Come to claim

Астория и Пэнси проводили меня до бутика. Обе были заинтересованы в том, какой наряд я надену сегодня вечером, и, судя по тому тёмному взгляду, которым Пэнси одарила меня, это была Нокс-версия «платья возмездия». Но это было вовсе не платье. Скорее, что-то вроде слитного купальника. Чашки лифа приподнимали и собирали грудь. Задницу едва прикрывала полоска стрингов и немного кружева по бокам. Боди застёгивалось между ног, а почти вся спина и лиф были полностью прозрачными. Цвет был настолько тёмно-зелёным, что казался чёрным. Я застыла перед зеркалом в полный рост, заворожённая тем, что увидела. Глубокий изумрудный оттенок делал мои глаза огненными. Пэнси ловко распустила мои волосы, и тёплые каштановые пряди упали на плечи идеальными локонами. Не припомню, чтобы когда-либо в жизни чувствовала себя настолько красивой. Мне нужно было держать себя в руках сегодня ночью. Помнить об уговоре. Он собирался научить меня удовольствию. И я должна была, чёрт побери, держаться подальше от его губ. Я вышла из камина в вестибюль и мгновенно погрузилась во тьму. Вскинула голову и застыла. Чувства будто выключили. Я судорожно втянула воздух. — Привет, котёнок. Я буквально выдохнула с облегчением. — Здравствуй, Монстр. Я чувствовала его щекой. Его губы были такие мягкие. — Это ты сейчас намекаешь на мой гигантский член? Я закатила глаза. Его сильные руки обвили меня и притянули к груди. В одно мгновение мы аппарировали в другое место, но мои глаза всё ещё ничего не видели. — Где мы? — прошептала я, не понимая, сцена это или нет. — В комнате. Я чувствовала, как он медленно ходит вокруг меня по кругу. — Что ты делаешь? Его рука прошлась по моему телу так медленно и чувственно, что я едва не задохнулась. — Пытаюсь понять, смогу ли удержаться и не трахнуть тебя прямо сейчас. Внутри меня разгорелась битва. Зачем я себя сдерживаю? Из уважения к браку? Хотелось закатить глаза. Я балансировала на грани разума. Я ведь пришла сюда ради нового опыта, так? Я хотела узнать, что такое удовольствие. Что такое оргазмы, от которых сносит крышу. Секс, который не забывается. А он… он согласился показать мне это. Научить. Так что хватит пятиться. Пора идти навстречу. Монстр подхватил меня под колени и прошёл несколько шагов. Он осторожно опустил меня на что-то мягкое, очень напоминающее кровать. — Сегодня мы будем разбираться, что такое удовольствие, — сказал он. Его голос стал низким и хриплым, и у меня внутри всё сжалось. — Этим вечером ты будешь использовать только два слова. «Звёзды» — если тебе приятно. «Кресты» — если нет. Звёзды и кресты. Ладно. Хорошо. — Я лишаю тебя зрения на этот вечер, потому что первое, что мы чувствуем перед неизведанным — это страх. А я не хочу, чтобы ты боялась. Я хочу, чтобы ты отдалась чувствам без остатка. Из груди вырвался рваный вздох. Сегодня я ничего не увижу. Мысль об этом постепенно оседала внутри. Оказаться без зрения было странным, сбивающим ощущением. Я не была к такому готова. И пусть его маска временами меня пугала, мне нравилось смотреть ему в глаза. Нравилось видеть, как он улыбается этой своей дерзкой, хищной улыбкой. Нравилось скользить взглядом по его татуированному торсу. — И ещё я привяжу тебя, — усмехнулся он. Вдруг мои руки и ноги раздвинулись, и их тут же сковали кожаные ремни. Сердце с силой дернулось в груди — теперь я была и слепа, и связана. Дыши, напомнила я себе. — Шшш… — прошептал он прямо у уха, нежно касаясь моей щеки. — Доверься мне. Сегодня только ты и я, котёнок. Он медленно прошёлся губами по линии моей челюсти. Я