на ладонь и сокрушался, что так и не купил вчера мазь. Вечером перья не выросли, возможно оттого, что день у Додо, в отличие от всех нормальных людей, был коротким. Но к утру оперение было тут как тут. Спал Додо плохо и мало. До глубокой ночи они с Фе обсуждали и Пончика, и странного мецената, и Торговцев с их Печатями. А так же бандитов и таинственного миссера Сом-Бри. А когда улеглись спать наконец, Додо долго еще не мог заснуть. Все думал о бандитах, и о разговоре с Лазаром, и о волшебстве, видеть которое позволял ему странный кристалл. Думал о несчастных пропавших уборщице, аспиранте и старичке и об ужасной судьбе, что могла их постигнуть. - Думаю, это Бобо-Помпозо! - уверенно заявил утром Фе сидящему в постели Додо. Тот разглядывал свои перья с тоской во взгляде. Фе только что вернулся из душа и был бодр и свеж. - Что Бобо-Помпозо? - не понял Додо. - Бандитов подослали! - Фе фыркнул. - Трусы. - Мммм, - простонал Додо как от головной боли, - а ведь правда! То-то они притихли в последнее время. Уроды… - Думаю, нам не стоит ходить теперь одним по темным подворотням. Ну, по крайне мере, пока не придумаем, как разобраться с этой проблемой. А то не каждый же день нас будет спасать загадочный, устрашающий миссер Сом-Бри. Интересно, Леле о нем что-нибудь знает? Додо пожал плечами и спустил ноги на пол, намереваясь вставать. - Леле редко что-то стала появляться. Днем ее никогда нет. Фе хмыкнул и кивнул. - Может быть учится где-нибудь? - Она бы сказала… - с некоторой даже обидой ответил Додо. - Ну вот будет выходной после-послезавтра, посмотрим. Если снова уедет на весь день, значит никакая это не учеба. На глаза Додо попался лежащий на краю стола темно-синий кристалл в медной оправе, на кожаном шнурке - подарок миссера Этерн-Атора. Он взял кристалл в руки и, подняв взгляд, с удивлением уставился на окно. Стекла оказались покрыты тонкими, золотистыми узорами, а щеколды светились синим. - Ты чего? - удивился Фе. - Да я… я забыл рассказать совсем. Мне же Лазар вчера дал вот это, - Додо протянул кристалл Фе, Держа за шнурок. Как только Додо выпустил синий камень из рук - свечение на окне пропало. Фе взял кристалл и принялся вертеть и разглядывать. - А что это? - спросил он. - Во-первых это может защитить от волшебства. Небольшого. А еще посмотри на окно. Фе повернул голову и принялся разглядывать стекла и оконную раму внимательно. - И? - не понял он. Додо удивленно приподнял брови. - А ты не видишь? - Чего? - Светящихся линий на окне. И шпингалеты тоже светятся… Это же волшебство, его видно! Фе обиженно посмотрел на кристалл, а затем на Додо и отрицательно покачал головой. - А я не вижу, - вздохнул он и вернул кулон Додо. - Вот гадство то! А так интересно было бы на Институт изнутри посмотреть! Додо прикоснулся к кристаллу и снова засветились линии на окне. - Странно, правда, почему на тебя не работает… Может это кулон-однолюб? Фе рассмеялся. - Тогда не буду вставать между вами. Давай, собирайся, а то опоздаем. Додо повесил кристалл на шею и убрал под рубашку. Зевнув, он побрел умываться. Позавтракали в спешке - уж больно лениво собирался Додо и теперь оба рисковали опоздать на Кенти-Асте и это пугало. Волшебные светящиеся линии были на всех окнах в доме, а еще на двери, и на пороге. Еще волшебно светились часы в гостиной и четвертая ступенька лестницы. Ступенька Додо особенно озадачила. Когда друзья уже подбегали к институту, Додо вдруг вспомнил - он забыл сегодня свести перья на руке, но на бегу ругаться было сложно. Натянув пониже манжет, он постарался не отстать от Фе. Додо в лицее прекрасно бегал на короткие и на длинные дистанции. Его даже приглашали в сборную лицея по бегу как-то, но он отказался, слишком много было иных увлечений. Еще Додо немного занимался боксом, участвовал в состязаниях по прыжкам в мешке и однажды замещал гребца из лицейской команды, правда тогда всю команду сняли с соревнования из-за течи в лодке. Додо всегда полагал себя человеком физически хорошо развитым и даже спортивным. Но Фе бежал впереди, как Додо казалось, весело и легко и выглядел свежим и бодрым. А Додо, подбегая к кабинету, позорно покраснел и запыхался. Сногсшибательно красивая доторе Кенти-Асте как раз пропускала студентов в аудиторию. Додо успел, подбегая, увидеть, как Дуардо галантно пропустил вперед улыбающуюся Пепе, за ними прошмыгнул Фе. Прижав ладони к красным и горячим от бега щекам, Додо поздоровался смущенно с доторе и невольно отвел взгляд. - Рада, что Право вызывает у вас волнение в груди, тяжелое дыхание и прилив крови к щекам. Далеко не все студенты испытывают к моему предмету такую бурную симпатию, - прокомментировала холодно Кенти-Асте проход Додо в аудиторию. Додо от неожиданности охнул, и почувствовал как вот-вот от смущения начнут гореть на голове волосы. Захихикала Зизи и улыбнулся, прячась за челкой, Паук. Додо, смущаясь красноты, оглядел зал. Фе сел за двойную парту рядом с Пепе. Место за ними, рядом с Зизи, было свободно. Додо направился к нему и тут встретился взглядом с Вейре. Она села за близнецами. Вейре как-то особенно красиво улыбнулась и взглядом показала на стул рядом с собой. Додо окончательно потерял спокойствие и самообладание, постыдно отвел взгляд, сел рядом с Зизи и прижал ладони к лицу, прячась за ними от окружающих и полного смущений и соблазнов мира в целом. - Значит начнем искать свидетелей в библиотеке, - услышал он шепот Пепе перед собой и прислушался. - Я же говорила - я там заснула. Значит могла и не заметить ничего… - Так, - Тенти-Асте, похлопывая указкой по раскрытой ладони подошла к учительскому столу, по мужски стуча по паркету каблуками сапог. - Прошу спокойствия и сосредоточенности. Пылкие мысли подождут до перемены. У нас тема сегодня суровая и разбирать мы ее будем дотошно - судебное делопроизводство Волшебной Коллегии. Конспекты не открывайте, сегодня я объясню вам в общем и целом, что это такое и мы пообщаемся, разбираясь, зачем нужно два эксперта, какие исследования проводятся до начала процесса, кто не имеет права быть свидетелем в суде и каким образом присутствует в зале обвиняемый. А на следующем занятии мы начнем готовиться к постановке судебного процесса, к которому вы подготовитесь и в который мы сыграем перед зачетом. Роли я распределю сама. Взгляд Додо был прикован к указке доторе. Та ярко светилась холодным белым светом. Что-то тускло серело в кармане у одного из Бобо-Помпозо и в папке у Паука ярко горело желтым что-то, напоминающее механическое перо, что было странно, потому что Паук всегда пользовался обычным пером и носил с собой чернильницу. В ответ на сообщение доторе о постановке судебного процессе кто-то из близнецов хмыкнул, а Малиновый бант вздохнула шумно. - Я не различаю вас, джентльмены, - обратилась доторе к Бобо-Помпозо. - Поэтому оба будете на процессе обвиняемыми. А в чем - сейчас мы как раз и будем выяснять. Она подошла к доске и ужасно противно скрипя мелом написала: “Преступления совершенные с помощью волшебства против частной информационной собственности гражданина.”. - Кому-нибудь, что-нибудь понятно? Зизи рядом подняла руку, а Малиновый бант, к удивлению Додо, мрачно что-то вырисовывала в своей тетради и вовсе не собиралась отвечать. - Так, мисси, - доторе обратилась к Зизи, - как вы полагаете, что такое “частная информационная собственность”? Зизи осторожно предположила: - События личной жизни о которых не хотелось бы распространяться? Кенти-Асте кивнула и продолжила смотреть выжидающе. - М… О, коды к ячейке в банке и номера счетов. И информация о количестве денег. И информация о том, где они спрятаны, к примеру… - оживившись продолжила Зизи. - Да, верно. И многое еще. Додо сидел и думал, а является ли похищение талантов Пепе и того плачущего аспиранта в библиотеке преступлением против частной информационной собственности гражданина? Нет уж, - решил он, - скорее это преступление против целостности души гражданина. А Бобо-Помпозо, - подумал он со злорадством, - очень идет быть обвиняемыми в преступлении. Обвинителем Кенти-Асте назначила Зизи. Та отнеслась к этому без энтузиазма и косилась на близнецов с опаской. Защитником выпало быть Пауку. Додо выдохнул - он очень боялся, что эту роль внезапно дадут кому-то из их троицы. Окажись он сам в роли защитника белобрысых гадов, что значило бы, что с Бобо-Помпозо обязательно придется общаться, он, не постеснявшись присутствующих и даже строгой Кенти-Асте, взыл бы от тоски. Пепе доторе назначила экспертом-волшебником, а над остальными ролями обещала подумать до следующего занятия. Зато всем для реалистичности раздала “предвзятости”: Додо, например, должен был не любить уроженцев Города и испытывать симпатию к провинциалам. Такое положение дел ему понравилось, потому как давало повод голосовать против блондинов. А Фе выпало быть несерьезным человеком, любящим развлечение и избегающим проблем. А Пепе досталась нелюбовь к неряшливости и любому беспорядку. Судью и свидетелей доторе Кенти-Асте обещала предоставить сама.

