Foolish body

Весь день, пока Зоро помогал ребятам с золотом, его мысли не переставали возвращаться к тому, что он говорил и что делал, пока был в течке. Он спал с альфами несколько раз, и в течку тоже, но тем не менее, уж точно не вел себя так позорно. Что досаждало еще сильнее, так это то, что даже после течки он не переставал искать глазами Санджи. Зоро так и норовил быть ближе к коку, и ему хотелось дотронуться до него просто чтобы чувствовать его тепло и осознавать, что тот рядом. Пока Мугивары убегали от разъяренных небесных жителей (Робин только месяцы спустя скажет Зоро, что шандийцы и жители Скайпии, на самом деле, пытались поблагодарить их), Зоро все не переставал оглядываться, чтобы убедиться, что Санджи не отстал. Даже когда все оказались на корабле, целые и невредимые, и уже отплывали от белого моря, Зоро продолжал следить за Санджи, будто они могли оставить его, будто тот упадет за борт, если вдруг Зоро отведет от него взгляд. Было сложно сформулировать, как именно, но отношение Санджи к Зоро в следующие несколько недель поменялось. Не то, чтобы они перестали спорить или что их стычки стали происходить реже. Санджи не переставал лебезить перед дамами, а Зоро не переставал закатывать глаза на каждую фразу кока. Причина была глубже. В том, что рука Санджи задерживалась на секунду дольше, когда он протягивал что-то Зоро. В том, как он проводил пальцами по его предплечью или спине, пока никто не видел. Когда Зоро делал паузу между своими подходами и оставлял гантели, он бросал взгляд на Санджи, курящего неподалеку, и тот смотрел на него — или на водную гладь за его спиной. Зоро был абсолютно уверен, что его отношение к Санджи совсем не изменилось, несмотря на то, что он не мог думать ни о чем, кроме него, кроме его крепкого тела и мягкого голоса. Он думал о времени, которое они провели вместе, о том, что во время следующей течки… Здесь Зоро намеренно обрывал свой поток мыслей. Он не мог позволить себе думать о таком. Он все еще пытался подобрать таблетки с Чоппером, и следующий месяц не станет исключением. “У меня с головой точно не все в порядке, — решил он, — раз у меня вообще появляется желание снова пройти через это”.

***

Зоро нашел Робин, когда та сидела в женских каютах и читала книгу. Она, в основном, предпочитала наслаждаться чтением под солнцем, но в тот день все никак не переставал идти дождь. Зоро удостоверился, что Нами была занята и ее не было в каюте, прежде чем постучаться. — Входите, мечник-сан, — послышался голос Робин за дверью. Он вошел. — Как ты узнала, что это я? — спросил он, закрывая за собой дверь. — Всегда проверяю, кто стоит снаружи, — ответила Робин, и добавила: — Старая привычка. “Жутковатая привычка,” — подумал Зоро, представив ее глаз, торчащий из стены. Хоть они оба понимали, что это странно, что Зоро вновь пришел к ней, но сама Робин решила благородно не указывать ему на это. Вместо этого, пока Зоро набирался смелости начать разговор, она снова опустила взгляд в книгу. — У меня есть… вопрос по поводу альф, — начал он. Робин молчала, слушала. — Может ли альфа, типа… сделать что-то с сознанием? Сделать так, чтобы… — Зоро помедлил, пытаясь максимально корректно выдавить из себя мысль. Он надеялся, что она поймет, что он имеет ввиду, но она лишь отложила книгу, перекинула ногу на ногу и, оперлась локтем на колено, а подбородком — на ладонь и посмотрела на него выжидающим, таинственным взглядом. — …Сделать так, чтобы второй человек на нем, эм, зациклился, — наконец произнес он. — Это ваши личные переживания? — Нет! — выпалил Зоро чуть громче, чем планировал. — Просто… любопытно. Она не стала спорить с очевидной ложью, но немного помолчала, прежде чем ответить. — Ну что же. Альфа может высвободить феромоны, чтобы успокоить или усмирить омегу. Но эффект непродолжителен. Не больше нескольких часов, без постоянного усилий альфы, да и то, это требует должной практики. Эффект намного сильнее во время гона, но все равно, так или иначе, пропадает. После гона влияние феромонов заканчивается, и разум партнера никаким образом не будет затронут. Зоро неловко огляделся по сторонам. Было как-то неуютно слушать лекцию в пустой комнате, особенно от Робин. — Конечно, альфа может… переступить грань, если можно так сказать, и пометить омегу без согласия. Но, хоть это и усложнит ситуацию, связь между двумя просто усилится. Именно такого эффекта, мечник-сан, о котором вы говорите, не будет. Зоро едва не дотронулся до своей шеи, вовремя вспомнив, что он просто интересуется, а не спрашивает про себя. Да и в любом случае, он знал, что на нем не оставили метку. — Другими словами, — продолжила Робин, — нет ничего, что альфа мог бы сделать без помощи партнера. Они могут создать взаимную связь, или один из партнеров может проникнуться симпатией ко второму, но это никаким образом не связано именно с натурой альф, — Она склонила голову, будто ожидая ответа, и чуть улыбнулась: — Это удовлетворило ваше любопытство, мечник-сан? — Д-да, — сказал Зоро. — Спасибо, — добавил он, разворачиваясь к выходу. На самом деле, ответ его не удовлетворил и заставил лишь еще сильнее осунуться. Часть его надеялась, что Санджи использовал на нем какую-то супер-альфью способность, заставив того бесконечно отвлекаться на него. Тогда бы Зоро мог просто злиться на кока и все. Он бы подобрал подавители, которые нормально работают, и ему не пришлось бы думать больше об этой дурости. Но решение проблемы, судя по всему, окажется гораздо сложнее.