вздрогнула, кожа вспыхнула от каждого прикосновения. — Ты готова к тому, чтобы я прикоснулся к тебе? Мерлин, да. Я кивнула Он мгновенно оторвался от моего лица, и я почувствовала, как его тело легло между моих ног. Я вся дрожала. Так много ощущений. Ожидание, неизвестность, это безумное возбуждение. Его большие руки легли мне на шею, и, не спеша, он повёл ими вниз вдоль моего тела. — Ты выбрала это специально для меня, котёнок? — Да, — прошептала я, наслаждаясь ощущением его больших, шероховатых рук. — Я мог бы кончить просто от одного твоего вида. Его руки на миг замерли над грудью, а затем медленно скользнули вдоль боковых изгибов моего тела. — Хммм... не могу сказать того же, — поддела я. Глухой смешок разнёсся вокруг, и я стиснула зубы. В таком темпе я и трёх минут не продержусь. — Не сомневайся, воспоминание обо мне будет преследовать тебя ещё долго. Он и представить не мог, насколько. Особенно учитывая, что сегодня я начала замечать черты, похожие на него, в соседе по квартире. Он держал меня за бёдра, его большие пальцы скользили по внутренней стороне, будто пытались разорвать невидимый шов. Я выгнулась к нему. Его прикосновения обжигали, и я уже пылала, отчаянно желая продолжения. — Сегодня, когда я буду играть с тобой, не зацикливайся на своих звёздах и крестах. Я хочу, чтобы ты чувствовала. Не позволяй разуму вытеснять желания. — Хорошо, Монстр, — согласилась я. — Можешь сколько угодно называть меня монстром, — сказал он, его руки скользнули вверх по моим ногам. — Но к концу этой ночи ты будешь звать меня своим богом. Мне хотелось застонать от одного только этого обещания. — Итак, начнём, — сказал он. — Мои руки. Что ты почувствовала, когда я касался тебя? — Звёзды, — моментально ответила я. Из его груди снова вырвался тот низкий рык, и мне нестерпимо захотелось прикоснуться к нему. Я прижалась к его рукам так сильно, как позволяли оковы. Его ладони остановились на верхней части бедра и начали двигаться к самому центру. Я задрожала, когда его пальцы скользнули по застёжкам между ног. — Звёзды… — прошептала я, задыхаясь. — Умница. Он сказал это таким низким голосом, что это больше походило на довольный рык. Его руки снова скользнули к моей груди, но я уже тосковала по их теплу там, внизу. Похоже, эта пытка обещала быть сладко невыносимой. Он зажал соски между пальцами, и я выгнулась в ответ. Тихий стон сорвался с губ от этого давления. — Звёзды, — выдохнула я, умоляя продолжить. — Звёзды. И тут он накрыл губами мою грудь. Я вскрикнула, когда волна безумного блаженства прокатилась сквозь всё тело. Его рот был горячим и влажным поверх тонкого кружева. Оно едва ощущалось, и он уже тянул его вниз, открывая доступ к моей обнажённой коже. — Звёзды… — вырвалось у меня, когда его язык скользнул по соску круговым движением. Боги, да я понятия не имела, что грудь может отзываться так. Он будто сошёл с ума. Он жадно накрывал губами мою грудь — одну за другой, с какой-то неистовой яростью. Я утонула в этих прикосновениях, захваченная восторгом, и будто на мгновение вырвалась из собственного тела. — Я мог бы довести тебя до оргазма вот так, — проговорил он между укусами. — Ты знала? Единственным звуком был отчаянный всхлип, сорвавшийся с моих губ. Мерлин, мне так хотелось кончить, но я не могла даже сжать ноги. Оставалось только чувствовать жар и влагу между ними, пока он прижимался ко мне и целовал мою грудь. Когда он отстранился, я непроизвольно застонала. Мне не хватало этого ощущения. Я жаждала этой пытки, этой сладости. Но он склонился к моему