Приходи на закате

Последняя подаренная улыбка и на этом запись прерывается. Сергею кажется, что вместе с записью прервалась его жизнь. - Нет, нет, только не это… - мужчина срывается с места и бежит вон из кабинета, вдоль по бесконечно длинному коридору, вниз по лестнице. Толкает входную дверь. Ищет взглядом знакомую фигуру. – Где ты, гаденыш? Я знаю, ты здесь. Я видел тебя. – нервная усмешка не сходит с лица. Он мечется из стороны в сторону, вслух торгуется с Тихоном. - Ты хотел поговорить, давай поговорим. Я готов, я скажу правду, только не делай этого… - но никто не отвечает ему. Вокруг ни души, только прохладный ветер поднимает в воздух опавшие листья. – Не делай этого, Тихон. Дай мне шанс. – и снова тишина. Ноги не держат. Перед глазами проносятся годы - те, что он провёл с Тишей. Встреча с ним, разделившая его жизнь на до и после. Пронзительное осознание того, что до него жизни и не было в общем-то. Разве не самообманом были эти два года? Тиша просто ещё не готов отправиться в свободное плавание и потому он согласится встретиться с ним снова на следующей неделе, а лучше бы даже на этой - до следующей тяжко ждать. Он вспоминал сеансы, на которых он часами болтал без умолку, стараясь заполнить собой все пространство, оттягивая момент очередного расставания. Шутки, отрепетированные на других, чтобы убедиться - Тише они понравятся. И даже самые важные звонки во время встреч он отклонял лишь потому, что не хотел, чтобы кто-то нарушил идиллию их маленького мира. А потом он вспоминает горькое на вкус признание, вспоминает, как немилосердно он вынужден был поступить. Сию минуту он ощущает особенно остро чего стоила им с мальчишкой его ошибка; только сейчас он находит в себе силы признаться, что... Вдруг на плечо упавшему обессиленно на колени мужчине ложится чья-то рука. Сергей не может сдержать улыбки. - Вот же говнюк! – он поднимает голову и видит улыбающегося Тихона. Такой же, каким был 10 лет назад. Все те же вьющиеся волосы, все тот же взгляд небесно-голубых глаз. Глаз, в которые он влюбился когда-то. – Ты так напугал меня, идиот! - вскочив, толкает парня в плечо. - Я думал… Я… - ужас потери, пронзивший мужчину куда-то в солнечное сплетение, отступил, оставив после себя лишь обиду за эту злую шутку. К черту, это такая мелочь. Он чувствует въевшийся в подкорку запах чужих духов и понимает, что простит Тихону что угодно. Вот же он, живой и невредимый, стоит и улыбается. Сергей заключает в объятия его фигуру, исхудавшую, но такую теплую. – Я люблю тебя, Тихон. Видит Бог, я люблю тебя с той самой секунды, как увидел впервые, и люблю до сих пор. Прости меня. Все эти годы я мучился сам и мучил тебя. – горячие слезы капают с длинных ресниц на переплетенные пальцы. Тихон молчит, как будто боясь спугнуть, прервать запоздалое признание. – Я думал, что испорчу тебе жизнь. Я боялся, что ты однажды решишь, что и не любил меня никогда вовсе, что моя любовь станет для тебя очередной клеткой. Я всего лишь хотел для тебя лучшего, Тиша. Я обязан был разбить тебе сердце, чтобы защитить тебя. – гладит по бледным щекам. - Прости меня, пожалуйста… Сергей боится выпустить его из своих объятий, он не верит своему счастью, не верит, что впервые за столько лет имеет возможность снова заглянуть в глаза своего ангела. Он глупо смеется, утирая рукой свои слезы. Безумно хочет коснуться губами чужих, но не решается. - Почему ты молчишь, Тиша? Что-то не так? – запускает пальцы в золотые колечки волос. – И когда ты успел их отрастить? На видео ведь короткие были. Тихон улыбается в ответ: - Сергей Дмитриевич? -М? – мужчина нежно глядит на парня, сам себе удивляется как мог он прожить все эти годы в разлуке с ним. Ну ничего, он исправит все, он найдет выход, даже если ради этого придется разрушить все и начать сначала. - Почему ты не сказал всего этого раньше? Когда я был жив? Сергей вздрагивает. На лицо Тихона ложатся теплые блики. С накатившей внезапно тревогой мужчина смотрит на прячущееся за горизонтом солнце. Со всем безумством, на какое способна только природа, переливается небо самыми разными цветами, и последние лучи окрашивают облака в ярко-розовый. Такого красочного заката он никогда еще не видел. – Красиво, правда? – шепчет Тиша, и это последнее, что слышит Сергей, перед тем как фигура парня растворится в воздухе. Так это всего лишь сон? Сон? Реальной остаётся только нестерпимая боль в груди.