Come to claim

К тому времени, как мы вернулись в квартиру Драко, Нарцисса и Пэнси уже накрыли настоящий пир. Еды и выпивки было море, и, честно говоря, было ужасно приятно оказаться среди людей, которые действительно радовались за меня. Драко и Додсворт устроились в углу и разговаривали, без сомнений придумывая новые способы прижать Рона. Додсворт работал с юристом Министерства по делу «Скрай» и также активно вёл дело Энтони. Я знала, что моё участие подходит к концу, но это не означало, что участие Драко тоже. — Я была просто в шоке, когда появилась Джинни Уизли, — сказала Астория, пока мы сидели за столом, перебирая закуски, выложенные Нарциссой. — Я тоже, — сказала я. — Понятия не имела, что она придёт. — Я слышал, что Додсворт связался с ней, но не знал, что она ответила, — сказал Тео. — Я думал, что придёт Гарри. Я тоже. И это разочарование терзало меня. — Он не видит дальше своих эгоистичных проблем, — сказала Пэнси. — Разговаривать с ним на днях было всё равно что с каменной стеной. Он не готов. И ему это дорого обойдётся. — Гермиона, я надеялась, что ты разрешишь мне осветить процесс в «Придире», — сказала Луна. — Я дам тебе прочитать статью перед публикацией. После всего, что уже успели напечатать про меня, вряд ли Луна могла чем-то навредить. — Конечно, Луна, — сказала я. Но мои мысли были совсем не здесь. Мне хотелось, чтобы Драко был рядом. Хотелось чувствовать его тепло, присутствие и пьянящий запах вокруг себя. — Так что, завтра мы просто идём на работу, как обычно? — спросил меня Тео. Я рассмеялась и пожала плечами. Я понятия не имела, каково это — вернуться к нормальной жизни. Останусь ли я здесь? Перееду? Куда мне вообще идти? У меня было достаточно денег, отложенных на аренду, раз уж не придётся выплачивать налоги задним числом. Но я совершенно не представляла, как будет выглядеть завтрашний день, не говоря уже обо всей остальной жизни. — Давай попробуем, — ответила я. — А там посмотрим. — А в выходные займёмся твоим гардеробом, — ухмыльнулась Пэнси. — Новая жизнь требует новой одежды. — С удовольствием, — улыбнулась я и повернулась к Нарциссе. — Вы бы не хотели пойти с нами? Она выглядела слишком удивлённой, чтобы что-то сказать, но быстро закивала. Всё это было таким новым. Но я действительно была готова попробовать. Я хотела постараться выстроить отношения с человеком, которого любит Драко. Мне хотелось узнать Нарциссу получше. И мне хотелось, чтобы она приняла меня. Чтобы она доверяла мне так, как Молли Уизли так и не смогла. Драко появился рядом, когда мой адвокат попрощался, тепло улыбнувшись и пожав мне руку перед тем как исчезнуть в камине. Он сел рядом и обнял меня, не убирая руки с моей спины. Мы сидели, ели и разговаривали ещё несколько часов. В какой-то момент Нарцисса извинилась и ушла, следом за ней удалилась Пэнси. Тео и Блейз отправились в клуб, а Астория с Луной пошли с ними. Вскоре остались только я и Драко. Он усадил меня к себе на колени и обнял. — И что ты теперь будешь делать, раз тебе больше не нужно волноваться за мою безопасность каждые три минуты? Он прикусил меня за мочку уха. — Ничего не изменится, котёнок. Котёнок. Я закрыла глаза и выдохнула, поддаваясь тому сильному влечению, которое вызывали его слова. — Драко. Мой шёпот прозвучал как хриплая мольба. Я так долго этого ждала. Я так сильно его хотела. Я заёрзала у него на коленях, наслаждаясь ощущением его растущей эрекции у себя под задницей. Мои губы впились в его, пока я продолжала тереться о его возбуждение. Теперь и он стонал в ответ, а его руки сжали мои ягодицы. Я принялась расстёгивать пуговицы на его рубашке, а затем потянула за ремень. — Тише, котёнок, — прошептал он, скользя губами по моей шее. Но я его не слушала. Я не была хрустальной вазой и точно не собиралась рассыпаться у него на глазах. Всё было нормально. Голова