лицу. — Поцелуй меня, — сказал он. Мы оба уже тяжело дышали, и я чувствовала его дыхание на своих губах — уверена, он чувствовал моё. — Нет. — Поцелуешь, — пригрозил он. — Скоро. После того, как он обращался с моей грудью, я была почти готова с ним согласиться. Он слез с кровати. Потом я почувствовала что-то прохладное. Он провёл этим по моей ноге. Кончик палочки? Я пыталась сообразить, что это. Слишком толстое для палочки. И мягче. В следующий момент оно исчезло и с хлёстким звуком ударило меня по внутренней стороне бедра. Я зашипела от жжения. Моей первой реакцией было сказать, что мне это не нравится. Но я прикусила губу и решила подождать. Нужно было немного понаблюдать за ощущениями. Жжение быстро прошло, и он снова начал водить этим по моей коже. Следующий удар пришёлся по бедру. Нравится ли мне это? Я не была уверена. Пока это не похоже на крест. Но для звезд рано. Когда предмет шлёпнул меня по соску, всё сразу изменилось. — Звёзды, — вскрикнула я. Он ударил по другой груди, и я с наслаждением отдалась покалывающему удовольствию, что пронеслось по телу. — Звёзды, — выдохнула я, когда он ударил снова. — Хорошая девочка, — сказал он. Игрушка Монстра медленно провела по моим рукам, по шее, затем скользнула вниз по телу. Едва её прикосновение исчезло, я уже почти выдохнула… но вдруг я почувствовала звонкий удар прямо возле моей самой чувствительной точки. — Звёзды! — закричала я. Мерлин. Чёрт возьми. Я судорожно втягивала воздух в лёгкие. Это было похоже на разряд молнии, прошедший сквозь меня. Боже мой. Как такое вообще возможно? — Хорошая девочка, — сказал он и провёл игрушкой по тому самому месту, где только что ударил. Это трение, наложившееся на жгучее послевкусие, его голос, моё зашкаливающее возбуждение — всё это сводило меня с ума. — На колени, котёнок. Вдруг ремни ослабли, и монстр поднял меня, развернув на четвереньки. Под живот он подложил что-то мягкое, будто плотный валик, удерживающий мою задницу приподнятой. Он слегка надавил на спину, и мои чувствительные груди вжались в шелковистые простыни подо мной. Руки всё ещё были связаны, как и ноги. Я повернула голову вбок, хоть и не видела ничего, и попыталась дышать сквозь взрывное возбуждение, которое стремительно нарастало. — Такая ты красивая, котёнок, — прошептал он, проводя руками по моей заднице. Боди был со стрингами, и он неторопливо провёл пальцами по узкой полоске ткани между ягодиц. Я рефлекторно напряглась. Никто раньше не прикасался ко мне вот так. Но его руки продолжили путь, и я вдруг почувствовала, как он замирает, едва касаясь застёжек между ног. — Звёзды, — выдохнула я. Я хотела, чтобы он меня трахнул. Теперь я это точно знала. Если он мог довести меня до такого накала, просто прикасаясь ко мне и шлёпая этим своим предметом, то его член довёл бы меня до экстаза. Я бы умерла от удовольствия. Но его рука исчезла. И от этого стало невыносимо холодно. Медленно, его палец обвёл запретный кружок. — Кресты, — вырвалось у меня на автомате. Я была не готова к этому. Пока нет. Его рука отступила, и он прижался к моей ягодице жёстким поцелуем. Я почувствовала его улыбку. — Тише, тише, котёнок, — усмехнулся он. — Веди себя хорошо, и разрешу тебе кончить. Я едва удержалась от стона при этих словах. Он оторвался от меня, и тут же по моей заднице прошёл резкий шлепок. Я ахнула от звука и жгучего удара. Но клянусь, я почувствовала, что между ног стало влажно почти до неприличия. Прежде чем я успела решить, звёзды это или кресты, ещё один удар пришёлся на левую ягодицу. Я втянула воздух сквозь