Беженцы

***

Борт артиллерийского крейсера Воронеж. Командный мостик.

- Смирно! Капитан на мостике. - высокий, стройный человек в идеально выглаженном и вычищенном военном мундире со знаками адмирала в петлицах и на груди, уверенным шагом прошёл к командирскому пульту. Не притронувшись ни к интерактивному экрану, ни к креслу, произнёс. - Вольно. Докладывайте. - Планета земного типа. - тут же отозвался молодой лейтенант, сверяясь с данными на общем экране. - Гравитация 108% от нормы. Пригодная атмосфера и климат, два естественных спутника неправильных форм. Площадь суши 32%. Это просто подарок судьбы, если бы не радиоактивный фон. Не смотря на сильное магнитное поле он невероятно высок во всех слоях атмосферы и ближнего космоса. Похожая картина с радиацией и на остальных небесных телах системы. - Следы Роя? - Пока не обнаружены, но мы продолжаем поиск и сохраняем повышенную боевую готовность. - Жизнь на планете присутствует? - Да. - на этот раз ответила пожилая женщина в белой форме исследовательского корпуса, и со знаками майора научной службы. - Все пригодные для обитания клочки суши покрыты зеленью. Подробный анализ ещё проводится, но даже здесь, на орбите мы фиксируем многочисленные следы бактерий и микроорганизмов. - Разумная жизнь? - впервые в голосе этого скупого на эмоции человека послышались нотки интереса. - Определённо есть. - после этих слов в рубке воцарилась тишина. Следы живых существ, колонии мхов, бактерий и вирусов часто попадались на просторах галактики, но разумная жизнь ещё ни разу. - Рой? - Пока рано делать однозначные выводы, но вероятно... это люди. Теперь тишина стала абсолютной, а взоры всех собравшихся направлены на изображение голубой планеты. В немом молчании прошло несколько минут, пока седой адмирал не обратился вновь к женщине майору, но на этот раз его голос был гораздо мягче, и стало чувствоваться, что он и сам уже совсем не молод. - Зинаида Львовна, я понимаю, что делать выводы рано... Но вы можете объяснить, как такое возможно? - Увы, но нет. - она даже развела руками. - Как и то, каким образом крупные приматы способны существовать при столь высоком уровне радиации. На Земле такой уровень соответствует зонам отчуждения высшего уровня, в ударных кратерах метеоритов Роя. У нас там даже сложные растения не выживают. Виктор Иванович, нам надо на поверхность. Женщина учёный и адмирал встретились взглядом. Общее командование экспедицией лежало на исследовательском корпусе, но во всех вопросах безопасности руководство переходило к военным. И сейчас между ними проходил немой диалог, оценка старшинства и зон ответственности. Были на борту ещё и представители промышленной группы, но их функция сводилась к пассивному сбору информации и общему наблюдению. Впрочем, от них в большей степени зависело финансирование миссии. Промышленник тихо сидел за своим рабочим местом и наблюдал. Единственный гражданский на мостике, он не был обязан приветствовать появление капитана, но всё же привставал, когда тот вошёл. Когда тишина затянулась до неприличия, адмирал произнёс, возвращая себе строгий вид и сухость в голос. - Какой уровень развития аборигенов? Я не вижу следов цивилизации. Майор тоже подтянулась и сверившись с персональным планшетом ответила. - Мы не обнаружили следов рукотворного магнитного поля на поверхности, как и вообще следов высшей энергетический деятельности. По предварительным оценкам, там средние века, максимум эпоха пара. - Вы сказали: "на поверхности"? - Впервые в разговор вклинился представитель промышленности. - Всё верно. Мы фиксируем несколько очагов подозрительной электромагнитной активности под поверхностью земли. Сложно сказать, что это, возможно это богатые залежи магнитных руд... Но, они ведут себя необычно. - Сбросьте мне данные телеметрии, если это естественные залегания, то думаю мы сможем это определить. - Хорошо. - голос адмирала выражал уверенность. - Товарищ майор, поделитесь пожалуйста своими наблюдениям не только с товарищем Инваром, но и с моим мостиком. Пока нет понимания природы этого явления, я обязан считать его представляющим угрозу. Лейтенант, свяжитесь с десантным корпусом, пусть готовят высадку по боевому расписанию.

