Погружение | Sink

Я просыпаюсь одна в постели следующим утром, замерзшая и с ознобом, будто меня ломает от гриппа. Мне удается сесть. Оливер входит через открытую дверь, виляя хвостом, кладет лапы на кровать и лижет мою руку — но от этого прикосновения кожу жжет, и я отдергиваюсь. К горлу подступает тошнота. Мне нужен душ. Пес следует за мной в ванную и скулит, когда я закрываю его снаружи. Глаза наполняются слезами от вины за то, что заставляю его ждать, но мне нужно пространство; мне нужно, чтобы меня не трогали. Жестокое вторжение Кайло в мою голову все приносит боль. Заставляет быть настороже, бояться снова увидеть то, что не должна, когда его воспоминания снова протекут в меня. Я вхожу под теплые струи воды. Трудно держать голову пустой — будь то мысли о шерсти Оливера или вкусе супа, — но любые эмоции или настоящие мысли Кайло легко считывает. Я не смогу жить так всю оставшуюся жизнь. Запрокидываю голову и закрываю глаза, пока вода стекает по коже головы. Я не знаю, что буду делать. Не думаю, что такая жизнь вообще чего-то стоит. Входная дверь открывается, пока я еще в душе. Я быстро заканчиваю, снова надеваю пижаму, чищу зубы и умываюсь. Я в порядке. Я не собираюсь… ничего такого делать. Или причинять себе боль. Все будет нормально. Из коридора доносятся голоса. Оливер встречает меня в конце коридора, запыхавшийся, с виляющим хвостом, и ведет за угол — и там меня ждет приятный сюрприз. На моем диване рядом с прихвостнем Кайло, Хаксом, тем самым рыжим парнем, который приносил мне ночник, сидит Роуз. Кайло сидит в моем кресле, и все они поднимают глаза, когда я вхожу в гостиную — и я тут же разражаюсь слезами. Роуз выглядит хорошо, даже отлично. Она в порядке, она здесь, и для меня это такое облегчение, что я не могу сдержать слез. Кайло склоняет голову набок и надувает нижнюю губу. Он встает, чтобы утешить меня, хотя Роуз тоже пытается подняться. Хакс тянет ее обратно на диван и качает головой. — Как много плачет моя маленькая Рей, — мурлычет Кайло. Он обнимает меня и с силой прижимает к себе. — Моя плаксивая девочка. Я терплю его объятие столько, сколько он мне его навязывает — к счастью, всего минуту. Он отпускает меня, и я сажусь рядом с Роуз, обнимаю ее, и мы обе плачем. Я надеюсь, она в порядке. На ней красивая новая одежда: зеленый свитер, джинсы, золотые украшения. Надеюсь, Хакс не причиняет ей боль. Я держу ее на расстоянии вытянутых рук, вытирая глаза. — Ты так хорошо выглядишь… как у тебя дела? — О… было интересно. — Она бросает взгляд на Хакса. — Мы с Финном, очевидно, отменили свадьбу. Он переехал в Хелену к По. Ничего себе. С одной стороны — хорошо, но странно слышать, как Роуз так спокойно говорит об их разрыве. Они с Финном были влюблены много лет; не верится, что они все-таки расстались. Но ведь они оба нашли своих настоящих партнеров. Что им еще оставалось? Кайло щелкает пальцами. — Хакс, оставим девчонок наедине. Нам есть о чем поговорить. Хакс молчит, только наклоняется и целует Роуз в щеку. На его лице шрам, похожий на тот, что тянется по горлу Кайло. Роуз смотрит ему вслед и улыбается, и я с неожиданной ревностью понимаю, что они и правда нравятся друг другу. Значит, Роуз нравится ее пара, Финн доволен своей, а я едва терплю свою. Я поражена, что он сдержал свое смутное обещание пригласить Роуз ко мне. Еще больше поражена, что он оставляет меня наедине с ней. Я смотрю, как он уходит на кухню, и отвожу взгляд только тогда, когда Роуз берет меня за руки и понижает голос: — Хакс рассказал