зубы. Это было неожиданно, но не больно. Не по-настоящему. Жжение почти сразу прошло, особенно теперь, когда он начал поглаживать место, куда только что ударил. Ещё два быстрых шлепка и внутри всё заныло от желания. — Звёзды, — прошептала я. Я сама удивилась своим словам. Это не вызывало отвращения. Наоборот, в этом было что-то возбуждающее. Застёжки на боди врезались в кожу, и мне нужно было облегчение. Я хотела, чтобы это чёртово бельё просто сорвали с меня. Раньше мне казалось, что шлепки и удары — это лишь наказание, что люди возбуждаются от боли. Но теперь я поняла — дело вовсе не в боли. Это всё только усиливало напряжение перед оргазмом. Это была прелюдия. Моё тело превращалось в спутанный комок оголённых нервов, молящих о разрядке. Эти резкие вспышки боли заставляли всё во мне дрожать в сладком предвкушении. — Звёзды, — я умоляла его. — Пожалуйста. Его рот снова был на моей голой коже. Он легко прикусил то самое место, куда только что ударил. — Звёзды, — выдохнула я. — Хорошая девочка, — отозвался он. Боги, я была вся насквозь мокрая. Если бы он хоть дунул в сторону моей киски, я бы кончила мгновенно. Я была безумно благодарна за валик под животом. Я бы ни за что не смогла удержаться, когда накроет волной удовольствия. Его губы скользнули по моей щеке и двинулись вниз, к эпицентру ощущений. Я застонала, когда почувствовала его рот у себя между ног. Этот искусный монстр ловко расстегнул моё боди, чёрт побери, своими зубами. Из моих губ вырвался сдавленный всхлип. Столь безумный, нелепо притягательный жест. Его руки стянули боди вверх, оголив меня полностью. Теперь я лежала перед ним совершенно открытая. — Я никогда… — прошептала я, в ужасе от того, что должно было случиться. Это было слишком близко. Слишком интимно. Но он лишь мягко прикоснулся и прошептал. — Звёзды или кресты? — Звёзды, — ответила я сразу, почти не дыша. А потом он набросился на меня. Его рот и язык вонзились в меня, пока руки сжимали мои ягодицы. Пальцы вцепились в кожу, притягивая меня ближе. Первый скользящий штрих его языка по моему самому чувствительному месту вырвал из меня крик. — ЗВЁЗДЫ! — закричала я. — ЗВЁЗДЫ, ДОЛБАННЫЕ ЗВЁЗДЫ! Но он и не думал останавливаться. Он действовал без пощады — снова и снова, скользя языком, посасывая, втягивая меня в рот, чтобы снова пройтись зубами, чуть прикусывая. Ноги дрожали так сильно, что мне казалось, я совсем перестала их чувствовать. Он жадно работал языком, будто я была водой в пустыне. Его глухое гудение от удовольствия едва не лишило меня рассудка. — Звёзды… — выдохнула я, почти плача. Потому что это было самое восхитительное, что я когда-либо испытывала. Никто и никогда не делал со мной ничего подобного. Никогда раньше всё это не было ради меня, ради моего желания, моего оргазма. А сейчас? Всё происходило только для меня. Его сосредоточенность, его жажда, его желание — всё было направлено на меня. И мысль о том, что я почти тридцать лет жила, ни разу не испытав такого, просто вышибла мне мозги. Он отстранился, и вместо губ меня коснулись его руки. — Звёзды, — взмолилась я. — Мерлин всемогущий, звёзды! Два пальца без промедления вошли в меня до упора, и я вскрикнула. Другой рукой он добрался до клитора и стал медленно, дразняще ласкать его круговыми движениями. Всё внутри сжималось от этого безумного ритма. Пот выступил у линии роста волос, я задыхалась и всхлипывала от блаженства, которое дарил мне этот монстр. — Такая чертовски вкусная, — зарычал он у меня между ног. — Ты на вкус как грёбаная мечта, котёнок. Я знал, что ты именно