***

Десантный бот И137 - Ястреб

Десантный бот падал на солнечную сторону планеты. Броне капсула не имела наружных иллюминаторов, но изображение транслировалось на тактический экран группы. Голубой диск планеты растягивался и уходил за границу экрана, а неясные линии превращались в горы, побережья, леса... Стив Роджерс, старший сержант космического десанта и командир отделения, не мог отделаться от мысли, что они на учениях и под ногами до боли знакомый тренировочный полигон на родной Земле. Настолько всё было знакомо. Единственное, что выбивалось из привычной картины, это невероятно высокий уровень радиации, более подходящий для космических тел, лишённых атмосферы и магнитных полей. Впрочем, это можно было списать на особенность учебного задания. Дополнительно сбивала с толку и боевая задача. Никаких враждебных целей обнаружено не было, но развёртывание требовали проводить по самому маниакальному сценарию, как в зоне непосредственных боёв. Был в послужном списке ст. сержанта максимально похожий опыт три года назад. Когда Рой смог перегрузить ПКО людей и забросить на землю свой метеор-транспорт. Тогда бои развернулись в густонаселённом районе мегаполиса, и планетарная армия физически не могла быстро локализовать угрозу, всё время спотыкаясь о гражданских бегущих из опасной зоны. Тогда их, вчерашних курсантов, бросили с самое пекло, лишь бы выиграть время. Очень удачно десантный транспорт находился на орбите готовясь к первой экспедиции. Так, их первый боевой выход, был на родную планету, а для Стива, ещё и в родной город. Они заткнули дыру. Роботы Роя всегда предпочитали сопротивляющиеся цели гражданским, поэтому только коснувшись поверхности, они сразу оказались в окружении. Как выжившие потом ни раз шутили - это был самый лёгкий бой, ты просто не мог промахнуться, так как враг был повсюду. Из 275 выпускников и 12 офицеров, в строю осталось всего 17 бойцов. Их старший командир, отдавший приказ об атаке и лично пошедший в бой, тоже выжил. Вот только с операционного стола его мог унести даже ребёнок. От него осталась голова, половина грудной клетки с сердцем и одним лёгким и плечевой сустав, всё остальное ему заменили достижения земной кибернетики. Но главное, они дали планетарщикам и гражданским, так необходимое им время. По оценкам вычислителей минобороны, благодаря их подвигу, были спасены более четверти миллиона человек. Удивительные цифры, но именно такова математика современной войны и Стив постоянно старался помнить об этом. Потому что думать об этом было намного проще, чем о друзьях, оставленных в том бою и о родственниках, которые так и не вошли в эти 250 тыс. спасённых. Сейчас, на поверхность этой новой, не тронутой войной Земли опускались семеро из тех 17. Кто-то погиб в последующих операциях, кто-то не смог справиться с потрясением того боя, но они семеро были здесь, и их командир тоже. Тот самый, получивший неформальное прозвище Дэдди-Кей (кибер-папа). - Дэдди-Кей, это действительно люди? - как старший по званию среди бойцов, Стив задал мучавший всех вопрос. - Как такое может быть? - Научники говорят, что люди. - командир был занят в тактическом планшете и ответил поверхностно. - Чего мы тогда опасаемся? Рой не стал бы мириться с людьми рядом с собой, а сами они застряли в средневековье и не представляют угрозы. Офицер обвёл взглядом всё подразделение и тихо произнёс: - Скажи, а ты знаешь много людей, способных жить и размножаться при постоянных 15 микроЗиверт в час? - вопрос был риторический, даже 1,2 мкЗв/ч уже считался опасным уровнем, даже при краткосрочном облучении. – Я - нет, а они живут. Поэтому подходим к вопросу максимально серьёзно, пока не разберёмся или научники не выкатят нам на голову новую информацию. Завыла сирена и обсуждение прекратилось само собой. Уже через минуту бойцы высыпались на сырую осеннюю землю через распахнутые броневые створки и сразу занимали боевые позиции согласно тактической схемы на экранах своих шлемов.

***

Окрестности города Куян.

Сих проломился через молодой кустарник и вывалился на небольшую поляну. Ноги сразу завязли в толстом слое голубоватого мха, утопая в нём выше колена. План созрел моментально. Пробежав поляну наискосок, он так же грубо проломился через заросли папоротника и лещины на той стороне, но отбежав всего с десяток метров, вернулся по своим же следам. Ещё стоя по грудь в папоротнике он аккуратно подрезал мох так, чтобы срез не был виден со стороны преследования и ввинтил своё тело под естественный ковёр. Тут было даже суше, чем под моросящим осенним дождиком, а земля необычайно тёплая. Но такой подарок судьбы не был бесплатным. Сих знал, что долго находиться даже просто вблизи мшистой поляны опасно для жизни. Можно заразиться лунной болезнью и умереть очень погано. Но именно эта опасность и должна была спасти его от преследования. Орденские рыцари почитали лунную болезнь карой их трёхликого бога и боялись её пуще смерти. Из-за слоя мха он не слышал ничего что происходило на поверхности, но вот по земле звуки распространялись хорошо, и он понял, что погоня остановилась, дойдя до поляны. Стараясь не шевелиться, он весь обратился в слух. Постояв с минуту, преследователи двинулись в обход, причём, как показалось Сиху, с двух сторон. Дойдя до противоположной стороны, они топтались там какое-то время и стали удаляться. Сиху хотелось, как можно скорее выбраться из мшистого плена, чтобы вдохнуть свежего воздуха, да и болезни он тоже сильно боялся. Будучи потомственным охотником за чудесами, он хорошо знал, как ужасно умирают от "луннки". Но если он попадётся в руки к орденцам, смерть его будет ещё ужаснее. Слишком многих он знал из хранителей древних знаний и не было сомнений, что святоши захотят и смогут заставить его говорить. Шли минуты, но Сих ждал. Рано или поздно погонщики могли догадаться, что он исчез, и снова проверить поляну. Тепло от земли, темнота и передышка после долгого бега начали клонить Сиха ко сну. Отдых действительно был ему нужен, но и оставаться здесь было подобно смерти. Заснув, можно уже никогда не проснуться. Не просто так грунт был здесь тёплый, он знал, что глубоко под этой поляной лежит злой дух, что был побеждён богами на одной из двух лун и упал на землю. Испарения от его разложения и грели эту поляну, они же и заражали всё живое лунной болезнью. Время шло, но топот погони так и не появлялся вновь. Сих решил хотя бы осмотреться и медленно пополз к выходу из импровизированной норы. Однако его остановили странные удары, волнами расходившиеся по земле. Это не были шаги, что-то более акцентированное и неритмичное. Подобно ударам молота по вбиваемому в землю колу. Сначала источник звука был один, но через минуту их стало несколько, и они всё время смещались. Не в силах терпеть неопределённость, Сих аккуратно выглянул из своего укрытия и холодный пот прошиб его тело. На дальнем краю поляны стояли и внимательно наблюдали четыре орденских рыцаря, а по мшистому ковру ходило три деревенских мужика и кололи перед собой мох копьями. Именно этот стук он слышал. Теперь отсидеться не получится, о здоровье мужичья святоши и не почешутся, если будет нужно, могут заставить полностью снять весь мох с поляны. Очевидно, что его уловка разгадана и жить ему осталось не более часа. Выбраться он тоже не мог, так как отчётливо помнил, что преследователей было минимум десять-двенадцать, а он видел только четверых. Убить себя? Пожалуй, это лучший исход. Сих не был уверен, что вступи он с рыцарями в схватку, то обязательно погибнет. В их роду часто рождались мёртвые дети, но те, что выживали, обладали очень сильной способностью к заживлению ран. Рассечение на его левом плече, что ещё утром пропитало весь рукав кровью, уже сейчас начало нестерпимо чесаться, зарастая и исторгая из раны мусор, обрывки одежды и гной. Его вырубят, или он потеряет сознание от ран или боли, а тело всё залечит, не дав умереть. Тогда надо бить самому и наверняка. Достав нож, он вдавил остриё себе в грудь с левой стороны между пятым и шестым рёбрами и приготовился. Умирать не хотелось. Всего 24 года он ходил под небом, и ещё столько интересного было в мире.