***

- И я все думала, - рассказывала Пепе, размахивая от волнения руками, - ведь не могла же я не заметить, если кто-то оттяпал у меня мой талант! Ну или хотя бы, если это не ощущается, как я могла этого не видеть? А потом я вспомнила - я же заснула в библиотеке. Это было так странно, я проснулась поздно ночью и даже позаниматься не успела толком. Разговаривали друзья на узкой лестнице рядом со входом в библиотеку. Здесь почти всегда было пусто - все предпочитали пользоваться основной, широкой лестницей, потому что эта вела во внутренний двор, из которого нужно было еще подняться по другой лестнице, чтобы снова попасть в корпус. - Дело явно в библиотеке, - сказал Додо. - И аспирант по словам Стана сидел в библиотеке уже несколько дней, к тому моменту как его ограбили. - Надо выяснить, засыпал ли он, - добавил Фе, задумчиво. - И тогда мы выясним личность нашего вора, потому что нам останется узнать, кто был в библиотеке оба раза, когда пострадавшие спали. - А кого помнишь ты? - спросил Додо у подруги, - когда еще не заснула и когда проснулась? Кто в библиотеке был? Пепе задумчиво поджала губы, подняла руку, чтобы поправить свою тяжелую прическу и случайно ткнула себе пальцем в глаз. - Ай! - вскрикнула она и закрыла глаз ладонью, - Ааай! Ну что за гадство! - Что с тобой? - испугано воскликнул Фе, - что случилось? Додо протянул Пепе платок и та прижала его к глазу из которого катились по щеке слезы. - Я сама себе ткнула пальцем в глаз, - со всхлипом сказала Пепе. - И глаз, думаю, в порядке, а вот я - нет. Я только собралась избавиться от этого своего проклятья, как и тут сработало невезение, теперь даже менять на удачу нечего. Пепе отняла платок от лица и похлопала мокрыми ресницами. - Нормальный глаз? - спросила она. - Немного покраснел, но в полном порядке, - заверил Фе. Пепе вздохнула задумчиво. - Так. Библиотека. - Она закрыла глаза, вспоминая. - В тот вечер была Малиновый бант. Я еще смотрела на этот ее бант и рассуждала, почему он всегда малиновый… Еще я видела Паука. Он ходил на балконе между стеллажами. Он поймал мой взгляд и спрятался. Еще там был Лиловые бакенбарды, он с аспирантами что-то выяснял… Аспиранты сидели в разделе химии… Было довольно много людей, как сейчас я вспоминаю… напротив были заняты три стола, но я не помню кем, но знакомых там не было. - Пепе замолчала и открыла глаза. - Все, больше никого там не помню. - А когда проснулась? - напомнил Додо. Пепе снова задумалась, но лишь на мгновение. - А тут и вспоминать нет смысла. Я еще подумала - как странно здесь, когда никого нет. На балконе свет не горел, только в центральном ряду. Когда я проснулась не было даже дежурного. В клубе горел свет, когда я выходила. Думаю, дежурный был там. - Вот кстати, - заметил Фе, - надо выяснить, кто был дежурным по библиотеке в оба эти дня. - А я вот что подумала… - сказала Пепе заинтересованно, - Малиновый бант в библиотеке почти живет. Я думаю она точно знает всех, кто здесь регулярно бывает. Додо взглядом показал на вход в библиотеку. - Тогда пойдем? Расспросим ее. Лично я ее не подозреваю. А вы? Пепе отрицательно покачала головой. - Ну… - с сомнением в голосе протянул Фе, - а почему не подозреваешь? Она отличница, она все на свете готова, похоже, отдать за то, чтобы учиться еще лучше… Что, как ни абсолютная память и способность читать с огромной скоростью могут ей в этом помочь? Пепе хмыкнула и задумалась. - Да… Как-то расхотелось подходить и спрашивать… Додо заложил руки за спину и качался на носках и задумчиво почесывал перья на ладони. - Убедительно звучит. Но с другой стороны - талант могли украсть Бобо-Помпозо, потому что жадные, завистливые гады. Могла украсть Зизи, потому что переживает, что ее не воспринимают серьезно. Мог украсть Дуардо, потому что привык в своем лицее быть лучшим, а здесь пока что не выделяется. Мог украсть Паук, потому что он странный и разбирается в волшебстве. О! И Паук в библиотеке даже был. - А Вейре? - спросил Фе. Додо растерялся внезапно и почему-то покраснел. - Ну и у нее наверняка есть недостатки, которые она хочет восполнить… Я просто о том, что любому можно придумать мотивы украсть абсолютную память и способность скоростного чтения. - Тогда что… - Пепе вопросительно посмотрела на друзей, - не будем нашу группу подозревать? На лице Фе отразились сомнение и скепсис, а Додо кивнул утвердительно. - Не будем. Если мы правда считаем, что пропажа людей и пропажа талантов связаны - это кто-то, кто здесь учится или работает не меньше года. - Почему? - спросил Фе упрямо. Додо пощелкал пальцами, собираясь с мыслями, чтобы объяснить свою интуитивно пришедшую в голову мысль. - Ну смотри… Если кто-то здесь, в стенах института ставит на людях опыты… и если опыт получился успешным настолько, что подопытный начал воровать способности… Этого подопытного наш основной злодей явно знает. И знает дольше, чем три недели, что мы здесь учимся, иначе не доверил бы ему после удавшегося эксперимента безнаказанно бегать по институту и похищать способности. Непроверенный человек ведь мог бы и проболтаться… даже по глупости. Фе кивнул медленно. - Да, согласен. Это разумно. Пепе? - Я тоже думаю, что Додо прав, - согласилась она. - Пойдем говорить с Сириной.

***

Библиотека светилась как праздник фонариков. Додо крутил головой изумленно и повсюду нежно мерцали разноцветные огоньки и большей частью это были книги. - Жалко ты этого не видишь… Это очень красиво! Фе вздохнул и, похоже, обиделся. Додо было ужасно печально и неприятно, что Фе почему-то не видел волшебства. И особенно стало неловко, когда выяснилось, что на Пепе кристалл, как и на Додо действует. Сирина-Малиновый бант сидела за столом, подперев кулачком голову и апатично, без интереса смотрела в книгу перед собой. Додо ни разу еще не видел отличницу такой. - Сирина… - обратилась к девушке Пепе, - можно тебя расспрашивать о некоторых твоих наблюдениях? - Пепе присела на табурет рядом с Малиновым бантом. Додо облокотился на шкаф рядом со столом, а Фе сел напротив. Малиновый бант подняла печальные и блестящие голубые глаза. - Да? - она рассеянно оглядела троицу. - Какие наблюдения? Пепе встревоженно на Сирину посмотрела. - У тебя… все хорошо? Ты такая расстроенная. Малиновый бант шмыгнула носом, но тут же взяла себя в руки. В ее лице появилось что-то волевое. Но глаза блестеть все равно не перестали. Она ссутулилась и снова подперла голову кулаком. - Оказалось, что я правда не вижу зеленый цвет. Вернее вижу, но неправильно, не так как все. Представляете?! - она воскликнула с обидой и возмущением в голосе. - Я даже не знала, что такое вообще бывает… - Но, это оригинально… Что же в этом плохого? - спросил Додо осторожно, стараясь быть тактичным. - А цвет в печатях важен! - в голосе Сирины послышался трагизм, - бывают зеленые печати и печати с зелеными фрагментами. И такие печати нельзя сделать с оранжевыми фрагментами вместо зеленых. - Она снова шмыгнула носом. - А я не смогу! Никогда не смогу воспроизводить печати, в которых есть зеленый цвет. - Это тебе Пончик объяснял вчера? - с сочувствием спросил Фе. - Пончик? - переспросила Сирина и улыбнулась, - а… да, он. Эх… - она пальцем промокнула навернувшиеся слезы, похлопала широко раскрытыми глазами, выпрямила спину и приняла свой обычный спокойный, сдержанный вид. - Профессе Бранк-Брухо, - продолжила она, - сказала что подумает, возможно ли это вылечить. Но сразу сказала, что вероятно нет. Только протезированием, - подбородок Малинового банта дрогнул. - А я не хочу искусственный глаз… Додо показалось, что она сейчас расплачется и он заметался, пытаясь придумать, что делать, чем помочь. А Пепе погладила Сирину по плечу и вздохнула. - А я верю в профессе Бранк-Брухо. И вообще, печати мы пока что не делаем и не используем. И когда начнем - еще непонятно, так что у профессе времени еще много. Сирина кивнула и улыбнулась слабо. Затем удивленно пригляделась и спросила: - Ой, а что это у тебя? Додо проследил ее взгляд и стыдливо натянул манжет на свои перышки. - М… - он вздохнул. - Перья. - Ну, я заметила… - Сирина замолчала, заинтригованно глядя на Додо. Тот усмехнулся. - Вляпался случайно в какую-то волшебную жижу перьеотращивающую. Понятия не имею зачем она нужна… Может быть специфическая альтернатива для лысеющих джентльменов… Пепе и Фе рассмеялись, Сирина тоже прыснула. - Ну… А почему нет? Только странно отращивать на голове такие яркие оранжевые перья… Как-то слишком эпатажно… - Они зеленые! - удивленно воскликнул Фе и тут же закрыл себе рот рукой, но поздно. Мальновый бант всхлипнула и уронила голову на руки. - Ну вот! Я же говорю! Я неполноценная и ненормальная! - Да что за бредни, Сирина! - возмущенно и строго сказал Додо. - Ты всю жизнь прекрасно прожила даже не зная об этой своей особенности. И во всем ты полноценная и очень даже способная. И это, к тому же, можно исправить. Перестань себя обвинять во всяком… Строгий тон Додо на Сирину подействовал успокаивающе, она кивнула, промокнула рукавом глаза и выпрямила спину и спросила с вежливой улыбкой: - Вы хотели что-то спросить? - Да! - Фе потер ладони и перегнулся через стол. - Здесь в библиотеке произошло странное… - Он замешкался, не зная как объяснить. - Позавчера, - перехватил инициативу Додо, - там, у химического отдела вечером готовился аспирант. Ты не видела его? Он должен был очень увлеченно готовиться. Малиновый бант задумалась и кивнула. - Да. Он