Venenum Dulce

      Лестрейндж сидел в тени, в удобном кожаном кресле, которое он сам перетащил к окну. Оно было старое, с трещинами по бокам, но с мягкой посадкой — идеально для того, чтобы часами не шевелиться. Перед ним — широкое окно, за которым виднелся другой дом. Невзрачный, сероватый, с облупившейся штукатуркой и кривыми перилами на балконе второго этажа, но для Велкана это был лучший театр в жизни.       За этим окном, в глубине кухни, порой мелькал силуэт Николаса Фламеля. Маленький, сутулый, с движениями старого человека, который привык всё делать медленно, но с каким-то почти издевательским спокойствием. Иногда мимо проходила Гермиона — вечно занятая, с книгой или тряпкой в руках. Рон тоже мелькал, но редко и где-то там, внутри — был Гарри Поттер.       — Не выходит… даже из квартиры не выходит, — тихо сказал Лестрейндж, крутя в руках тонкий карандаш. Он постукивал им по стеклу в такт своим мыслям. — Скучно же тебе, разве нет?       Он знал, что Гарри тоскует. Видел, как тот часами сидит у окна, будто ждёт, что за углом появится кто-то особенный. Может быть, ждал друзей. Может быть, ответы на свои вопросы. А может… кого-то вроде Тома.       Лестрейндж криво улыбнулся.       В комнате пахло пылью и табаком. Он не курил, но хозяин квартиры, который сейчас крепко спал благодаря заклинанию, судя по желтоватым пятнам на потолке, делал это постоянно. Мебели было мало: стул, стол, кресло, и пара картонных коробок, на которых Лестрейндж держал блокнот с записями.       «Гарри никуда не выходил. Фламель всё время с ними. Гермиона часто выходит за покупками продуктов или чего-то другого. Рон вместе с ней или помогает соседям»       «Гарри снова сидит у окна и смотрит, будто мечтает встретить кого-то. Всё время витает в облаках»       «Фламель вышел в магазин. Гермиона о чём-то разговаривала с Поттером. Рона не было видно, скорее всего спит»       Лестрейндж перелистнул пару страниц и хмыкнул. Наблюдать было легко, но скучно. Не было никакой охоты сразу бросаться и хватать мальчишку — Том хотел, чтобы всё было красиво, с выверенным моментом.       А Велкан любил такие игры.       Он откинулся на спинку кресла, прищурился и, чуть наклонив голову, продолжил следить за окнами.       Сегодня Гарри снова сидел у окна. Локти на подоконнике, подбородок в ладонях, глаза смотрят куда-то вдаль. Из этой позы он напоминал грустную жену, которая ждёт, что любимый муженёк вернётся с войны. Только любимый — в данном случае мог быть смертельным врагом.       — Ты сам даже не понимаешь, во что вляпался, — тихо проговорил Лестрейндж, почти ласково. — И в этом вся твоя прелесть.       Он видел, как Гарри отвлёкся на что-то — может, на шум на улице, а может, просто задумался о чём-то, что его терзало. Лестрейндж мог почти угадать: Поттер снова прокручивал в голове разговоры с Томом. Велкану было известно, что в этих разговорах были не только угрозы, но и… что-то ещё.       Иногда мальчишка резко вставал и начинал ходить по комнате — туда-сюда, туда-сюда, как зверь в клетке. Лестрейндж видел это в отражениях, в тени, двигающейся по стене. Потом он снова садился, снова смотрел в окно.       — Скоро, — прошептал Велкан, чуть не касаясь губами холодного стекла. — Скоро тебе придётся выйти.       Он знал, что план уже почти готов. Форду приказано держаться рядом и ждать сигнала. Нужно было только отвлечь Фламеля и Дамблдора, чтобы никто не помешал и Лестрейндж мог бы поклясться, что Гарри, сидя там в своей маленькой кухне, чувствовал, что что-то надвигается.       Дождь начался внезапно. Сначала лёгкий, почти ласковый, а потом всё сильнее, с хлёсткими каплями, что били по подоконникам и стучали в водосточные трубы. Лестрейндж не любил дождь — он размывал очертания, мешал видеть лица. Но сегодня дождь был ему на руку.       