мне все. — Она смотрит в их сторону и натянуто улыбается. — Сначала он пришел убить меня, мы подрались. Но… — Роуз показывает ладонь, гладкую, за исключением уродливого шрама, который тянется вниз к запястью. — Этого не случилось. — Но… но Кайло сказал… — Он собирается убить всех, Рей. — Роуз крепко сжимает мои руки, снова поглядывая на кухню. — Ункар мертв. Ты знала? Ункар мертв? Я медленно качаю головой, округлив глаза. Кайло вскользь упоминал об этом, но я думала, он скажет мне заранее. Срань господня. Ункар мертв? Роуз кивает. — Мертв. Хакс получает приказы и передает их контактам Кайло или убивает сам. Я вижу все это в голове Хакса — я многое видела — и знаю, что он собирается убить всех. Ункара, Финна, По, меня. Хакс знает. Финн уже заметил людей, шатающихся возле Хелены и следящих за ним. Я ошарашенно качаю головой. Нет. Нет-нет. Этого не может быть. Он не может так со мной поступить. Роуз продолжает говорить, и я ощущаю холодную струйку пота у основания черепа. Я понимаю, что Кайло подслушивает, но уже слишком поздно его блокировать; я слишком слаба, чтобы отвлечь его чем-то другим. Я по уши в этом дерьме, и когда он узнает, что Роуз и Хакс все поняли, что они знают, что он собирается убить и их тоже… Я медленно поворачиваю голову к Кайло. Он стоит за кухонной стойкой, уже наблюдая за мной, склоняет голову и улыбается. — Он уже знает, что Хакс в курсе, Рей. Я не отвожу от него взгляд. Он отпивает кофе и переводит взгляд на Хакса, который все еще что-то говорит. Его когти скользят по краю моего сознания, но не вонзаются, и я понимаю — он точно знает, что Хакс и Роуз все поняли, и знают, что он собирается их убить. Я отрываю взгляд от Кайло. — Когда? Скоро? — Теперь все сложно, раз уж мы с Хаксом пара. — Она качает головой. — Не знаю. Я многого не знаю — Хакса трудно читать, и мы не были у интервенциониста. Вы тоже ведь не были, да? — Он держит их подальше от нас. И юриста. Я не знаю, ничего не знаю. Роуз кивает. Она все еще сжимает мои руки. Я не знаю, что сказать. Я правда ничего не знаю. Ункар мертв, Финн в опасности, Роуз едва не убили, а я сидела здесь, совершенно не в курсе всего этого. — Он причиняет тебе боль? Я прикусываю щеку и пожимаю плечами. Даже не могу посмотреть на нее. Роуз не отвечает. Я не могу спросить то же самое — боюсь услышать, что Хакс обижает ее, и не вынесу, если она уйдет с ним. Но похоже, что нет. Она не напряжена и не напугана, как я. Она наклоняется ближе, еще тише: — Щипай себя, когда он лезет в голову. Звучит странно, и мера на короткое время, но я читала, что это создает помехи, и они не могут смотреть внутрь. С Хаксом работает. Я хмурюсь. Что? Щипать себя? Кайло лениво ползет по моим мыслям, как паук. Должно быть, он уловил слова Роуз, потому что вонзается чуть сильнее, будто в наказание. Достаточно, чтобы я поморщилась, и я сильно щипаю себя за запястье. Холод отступает и превращается в звон, и на несколько благословенных секунд мой разум снова только мой. Я вдыхаю, удивленная, и Роуз одобрительно кивает. Ого... нихрена себе. Я так долго жила под давлением Кайло, что забыла, каково это — быть свободной. Он возвращается с яростью. Я снова щипаю запястье в том же месте — и его выбрасывает, леденящий холод рассеивается с электрическим треском. Это такое облегчение, что я смеюсь. Все так просто. Почему я не додумалась раньше? Роуз смотрит на кухню. — Он идет. Просто помни об этом, ладно? И когда он давит, ты должна давить в ответ. Это делает их слабее. Ее руки выскальзывают