такая. Я не могла дышать, не то что говорить. Оргазм был уже рядом. Совсем близко — Звёзды, — взмолилась я. — Я почти… Звёзды. Звёзды. — Или ты кончаешь мне на лицо, или не кончаешь вовсе, — сказал он твёрдо. И его язык с пальцами стали работать в унисон, вытягивая из меня каждую каплю удовольствия. Из глаз потекли слёзы, когда я почувствовала, как подступает оргазм. — Звёзды, звёзды, звёзды, — выдохнула я. Ещё три круговых движения его большим пальцем, и я взорвалась, как вспыхнувшая звезда. Я закричала, накрытая волной эйфории. — Д… Я запнулась. Я чуть не кончила с именем Драко Малфоя на губах. Чудесно. — Да, не останавливайся — выдохнула я, приходя в себя. Я загнала этот безумный момент поглубже в сознание. Да что со мной такое вообще? Оргазм отпускал меня дрожащими, обессиленными волнами. Монстр отстранился, задыхаясь так же, как и я. — Просто совершенство, — прошептал он и прижался губами к внутренней стороне моего бедра. Из меня вырвался какой-то бессвязный писк, когда его лицо прижалось к моей чувствительной коже. — Готова почувствовать мой член? — Звёзды, — выдохнула я. — Да… прошу, да. Я уже видела, какой у него огромный член, и сейчас, когда он собирался войти в меня и заполнить своим жаром, это казалось единственным, чего мне по-настоящему не хватало. — Это был только первый оргазм, — прошептал он. — Готовься. Мне хотелось разрыдаться от этих слов. Это был мой первый оргазм не от собственных рук. Один он уже превзошёл всё, о чём я могла мечтать. Я и представить не могла, что способна на большее. Я слышала, как он двигался за спиной. Джинсы с глухим шорохом упали на пол, а моё тело затрепетало в предвкушении. Я уловила, как он накладывает контрацептивное заклятие на нас обоих, и вздрогнула от прохлады, пробежавшей по телу. Его пальцы вошли в меня, и я застонала от этого вторжения. Я всё ещё была настолько чувствительной, что ощущала, как сжимаюсь вокруг его пальцев. — Такая влажная, — выдохнул он. — Такая готовая. Я застонала. — Умоляй. Его пальцы вышли, и тут же раздался звонкий шлепок по моей заднице. — Пожалуйста! — вырвалось у меня с отчаянной мольбой. — Прошу тебя. Мне нужен твой член. Я умоляю, Др... — я запнулась и попыталась выкрутиться. — Дрожу от желания почувствовать тебя. Что, чёрт возьми, творится у меня в голове сегодня? Я не успела толком осознать, что сказала, как мои слова были вознаграждены. Жгучее растяжение, когда моё тело приняло его длину, заставило меня стиснуть зубы. С губ сорвался глухой стон, за спиной он зашипел от удовольствия. — Вот так, — сказал он, входя глубже. — Целиком. До конца. Я тяжело дышала. Когда он вошёл до основания, из меня вырвался сдавленный всхлип. — Скажи мне, — скомандовал он, не двигаясь. Я прислушалась к ощущениям. Я была настолько наполнена. Глубоко вдохнула и попыталась привыкнуть к этому новому, непривычному ощущению. Рон не был таким большим. А под этим углом казалось, что монстр заполняет не только тело, но и душу. — Звёзды, — прошептала я. Он двинулся. Медленно вышел и резко вошёл снова. Мы оба издали глухой, сдержанный стон, но он не сбавил темп. — Звёзды, — выдавила я сквозь зубы. Это было восхитительно. Сладко. Сильно. — Боже, — выдохнула я. — Звёзды. Теперь он двигался по-настоящему — жёстко, глубоко, вцепившись в мои бёдра и зад, как будто хотел взять меня всю, без остатка. Он положил ладонь мне на шею, под волосы. Сжал, как будто направлял меня обратно к себе, вдавливая глубже. Я тонула в его прикосновениях. Другой рукой он потянулся вперёд и сжал мой сосок. Я сдавленно выдохнула от