Цветы увядшей души

Вчерашний день оставил послевкусие нежности. Чонин, в надежде, что ему удалось хоть немного смягчить сердце вечно угрюмого Сынмина, с хорошим настроением пришёл в школу. Он ожидал, что тот, наконец, остановит издевательство в его сторону. В классе одноклассники шумно обсуждали свои дела, и жизнь кипела в душном кабинете. Сынмин и его друзья о чём-то оживлённо беседовали, но, как не странно,  тема ночного между ними инцидента даже не всплывала. За одну лишь попытку рассказать о случившемся, Сынмин мог и в лицо получить, что забавляло Чонина. Искушение припугнуть его, напомнить о той ночи, спустить с небес на землю, было велико, но Чонин подавил его. Он лишь хотел дожить до выпускного и навсегда забыть этих людей как страшный сон. День почти закончен, а Сынмин ни разу не взглянул в сторону Чонина. Неужели то, что между ними произошло, действительно так сильно повлияло на брюнета? После школы рыжеволосый поехал за продуктами, затем занялся другими делами и вернулся домой позже, чем планировал. В подъезде его ждала привычная картина: Сынмин, съёжившийся на холодном полу, и крики за дверью. Уже почти обыденность. Но время позднее, а завтра в школу. Он же не будет ночевать здесь? Чонин, стараясь скрыть сочувствие, вновь предложил ему переждать у себя, открывая дверь. В этот раз Сынмин вздрогнул, и на его лице промелькнул мимолетный испуг. Он сорвался с места и скрылся за дверью своей квартиры, заглушив приглашение эхом ругани своих родителей. Чонин пару минут стоял в замешательстве, затем тихо рассмеялся. Вид Сынмина был одновременно жалким и комичным. Он предпочёл вернуться в эпицентр кошмара, а не остаться в тепле и безопасности. Утром они вышли одновременно, столкнувшись на лестничной площадке. «Ты думал, я снова драться буду?», – с усмешкой спросил Чонин. Сынмин молчал, что невыносимо раздражало. Хотелось потешаться над ним до тех пор, пока он не заговорит. «Чего молчишь? Прошлая ночь не только память, но и речь отшибла?» Внезапно Сынмин с силой впечатал Чонина в стену. Схватив его за горло с неподдельной яростью, он прорычал сквозь зубы: «Ещё одно слово о том, что было, и твои грязные руки по кусочкам будут собирать твои родители, молясь найти хотя бы ещё один палец». Оттолкнув испуганного парня ударом в живот, он ушёл. И что это сейчас было? В этот день все круги ада вернулись. Над Чонином издевались с удвоенной жестокостью. Ему несколько раз укололи спину карандашом, выбросили сумку с учебниками в окно. Но кульминацией стало то, что принесло первую мучительную боль. Затащив Чонина в туалет, "гиены" и их предводитель решали, как ещё можно над ним поиздеваться. Решение пришло быстро: окунуть рыжеволосого в школьный унитаз. Скрутив сопротивляющемуся парню руки и прижав челюсть, чтобы он не издал лишних звуков, его потащили в самую грязную кабинку. В миг парень ощутил давление на голову, последовала нехватка воздуха. В нос хлынула ледяная вода, смешанная с хлоркой и ещё какой-то химией. Когда лёгкие начали гореть, Чонину пришлось открыть рот, ощутив отвратительный вкус. Пока Чонин захлёбывался, главарь и его шайка бурно смеялись. Один из них уже занес ногу, чтобы надавить на голову и придавить парня сильнее, но его остановил Сынмин. Подняв мокрую голову за волосы, он склонился к уху Чонина и прошептал: «Я уже говорил, что твои руки грязные?» Резкий хруст наполнил пространство. Сынмин схватил руку Чонина и сломал ему указательный палец. Он готов был заорать от боли, но его голову вновь погрузили в унитаз, заглушая крик, чтобы не привлечь лишнего внимания. Насладившись мучениями, они бросили обессилевшее тело на грязный пол. Сынмин напоследок опустился на колени, пытаясь заглянуть в пустые карие глаза, но не встретил ответного взгляда. Это разозлило его. Схватив Чонина за подбородок, он силой повернул его лицо к себе. Так они молча смотрели друг другу в глаза, один подпитывался страхом, а другой – ненавистью. Как только стих шум перемены и в туалете рассеялись случайные прохожие, Чонин решился выйти из кабинки и направился в медпункт. Вода уже высохла, оставив на одежде лишь грязные разводы. Медсестре он соврал, сказав, что упал на улице – и его потрепанный вид был весьма убедителен. Ему оказали первую помощь, перебинтовали сломанный палец и отпустили домой, настоятельно порекомендовав обратиться в травмпункт. Но Чонину было всё равно. Впервые в жизни он пережил подобное, и сейчас единственным его желанием было добраться до дома и забыться сном. От тягучего стресса сложно восстановиться, проще отключиться и заснуть, ведь завтра новый день, способный принести ещё более неприятные сюрпризы.