бегал постоянно за чаем и выглядел как оживленный труп. И у него на столе было несколько десятков книг. Я подумала, что он явно переоценивает свои способности. - А ты не видела… - спросила Пепе, - он не засыпал? - Заснул, да. Когда я уходила, он вовсю спал среди своих книг на столе. И даже, простите, похрапывал, - Сирина усмехнулась неловко. Друзья переглянулись. - А ты не заметила, к нему кто-нибудь подходил? Малиновый бант подняла взгляд к потолку. - Я точно не помню, я не смотрела постоянно, я тоже училась. Я видела с ним высокого аспиранта, сутулого, светловолосого. Но я не знаю, это было когда тот странный заучка уже заснул или до этого. Я обратила на этого высокого внимание потому, что встречала его, когда приходила подавать заявление. Он у меня спросил не спрашивал ли он у меня полчаса назад который час. Объяснил свой интерес тем, что помнит только будущее. - Стан, - сказал Додо. - Точно он… Фе хмыкнул. - А еще? Там еще какие-то аспиранты были и готовились, и уходили. Я не следила. Точно зато помню, что у них там в отделе химии я видела Паука. По-моему тот аспирант в это время уже спал. Впрочем Паук здесь каждый вечер время проводит. - Сирина понизила голос. - И знаете, я заметила давно, он не читает. Он просто ходит, берет книги в разных разделах и листает… Без какой-либо видимой системы... - Странный он, - проворчал Фе. Малиновый бант кивнула и сказала еще тише: - Помните, прошлой осенью в Городе грабили банки? Додо что-то такое из газет вспомнил смутно, Пепе пожала плечами, а Фе уверенно кивнул. - Банда Шмелей! Три банка ограбили и совершенно как в книге, деликатно, без свидетелей, без пострадавших. Я читал, интересно было. - Ну а в четвертый раз их все же арестовали и среди них оказался волшебник. - А об этом вот не писали, - обиженно сказал Фе. - Писали, но, видимо, только Городские газеты. А потом, возможно, вмешались цензоры... Но я о чем: тот волшебник оказался вовсе не деликатным, а очень даже опасным и злобным и живым сдаваться не собирался. А среди полицейских, что задерживали этих Шмелей, был молодой полицейский волшебник по фамилии Омелон-Интикад. - Это же… - Пепе прикрыла рот ладонью. - Да, - кивнула Сирина. - Брат нашего Паука. Никто не погиб, но ему не повезло - он повредился умом в той операции. Как я теперь поняла, после того как доторе Мео-Мроу рассказал нам об истощении души, именно это с ним и случилось. Ой… - Малиновый бант подняла взгляд и смущенно потупилась. - А вот и Паук. На балконе. Так неудобно получилось. Он там ходит, а мы о нем сплетничаем… - Он не мог оттуда нас услышать… - произнес Додо неуверенно и взглянул вверх. На балконе, погруженный в свои мысли, стоял Паук. В карманах его бесформенного сюртука что-то светилось зеленым, фиолетовым и синим. Он как раз перестал изучать книгу и поставил ее на место, а затем ушел вглубь рядов. - Еще, в отделе химии был новый преподаватель, доторе э… Капи-Копо, - вспомнила Сирина. - Он несколько дней подряд уже там занимается с аспирантами. Я его здесь регулярно вижу. Я на него внимание обратила из-за его бакенбардов. Фе и Додо переглянулись. - Ну вот, наверное, все… - Малиновый бант пожала плечами. - А что случилось? Додо замялся. Фе раскрыл было рот, что-то соврать, а Пепе его опередила. - А очень неприятное, - тихо сказала она, - Во Вторис, когда я здесь вечером занималась, и вчера, когда здесь занимался тот аспирант, кто-то украл у меня и у него важные некоторые вещи… Я не могу сказать что именно. Это, думаю, довольно личное. И у меня и у него это украли, когда мы заснули… Кто этот вор мы и пытаемся выяснить. Ты только никому не говори. Хорошо? Сирина задумчиво кивнула. - А вам снотворное что-ли подсыпали, чтобы в библиотеке оба заснули? Тут обычно редко засыпают… Пепе задумалась и округлив глаза посмотрела на Додо и Фе. - А…. А ведь правда…. - пробормотала она и обняла Сирину, не ожидавшую такой бурной реакции. - Спасибо, спасибо, что помогла! - Пепе вскочила и взглядом выразительно указала друзьям на двери. - Идем, - шепнула она и решительно пошла к выходу из библиотеки. Проходя между рядами столов она зацепила юбкой стул, тот, падая, сдвинул книгу, углом выступавшую за столешницу, та толкнула чернильницу и чернила залили юбку Пепе. Та остановилась и побагровела от ярости. - Ничего страшного, - поспешил ободрить ее Додо, - ну пятно, ну и чего? Мы же здесь конспекты ведем, чернила, перья, учеба… Все бывает. - Угу, - кивнул Фе и поднял стул с чернильницей. Пепе вздохнула, закрыла медленно глаза, открыла и кивнула. - Спасибо, - и решительно направилась к выходу из библиотеки. - Да что случилось то? - спросил Фе, когда они с Фе догнали подругу в коридоре. - Ты что так обрадовалась? - Ведь это правда могло быть снотворное! - воскликнула Пепе. - Откуда такое совпадение? Ну ладно, аспирант бедный не спал давно, но я же не была настолько уставшей, чтобы заснуть так легко в общественном месте! Да со мной ни разу в жизни не происходило ничего подобного! Додо погладил задумчиво подбородок. - А чай ты делала себе в клубе? - Да, - Пепе порывисто кивнула, - я запалила керосинку и вернулась в библиотеку. А когда пришла минут через десять обратно в клуб, и вода уже вскипела и чай уже кто-то заварил. - А кто там был? Кто мог заварить чай? Пепе задумалась и развела руками. - Там точно кто-то был, даже несколько человек, но они сидели за книжными полками. Я так подумала, что чай заварил кто-то из них, потому как и сам захотел чаю. - Аспирант тоже постоянно пил чай, я уверен, - пробормотал Додо, - ему же надо было чем-то себя удерживать ото сна. Но я не понимаю как… Допустим кто-то нацелился на твою способность… - А вот! - Фе поднял указательный палец, - мы об этом тоже не думали. А кто вообще знает про способность Пепе? Додо покачал головой. - Я об этом уже думал, но нет… откуда-то в институте об этом слухи уже ходят. - Не… - Пепе потупилась, - я всем преподавателям это объясняю, ну… чтобы честно было. И на собеседовании тоже рассказывала. Да я сама уже слышала, как какие-то старшекурсники мою память обсуждали… - Так… - Додо вернулся к своей мысли, - кто-то нацелился на твою способность. И вот, ты сидишь в библиотеке. Этот кто-то тебя видит и думает - а вот это шанс! - А почему думаешь, что он решил это спонтанно? - спросила Пепе. - Ты не обижайся, но ты очень редко ходишь в библиотеку, - сказал Додо. Фе прыснул. - Вот не надо! - возмутилась Пепе, - Сами, можно сказать, часто там бываете. Двоечники. - Сама двоечница, - Фе показал Пепе язык. Та скорчила ему рожу. Додо задумчиво смотрел в потолок. Под перьями рука чесалась и мешала думать.. - Вот… так что он решил спонтанно. Он увидел тебя в библиотеке и… принялся ждать, что ты пойдешь за чаем? Странно… Никто не мог заранее предположить, что ты пойдешь за чаем в клуб. Ты в клуб ходишь еще реже, чем в библиотеку. Пепе задумалась, Фе тоже ковырял краску на подоконнике, погруженный в раздумья. - Значит он не был в библиотеке, - сказала Пепе. - Он был в клубе. Увидел, что я пришла пить чай, подсыпал снотворное, пока я отходила, а затем пошел за мной в библиотеку. - Да… Это как-то уже похоже на правду… А на следующий день, этот кто-то, похоже решил, что это хороший способ и точно так же усыпил аспиранта! - предположил радостно Фе. - А почему он носил с собой снотворное? - спросила Пепе упрямо. - Потому что искал случай. Похоже, нет способа украсть способность незаметно. Поэтому он знал заранее, что ему придется тебя усыпить. Или аспиранта - кто первый попадется, - вывернулся Додо и довольно улыбнулся, а затем спохватился и взглянул на часы. - А мы едва не опоздали на Бранк-Брухо.

***

- Ну наконец у меня есть чем вас порадовать! - с нездорово-азартным огоньком во взгляде сказала профессе Бранк-Брухо вместо приветствия. Группа напряглась. Малиновый бант тихо ойкнула. - Да-да! Именно так! Нам наконец дали труп, специализированный, причем преотличный! Так, берем конспекты и бегом за мной, в лабораторию, - у профессе с собой был кожаный и, похоже, очень тяжелый саквояж. Его замок недобро светился серыми острыми линиями. Легко саквояж подхватив, она широким шагом направилась куда-то вглубь запутанного лабиринта институтских коридоров. Бледная, нервная и напряженная группа направилась за ней. Малиновый бант кусала губы, то и дело жмурилась и крепко прижимала к груди папку, как будто та сможет защитить ее от присутствия на вскрытии. Пепе теребила край рукава, но держалась спокойно. Фе горел энтузиазмом. Еще, неожиданно, совершенно не встревоженной выглядела Зизи. Паук отстраненно плелся позади процессии, а впереди, с близнецами шла Вейре. И Додо было слышно как та рассмеялась негромко и сказала кому-то из белобрысых: - Если я завизжу, спасайте меня, - и вдруг она обернулась и посмотрела на Додо. Тот, захваченный врасплох, покраснел и напрочь забыл, что только что ужасно нервничал. Дорогу до внутреннего дворика, откуда можно было попасть в старый корпус, Додо запомнил, как оказалось, неплохо. Пробежавшись по внутреннему двору под неожиданным дождиком, студенты проследовали за профессе Бранк-Брухо в лабиринт запутанных коридоров. У Додо запестрело в глазах. Чего здесь только не было. И тонкие разнообразные линии на стенах и на полу. И большие кляксообразные печати на стенах и на дверях. На одной высокой белой двери Додо увидел светящийся зеленым кривой рисунок голой женщины и тут же впал в раздумья, что же там за кабинет