из моих, и в тот же миг тяжелые ладони ложатся мне на плечи. — Хорошо поболтали? Роуз одаривает его тонкой улыбкой и кивает. Я не могу представить, какое у него сейчас выражение лица, и не хочу поворачиваться. Руки Кайло скользят вниз по плечам, сжимая плоть. Он снова щекочет мое сознание, но мои руки прижаты к бокам, и я не могу использовать трюк Роуз. Его ледяные пальцы лениво роются в моих свежих воспоминаниях, и я вдавливаю ногти в ладони. — Нам пора, — говорит Хакс. Это срабатывает так же. Кайло вырывается обратно, и я вдавливаю ногти в ладонь аж до крови. — Так скоро? — мурлычет Кайло. Интересно, видят ли они, как он вцепился в мои руки. — Какая досада. — У меня… дела, — говорит Роуз. Она встает. Меня держат слишком крепко, и я не могу обнять ее на прощание. Она тоже не рискует. Но она берет мою руку и еще раз смотрит мне в глаза, прежде чем Хакс выводит ее к двери. — Возвращайтесь скорее, — зовет Кайло. — Рей, я позвоню! Хакс что-то шепчет Роуз. Я боюсь обернуться и помахать. Дверь открывается и закрывается, и я остаюсь одна со своей парой, подавленная и, кажется, еще более напуганная. Думать чуть легче, когда Кайло выброшен из моей головы, но я едва справляюсь с тем, что сказала Роуз. С чего начать? Что делать? Мои друзья в опасности, а я едва держусь на плаву. Я не могу больше так ждать. Мой позвоночник вытягивается, когда руки Кайло скользят вниз к моим сжатым кулакам на коленях. Он мягко раскрывает их, цокает языком, увидев кровь. Не верится, что я так отчаянно хочу выгнать его из головы. — Ай-ай, — комментирует он. Целует меня в висок, и я вздрагиваю, отстраняясь. — Давай приведем тебя в порядок. Я вырываюсь, встаю. Он не хватает и не говорит ничего, но улыбается, потому что теперь знает, что я знаю его планы. И то, что он уже сделал. У меня будто губы склеены. Я смотрю на Кайло и чувствую, как он скользит по моему сознанию, проверяя почву. — Ты сказал, что с Роуз все будет в порядке, — говорю я дрожащим голосом. — Я солгал. Я часто это делаю. — Он жестом указывает на себя, со скользкой, самодовольной улыбкой. — Психопат же. Он собирается убить всех моих друзей. Я не знаю зачем — и не хочу знать. Не хочу снова плакать, прятаться, а на следующий день повторять все заново. Я не отвечаю Кайло. Свищу Оливеру и ищу его поводок. — Пойдете гулять? Надень что-нибудь потеплее, голубка. Оливер выбегает, радостно виляя хвостом, лает, когда видит поводок. Он подпрыгивает от нетерпения, пока я пристегиваю его, слишком холодная и потрясенная визитом Роуз, чтобы почухать пса, как обычно это делаю. Я открываю дверь. На мне только тонкая пижама, и я вижу два черных фургона через улицу и еще несколько незнакомых машин. Мое дыхание клубится в холодном воздухе. — Я начну готовить обед, пока вы гуляете. Я все еще молчу. Выходя за дверь, я делаю шаг — и меня хватают за руку. Темные глаза Кайло суровы, от них веет раздражением, но через секунду он снова надевает свою маску. Настолько быстро, что едва заметно, но мне этого достаточно. — Отпусти, — говорю я. Кайло приподнимает бровь, но не отпускает. Даже меня удивляет спокойная ядовитость моего голоса. — Все знают, кто ты, Рей. — Ну и что? — Тебя убьют. Я вырываю руку. Мы обмениваемся взглядами, и я продолжаю идти вниз по ступенькам с Оливером. Это не меня сажали. Я не сделала ничего плохого. — Рей, — зовет Кайло. Думаю, он спускается за мной на пару ступенек. — Рей, вернись внутрь. Наша связь болезненно тянет грудь, как только я достигаю дороги, но я продолжаю идти.