***

Город Куян. Монастырь ордена Трёхликого Бога.

Нестерпимо болела голова, а желудок рвался наружу, как пойманный в клетку дикарь с восточных гор. - Будь проклята эта песчаная буря! - приор ордена трёхликого бога, метался по своей келье обуреваемый гневом на своё самочувствие, на песок, что принёс ему эту болезнь, на поклонников старых богов и орды городской челяди, что смотрят им в рот. Жалкие, трусливые глупцы, они никак не хотели отринуть свои богомерзкие заблуждения о мире. Приору приходилось регулярно устраивать акции устрашения, чтобы держать толпу в повиновении. И только ему начало казаться, что бог одарил его удачей и он сможет показать высокой комиссии результат достойный перевода его подальше из этой дыры, как беды стали сыпаться одна за одной. Всё началось с дочери бакалейщика. Трёхликий одарил её милой мордашкой и аппетитными формами. Но когда приор хотел осчастливить её своим семенем, она заупрямилась. Глупая курица, она заявила ему прямо в лицо, что верность её будущему мужу, для неё важнее благосклонности служителя единого Бога. Разумеется, он не обратил на эти бредни никакого внимания, ведь очевидно, что это от её глухой дремучести. Отвесив оплеуху, он уже готов был взять её силой, но в лавку ввалилась толпа горожан. Тот самый муженёк пришёл свататься к отцу девчонки и прихватил с собой друзей и родственников. Безумец, о бросился на него с кулаками и отпихнул с трепыхающейся под ним бабы с такой силой, что тот чувствительно приложился головой о витрину. Кровь из рассечённого затылка запятнала его монашеский балахон. Из уважения к бакалейщику, который сразу стал помогать ему и обрабатывать рану, он мог бы даже простить неверных. Тем более, что старик, упрашивая его об этой милости, обещал списать весь накопившийся долг. Но это отродье земляных червей, считавшее себя женихом, отказалось публично принести извинения и отдать свою женщину возлечь со ним. Теперь он просто не имел морального права спустить подобное попрание чести ордена. В тот же день, глупец был схвачен и после суток на дыбе, посажен на кол на городской площади. К сожалению, и стыду приора девчонка смогла улизнуть от наказания и даже её жалкий папаша не знал куда она делась. А ведь его очень внимательно спрашивали знающие люди. Но трёхликий сколь милостив, сколь и суров. За то, что приор упустил богохульницу, он наслал на город песчаную бурю. Все знают, что Всевышний велел людям дышать воздухом и всегда страшно карает болезнями, если те вдыхают песок, дым или пары дурных трав. Но буря налетела так внезапно в самый разгар проповеди, что читал народу Приор под вопли казнимого, что он успел с лихвой надышаться песком и пылью, пока не накинул маску на лицо. На следующий день его скрутила сильная диарея, его рвало, пот стекал градом, а голова раскалывалась от боли. И видимо трёхликому показалось мало мук провинившегося. До него донесли слух, что чернь решила, что песчаная буря была наслана не единым Богом за попрание чести ордена, а наоборот, её пустили древние боги, разгневанные жестокой казнью и несправедливым приговором. Следовало срочно пресечь эту языческую мерзость и лично объяснить народу глубину их заблуждения. Но приор чувствовал себя столь отвратительно, что боялся, что, показавшись на публике только усилит волнения зародив мысль что его болезнь тоже дело рук забытых богов. На второй день у него начался мучительный кашель, который уже к вечеру стал окрашиваться кровью. Опасаясь за свою жизнь, он велел вызвать к нему охотника за чудесами. Общение с их кастой не одобрялось орденом, но и не было прямо запрещено, а только он мог бы достать для него нужное лекарство. Само лекарство было под запретом, так как чернь считала его делом рук их поганых богов, но приор лично видел, как всего один белый шарик буквально вытаскивал из-за кромки поражённых лунной болезнью. Охотник достал необходимое, но, к сожалению приора, догадался для чего оно ему нужно. Когда болезнь чуть отпустила, он велел изловить парня и заставить молчать. Ещё утром отряд рыцарей отправился на задержание, но шли часы, а вестей всё ещё не было.