за этой дверью... - Вы наверное думаете, - воскликнула профессе, не сбавляя шага, - зачем все здесь так запутанно? Почему нельзя было пометить коридоры, пронумеровать аудитории, сделать указатели в конце концов? - Да, правда! - согласился Фе. - Действительно такой вопрос напрашивается. Кто-то из Бобо-Помпозо Фе передразнил. Тот взглянул зло, но проигнорировал. - А чтобы никто посторонний не нашел того, за чем идет. Здесь очень много ценностей хранится. И защищены они не только искусно и мощно, но и хитро и даже, очень просто. Первым делом, уважаемый вор, вы найдите то, что вам нужно. И заранее подумайте, кстати, а найдете ли вы выход. Так, леди, подберите юбки, тут очень крутая лестница. Пепе покрепче вцепилась в руку Додо. Крутая винтовая лестница вела куда-то вниз. В темноту. - А… Там темно… - сказала Вейре в недоумении. - Да, - согласилась Бранк-Брухо. - Там и будет темно, пока мы не спустимся и не зажжем свет. Так, все за мной. Не падать! По-крайней мере на меня не падать. Когда с шипением начали загораться плафоны по ходу следования профессе, обходящей помещение кругом, взглядам студентов постепенно начало открываться величественное помещение. Круглый зал с куполообразным потолком был полностью выложен керамической мозаикой, сочетающей в себе голубой, синий, зеленый и белый цвета. Четыре самых крупных плафона, висящих на высоких чугунных треногах, профессе запалила спичками, выйдя на середину зала, где остановилась между рядами каменных столов и покрытых мозаикой ванн. - Так, прошу, подходите, становитесь кругом. Можно прислоняться к пустым ваннам, можно присесть на край стола, если нет надежды на стойкость ног. Но учтите - на этих столах уже несколько веков препарируют трупы. Малиновый бант глухо взвизгнула, зажав обеими ладонями рот. Зизи погладила ту по плечу. Профессе остановилась рядом с ванной, единственной, в которой что-то бурлило и испарялось, стелилось холодным туманом и светилось зеленым волшебным светом. Додо предположил, что свет этот никто кроме него не видит. Окинув взглядом молчаливую и серьезную компанию Профессе поджала задумчиво губы, выбирая. - Зизилия и Фелисо, помогите мне переложить нашего пациента на стол. Давайте, хватайте за углы мешка с вашей стороны, а я с головы. Додо почувствовал странную дурноту в груди и принялся больно щипать себя за палец, чтобы прийти в чувство. Рядом прерывисто вздохнула Пепе и раздался звук разрываемой ткани - она все же дотеребила край рукава. Закрыв ладонями глаза всхлипнула Малиновый бант. Близнецы стояли хладнокровно и невыразительно, но Додо показалась, что в их неподвижности слишком много напряжения. Вейре держала Зене под руку и прикрыв ладонью глаза, сквозь пальцы подглядывала за происходящим. Паук, как заметил Додо, завесился челкой и не смотрел. Он разглядывал мозаику под ногами. Дуардо же рядом с ним, опираясь на свою трость, внимательно, как на любой иной лекции слушал преподавателя. Улыбающийся с вызовом Фе и спокойная Зизи подошли к ванне, заглянули в нее без всякого ужаса и взялись за что-то. Бранк-Брухо ухватилась со своей стороны и скомандовала: - Ррраз! - из холодного тумана втроем они подняли мешок с телом, - Два! - тело в плотном черном мешке оказалось на столе. - Спасибо. Можете возвращаться на наблюдательные позиции. Вы мне свою стойкость доказали. Кто мне хочет теперь ассистировать? Повисла тишина. - Тогда назначу я. Дольфо, прошу вас. Додо вздрогнул и, прикусив губу, вышел к столу не чувствуя ног. Мешок, в котором угадывались очертания тела не выглядел мокрым. Это была плотная парусиновая ткань, застёгнутая ремнями на боку. Запаха у трупа и мешка тоже не было никакого. - Начнем с того, - усмехнулась профессе Бран-Брухо, - что обычные, банальные трупы, с которыми не производили никаких волшебных манипуляций, это самые безопасные люди на свете. И, хотя перед нами не просто труп, а труп как раз подготовленный к проведению над ним псевдовоскресающих действий, он пока что тоже совершенно безопасен. Потому что не активен. Дольфо, расстегните нам пациента. И не забывайте меня слушать. Додо непослушными пальцами принялся расстегивать первую пряжку. Та была сухой, но почему-то очень холодной. А профессе тем временем продолжала: - Если вы что-то вроде того, чем мы сейчас будем заниматься, повторите без лицензии, разрешения Волшебной Коллегии на данную манипуляцию, и без всех необходимых документов, предоставляющих вам права на подопытное тело и оборудование, то вас казнят, а переродитесь вы несчастным животным и вас будут использовать для проведения опытов в каком нибудь институте. Ну что вы так долго? - спросила она уже у Додо и быстро расстегнула оставшиеся два пряжки. - Знакомьтесь! - Бранк-Брухо откинула ткань. Малиновый бант взвизгнула, один из близнецов сухо закашлялся. Додо сделал шаг назад и зажмурился. Никаких запахов он не ощутил и приоткрыв глаз, увидел на столе тело молодого мужчины, бледное до белизны. Не нем не было никаких страшных шрамов и разрезов и нагим он тоже не был - не нем была черная хлопковая простая одежда, напоминающая пижаму. А из его груди шел ровный красный свет. - Вот наш миссер Морто. Так принято обычно называть пациентов подобных моргов. Прошу, подходите ближе. Ближе. Мисси, я вижу что вы там. Кто только от меня здесь ни пытался спрятаться. Пепе сидела на столе, держась за папку и долго не решалась сойти. Ее спустил Фе и вместе они подошли к столу. - Миссер Морто завещал свое тело нашему институту несколько лет назад. И только сегодня он дошел до нас немного переделанный и подходящий для наших изысканий. Почему он решил так поступить и что его сподвигло на такую щедрость, мы у него сегодня спросим. Кто-то из близнецов сдавленно охнул, но Додо и самому было не до злорадства, он запрокинул голову и растягивал на шее узел шейного платка. - Сознание, это груз души, - мечтательно сказала Бранк-Брухо, как будто речь шла о чему-то романтичном. - Сознание, характер, сложные эмоции, обрывки важных воспоминаний, самоосознание, Я - это составляющие души. А вот подробная, детальная память, привычки, моторика, голос, интонации, почерк и мимика - это все тело. Без души, конечно, тело не может функционировать в полной мере, ставить цели, развиваться, усваивать новую информацию. К тому же мы говорим о теле умершего человека, а смерть разрушает многое из того, что остается у него после прощания с душой. Бранк-Брухо распахнула рубашку на груди миссера Морто и Додо нервно глотнул. От ключиц вниз, как створки саквояжа, окаймленные в темный металл с гладкими клепками, сходились две половины его грудины. Кожа, там где была скреплена с металлом, была ровной и бледной. Никаких ран или ссадин на ней не было и сразу в голове появилось сравнение с кожей саквояжа и от этой мысли стало снова дурно. Невзирая на правила этикета, Додо развязал шейный платок и засунул его в нагрудный карман. - Тело человека, очень сложная конструкция и очень хрупкая. Если нарушить хоть один процесс - начинает ломаться все. Поэтому очень долго волшебники не могли полноценно оживить тело, да и сейчас эта методика очень далека от совершенства. Профессе щелкнула замком на стыке двух половин грудины и раскрыла их. С тихим писком упала Малиновый бант. Подхватил ее Паук и прислонил спиной к каменному остову ванной. Зене закашлялся и отвернулся, зажав рот рукой. Морщась отвел взгляд и Кено. Фе всем своим видом изображал спокойствие, но его выдавала напускная бравада. А вот Зизи и Паук действительности остались абсолютно невозмутимы. Додо разглядывал группу, лишь бы не смотреть на содержимое грудной клетки мертвеца. Пепе держалась крепко за рукав Фе и, округлив глаза, привстала на цыпочки и с испугом и любопытством смотрела на “мистера Морте”. С интересом живым и непосредственным смотрела Вейре и Дуардо стоял как будто на прогулку вышел. Совершенно невозмутимый. Додо нервно глотнул и медленно перевел взгляд на стол. Перед глазами потемнело, Додо потер мочки ушей до боли и стало легче. В раскрытой грудине были хорошо видны неподвижные легкие, бледные и почему-то с металлическим блеском. Не было крови и непонятной мешанины органов и всякого непонятного, как Додо себе представлял внутренности человека. А в середине грудины, овальное и большое располагалось сердце. Сердце было золотым и стеклянным. Прозрачным. Внутри него поблескивал шар с темной жидкостью и виднелись несколько металлических поршней. От сердца гофрированные, блестящие темным золотом трубки уходили в легкие и вверх, теряясь в тканях шеи. Профессе Бранк-Брухо дотронулась до механического сердца и в нем вспыхнул красный огонек и принялся разгораться все ярче и ярче. Шар с, как теперь стало понятно, ярко-красной жидкостью пришел в движение и принялся раскачиваться как маятник, а поршни, медленно разгоняясь, начали с громким глухим стуком подниматься и опускаться вразнобой. Додо ахнул, даже позабыв про страх перед мертвым. Пепе выглянула из-за его плеча. - Вот это чудо! - шепнула она. Додо кивнул. Легкие дрогнули и пришли в движение, медленно поднимаясь и опадая и постепенно окрашиваясь в холодный розовый цвет, как показалось Додо, несколько неестественный. - Без волшебства, разумеется, подобное невозможно, - довольно произнесла профессе, - сложносоставные печати на механическом сердце и имплантированных фильтрах приводят в движение кровообращение. Насыщенный волшебством заменитель крови обновляет и приводит в движение