***

Пятые по счету подавители наконец сработали. Он принял их на день раньше и на следующий день, во время предполагаемой течки. Он, конечно, все равно оставался настороже, понимая, что эффект может быть обманчив, и что его организм непредсказуем. Еще у него было ужасное настроение. Причины, вероятно, было две. Первой было то, что, несмотря на отсутствие большинства симптомов, у Зоро все равно немного тянуло живот, будто он что-то забыл или чего-то ждал. Второй причиной был постоянный взгляд Санджи, доводящий Зоро до белого каления. Он решил спросить напрямую об этом после ужина. Его, естественно, запрягли мыть посуду, и теперь они стояли в неловкой тишине, нарушаемой лишь редкими указаниями Санджи в те моменты, когда Зоро не был уверен, куда положить ту или иную тарелку. И кок все продолжал бросать на Зоро взгляды, постоянно. Зоро продержался несколько минут, а затем не выдержал: — Может, хватит так на меня смотреть? — Как “так”, травяная башка? — Будто ждешь чего-то. Санджи коротко усмехнулся. — Мне нельзя смотреть, куда я хочу? Зоро нахмурился. — Смотри куда хочешь, только не на меня. — Тебе настолько некомфортно от моего взгляда? — спросил Санджи. Зоро зыркнул на него, но тот как ни в чем не бывало споласкивал чашку, не обращая внимания на его злость. — Да, настолько, придурок, — ответил Зоро. — И почему же тебе некомфортно? “Не смей краснеть”. — Просто ты так выглядишь так, будто ждешь чего-то от меня. Санджи прекратил мыть посуду и повернулся к Зоро, опираясь на столешницу. — Жду чего? “Не смей. Краснеть”. — Ну… — Ты покраснел, Маримо. Зоро бросил полотенце, которым вытирал посуду. — Я говорю, что не думай, что я теперь буду вокруг тебя скакать, извращенец ты гребанный. То, какой я был, когда мы… Это все из-за феромонов, понял? Этого бы иначе не случилось, и больше не случится. Санджи был раздражающе спокоен. — Какой ты был… Когда? Можешь уточнить? — Да ты знаешь, о чем я, идиота кусок! — огрызнулся Зоро таким тоном, с каким он пытался обычно затеять с ним драку, и мечник крайне разозлился, когда попытка спровоцировать кока не удалась. — Ты имеешь в ввиду, что ты бы так не возбудился, если бы не течка? — уточнил Санджи. Зоро огляделся по сторонам, удостоверяясь, что они точно одни и что у двери, в пределах слышимости, никого нет. — Да, — процедил он с облегчением, что Санджи наконец-то его понял. Санджи какое время смотрел на него молча. Затем, также не произнося ни слова, вышел из камбуза. — Куда ты нахрен намылился? — крикнул Зоро, глянув в раковину. — Посуда еще не помыта! Санджи, уже начиная спускаться по лестнице, обернулся на Зоро и тряхнул головой в молчаливом “следуй за мной”. “Да какого хрена?” — Зоро рассеянно посмотрел по сторонам и пошел за Санджи. Он проследовал за ним вниз по лестнице, затем по коридору, и удивился, когда они пришли к кладовке. Он бы заорал, требуя объяснений, но посчитал, что будет слишком подозрительно, что он вообще здесь с ним оказался. Он зашел внутрь, и, не понимая, где кок, обернулся, обнаруживая того у себя за спиной, облокотившегося на стену возле двери. Санджи закурил. — Что за… — начал было Зоро, но Санджи приложил указательный палец к губам. — Тише. Ты же не хочешь, чтобы остальные услышали, что мы здесь? — прошептал он, не сдержав легкой улыбки. — Какого черта ты делаешь? — прошипел Зоро. Он не мог не заметить холодного, внимательного взгляда, которым тот смерял мечника. Санджи закрыл дверь кладовки и подошел к Зоро. — Ты сказал, что ты так вел себя из-за течки, правильно я услышал? — низким шепотом прошелестел Санджи. — Д-да, — ответил Зоро. — Я не шутил, — добавил он, стараясь держаться как можно увереннее в сложившейся ситуации. Санджи наклонился так, что его губы почти коснулись уха Зоро. — Не хочешь, в таком случае, доказать это? Сердце Зоро забилось, как птица в клетке. Он знал, что ему нужно немедленно уйти, или закричать на Санджи, или начать драку. Но не понимал, почему не может сделать ничего из этого. Вместо этого он тихо произнес: — В каком смысле? Краем глаза он увидел, как кок слегка улыбнулся. — Если я доведу тебя до такого состояния, что ты станешь молить о том, чтобы я вставил в тебя свой член, то я выиграл, и впредь буду смотреть на тебя как и когда мне вздумается. Если нет, тогда я отстану от тебя настолько, насколько пожелаешь, хоть до конца наших дней. Зоро повернул голову, чтобы лучше разглядеть лицо Санджи. Тот в свою очередь, сделал то же самое, и теперь они смотрели друг другу в глаза. Зоро неожиданно осознал, насколько близко они были друг к другу. Он мог чувствовать дыхание Санджи, мог уловить тонкую дрожь его взгляда, и его запах…. — Все эти условия в мою пользу, тупица, — сказал он. Глаза Санджи блеснули. — В таком случае, тебе стоит принять вызов. Что-то в сознании Зоро твердило ему, что это заведомо проигрышная битва: он просто дает то, что хочет от него кок, и в итоге только усложнит себе жизнь, стараясь не думать о нем. Но Зоро не слышал этих мыслей, их заглушила громкая до одури пульсация крови в ушах. — По рукам.