***

Город Куян и окрестности

Щаква хорошо относился к Сиху, почитая его весёлым малым. Особенно ему нравился его простой и открытый характер. Мало кто из их братии мог так запросто выпить чарку со стражником или орденским рыцарем. Охотники за чудесами были чванливыми и заносчивыми и неохотно делились с остальными своими забавными историями или безделушками. Сих другое дело. Они с Щаквой могли проболтать целую ночь сидя в трактире, или слоняясь по округе в поисках нужных тому трав. Правда он часто говорил вещи, за которые их орденский приор мог бы и высечь глупца или даже приказать вырвать язык, но самого Щакву это совершенно не беспокоило. Однако, выходило, что Сих таки допелся. Вчера приор велел отыскать ему толкового охотника за чудесами, и Щаква предложил своего приятеля. Того быстро доставили в монастырь, но они даже парой слов не перекинулись, парня сразу отвели в келью приора. Вышел он от него в глубокой задумчивости и даже не пришёл в тот вечер в трактир, хотя там пела несравненная Тиани. А сегодня приор наконец закончил свой духовный пост и вышел к братьям. Он сильно осунулся и посерел лицом, видно сильно молился перед единым Богом за их грехи. Щаква глубоко уважал этого немолодого мужчину, за его глубокие знания, самоотверженность, преданность ордену и строгий, даже суровый характер. Он искренне верил, что после смерти его признают святым и иконы с его ликом будут стоять в каждом храме. Первое что потребовал приор, после короткой проповеди, это снова отыскать Сиха. Но на этот раз привести его надо было уже в кандалах. Рыцарь не понимал почему так надо, но видимо Бог что-то открыл приору за его жертву. Брат-рыцарь, старший в их дюжине, решил взять с собой всех. Слишком много последнее время было в городе нехороших слухов о возможном бунте или даже восстании старобожников. Сиха они не застали дома. Тогда Брат-рыцарь, заставив их ждать, подошёл к городскому пропойце, что часто ошивался по кабакам, рынкам и прочим людным местам выпрашивая монету малую. Они о чём-то переговорили, пьянчуга получил свой заветный медяк и завалился дальше спать в груде тряпья. А Брат-рыцарь построил их и бегом направил к восточным городским воротам. Не дойдя до ограды с десяток метров им попался ещё один нищий. Этот круглыми сутками отирался у ворот города, домогаясь прохожих. Его часто били, так как имел он скверную привычку, без спроса (а кто бы ему разрешил) влезать в чужие телеги, ворошить сено, и даже лапать проходящих женщин или мужчин. Снова Брат-рыцарь велел им ждать, а сам отправился к несчастному, дабы словом истины помочь убогому. От ворот они двинулись трусцой. Брат-рыцарь был чем-то взволнован и подгонял их, будто на тренировке в саду. Через час, они свернули с проезжего тракта на лесную тропу и двинулись шагом. Только дойдя до места Щаква понял, куда же они пришли, это был хутор пчеловода, что поставлял в город мёд и медовуху. Улыбка сама собой наползла на его лицо от приятных воспоминаний, как вдруг, он увидел Сиха. Тот крался с боку от дома, и уже практически скрылся с глаз, когда Щаква, забыв цель их прибытия, радостно закричал и замахал приятелю. - Сих! Привет дружище! Как ты тут оказался?! Он искренне радовался встрече и повернулся к остальным, чтобы рассказать им о приятеле, когда заметил, что все буквально застыли и смотрят то на него, то на Сиха. Первым трагическую паузу прервал беглец, припустив с места так, что мог бы обогнать и лошадь, и лесную кошку. Следом бросился в погоню Брат-рыцарь и вся его дюжина. Щаква ещё стоял в недоумении смотря вслед удаляющимся воинам, когда заметил движение в окне дома. На него с испугом и ненавистью смотрела молодая и очень красивая девушка. Его задело, что столь чудное создание смотрит на него так, ведь он пошёл в рыцари ордена, как раз чтобы защищать красавиц и вызывать у них восхищение... Заметив, что остался один он проговорил себе под нос: «Верно она решила, что я трус и слабак, что отстал от остальных.» Пересилив стыд, он снова посмотрел на девушку, и такой задор обуял его, что он весело подмигнул ей и понёсся следом за отрядом.

***

Город Куян. Бакалейная лавка.