мышечную ткань. Часть органов отсутствует за ненадобностью, это тело - замкнутый механизм, обслуживаемый извне. Ему не требуется питание и соответственно, пищеварение. Ему требуется замена вышедших из строя мышц, волшебная энергия и исправно функционирующее сердце. Зизи наклонилась и разглядывала внимательно как двигаются неживые легкие. - А… он чувствует? - спросила Пепе дрожащим голосом, тоже наклоняясь вперед, чтобы разглядеть поближе. Из ее прически вылетела шпилька и упала со звоном на механическое сердце. - Ой! - она испуганно прижала ладони ко рту. - Сомнительно… - задумчиво произнесла профессе на вопрос, двумя пальцами подняла шпильку и положила на стол рядом с покойником. - Будьте осторожнее в любой волшебной работе. Всегда найдется потом повод пожалеть о халатности. А что касается ощущения: мозг и сеть чувствительных окончаний человеческого тела изучены до сих пор плохо. Сейчас, когда он разогреется, я его включу и он начнет нас воспринимать, отвечать на простые вопросы и выполнять простые действия. Если ему дать двигаться, пока тело полностью не насытилось кровью и не разогрелось - выйдут из строя мышцы, а нам этого не простят. Это редкий экземпляр. А что касается способности чувствовать… каким-то образом он ощущает прикосновения, хотя бы частично. Иначе он не мог бы эффективно передвигаться и выполнять некоторые действия. Но почему и как это происходит, честно говоря, я не знаю точно. А множеству предположений и гипотез не доверяю, до получения обоснованных доказательств. - А эмоции у него есть? - с интересом спросила Вейре. - Базовые. Грубые эмоции. Страх, гнев. Некоторые исследователи отмечали грусть и интерес, но это противоречит основным положениям признанных правил функционирования души. Так что не романтизируйте миссера Морте. Он, конечно, весьма обаятелен снаружи, но примитивен и ограничен внутри, - мисси Бранк-Брухо улыбнулась, закрыла грудную клетку подопытного и защелкнула ту на замок. - А сейчас я вам покажу потрясающую работу наших специалистов, - профессе надавила на веки миссера Морто и тот открыл глаза, серые и странно прозрачные. - Фелисо, отойдите в сторону, вы закрываете свет. Так… Дольфо, как ближайший, посмотрите внимательно в глаз нашего пациента. Додо вздрогнул, осторожно приблизился и посмотрел в прозрачный глаз. За темнотой зрачка, еле различимый виднелся сложный синий узор. - Это что, печать? - удивленно просил Додо. - Именно! - восторженно воскликнула профессе. - Именно! Так тонко, так изящно придумано! Внимание! - Она приложила руку ко лбу мертвеца и тот моргнул. Додо отпрянул. - Что вы помните, миссер? - спросила профессе Бранк-Брухо, нависнув над миссером Морте. Тот снова моргнул и хрипло ответил. - Я в институте. Я умер, - произнес он. Хрипота из голоса постепенно исчезала. - Что вы помните о себе до вашей смерти? - с азартом во взгляде спросила профессе. - Я учился в Институте тонких искусств на последнем курсе. Я писал курсовую работу… курсовую работу, - он замолчал. - Не вспомнил, - пояснила профессе. - И не сообразил перескочить на другую мысль. - Вы волшбеник? - спросила профессе. Мертвый ответил не сразу. - Нет. - А почему? Он снова какое-то время молчал. - Потому что я умер. - Как видите, - профессе обратилась к группе, он способен рассуждать логично. Додо стоял и кусал губу, пытаясь разобраться в странных чувствах. Ему казалось, что бедного мертвого студента совершенно неэтично расспрашивать сейчас в присутствии целой группы о его смерти, демонстрируя, как повредилось его сознание. Ну или часть сознания. И хотя понятно, что душа его уже переродилась скорее всего, но ведь и в теле что-то оказывается осталось. И Додо казалось, что какого-то уважения это что-то достойно. Он скосил взгляд. Пепе смотрела с искренним сочувствием, а Фе напряженно и задумчиво хмурился. - Как вы себя чувствуете? - без разрешения профессе спросила Пепе. Миссер Морте повернул голову. Движение было вроде бы и нормальным, но каким-то слишком механическим что-ли.... Вейре охнула восторженно. - Хорошо, мисси, - ответил труп, - а вы? - Принятый ответ на формальный вопрос, - пояснила профессе и не стала ругать Пепе за самодеятельность. - Это не любопытство. В нем сработала привычка. Пепе вздохнула, и, похоже, расстроилась. - Нет, - сказал труп. У профессе Бранк-Брухо вытянулось лицо. - Нет. Мне интересно, - упрямо сказал труп. - Ну… Я себя чувствую удивленной, немного напуганной и мне очень интересно, - сипло ответила Пепе, прижимая папку к груди. - Какая прелесть! - тихо воскликнула Вейре и Додо посмотрел на нее с некоторым недоумением. - Что, у него еще и упрямство может быть? Он же просто тело? - спросил Зене наглым своим мерзким голосом. - У него не может быть любопытства, - задумчиво сказала профессе. - А упрямство возможно чем-то обусловлено. Миссер, - она снова обратилась к мертвецу, но тот не повернул к ней головы. Он продолжал смотреть в сторону, на Пепе. - Миссер, вам страшно? - спросила Бранк-Брухо. Мертвец кивнул. - Мне страшно. Да. - Чего вы боитесь? Миссер Морте приподнял голову и принялся оглядываться. Движения его были несколько скованными и не плавными, но вполне живыми. - Ответьте мне, - приказала Бранк-Брухо. - Смерти, - ответил труп. Профессе пояснила: - Подобные пациенты скованы необходимость беспрекословно подчиняться тем, кто их активизирует. - А почему он боится смерти? - спросила Зизи. - Он же уже умер? - Он боится, что снова умрет. Что его отключат! - воскликнула Пепе жалостливо. - Ну давайте теперь его приласкаем и обогреем, - фыркнул Зене, - а для чего таких используют? - Хм… - профессе взглянула на Зене и задумалась. - Массово, разумеется, нигде. А индивидуально, в исследованиях, в лабораториях… Труп тем временем быстро и уверенно протянул руку и отломал газовый вентиль у стоящего рядом светильника. Додо открыл рот, чтобы крикнуть, но мысли в голове спутались. Труп вскочил со стола, резво и уверенно, и, оттолкнув Додо, побежал. Додо не удержался на ногах и сел на пол. - Стоять! - крикнула Бранк-Брухо, но труп не остановился. Профессе, свирепея развернулась к мертвому беглецу и вкинула руку. Перед ее ладонью свиваясь и накладываясь слой на слой начала формироваться печать, но тут в тишине, стало отчетливо слышно шипение выходящего из трубы газа и печать рассыпалась. - В стороны! - крикнула профессе группе, - бегом! - И, взмахнув рукой, сосредоточилась на газопроводе светильника, создавая новую печать. Группа отпрянула в стороны. Малиновый бант завизжала. На редкость непристойно выразился Паук. Додо попятился от мигающего светильника и увидел как вокруг того, искрясь, пушистый как сахарная вата, начал накручиваться вязкий, белесый туман, останавливая, замедляя все внутри себя. Шипение прекратилось. Бранк-Брухо выругалась сердито. - Я руки поотрываю тем, кто нам дал это тело! - грозно воскликнула она, - да что там! Я их под суд отдам! Это же, по крайней мере, опасно! Профессе оглядела группу. - Все живы, все здоровы? - спросила она строго. Группа покивала. - Тогда собирайтесь. Занятие сорвано, а оставшаяся моя цель на сегодня - довести вас в безопасности до центрального корпуса, поднять тревогу и идти ругаться с деканом. Собрались. Пошли за мной! Кто увидит дохлого мерзавца - сразу сообщайте мне!

***

В институте случился оживленный переполох. Любопытные аспиранты бродили от клуба до библиотеки, от библиотеки до кабинета секретаря и оттуда снова в клуб в попытках выяснить, где именно шляется сбежавший мертвец и почему он, собственно, сбежал. Студенты отнеслись к слухам с меньшим ажиотажем и большей частью выглядели притихшими. По слухам у кого-то отменили Котяру из-за расположения его кабинета, и тот ходил скандалить к декану. Во всей этой суматохе чуть было не сорвалось занятие у профессе Сэгри-По. А так как тот обещал контрольную по алфавиту, его опоздание вызывало некоторую надежду. Группа ждала в аудитории. Из-за приоткрытой двери в коридор то и дело слышались шаги и обрывки голосов. Додо, задумавшись сидел, подперев голову кулаком. - ...а если в такого вселить душу? - услышал он рядом голос Пепе. Развернувшись на стуле, она разговаривала с Зизи, сидящей прямо за ней. К ним наклонился севший рядом с Зизи Фе. - Душу нельзя, - сказал он, - заклюют и голову оттяпают. - Да еще и не понятно возможно ли, - задумчиво пробормотала Зизи, - но вот духа то вселить наверняка можно. - А нам кстати ничего такого не рассказывали про то, можно ли объединить душу и тело, если они не родились вместе, - задумчиво сказала Пепе, - а вдруг это и вовсе невозможно. - Ну так он мертвый. Уверена, с ним больше возможностей. - Мне его жалко, - вздохнула Пепе. - Мне, если честно, тоже… - согласился Фе. Зизи задумчиво смотрела в потолок. - А ты раньше видела умерших? - спросил Додо у Зизи. - К счастью не много, - вздохнула она, - у меня родители лицензированные волшебники-целители и работают с жертвами катастроф и несчастных случаев. Вот, например, когда в прошлом году дирижабль упал на деревню в Вистермире. Мы там были - я им уже два года ассистирую. - Вот это да! - воскликнула Пепе. Зизи пожала плечами. - Я на самом деле не очень хочу быть целителем. Не потому, что мне людей не жалко. Жалко. Но я хочу быть исследователем. Искать геологические аномалии, изучать Края. - … я бы себе такого завел вместо швейцара. Глупо, по-моему, не использовать их как рабочую силу, - рассуждал тем временем кто-то из близнецов, скорее всего Зене. Додо вообще заметил, что Зене чаще чем брат говорит глупости. Вейре неожиданно согласилась с ним. - Кучеры, например, и продавцы в магазинах одежды. Хотя, все же, эти трупы жуткие и прикасаться к ним не хочется. И прикасаться к тому, к чему они прикасались. Даже если они будут в перчатках. Все, беру свои слова обратно, пусть лучше на них тихо и тайно продолжают ставить опыты. Вейре заметила взгляд Додо и улыбнулась ему. Додо смутился, отвел взгляд и посмотрел на Фе. Но тот был увлечен разговором и ничего не слышал. - ...