Разводиться нельзя любить

Она шла быстро. Точнее — сбегала. Трусливо, как последняя дурочка. Она не стала ждать, пока он напомнит о тех двух «инцидентах» — и выльет на неё всю грязь. Пусть сколько угодно считает себя королём положения — она не собирается ему подыгрывать. Завернув на очередной тропинке, Гермиона с размаху врезалась в кого-то и плюхнулась на задницу. — Ай, чёрт... — Грейнджер? — протянули над ней. — Я, конечно, знал, что перед моей красотой девушки штабелями ложатся... но чтобы вот так быстро... Она подняла голову. Над ней стоял Теодор Нотт: кудрявые волосы спадали на лицо, под глазами залегли тени — очевидно, слизеринец не слишком заботился о здоровье, то есть пил не просыхая. На нём был оранжевый бомбер светлые джинсы, на ногах — белые кроссовки. Странное сочетание с дорогим перстнем на мизинце. С привычно скучающим выражением и нахально приподнятой бровью. Он протянул руку, но она проигнорировала жест, встала сама и отряхнула с мантии пожухлые листья. — Мне объявить тревогу? Или ты пришла с миром? — Тео наклонил голову, разглядывая её. — Здравствуй, Теодор. Судя по виду, ты проходил мимо и случайно забрёл к Пожирателям Смерти? — А, это? — он взглянул на себя, будто только что вспомнил, во что одет. — Я с вечеринки. Маггловский клуб. Знаешь ли, тут совсем нечем заняться, — он трагично вздохнул. — И куда, позволь узнать, ты направляешься? — поинтересовался он, неспешно догоняя. — Возможно, нам по пути? — Куда-нибудь подальше от одного самодовольного ублюдка. — Ах, значит, мы точно идём в одну сторону, — усмехнулся Нотт, сунув руки в карманы. — Так ты пришла проведать своего суженого? — Нет. Я остаюсь в лагере. И что-то мне подсказывает — ты в курсе, почему. Она бросила на него косой взгляд. Он посмотрел на свой безымянный палец, хлопнул себя по лбу и достал из кармана обручальное кольцо. — Как там Полумна? — Гермиона остановилась и развернулась к нему. Не дожидаясь ответа, пригрозила: — Если с ней что-то случится, Нотт… или если ты хоть пальцем её тронешь... — О, я испугался, — голос фальшиво задрожал, а потом он уже спокойно добавил: — Но дело вот в чём — она меня совершенно не привлекает. Мне нравятся брюнетки и в своём уме. Ну и желательно, чтобы им нравился противоположный пол. Она знает, где я был, не переживай, Грейнджер. Полумна умеет за себя постоять. И если тебя так беспокоит — я её не обижаю. Они свернули с тропы на утоптанную дорожку, по бокам которой горели факелы. Лагерь наконец раскрылся перед ними полностью: палатки, тренировочные зоны, медпункт штаба, кухни. Возле одного из котлов витал густой аромат чего-то похожего на тушёную фасоль с мясом. — Вот твоя палатка, — кивнул Тео на тёмно-синюю конструкцию, стоящую обособленно, на отшибе лагеря. Гермиона остановилась. — Подожди, разве на неё не наложена защита? Как я войду? — Нет, Малфой не использует защитные чары. В палатку может войти кто угодно. — В смысле — ни отражающих, ни охранных? — нахмурилась она. — Разве генерала не должны охранять? Тем более палатка стоит в относительно удалённой части лагеря. Что за бред? Тео посмотрел на неё как-то виновато. — Может, он играет с судьбой в кошки-мышки. А может, просто не умеет ставить чары, — Тео пожал плечами. — Мне, если честно, всё равно. Спрашивай у него. А теперь извини, мне пора к женушке домой. Гермиона вошла в палатку и замерла. Не такого она ожидала от самого заносчивого засранца с кучей золота. Ей представлялось, что это будет комфортабельная, почти полноценная квартира — с его-то пижонскими замашками и, судя по тому, что она видела в Мэноре. Но тут были настоящие полевые условия. Простой деревянный стол стоял в углу, окружённый восемью такими же стульями. В глубине палатки — письменный стол, заваленный пергаментами и картами. Напротив него — большой коричневый кожаный диван и два кресла, между которыми — низкий столик. Она прошла дальше. Миниатюрная кухонька с газовым баллоном, одинокий столик с одним стулом. За занавеской — спальня: двухместная кровать, прикроватная тумбочка с торшером и... последний выпуск комикса Marvel Thor (Vol. 1), 1996 года. — У него что, раздвоение личности? — пробормотала она, недоверчиво уставившись на обложку. Гермиона заглянула в ванную: душевая кабина, унитаз, раковина. Всё выглядело чистым и почти не обжитым. Видимо, он тут почти не появлялся. Она плюхнулась на кровать и взяла комикс в руки. — Тук-тук... Полог палатки приоткрылся, и в проёме появился Блейз Забини, держа под мышкой папку с пометкой «СРОЧНО». — Как дела, мой нерадивый друг? — лениво протянул он. — Говорят, у тебя поселился очаровательный ангел... Так где же она? Драко залпом допил остатки огневиски. — Тебя нагло обманули. Со мной живёт исчадие ада. Блейз фыркнул и присел напротив. — Так ты поэтому прячешься тут? — Я не прячусь, а отдыхаю. Перед очередным раундом. Даже к заключённым относятся гуманно — так чем же я хуже? Я тоже хочу покоя. — Она вечно спорит. И уходит в глухую оборону, стоит