Бакалейщик сидел за своим прилавком и молча наблюдал, как дюжина ординцев быстрым шагом прошла мимо него в сторону восточных ворот. - Фанатики и идиоты. - еле слышно пробормотал этот уже не молодой и грузный мужчина. - Будь прокляты: их орден, их вера, их выдуманный и мерзкий бог и этот самовлюблённый ублюдок приор. Мразь, упивающаяся вседозволенностью. Мелкая, ничтожная тварь. Решил потешить своё эго за счёт моей дочери, а теперь её жених, славный и верный Ли ТаиКом висит на главной площади на радость воронью, крысам и шелудивым псам. А какая могла выйти комбинация... - старик глубоко и печально вздохнул и протерев глаза продолжил. - Лили была бы довольна. Она так хотела породниться с кем-то из древних родов через наших детей. Конечно, ТаиКом давно растеряли всю свою власть, и новая аристократия их ни во что не ставит... Но ведь как-то они живут... Ни разу не видел, чтобы они нанимались к кому-то или прислуживали. - Теперь же они дальней дорогой обходят мою лавку, - он снова потёр лицо. - А что я мог сделать?! - в запале он хлопнул по столу ладонью, но попав по краю грузика для весов, ойкнул и стал растирать место ушиба. - Не стань я перед ним лебезить, он мог бы тут же велеть спалить всю мою лавку. Вместе со мной, дочерью и этим несдержанным мелким поганцем! - Не тебе, торгаш, судить о поступках древней знати! - голос раздался из-за спины старика. Был он сильный, властный, и не сулил ничего хорошего. Медленно обернувшись, бакалейщик увидел внезапного гостя. Тот стоял возле двери на склад, с осанкой словно лом проглотил и рукой на эфесе дорогого меча. - Тебе стоит внимательнее следить за собственным языком, если хочешь и дальше коптить это небо. - Ч-что? Что вы себе позволяете?! - постепенно возмущение вытесняло первоначальный испуг и старик перешёл в наступление. - Кто дал вам право врываться в мою лавку?! Стоять тут и подслушивать... - тут он немного замялся. - Мою пустую болтовню? С минуту они смотрели друг-другу в глаза, пока хозяин лавки не скосил взгляд на входную дверь, где появился местный алкаш. - Проваливай! - бакалейщик начал махать на того руками и направился к двери, чтобы выкинуть того взашей. - Не видишь у меня уважаемый клиент! Хочешь пить, отпей из лужи, а мне тут нечего воздух поганить! - Вы удивительный и способный человек, - когда с бродяжкой было покончено проговорил незнакомец, медленно прохаживаясь по заведению. - Но Вам действительно стоит быть осмотрительней. Никогда нельзя быть уверенным, что у ваших стен, не выросли вдруг уши или глаза. Дойдя до двери, гость аккуратно выглянул наружу и только убедившись в отсутствии посторонних, закрыл её и продолжил. - Как вы и просили моего родича, ваша дочь сейчас в надёжном месте, а через пару дней покинет пределы герцогства. Услышав новость бакалейщик грузно повалился в кресло и протяжно выдохнул. Повисла тишина. - Спасибо вам. Скажите, как вас зовут, чтобы я мог попросить Трёхликого о вашем здоровье? - Полно вам. - гость улыбнулся и задорно подмигнул. - Не стоит тревожить выдуманных богов такой мелочью. - Но я же должен... - Нет - гость перебил его - вы не должны знать моего имени. Достаточно и того, что вы знаете через кого со мной можно связаться. - Что же вы тогда от меня хотите? - Вот это уже деловой подход. - незнакомец снова широко улыбнулся. - Вы должны нанять, снарядить и обучить отряд охраны. Придумайте, куда вы будете с ними ходить. Может собирать мясо у окрестных фермеров или устраивать выездные ярмарки. Главное, чтобы ни у кого не возникло причин задавать вам вопросы. - Такие траты никогда не окупить в нашей глуши! - Увы, не всегда торговцу благоволит удача. Вам главное не привлечь к себе лишнее внимание и иметь под боком обученных воинов. - Хорошо, я найму пару парней, пускай, в конце концов, гоняют от лавки всяких проходимцев. - тут он украдкой взглянул на гостя, но кажется тот не принял это на свой счёт. - Бойцов должно быть двенадцать. - Сколько?! - брови бакалейщика пытались укрыться за его седой чёлкой. - Двенадцать. - невозмутимо повторил гость, пока хозяин изображал из себя рыбу на пляже. - Двоих, я вам пришлю, а остальных наберёте самостоятельно. Впрочем, все деньги, что вы будете платить моим ребятам, я перешлю вашей дочери. Думаю, она будет им рада. - Но это чудовищные расходы! Как вы хотите мне всё это компенсировать? - Никак. Поймите голубчик, я не веду с Вами переговоров или торга, мне это чуждо. Я говорю Вам то, что вы должны теперь сделать ради общего дела. Дела, от которого зависит и Ваша жизнь, и жизнь Вашей дочери. В конце концов, Лили была бы очень довольна. Вы имеете уникальный шанс переплести судьбу вашей семьи с одним из древнейших родов Всеземной Империи.

***

Город Хуаи-ян. Резиденция герцога Луи Де Хуаи.