этот недоносок чуть в обморок не упал, - тем временем прозвучал мерзкий голос Зене, - Додо бросил не него хмурый взгляд. - Да, именно ты, - зло усмехнувшись добавил близнец. Фе отвлекся от беседы и добавил, глядя на Додо. - Заметил, как белобрысого чуть не вырвало? Пепе фыркнула с неприязнью, а Зизи улыбнулась и злорадно взглянула на Бобо-Помпозо. - Я удивляюсь, как их грациозная подруга целиком в мертвяка не свалилась, - фыркнул Кено. Громко кашлянул Дуардо с заднего ряда. Распахнулась дверь и решительным шагом в кабинет вошел очень злой декан. У Додо появилось желание вжать голову в плечи. У Пепе, видимо, то же, что она и сделала. - Так, - произнес профессе Сэгри-По, - от занятия осталась только половина, и мы посвятим это время контрольной. Достаньте чистые листы и чернильницы. Все остальное должно быть в папках. Если я увижу списывающих, то поставлю минусовую оценку и пересдать не позволю. По порядку все ряды составляющих алфавита, что вы должны были выучить дома. Прошу. У вас полчаса. Додо вздохнул, а Пепе уже принялась писать. Выучить алфавит она успела прежде чем осталась без своей удивительной памяти. Додо тоже учил. Зубрил мучительно. Старался больше, чем когда либо ранее, потому что понимал, что вот оно - начало настоящего волшебства. Но голова не умела еще заучивать подобное в таком количестве и он понимал, что все не вспомнит. Обмакнув перо в чернильницу он занес его над бумагой и замер. Рука не двигалась. То есть двигалась, слушалась, слушались пальцы, но как только он пытался опустить перо на бумагу - нападало какое-то оцепенение. Как будто не хватало какой-то малости, чтобы решение начать писать осуществилось. Он не мог заставить себя начать писать. Додо удивленно поставил перо в чернильницу, размял пальцы и попробовал снова и снова случился этот странный ступор. Он попытался закрыть глаза и расписаться, но снова не сумел даже опустить перо. Сорвалась и упала на бумагу капля чернил, образовав большую кляксу. Додо ощутил приступ паники. - Дольфо, я вас вижу, - грозно сказал декан. - и вижу, что вы ничего не учили. А попробуете списать - будет еще хуже. Додо чуть не заплакал. Он попробовал левой рукой заставить правую писать. Перо коснулось бумаги, но пальцы не захотели двигаться и выводить буквы. Являлась ли или нет способность писать фрагментом души, но Додо ее лишился. Напрочь. Таинственный похититель, вероятно, украл и ее. Невесть зачем ему это потребовалось, но факт был налицо. Быть может из мести? Может расследование уже близко к нему подобралось? Время отведенное на контрольную закончилось. Малиновый бант собрала по просьбе декана работы и Додо сдал чистый листок. - Ты чего? - удивленно спросила Пепе. - Ты что, настолько ничего не учил? Додо уронил голову на руки и вздохнул. Из-за спины, с задней парты высунулся Фе. - Он ни слова не написал! - изумленно, шепотом сказала ему Пепе. - Ты же учил… - сказал Фе растерянно. - Я не смог! - воскликнул Додо. Он быстро раскрыл папку и на первом попавшемся листе попробовал написать что-то. Рука снова не слушалась. - Я не могу писать! У меня пальцы не двигаются. Я просто не в состоянии заставить руку писать. Я все полчаса боролся с собой и ничего! - Э… - Фе не нашел что сказать, глядя растерянно. - Дело, по-моему, дрянь… - Надо рассказать декану. - Уверенно заявила Пепе, поднялась и взяла папку подмышку. - Все в подробностях. Он знает о расследовании, которое вы ведете и если это связано… - Да не приведи судьба чтобы связана! - воскликнул Додо. - Как я буду без способности писать! - Ну, - Пепе вздохнула, - я очень надеюсь, что потерянное удастся вернуть. Пошли, нечего тянуть. Декан уже вышел из кабинета. В коридоре еще были слышны его быстрые злые шаги. Додо на пару секунд задумался, подхватил папку и выскочил из кабинета. Догнал он декана только у дверей его кабинета. - Профессе Сэгри-По! Подождите! Профессе, я все знал! Декан мрачно обернулся. - Молодой человек, имейте совесть хотя бы не оправдываться… - Профессе, я физически не мог писать. У меня пропала способность писать, я не мог себя заставить! Ее тоже похоже похитили! - выпалил Додо и перевел дыхание. - Ага… - задумчиво сказал декан и усмехнулся. - Пройдемте, - он открыл свой кабинет пропустил Додо вперед. Посреди бесконечного количества светящихся всеми цветами волшебства стеллажей с редкостями, книгами, странными предметами, светящимися кусками пустого пространства и даже клеткой с чем-то невидимым, но ползающим, красовался огромный стол с серой каменной столешницей на сияющих темно-красным светом ножках. А на столе, в золотистой дымке стоял большой шар, состоящий из сложных металлических фрагментов, находящихся в постоянном медленном движении. Додо присмотрелся: в основании шара крупными буквами было выгравировано: Большой Самозаряжающийся Защитный Шар-Концентратор Карло Женьо-Локо - Так значит, вы разучились писать? - с иронией в голосе спросил профессе, оторвав Додо от созерцания шара-концентратора дедушки Марсо. - Да! - Додо вздохнул, собираясь с мыслями, размышляя как бы получше объяснить. - Вы машинку в кабинете секретаря трогали? - внезапно спросил Сэгри-По. Додо замера с открытым ртом, удивленно посмотрел на декана и кивнул. - Да… Она там валялась и я… - А вам не приходило в голову, что она там тридцать лет неспроста валяется? - декан усмехнулся, но не сердито уже, по-доброму. Додо покачал головой отрицательно, глядя на Декана с надеждой. - Она проклята, юноша. Вы теперь не сможете ни писать, ни печатать, пока профессе Бранк-Брухо не приготовит вам специальное зелье. Додо удивленно охнул и тут же рассмеялся, испытав огромное облегчение. Всего то зелье… Он уже боялся, что это навсегда. Профессе, прищурившись, взглянул на Додо и между собой и деканом тот увидел простую белую, светящуюся печать и тонкую нитку энергии от профессе в нее метнувшуюся. - Да, точно проклятье. Не переживайте. Печать пропала. Сегри-По подошел к столу, написал короткую записку и оттиснул на ней печать. - Пока не будет готов эликсир для исцеления, будете на всех предметах отвечать устно. Вот вам на это разрешение и предписание. Додо взял бумажку и посмотрел на красивый, светящийся и почему-то разноцветный оттиск печати с кадуцеем в середине. - Как ваше расследование идет? - поинтересовался декан. - Удалось что-то выяснить? Додо кивнул. - Это происходило оба раза в библиотеке. И оба раза обкраденные студенты там спали. И еще у нас есть предположение, что усыпили их намеренно. Мы думаю в ближайшее уже время разберемся со всем. Кажется, у нас складывается картина. Декан поджал губы задумчиво. - Да… слушая вас я уже верю, что это правда может быть серьезно. Если вы выясните, кто мог это сделать, не подходите к нему, не останавливаете, а сразу бегите ко мне. Так будет безопаснее. Как ваша одногруппница которая пострадала? - Переживает, - вздохнул Додо. - Надеюсь, удастся ей помочь. Как думаете, реально будет вернуть способность, когда мы найдем вора. Декан развел руками. - Мы толком не знаем даже как такое возможно. Посмотрим. Постараемся, - он задумался и хмыкнул, - вы с кем все это расследуете. С Фелисо? - поинтересовался профессе. В дверь постучали и тут же между створками всунулась взъерошенная голова Лиловых Бакенбардов. - Профессе, его видели у самой лестницы в голубятню. Надо ловить! - Все! - резко ответил декан и направился к дверям. - Будьте осторожнее. Обращайтесь за помощью, если что. А теперь, прошу, быстро, у меня строчные дела! Додо выбежал из кабинета и какое-то время растерянно смотрел как широким шагом Сэгри-По удаляется по коридору и как подпрыгивая и спеша за ним пытается угнаться маленький доторе Лиловые бакенбарды. - Ну? - подходя спросил Фе. Пепе спешила следом, на ходу что-то поправляя в прическе. Додо весело улыбнулся, ощутив внезапно прилив искренней радости. - Помните машинку в секретарской, которая валялась у стола? Фе кивнул, а Пепе задумалась. - По-моему, да, - сказал она, - и что с ней? - Она проклятая! - воскликнул Додо, - я ее поднял вчера и теперь не могу писать! Профессе Сэгри-По сказал, что попросит Бранк-Брухо приготовить мне от этого зелье. А пока что, - Додо показал друзьям бумажку с печатью, - я буду отдуваться перед всеми вслух, - на этом его энтузиазм поутих. - Ну… - Фе похлопал Додо по плечу, - надеюсь, что зелье приготовят быстро. Пепе вздохнула. - А я вот думаю. А возможно ли теперь вообще вернуть мне мою память… - Уверен, что да, - ответил Фе серьезно. Пепе хмыкнула. Додо вынул часы из внутреннего кармана и усмехнулся. - Через три минуты Указка. А потом, мне вот интересно, будет ли Котяра. Его кабинет же в корпусе с бегающим трупом! Пепе рассмеялась. - Может со сбежавшим трупом - это все интрига Котяры, чтобы ему наконец дали новый кабинет? - Отличная мысль! - воскликнул Фе радостно. - И это похоже на доторе Мео-Мроу. - Очень похоже, - согласился Додо.