не болела уже два дня, и я даже перестала пить зелья. Я с торжествующим фырканьем расстегнула его брюки. Молния на спине платья заела, и ткань осталась собранной на талии, пока я освобождала грудь из бюстгальтера. Я на мгновение соскочила с его колен, чтобы снять трусики, но тут же вернулась. Он смотрел на меня с голодным блеском и едва заметной усмешкой, полной желания. Я вытащила его член из боксеров и с довольным вздохом опустилась на него. Мы оба тут же будто вернулись в нужное состояние. Здесь мы снова чувствовали друг друга. Здесь исчезало всё лишнее и оставались только мы. Я хотела раствориться в нём. Исчезнуть в этом сладком, дразнящем удовольствии, которое умел вызывать только он. Я яростно гналась за оргазмом. Мне надоело быть под замком и наблюдением. С меня хватит охраны и разговоров о безопасности. Я наконец-то свободна от Рона и «Скрай». Я снова могла дышать. И всё, чего я хотела, — чтобы Монстр пришёл и трахнул меня до потери рассудка. Мне нужен был этот риск, то острое ощущение опасности, которое он пробуждал. Я хотела, чтобы он смотрел на меня так, будто готов наброситься и сожрать. Но сегодня Драко всё контролировал. Он целовал меня медленно, нежно, едва прикасаясь к губам, исследуя меня сдержанно и осторожно. Я пыталась надавить. Потянула его за волосы. Прикусила ему губу. Но он лишь крепче прижал меня к себе. Так не пойдёт. — Драко, — выдохнула я ему в губы. — Разверни меня. Он откинул локон с моего лица и поцеловал в нос. С помощью палочки он снял с нас одежду и понёс меня в спальню. Я дрожала от предвкушения. Наконец я выдохнула. Моё тело было натянуто как струна в ожидании. Он уложил меня на кровать, и я едва сдержала улыбку, когда попыталась перевернуться на живот. Может, вид моей задницы подтолкнул бы его на пару шлепков. Но он не дал мне перевернуться полностью. Он вошёл в меня, погружаясь мучительно медленно. Он целовал меня тягуче, с подчёркнутой нежностью. Обычно от таких поцелуев я таяла. Но сейчас каждое движение рук, каждый толчок его бёдер, каждый поцелуй всё отчётливее давали понять, что он задумал. — Гермиона. Моё имя слетело с его губ, как молитва. Как гимн его неутолимому влечению. Я зажмурилась. Я хотела не этого. Я хотела, чтобы он трахнул меня. Трахнул меня так, будто я принадлежу ему. Я попыталась дышать. Глаза защипало от слёз. Губа задрожала. Но… ведь я уже принадлежала ему. Я знала это. И он тоже. Поцелуи, ласки и каждый нервный импульс моего тела застилали мой разум. Меня никогда так не лелеяли. Так не обожали. Так не боготворили. Чёрт бы побрал Драко Малфоя с его ранимым сердцем. Он обезоруживал меня. Совсем лишал опоры. Он занимался со мной любовью. И никто никогда не делал этого раньше. Он ломал меня навсегда. Потому что больше такого не будет. Никто другой на этой планете не сможет любить меня так. Никто не сможет заботиться обо мне так полно и искренне. Но страшнее всего было то, что он вытаскивал из меня самое сокровенное. Его поступки, его прикосновения растекались по мне и впитывались в кожу. В самую душу. Каждая, черт возьми, частичка меня была пронизана любовью Драко Малфоя. И я чувствовала её всю. Слова были так близко. Висели на кончике моего языка. Рвались наружу. Он любил меня. А я… Я захлебнулась всхлипом, когда кончила под ним. Он не ласкал мой клитор. Не дразнил соски. Он просто занимался со мной любовью. Говорил телом то, что словами никогда не смог бы объяснить. Это было самое сильное чувство в моей жизни. И оно изменило меня навсегда. Когда я содрогалась под ним, он кончил в меня, продолжая целовать всё это время. А потом крепко прижал меня к себе, пока мы медленно приходили в себя. — Я так сильно тебя люблю, — прошептал он, мягко целуя в щёки. Он обнял меня, соединяя уже не просто наши тела, а что-то большее. Три заветных слова преследовали меня, пока я не уснула.