Лёгкое, едва уловимое свечение исходило от тела герцога. Это неприятно покоробило магистра ордена Трёхликого. Даже не столько тем, что его визави воспользовался столь ультимативный защитой для личной беседы. Такой уровень паранойи даже казался ему комплиментом. Сколько демонстрацией глубины финансовой пропасти, разделявшей двух правителей этих земель. - Вижу, я могу поздравить Вас с удачным приобретением. - лёгким кивком и улыбкой магистр отметил, что одобряет выбор герцога, на секунду заставив того замереть и насторожиться. - Вы удивительно наблюдательны и проницательны, а Ваша информированность касательно артефактов древних, делает Вам честь. - взяв себя в руки, церемонно ответил герцог. - Верный слуга Единого Бога обязан разбираться в следах и язвах, что оставили ушедшие на нашей благословенной земле. И да минует вас кара Трёхликого, что насылает он в виде лунной болезни на тех, кто в гордыне своей или по незнанию решает поставить на службу себе безделицы, что древние боги создавали для порабощения человечества. Герцог про себя усмехнулся - Ага, безделицы, конечно. Броня, которая ничего не весит, но неподвластна ни одному клинку, стреле или камню. А чтобы "кара не коснулась меня" есть волшебные лекарства древних. Но ты, старик, конечно о них прекрасно осведомлён, ведь ни единой проповеди или выхода в народ ты не проводишь без древней брони, положенной каждому достигшему Магистерского сана. Смешно - но чернь полагает, что свет окружающий вас, это благословение Трёхликого, а не чудеса Древних. Герцог буквально светился, и не только из-за защитного амулета, но и от удовольствия, а Магистр сокрушённо подумал о том, как же сложно нести в народ свет истинной веры, когда всюду под ногами валяются эти поганые осколки древности. Дай волю Верховный Магистр и всю касту охотников за чудесами можно вырезать в одну ночь. А кроме них больше некому шнырять по древним катакомбам и рыть глубокие шахты в поисках артефактов. Орден много раз снаряжал экспедиции. И из жалкой черни, и из лучших своих людей. Исход всегда был один. Где охотники спокойно жили, Орденские искатели заболевали за несколько дней и умирали в страшных муках, а в шахтах и катакомбах, где эти недочеловеки начинали дурно себя чувствовать, любой иной терял сознание и жизнь в считанные часы. Благо их каста всегда остаётся малочисленной, так как редкий ребёнок от их женщины или мужчины появляется на свет живым. Иначе, они представляли бы реальную угрозу могуществу Ордена. - Вы знаете, зачем я просил встречи с Вами? - учтиво, но с достоинством спросил Магистр. - Могу только предложить, что Великий Магистр решил явить народу очередное чудо, и Вы хотите просить собрать всех моих подданный на Ваши проповеди. В конкретный день и час, разумеется. - Всё так, Великий Магистр смиренно просит не лишать людей возможности прикоснуться к могуществу и величию Трёхликого. - Ага - думал герцог. - И не мешать вам вербовать себе всё новых и новых адептов, усиливая Ваши власть и влияние. Но в слух произнёс: - Разумеется, кто я такой, чтобы вставать между страждущим и богом. Думаю, будет лучше всего совместить демонстрацию чуда с началом нашего карательного похода в земли варваров. Это должно поднять боевой дух воинов. - Да, это звучит разумно. - согласился собеседник и уже был готов сворачивать беседу, когда герцог продолжил. - Полагаю, в честь такого важного для всех правоверных события, Святой Орден захочет принять участие в походе не только проповедниками, но и славными воинами? Магистр нахмурился. Намёк был более чем прозрачный. Хочешь моей административной поддержки - выставляй воинов для расширения моих границ и власти. С другой стороны, это расширяло и границы магистрата. - Безусловно, святое дело несения истины в умы дикарей, требует нашего всемерного участия. Думаю, мы могли бы также привлечь под знамёна Трёхликого и многочисленное крестьянство Ваших земель. Это была отличная встречная шпилька. Зерно с полей уже было собрано, и крестьянин мог со спокойным сердцем отправиться в поход, что кроме добычи сулило ему ещё и налоговую льготу. Которую ушлый Магистр надеялся потом вытянуть в виде пожертвований. - Пожалуй это лишнее, - несмотря ни на что герцог вежливо улыбнулся - враг не столь силён и многочисленен а крестьянин должен не только работать на полях, но и заботиться о своём хозяйстве. Не будем беспокоить народ, профессиональная армия для того и нужна, чтобы охранять границы. - он взглянул на ухмыляющегося Магистра, - И защищать их от тлетворного действия языческих верований.

***

Город И-кё. Столица Империи.