***

На занятии у Указки пришлось отвечать вслух, и к тому же, у доски. Додо это воспринял чем-то вроде циркового опыта в роли клоуна. Не то чтобы он никогда не отвечал у доски - в лицее он не видел в этом ничего плохого, но в лицее не было Бобо-Помпозо. Те передразнивали, хмыкали, отпускали тихо едкие комментарии. Еще и Вейре смотрела, не отводя взгляда, и улыбалась загадочно. А Указка, как и всегда, не собирался вмешиваться во внутренние дела группы и требовал только видимости порядка на занятии. У Котяры занятие и правда состоялось в другом кабинете, просторном и светлом, и в основном корпусе. Доторе был благостен и напоминал сегодня кота более чем обычно. Причем кота очень довольного жизнью. Отвечать что-то устно на Котяре не пришлось, но котяра выжал из студентов “все соки” по его собственному выражению. Он отнял у всех тренажеры и пытал группу, добиваясь результатов от всех без исключения. Додо заметил, что после того как у Пепе пропала ее уникальная память, на занятиях у Котяры она вдруг начала делать успехи. И сегодня, быстро разобравшись и прочувствовав упражнение, которым Мео-Мроу уже две недели пытал группу, заставила так ярко светиться между ладонями шарик энергии, что в итоге у нее заболела голова и случился острый приступ хандры. Мео-Мроу дал ей большую шоколадку из собственных запасов и разрешил сидеть на подоконнике и смотреть в окно все оставшееся время занятия. Фе тоже пытался сказаться уставшим и напроситься на подоконник, но безрезультатно. Уже было понятно, что у Котяры Фе - лучший в группе. Уставшим после занятия Додо его ни разу не видел. Не без некоторой ревности, мелкой и постыдной, он понимал, что Фе с большей вероятностью чем он сам станет сильным и выдающимся волшебником. За такие мысли Додо себя ругал, но все равно иногда было обидно. После Котяры голова болела уже и у Додо. День выдался суматошным и нервным. Котяра, к тому же, задержал, и на занятие к доторе Лиловые бакенбарды Капи-Копо группа бежала, подхватив папки, трости, юбки, банты - у кого что было. Лекцию Додо пропустил мимо ушей. Он даже не пытался сосредоточиться, он устал, он не мог вести конспект, и он думал о том, что оба раза подсыпать в клубе снотворное мог только тот, что часто бывает в клубе. А значит, нужно узнать завсегдатаев, а узнать сложно, потому что ни с кем из постоянных посетителей клуба ни он, ни Фе с Пепе знакомы не были. Был вариант еще спросить у Стана…

***

- Вот у меня перья на руке и проклятье от обозленной печатной машинки, у Пепе память украли, один ты ходишь счастливый и нетронутый силами зла. Каковы твои оправдания? - Додо, улыбаясь, подергал Фе за рукав. После занятий друзья стояли у кабинета секретаря облокотившись на перила и наблюдали как студенты и аспиранты расходятся по домам. - Ну, у меня еще много времени впереди, - лениво принялся оправдываться Фе, - к тому же, быть может, вы не все обо мне знаете? Может я давно и ужасно уже проклят, но не могу об этом сказать, потому что мое проклятье мне этого не позволяет. Ведь очень даже может быть! - Ой, нашли в чем соревноваться! - Пепе фыркнула и укоризненно посмотрела на обоих. Фе показал ей язык. - Куда мы теперь? - спросил Додо. - Ну… - Фе почесал макушку, - Сейчас в библиотеку снова, если других идей ни у кого нет. Посмотрим, кто там есть из наших и еще раз расспросим не подходил ли кто-то к Пепе, когда она там заснула во Вторис, и не подходил ли кто-то к тому аспиранту в Третис. Мы вот Паука не спрашивали еще. - Угу, - кивнул Додо, - а потом в клуб тогда. Выяснять кто и когда бывает там. Только вот… - Додо с досадой поджал губы, - надо бы Цаплю поискать, быть может он бывает в клубе. Я не знаю у кого еще спрашивать, а у аспирантов и старшекурсников в этом клубе это все выспрашивать будет, мне кажется, сложно… Фе согласно кивнул. Пепе вздохнула. - А очень похоже ведь, что это кто-то из завсегдатаев клуба делает, - сказал Фе, - Больше некому. В клубе видно, кто ставит чайник греться. В клубе заваривают чай. В клубе чашки и чайные принадлежности. Из-за книжных полок можно незаметно наблюдать за входящими. И никто не удивится, если кто-то из клуба выйдет в библиотеку, поменяет, к примеру, книгу и вернется в клуб. Пепе барабанила пальцами по парапету, глубоко задумавшись о чем-то. - А вот найдем мы его… - сказала она, хмурясь, - и что будем делать? А возможно ли его будет заставить талант мой вернуть? И умеет ли он вообще возвращать таланты на место? - Мы сдадим его декану и, уверен, тот с этим разберется, - заявил Додо. - И профессе нам обещал помочь задержать вора. Главное выяснить кто это. Пепе вздохнула, одернула складки на юбке, выпрямилась решительно и улыбнулась. - Ну что? - спросила она, - в библиотеку тогда? Время тратить не хочется. После занятий в библиотеке стало людно. Еще и большая группа незнакомой молодежи с повязками практикантов-Медиков под бдительным надзором преподавателей занималась на балконе. - Сегодня что, день открытых дверей? - спросил Фе негромко, задрав голову. Тут же, поймав взгляд юной темноволосой леди - будущего Медика. Фе улыбнулся. Девушка подмигнула. Фе жестом показал что сейчас поднимется к ним на балкон. На этом Додо грубо романтику прервал. - Фе, не отвлекайся. Мы заняты серьезным и, кстати, опасным делом. - Что же уже, нельзя улыбнуться девушке? - обиженно проворчал Фе, поднял взгляд, но темноволосой красавицы у перил уже не было. - Смотрите! - Пепе улыбнулась и помахала кому-то рукой. Додо пригляделся и увидел в конце центрального ряда за столом Марсо. Он сидел перед стопкой книг и махал рукой, привлекая к себе внимание. Марсо вышел из-за стола и встретил друзей под колоннами балкона - за столом не было свободных мест, да и разговаривать рядом с занимающимися было неловко. - А я все думал, когда же я вас тут увижу! - Марсо радостно улыбнулся, - но наверное я слишком рано здесь бываю. На Марсо наподобие пиратской повязки был надет странный монокль, с двумя стеклами, в металлической оправе и на кожаном ремне с пряжками. Монокль не просто светился волшебством, он переливался всеми цветами радуги. - Или мы слишком редко, - признался Додо. - У меня кстати для тебя новости! Фе и Пепе с интересом на Додо посмотрели. - Я нашел шар твоего дедушки. - И нам не сказал… - удивленно произнес Фе. - Да не успел просто, - оправдался Додо. - Он стоит у декана в кабинете. На столе прямо. И я думаю, что смогу до него добраться в ближайшее время. Скажи, как его открыть? - Ооо! - Марсо улыбнулся широко и довольно, - там все непросто. Там есть внешняя ось, с градусами. И есть еще самая маленькая ось стеклянная, в окантовке. И их можно совместить нулями, например, - Додо, стараясь ничего не упустить, внимательно слушал инструкцию. Марсо рассмеялся и заработал этим несколько возмущенных “шшш”. - А вообще, чтобы открыть тайник, нужно табличку с названием поддеть чем-нибудь острым. Пепе фыркнула и посмотрела укоризненно. Фе рассмеялся тихо, прикрыв рот ладонью. - Как только представиться случай, - пообещал Додо, - заберу. А у меня будет, думаю, повод побывать в кабинете у декана. - Кстати, ты каждый день здесь занимаешься? - спросила Пепе. Марсо кивнул утвердительно. - Только он рано уходит, - печально сказал Пепе Додо. - Ну… - Марсо пожал плечами, - обычно до окончания занятий, а то тут видите какой аншлаг. А что? - Да у нас тут… - Додо понизил голос, - детектив. Выясняем какая гадина ворует у людей нужные им вещи, пока те спят. - Мы тебе потом объясним все подробнее, - неловко обещала Пепе, - просто при всех нельзя. И долго. А это… серьезное дело. - Тут во Вторис и в Третис вечером похоже усыпили чаем двух человек и пока те спали - обокрали, - пояснил Фе. - И мы вот ходим сегодня весь день в библиотеку, смотрим кто еще есть из знакомых, чтобы расспросить. Додо как раз огляделся. Ни Малинового банта, ни Паука он не увидел. - Ого! - Марсо потер ухо, оглядывая задумчиво зал, - тогда это вам надо расспросить одного редкого специалиста. Пойдем, - помахав приглашающе рукой он повел друзей к выходу из библиотеки. За крайним столом суетился давешний уборщик. Он протирал любовно книги от разлитых на них чернил. Защищенные волшебством они не впитывали влагу и чернила им были не страшны. Зато стол, похоже, оттирать предстояло еще долго. - Знакомьтесь, это Рори! - Марсо подвел друзей к уборщику в мятом цилиндре. - Он наверняка знает все! Рори поправил очки, улыбнулся неловко и вытер испачканные в чернилах и мыле руки о фартук. - Ну не совсем все… Даже совсем не все, - пробормотал он. - Но наверное что-то знаю… - Это Додо, Фе и Пепе. Героические и прекрасные люди! Поможешь им найти негодяя? - спросил радостный Марсо у смутившегося Рори. Тот пожал плечами и растерянно произнес: - Все что смогу… А чем я могу помочь? - Вчера вы здесь были, когда за тем столом, - Пепе показала взглядом на отдел химии, - спал аспирант? - Да, - кивнул Рори, - я поднимал его книги. Он очень небрежно обращается с книгами, - в его голосе прозвучала укоризна и даже негодование и он снова поправил очки. Додо смотрел на его цилиндр. Его лента светилась ярким голубым светом - шляпа была волшебной. Это наконец объяснило Додо зачем нормальный с виду юноша носит этот странный цилиндр. - А он чай себе приносил? - спросила Пепе. - Постоянно, - утвердительно кивнул Рори. - У него здесь скопилось пять чашек. Я четыре унес, а одну забрал доторе Капи-Копо. Он его руководитель. Додо и Фе переглянулись. - В смысле забрал? - спросил Фе. - Подошел к спящему и забрал чашку? - Ну я тоже удивился, - Рори пожал плечами. - Обычно я все чашки отношу на место. Как-то это было странно. Фе хмыкнул и задумался. - А в литературном клубе вы были в этот вечер? - спросил он. - Конечно! - ответил Рори. - Я туда чашки и относил обратно. А то их не хватало. Фе воодушевился: - А вы заметили кто там был, в клубе? Рори развел руками, но поморщился. Пепе посмотрела вопросительно. - Я не заглядывал за шкафы, туда где кресла. Но там точно было двое с вашего курса. Близнецы. Они мне несколько неприятных замечаний сделали, - Рори дернул уголком губ нервно. Поджав губы, Пепе покивала головой. - Да… они очень гадкие. Сочувствую. Додо, все это время не отводил взгляда от ленты цилиндра Рори и, наконец, спросил: - Это наверное… нескромный вопрос. Но, ваш цилиндр… он такой странный. Зачем он вам? Пепе удивленно посмотрела на Додо и неудивительно, вопрос вышел на редкость бестактным. Рори смутился и растерялся. - Ммм… - он поправил цилиндр и покраснел, - он… знаете, просто он волшебный. И он нелепо выглядит, но он очень полезный. - Рори еще сильнее покраснел и шепотом признался, - он, если его долго носить, позволяет становиться выше и… ну... спортивнее немного. Я год назад, когда мне его подарили, был на пол головы ниже чем сейчас… вот, - красный Рори снял очки и принялся протирать их краем фартука. Додо и сам покраснел от того, как неловко получилось с этим вопросом про шляпу. Пепе кашлянула. Фе вздохнул. - А во Вторис, - спросила Пепе, - я вечером заснула вон за тем столом, вы не видели, ко мне подходил кто-нибудь? Рори задумался. - Во Вторис? Нет… Во Вторис меня здесь не было. У профессе Бранк-Брухо взорвался гелевый питон в лаборатории в старом корпусе и я весь вечер его от стен отскребал… - Рори усмехнулся, вспоминая явно с удовольствием, и надел очки. - Спасибо, - сказала Пепе и потупилась, - извините, что побеспокоили. - Ничего страшного, - Рори улыбнулся добродушно, подходите еще. И… - он засмущался, глядя вниз и сказал: - мисси, попросите в любой лаборатории немного “белилки”, это порошок такой. Вы им чуть чуть чернильные пятна посыплете, потрете и все чернила исчезнут. Пепе посмотрела на свою залитую чернилами юбку, охнула и пробормотала: - Спасибо. Обязательно спрошу. Я уже испугалась, что это неисправимо. Кто-то ойкнул на балконе и принялся ругать чернильницу. Рори, застенчиво улыбаясь, развел руками и направился к лестнице. - Хм… А он вполне нормальный, оказывается… - пробормотал Додо. - Ну да, - Марсо широко улыбнулся. - Я его про шляпу в первый же день спросил. Совершенно потрясающая штука! Когда Рори дорастет, мы договорились, он ее мне продаст. Отнесу деду - тот будет счастлив. Он такие вещи любит. Марсо взглянул на беззвучные часы на потолке библиотеки. - Так, я пойду книги сдавать. Мне пора. Двайте в семис после занятий посидим в кафе? Если вдруг не задержат из-за Прегосозо. - Какого такого Прегосозо? - не понял Додо. - Ну… - Марсо удивленно посмотрел на троицу, - в семис в Институт приедет Безначальный Прегосозо. И его, видимо, будут водить по аудиториям, показывать ему студентов, попечителей, благоворителей, преподавателей… Додо, Пепе и Фе во все глаза смотрели на Марсо. - Ой, - воскликнул Марсо, - А вам что, до сих пор не сказали? Я то от дедушки знаю... Все трое отрицательно покачали головами. - Интересно, удастся ли его увидеть… - пробормотал Фе. - Или он только с профессорами будет общаться. Марсо улыбнулся и пожал плечами. - Он скучный. Зато может быть будет короткий день. Ну и в кафе посидим потом. Хорошо? - Ага, - Фе кивнул. - Да, конечно. До встречи тогда, - попрощался Додо с Марсо, вздохнул и вышел из библиотеки в коридор.