чуть надавить. — М-м, — протянул Блейз. — Знакомый стиль. Драко закатил глаза, ясно давая понять, что разговор закрыт. Блейз не стал настаивать. — Вот, — он протянул папку. — Срочная сводка с северной части леса. Тёмный Лорд передал конфиденциальное письмо. Думаю, то, что повстанцы захватили, как-то напрямую касается Лорда. — Конечно касается. Он бы не наводил панику из-за стратегически важных кустов. Если только не увлёкся ботаникой, — хмыкнул Драко. — Тебе нужно поставить чары. Гермиона теперь тут. Если слухи дойдут до захватчиков — твоя палатка первой окажется под прицелом. Забини посмотрел на кольцо, покрутил его. Это уже вошло в привычку. Драко это заметил. — Ты сможешь держать её подальше от поля боя и при этом выполнять свои прямые функции? Мне кажется, она не из тех, кто не сунет нос в твои дела. — Я всё ещё контролирую ситуацию, — сказал Драко, глядя на пустой бокал. — ПОЖАР! — раздался голос от полога. В палатку вбежал Мартин, приказной Малфоя. — Генерал, ваша палатка... она горит. Тишина повисла на пару секунд. —Ваша жена сэр... у Драко кольнуло где то под рёбрами — она не пострадала, но кажется, немного не в себе. — Ну что ж, — Блейз поднялся, — оставлю тебя. Мне пора домой. Кажется, ты действительно контролируешь ситуацию, Драко. — Я всегда контролирую, — пробормотал тот, но уже не так уверенно. Она стояла вся в саже, с вздыбленными волосами, размахивая комиксом как дережёр, которому надоело, что оркестр фальшивит. — По технике безопасности вы должны были проверить, нет ли утечки газа, полоумные кретины! Кто вообще доверил вам заниматься хозчастью этого лагеря?! Где инструктаж? Где регламент? Где ваша хвалёная дисциплина?! Бедный парень, на которого она орала,вжал голову в плечи и не смел её перебивать. Позади кто-то продолжал тушить пожар, а несколько бойцов пытались не рассмеяться вслух. Гермиона не умолкала — она всё говорила и говорила. В этот момент Драко вышел из штаба, и шёл в ее сторону. Завидев происходящее, он было развернулся. Но не успел. Она уже заметила его. — А ты куда? — крикнула Гермиона, повернувшись к нему. — Генерал, не хотите объяснить мне, какого чёрта у вас в лагере творится?! — У нас было тихо, пока не явилась ты, — ответил Драко. Он засунул руки в карманы, медленно окинув её взглядом на предмет ранений. — Грейнджер, скажи мне: что ты сделала? И, пожалуйста, подтверди, что у тебя нет сотрясения. Ты уже и без того чокнутая — боюсь, ещё одна травма добьёт тебя окончательно. Она всхлипнула, уронив руки, и он тут же подошёл ближе. — Ты чего? У тебя всё-таки сотрясение? — Драко нахмурился, но Гермиона не ответила. Она просто вцепилась в него, поднялась на носочки и обняла. Рядом с ним она расплывалась, расслаблялась, словно опускала щиты и, наконец, могла дышать свободно. Он ей нравился. Он был громоотводом, он заземлял её. Драко осторожно поцеловал её в челюсть, не обращая внимания на подчинённых, сновавших неподалёку. Она же сама прижалась к его губам — нежно, по-настоящему,. — Я просто испугалась, — выдохнула Гермиона и вытерла глаза —хотела вскипятить чайник, зачиталась, и вот..., она показала руками на палатку. Нос был покрасневшим, а голос дрожал. Драко взглянул на неё, и где-то глубоко внутри стало неожиданно тепло. — Пойдём в штаб, — сказал он мягко. — Нам приготовят другое жильё. Хорошо, что Винки не успела перенести твои вещи. Он взял её за руку и повёл вдоль главной линии лагеря, мимо тренировочной площадки, кухни и патрульного шатра. Гермиона почувствовала, как в ней растёт тихое спокойствие — впервые за долгое время. Она вдруг подумала, что быть с ним казалось... правильным. Как будто они действительно пара. Кажется, она начинала влюбляться. Он шёл рядом, будто случайно продолжая касаться её руки. Гермиона легонько пихнула его локтем: — Это всё из-за твоего дурацкого комикса, — пробурчала она, всё ещё держа в руках обугленный выпуск. — Я его вообще не читал, — тут же отбился Драко. — И вообще, сову я назвал в честь скандинавского мифа, не из-за этих детских глупостей. Он вскинул подбородок с вызывающим видом: — Я серьёзный человек, Грейнджер. Я не читаю... хрень, предназначенное для детей. — Да-да, конечно. Очень серьёзный, — протянула она с видом вселенского понимания. — Ну что ж, раз это хрень... я его выброшу. Она театрально подняла комикс, как будто вот-вот собиралась швырнуть его в ближайший костёр. Малфой едва заметно дёрнулся. На лице промелькнула настоящая паника. Гермиона застыла… и тут же рассмеялась, уже открыто, без сдержанности. Со стороны дозорных раздался визг. Гермиона и Драко одновременно обернулись. К ним бежала высокая девушка — с чёрными волосами, заплетёнными в тугую косу, в облегающем костюме из чёрной драконьей кожи подчёркивающий каждое движение, и высоких сапогах из той же ткани. Не сбавляя скорости, она прыгнула в объятия Драко, и он машинально подхватил её за бёдра. — Здравствуй, любимый, — прошептала она, целуя его в губы. — Как давно ты вернулся?