Бессменный Верховный Магистр Ордена единого Бога, он же посланник Трёхликого на земле. Человек, чьё имя давно затерялось в веках, а возраст исчислялся тысячелетиями, стоял на балконе вселенского собора в столице Всеземной Империи и наблюдал за толпой. Богатые и бедные, сильные и слабые, именитые и забытые, все они были лишены главного. Того, что отличало его - Верховного Магистра, выдуманного им самим бога, от пёстрой и шумной толпы. Они были лишены возможности жить вечно. В какой-то момент клетки их тела теряли способность делиться и наступала старость, дряхлость, смерть. Тело посланника бога всегда приводило себя в идеальное состояние, защищая хозяина не только от времени, но ещё и от болезней, кинжала и радиации. На самом деле единственное, что он знал о радиации, что она невидима, её нельзя ощутить и что когда-то, во времена ушедших Богов, ей не была пропитана вся земля, вода и воздух. Но это было за многие тысячи лет даже до его рождения. Обычный охотник за чудесами, он наткнулся однажды на огромный подземный замок. Десятки этажей, сотни переходов, залов, складов и разных комнат с чудесами. Там он впервые увидел вживую древних демонов, о которых рассказывали старейшины. Они были мертвы, или просто крепко спали в огромных чашах из крепчайшего стекла залитые мутной жидкостью. Их тела опутывали канаты, проникая внутрь и выходя, с другой стороны. Это пугало и завораживало. Забыв про осторожность, парень провёл в волшебном замке десятки часов и только когда персональный оберег на запястье стал громко пищать и трястись, а цвет его сменился на ярко красный, молодой охотник смог прийти в себя. Поведение оберега говорило, что полученная им доза радиации смертельна даже для самых живучих охотников, а он даже ещё не знал границ своих возможностей. Испугавшись, мальчик помчался, как казалось ему, к выходу, но долгие блуждания не прошли бесследно. Через пару часов он понял, что окончательно не понимает где находится. Страх умереть в муках от лунной болезни обуял его разум. Поддавшись панике, он стал проглатывать все попадающиеся ему лекарства, надеясь, что среди них попадутся и от лунной болезни. Даже сделал себе один укол странной жидкости, набранной кем-то в шприц. Он не умел делать уколы, но видел однажды как его делали умирающему и тот поправился. Ещё через час парня скрутила безумная боль. Болело всё. Живот, голова, пах, казалось каждая частица его тела стремилась начать жить собственной жизнью и убив хозяина сбежать. Сколько длились эти муки он не знал, казалось, что времени больше не было, была только боль. Когда он пришёл в себя, то первое, что его удивило, это безумная жажда и голод. Наплевав на все инструкции напился из ближайшей лужи и хотел достать припасённое сухое мясо, но котомки не было рядом. Не было вообще ничего, с чем он выходил из лагеря охотников. Он был гол, бос и лыс. С него осыпались совершенно все волосы, не оставив даже и намёка на то, где они росли. Не зная что делать, но просто побрёл в случайно выбранном направлении. Шло время. Часы или дни, он не знал. Иногда он спал. Часто пил из луж. Мучительно хотелось есть. Однажды он долго ворочался не в силах уснуть, как вдруг понял, что же ему мешает. Лёгкий гул и ветерок, что приносил запах чего-то съедобного. О сне больше не могло быть и речи, и он пошёл, полагаясь на собственный нюх и движимый голодом. Через несколько сотен шагов, парень упёрся в стену. Из дыры в ней со свистом вырывался прохладный воздух с дурманящим запахом еды. Исхудав за последнее время, он легко протиснулся внутрь и начать ползти вверх, на встречу потоку. Лаз был узкий и почти не имел выступов. Приходилось упираться в соседние стенки руками, ногами и спиной, чтобы держаться. Когда силы покидали его, он упирал колени в стену, и с силой давил тело вниз. Это было невероятно больно, но кажется он стал привыкать к боли, и ноги потом плохо слушались его, зато это давало отдых мышцам. Потом он коснулся чего-то мягкого и липкого. Оказалось, паук долгие годы старался перекрыть паутиной этот ход, и так преуспел, что на одном из слоёв мальчик обнаружил мёртвую мышь. Она умерла давно, но ещё не успела иссохнуть на сквозняке. Парень впился в её тело зубами, ведь именно её трупный запах оказывается так манил его. Насытившись он продолжил свой путь и уже через пару метров уцепился за край дыры в стенке лаза. Сверху путь резко сужался, вероятно из-за сдвига породы, но ширины провала хватило выбраться. Небольшой естественный грот, снаружи которого шумел тёплый летний лес предстал перед парнем, и он тут же потерял сознание. Дальше были недели блужданий, охоты и выживания. Его способность к заживлению ран приятно удивила его, когда, сломав ногу соскользнув с мокрого камня, уже на следующий день он мог наступать на неё кривясь от боли, а через неделю не мог вспомнить какую ногу ломал. Волосы отрасли. Летний лес изобиловал доступной едой, смущало только отсутствие одежды и возможная встреча с хищниками или дикими. Спустя ещё три дня он вышел к их поисковому лагерю. Увы, но рассказанная им история оказалась чересчур невероятной даже для охотников за чудесами, а то что он не смог найти вход в эту "страну чудес", окончательно убедило остальных, что парень заврался. Верно сбежал в город, продал амулет и кутил в волю пока его не раздели догола и не выкинули как шелудивого пса. Так он был изгнан из лагеря и из касты охотников за чудесами, и так начался следующий этап его жизни и восхождения к вершинам власти. Он работал на полях, в шахтах и трактирах. Нанимался сражаться за местных Царьков или вступал в банды разбойников. Менялся род деятельности, люди вокруг, царства и графства, неизменным оставался только он сам. Теперь он выглядел лет на 20-25 и отличался несгибаемым здоровьем. И такое положение дел длилось уже не менее полувека. За пятьдесят с лишним лет он не постарел ни на день. С тех пор прошли тысячи лет. Ушли в историю былые империи. Некоторые реки обратились вспять, огромные проливы пролегли между их материком и соседним. Но главное - на смену старым демонам и богам пришёл новый Единый Бог. Бог, Орден имении его и бессмертный посланник Бога, что по совместительству был ещё и его творцом.