***

- Знаешь, мне не то чтобы неприятно или сложно учиться, - рассуждал Фе, заваривая чай. - Но то, что нас не предупредили, это как-то… некрасиво что ли. То есть им не важно, есть ли у нас планы. Может к кому-то приезжают родители. Может у кого-то билеты в цирк. - Может все это не до конца еще решено? - предположил Додо. - Может и не будет никакого Прегосозо. Просто слухи. Или обещал приехать, но в десятый раз за месяц, к примеру… Давайте завтрашнего дня подождем. Вот когда нам скажут, что мы учимся в Финалис, вот тогда и будем возмущаться. Клубом называлась большая гостиная рядом с библиотекой. Большая ее часть была поделена на своего рода кабинеты высокими книжными шкафами, а оставшееся пространство было занято чайным буфетом и столиком с керосинкой, на котором в том числе почему-то стоял граммофон. Граммофоном при этом пользоваться могли только какие-то особенные в клубе люди. Всем остальным заводить его было запрещено, о чем свидетельствовала лежащая на месте пластинки записка: “Без уважительных причин не заводить. Администрация уважительных причин.” Был еще стол с печеньем и бисквитами в корзине, тут же на столе можно было взять чистую чашку и чайник. И стояло несколько глубоких, удобных кресел и столик. Обычно кресла занимали старшекурсники и аспиранты и поэтому заходить сюда лишний раз, будучи первокурсником, было неловко. За книжными полками кто-то был. По крайней мере две компании было слышно. Поэтому и Додо, Фе и Пепе старались говорить потише. - Я вот думаю. А это точно все же не наши белобрысые? - предположил Фе. - Гады, во-первых, пользуются волшебными вещами незаконно, аморальные, злобные, были в клубе, быть может и оба раза. Может это и не связано никак с пропавшими людьми и институтом? Может это их личная преступная пакость? - Версия ужасно правдоподобная, - вздохнул Додо, - но совершенно недоказуемая. Пепе отрицательно покачала головой. - Их никто не видел в библиотеке. И мы уже решили, что группу не подозреваем. И думаю, что нам стоит учитывать пропажу людей. В клуб вошел Дуардо. Он элегантно держал в руке трость, и снова выглядел, как будто прогуливающийся по набережной завсегдатай престижного курорта. - О, вы тоже решили задержаться? - спросил он сдержанно, - я тогда присоединюсь к вам в ожидании чая. - Да, пожалуйста, - Фе подвинулся. А Пепе как-то по-особенному Дуардо улыбнулась и Додо вдруг ощутил укол ревности. - А ты здесь часто бываешь? - спросил Додо, пользуясь случаем. - Здесь? - не понял Дуардо. - В клубе, - пояснил Додо. - Просто мы все пытаемся выяснить кто здесь мог быть в определенные дни… - Ну, возможно, я вам могу помочь. Я здесь часто бываю посла занятий. - Ой, а что здесь вообще делают? - спросила Пепе и усмехнулась, - я вообще сюда стесняюсь заходить. Все со старших курсов, никого знакомого, все смотрят на первокурсников так, будто они плесень... Дуардо усмехнулся. - Ужас какой. Неприятно. Я не замечал, но присмотрюсь. Здесь учатся отпрыски нескольких крупных клиентов моего маленького семейного бизнеса и я с ними общаюсь. Мы что-нибудь обсуждаем, или газеты читаем, - Дуардо понизил голос, - или в карты играем. - Маленького семейного бизнеса? - переспросил Додо. Дуардо улыбнулся в ответ, потушил керосинку и снял закипевший чайник. - А что это за маленький бизнес? - спросила Пепе. Ей Дуардо, помедлив несколько секунд, ответил: - Первый Городской Банк. Додо потребовалось некоторое время на то, чтобы осознать, что банком, тем более Первым Городским банком можно владеть… Или хотя бы совладеть. Это казалось диким. Это как быть совладельцем всех денег мира. - Ой… - пискнула Пепе и уронила чашку. Та удивительно ловко, падая, ударилась ручкой о столик и разлетелась на кучу осколков. - Ох, осторожнее, - воскликнул Дуардо и поддержал отшатнувшуюся Пепе, чтобы та не упала. - Тут куча осколков. Фе невозмутимо налил себе и Додо чаю. - Ну что же за проклятье-то эта неуклюжесть, - в который раз сокрушалась Пепе. - Может это просто рассеянность? По-моему неплохое качество… - предположил Дуардо. - Ох, если бы… Я даже в зеркале, в отражении моей души увидела эту мою неудачу. Дуардо задумался. Пепе тоже. - У меня украли мою абсолютную память, - внезапно сказала она. Додо удивленно на нее посмотрел. Вот так вот взять, и рассказать вдруг постороннему о сути их расследования! А вдруг он как-то связан с преступником… Или расскажет кому-то! Мало ли? Додо поднял взгляд и увидел такое же недоумение и на лице Фе. - Как так украли? - воскликнул Дуардо. - Вот так, - вздохнула Пепе. Я во Вторис вечером сидела в библиотеке, выпила чаю и заснула. А когда проснулась - таланта не было. - Угу… - мрачно подтвердил Фе, глядя на Пепе обиженно, - и вчера то же самое случилось с аспирантом, который готовился к чему-то остервенело. Взял и потерял талант читать со скоростью много страниц в секунду. - А… да, я его знаю, - Дуардо задумался. - Он тоже пил чай и тоже сидел в библиотеке вечером. - А кто в эти оба дня был здесь, в клубе? Так чтобы иметь возможность что-то подмешать в чай, к примеру. Дуардо удивленно задумался. - Чаем, чашками и прочей посудой здесь часто занимается Рори. Это такой странный, в цилиндре. Может во мне это говорит классовый снобизм, но я не знаю, кто еще мог бы подсыпать что-то в чужой чай так, чтобы это осталось незаметным. Друзья переглянулись. - Но его же не было здесь во вторис… - сказала Пепе, глядя на Дуардо напряженно. Тот задумался. - Был. Всю эту неделю он был здесь по вечерам. Фе и Додо переглянулись. - А пойдем поговорим еще раз с этим Рори? - предложил Фе. Додо кивнул. - Идем, - Пепе поставила чашку на стол решительно. Поднос с горячим чайником и полными чая чашками наклонился, перевернулся и полился на платье Пепе и под ноги всем стоящим. Под ногами хрустнуло и Пепе вскрикнула что-то совершенно нецензурное, что невозможно по определению услышать от юной леди. Из-за книжного шкафа выглянуло несколько любопытных студентов. Дуардо ловко отпрыгнул. На брюки Додо попало несколько обжигающих капель. Фе тоже тихо выругался. - Пеппина? - спросил Дуардо раздражающе заботливо. - Все в порядке? Пепе стояла бледная от злости, закусив губу. - Я испортила платье, обожгла ноги и мне в каблук воткнулся осколок чашки. А в остальном… вроде ничего, спасибо, - процедила она сквозь зубы. - Может сходить за врачом... - предложил неуверенно Дуардо. Пепе усмехнулась. - Врач мне не поможет со мной все слишком серьезно. Додо, Фе, - сказала она командирским голосом, - идите разговаривать с Рори и, если это он - не упустите! - Хорошо, - кивнул Додо, - мы быстро. Ты не переживай. - Давай, не тормози, - Фе дернул друга за рукав и поспешил в библиотеку. Марсо уже не было, студенты с балкона ушли, стало просторнее и тише. И Рори, похоже, тоже ушел. - Вот проклятье, - прошипел Фе, - мы его упустили. - Спокойно, - Додо покрутился на месте, оглядывая зал, - во-первых то, что он занимается чашками, мы узнали вообще от него самого. И его действительно могло не быть здесь во Вторис. На балконе, облокотившись на перила, стоял Паук и глядел на взволнованных друзей. Он помахал Додо рукой и сбежал по лестнице в основной зал. Его лица как обычно почти не было видно из-за челки. По карманам все так же светилось волшебство. - Привет, - пробормотал он. - Что вы такие взъерошенные? - Привет. Слушай… - Додо пару секунд помедлил, а потом вдруг спросил: - А почему ты каждый день ходишь в библиотеку, но ничего не читаешь, а просто листаешь книги? Паук усмехнулся. - Ну вы ведете свое расследования. А я веду свое. - Откуда ты узнал?! - воскликнул Фе. - Тоже мне секрет. Можно подумать, я не знаю, как ведут себя люди, которые ведут расследование? Я здесь каждый день бываю и, вижу, кто приходит читать, а кто расспрашивать. Додо с задумчивостью посмотрел на Паука. - А если ты так внимательно наблюдаешь тут за всеми, ты случайно не видел, кто-нибудь подходил близко к Пепе, когда она заснула тут во Вторис? Быть может дотрагивался? - Видел, - ответил Паук. - Уборщик забрал ее чашку, поменял чернильницу, тронул ее за плечо и что-то сказал. Попытался ее разбудить. Но она не проснулась. Додо и Фе посмотрели друг на друга, и воскликнули хором: - Это он! - Он? - спросил Паук, показывая большим пальцем на двери. На пороге библиотеки стоял Рори в мятом волшебном цилиндре, придерживая свои нелепые очки за дужку. Додо и Фе развернулись в его сторону. Рори вздрогнул, побледнел и побежал.