удовольствия — Звёзды. Он громко выругался и отстранился от меня. Всё тепло и удовольствие его тела исчезло. — Кресты! Вдруг с меня сняли все оковы, и валик под животом исчез. Я всё ещё не видела, что происходит, но уже в следующую секунду он перевернул меня на спину и одним резким движением снова вошёл. Мы оба выругались в голос, и он прижался к моей шее, к груди. Он двигался медленно, мучительно медленно, и от каждого толчка перед глазами взрывались вспышки света. Такого секса у меня не было никогда. Я даже не знала, что можно чувствовать что-то подобное — как он пульсирует во мне, весь, до последнего сантиметра. Я вцепилась в его затылок, пытаясь притянуть ближе. Пальцы скользнули по мягким, послушным волосам. Я представила, как между пальцами скользят светлые, почти белые пряди. Я тут же убрала руку. Нет. Его волосы казались тёмными, насколько я могла различить сквозь тьму. Не белые. Я практически зарычала на свой предательский мозг. Я переместила ладони к его груди и нащупала под пальцами рельефные рубцы. Это была не татуировка. Ему вырезали надпись, как и мне. Я провела по ней пальцами, будто ища объяснение. Его рука легла мне на затылок, поддерживая голову. — Поцелуй меня, — прорычал он. — Нет, — выдохнула я, довольная тем, как во мне снова нарастает пульсирующее желание. Как я могла быть так близко к ещё одному оргазму? Он что, использует магию? — Глубже, — сказал он, входя до предела. Я провела ногтями по его груди, и с его губ сорвался поток ругательств. — Чёрт, да, вот так, — сказал он, когда я обвила его талию ногами и притянула к себе, позволяя войти ещё глубже. Его рука скользнула вниз между нами и начала круговыми движениями ласкать мой клитор. Я чуть не подпрыгнула на кровати от первого же прикосновения. Я была такая чувствительная. — Звёзды, — прохрипела я. Он словно потерял разум. Сохраняя тот же неумолимый ритм, он припал к моему соску, доводя меня до безумства. Его твёрдый член входил так глубоко, что я чувствовала его даже в груди. Я вцепилась в него, почти всхлипывая от ярости наслаждения, что прокатывалось по телу. Всё внутри напряглось, и меня снова накрыл оргазм. Я закричала, и он зарычал в ответ, и мы кончили вместе. Он не сбавил темпа, пока наши оргазмы не схлынули. Я не могла перестать дрожать. Это было слишком мощно, слишком необъятно. Всё моё тело будто горело. Он прижал меня к себе и, не выходя из меня, перевернулся на спину. Мою голову он устроил у себя на груди, одной рукой гладя непослушные кудри. — Ты просто невыносимо прекрасна, — прошептал он и коснулся губами моей растрёпанной шевелюры. Затем он взял мою ладонь, переплёл наши пальцы и легко поцеловал костяшки. Безумец, похитивший меня, теперь был спокоен и нежен, как сытый котёнок. Этот контраст ошеломлял. Он был доминантен, решителен, требователен. Он вытянул из меня всё до последней капли. А теперь? Я слушала, как бьётся его сердце. И вдруг поняла, что этого мне будет всегда мало. Это станет зависимостью, от которой я уже не откажусь. Тело ныло, но даже эта боль была волнующей. Она лишь разжигала желание. Наши сердца бились в унисон, пока мы спускались с вершины этого наслаждения. Я чувствовала себя обманутой. Как будто меня затянули в брак под ложными предлогами. Я и представить не могла, что секс может быть таким. Таким ярким, таким насыщенным. И теперь, зная это, я никогда не вернусь к тому, что было. Я не соглашусь на меньшее. Я сотру Рона из памяти, вместе с воспоминанием о его бесцветном, ничего не дающем теле. Я достойна большего. И именно Монстр дал мне это понять.