***

Борт артиллерийского крейсера Воронеж. Командный мостик.

- Первая волна десанта на поверхности. - все тактические данные выводились на общий экран, но по давней флотской традиции ключевые моменты голосом дублировал дежурный офицер. - Противодействие противника не зафиксировано. - Хорошо, выпускайте вторую волну. - лицо адмирала было холодным и сосредоточенным вынуждая и подчинённых сохранять серьёзное отношение к делу. - Есть выпустить вторую волну. Волна пошла. Есть контакт с атмосферой. Фиксирую работу ПКО противника, бот "Е375 - Лерой" получил повреждение. - Срочно подавите вражескую ПКО! - Крейсер Кёльн отработал по позиции ПКО импульником. Активность противника отсутствует, только аборигены невероятно возбудились. - по залу управления поползли тихие смешки. - Ещё бы... Такой фейерверк. Однако, произошедший инцидент ясно давал понять, что эта планета ещё принесёт им не мало сюрпризов.

***

Город И-кё. Столица Империи.

Сегодня был прекрасный день. Верховный Магистр хотел вдоволь повеселиться и насытиться страхом трепетом и обожанием толпы. Давно уже, прикормленный им клан охотников за чудесами, нашёл для него удивительную реликвию древних. Правда, как докладывала его служба безопасности, реликвию нашли не они. Но они вырезали всех, кто реально был к этому причастен или что-то знал, так что Верховный был удовлетворён. Реликвия тысячелетия скрывалась в толще соседних гор, пока землетрясение не открыло к ней узкил лаз. Лично всё проверив на месте, он смог понять, что эта машина должна была как-то стрелять в небо теплом или светом, и уничтожать падающих с неба Демонов. В Демонов Верховный не слишком верил, так как за всю свою долгую жизнь больше никогда не видел их, а то, что видел в подземном замке, решил считать безумным сновидением. Но ему и не были нужны цели в небе. Со всех сторон реликвия была окружена первородным камнем и никак не могла стрелять в небо. Расчёт был в том, что, выстрелив она просто разрушит скалу вокруг себя, создав эффект проснувшегося вулкана или удара исполинской молнии чем привлечёт внимание всех на сотни километров вокруг. Однажды он уже видел что-то подобное и это оставило неизгладимые впечатления в его пресытившейся душе. В решающий день и час, когда миллионы жителей Империи соберутся на площадях своих городов на специальные проповеди магистров и приоров Ордена. Фанатик лично отобранный и проинструктированный, повернёт заветный рычаг. Тогда, Верховный магистр и посланник Единого явит людям чудо. Хотя он ещё не был уверен до конца. Возможно, если эффект превзойдёт его ожидания и будут жертвы, то он назовёт это карой Господней, за неверие людей в него и за преклонение перед старыми богами. Толпа гудела. Толпа колыхалась. Толпа ждала его. Он вышел к ним, весь в белом и сказал: - Братья мои и Сёстры! Многие лета назад, я был послан Единым Трёхликим Богом к вам! Чтобы развеять вашу дремучесть! Чтобы вывести из дикости и грязи! Чтобы избавить вас от лживых страхов, что кто-то может напасть на вас с небес. Теперь вы знаете, что Демоны, это сказки для доверчивых дикарей, а Древними богами называли себя разные проходимцы и плуты, что наживались, продавая людям пустые безделушки! Но не все ещё смогли отринуть старые фантазии, да и плутов не стало меньше в этом мире. Орден снисходительно относится к подобному, не желая никому навязывать свои знания. Но иногда я спрашиваю Бога, а верно ли это? Так ли он видел мою миссию? Он не всегда мне сразу отвечает, желая, чтобы я сам пришёл к истине. Но сегодня он обещал дать мне знак. Знак, который увижу не только я, но и каждый из вас! И я говорю - мы готовы Боже! Яви нам свою волю! Толпа начала скандировать: - Яви! Яви! Яви! Яркий пучок света вырвался из горного склона, где находилась реликвии и унёсся ввысь где на мгновение зажглось маленькое солнце. Верховный Магистр успел подумать, что такое шоу лучше было бы проводить ночью, когда темно и так удачно, что реликвия кажется не пострадала. Когда ещё одна молния сверкнула вдали и горный склон в том месте превратился в огромный шар света, что на время ослепил Верховного, а через несколько секунд пришёл раскат грома, а за ним и второй. Он сбил людей с ног и выбил все стеклянные окна. Когда зрение понемногу стало возвращаться к Магистру он увидел, что лица собравшихся направлены не к горе. Они смотрели в сторону и от неё, и от Вселенского собора. Повернувшись, Верховный Магистр Ордена Единого Бога, отрицающий существование демонов с небес, видел, как исполинский объект, страшных, хищных форм и частично объятый пламенем тяжело падает на их землю.