***

— Выглядишь ужасно, — сказал Тео, усаживаясь напротив моего стола. — Разве ты не должна светиться от счастья после развода? Я должна. И светилась. Вроде бы. Но внутри всё противоречило друг другу. Раньше у меня была причина оставаться в доме Драко. Он следил за моей безопасностью, оберегал. А теперь? Теперь я просто жила за его счёт. И он был влюблён в меня. И если быть с собой честной, я… Я затолкала слова обратно. Я не могу. Признание в любви Драко Малфою создало бы слишком много проблем. Это всё запутало бы. Раньше это не могло ни к чему привести. Я была замужем. Он говорил, что любит меня. Он делал столько добрых и потрясающих вещей. Но я никогда не сталкивалась с его любовью так, как прошлой ночью. И никогда раньше у меня не было шанса признаться в чувствах в ответ. До вчерашнего вечера. Но я не призналась. Я остановила себя. Я солгала нам обоим. — Чёрт возьми, Грейнджер, — сказал Тео, накрывая мою руку своей. — Что случилось? — Я… — я сглотнула. — Он любит меня. На лице Тео ничего не изменилось. — Да… — Нет. Ты не понял. Он правда любит меня. — Грейнджер, боюсь, ты даже не представляешь, насколько. И я ему поверила. Даже после всего, что мы с Драко пережили за эти месяцы, я понимала — всё, что он мне показал, было лишь верхушкой. Его чувства ко мне были куда глубже. И если я позволю себе ответить, этот вихрь затянет и меня. Выражение Тео стало мягче. — Ты боишься… Я крутила перстень на левой руке. О, Мерлин, да. Мне было страшно до чёртиков. Любовь к нему лишь увеличивала риск его потерять. А потерять Драко… Я не могла дышать от одной только этой мысли. Его работа — сплошной риск. Слишком много людей хотели его смерти. Боль, которую причинил мне Рон, — это одно. Она была такой поверхностной, что стиралась с каждым новым днём. Я знала, что однажды и вовсе перестану о нём думать. Он станет далёким воспоминанием, исчезнувшим, как следы на песке. Но если Драко когда-нибудь причинит мне боль… Этот страх сдавливал грудь изнутри. Оставалось столько всего, чего я не знала. И столько, о чём я не хотела знать. — Он бы никогда не причинил тебе боль, Гермиона. Я рассеянно кивнула, но Тео не мог дать таких обещаний. Никто из нас не мог. А если я причиню боль ему? Боги… я бы себе этого никогда не простила. — Ты должна с ним поговорить, — сказал Тео. — Никто не требует, чтобы ты выходила за него завтра. Даже он. Он будет ждать тебя вечно. Но ты должна знать: ты — всё, чего он хочет. Это всегда была ты, Грейнджер. Монстр завладел мной и подчинил себе. Могла ли я ждать того же от Драко теперь? Разве именно этого он хотел? Как бы глупо это ни звучало, я переживала, что скажут люди. Боялась, какие гадости будут шептать о Драко и его чистокровности. Но больше всего я боялась, что все будут думать, что я завишу от него. А если бы я потеряла Драко… Я потеряла бы всё. Всех своих друзей. Остатки здравого рассудка. Единственную семью, что у меня осталась. И я больше не выдержала бы одиночества. Во второй раз я бы такое не пережила.