Внутри квартиры Фламеля зашевелились. Николас в кухне, что-то бормочет, пока Гермиона раскладывает продукты по шкафчикам. Поттер, как обычно, у окна и вдруг — стук в дверь. Не громкий, но уверенный. Гермиона подняла голову, но открывать не пошла. Фламель сам поднялся и, ворча, побрёл в прихожую. Лестрейндж подался вперёд, пытаясь уловить хоть что-то.       Вернулся Фламель с конвертом. Толстый, плотный, с сургучной печатью Министерства Магии.       — Вот ещё… — алхимик сел за стол, бормоча что-то себе под нос. — Нашли старика, чтоб гонять по дождю…       Гермиона вопросительно посмотрела на него, но Фламель уже вскрывал письмо. Глаза пробежали строчки, и его лицо стало каменным.       — Что там, сэр? — Осторожно спросила она.       — Срочная встреча по поводу какого-то артефакта и интервью, — ответил он, слишком быстро, как показалось Рону. — Рано или поздно они всё равно заставили бы меня явиться. Не нравится мне всё это.       Он поднялся и уже пошёл собираться. Лестрейндж даже отсюда видел, как он прячет письмо в карман, словно не хочет, чтобы его прочитал кто-то ещё.       Велкан позволил себе едва заметную улыбку.       Первый этап плана — выполнен.       Абраксас неплохо сработал, устроив этот «срочный вызов». Министерство теперь могло держать Фламеля хоть до вечера, хоть до утра, а это значило, что Гарри и его друзья останутся без главного защитника. Именно в этот момент в кармане Лестрейнджа дрогнул маленький серебряный жетон — сигнал.       Форд приступает.       Мужчина откинулся в кресле, скрестив ноги, и закрыл глаза на пару секунд, чтобы просто насладиться моментом. Это была кульминация долгой игры, а в глубине его мыслей уже давно жила одна, особо опасная тайна.       Он знал, что Дамблдор ищет и что именно.       Маховик Времени.       Старый, редкий, почти легендарный. Достаточно мощный, чтобы перенести не на часы или дни, а на десятилетия.       Поттер, Рон и Гермиона были не из этого времени — Лестрейндж понял это давно. Не только по их странной манере говорить, но и по взгляде, полном какой-то… памяти о будущем. Дамблдор наверняка хотел вернуть их туда, откуда они пришли.       И именно поэтому Лестрейндж молчал.       Не сказал Тому ни слова.       Не потому, что жалел Поттера — нет, это было бы смешно, но слишком рано лишать себя такой забавной игрушки. К тому же, если Реддл узнает о маховике, он его уничтожит, а тогда вся эта игра закончится.       А Лестрейндж… Лестрейндж любил игры.       Он посмотрел на окна квартиры Фламеля в последний раз. Фламель уже надевал плащ, Гермиона что-то говорила ему вслед, а Поттер всё ещё сидел, хмурясь в своё отражение в стекле.       — Прощай, милая и уютная квартирка, Гарри, — шепнул Велкан. — Скоро ты её покинешь.       И почти сразу в подъезде того дома раздался глухой звук — будто кто-то уронил что-то тяжёлое.       Гарри даже не обратил внимания на первый звук — что-то глухо ударилось о плитку в подъезде. Здесь часто роняли сумки с овощами или зонты, а шум шагов и хлопанье дверей были привычны.       Но Гермиона подняла голову.       — Ты слышал? — Тихо спросила она, поглядывая в сторону входной двери.       — Что? — Гарри повернулся, но в этот момент послышался второй звук — более отчётливый, как будто кто-то споткнулся и рассыпал покупки.       — Пойду посмотрю, — отозвался Рон, уже натягивая куртку. — Вдруг это соседка, та, что с четвёртого…       — Рон, погоди… — Гермиона всё же пошла за ним, чувствуя, что-то не так.       Лестрейндж, наблюдая из окна напротив, чуть склонился вперёд.       Птенчики покидают своё гнездо.       Внизу, у подъезда, в полутьме под крышей стояла согнутая фигура в длинном поношенном пальто. В руках — рассыпавшиеся яблоки и хлеб, сумка безнадёжно валялась на ступенях.       — Ой, милые, помогите… — слабым, дрожащим голосом произнесла старуха, опираясь на перила. Слишком жалко было бы не помочь своей соседке, которая часто приносила им пирожки. Она даже пыталась флиртовать с алхимиком, но тот не замечал этого или вообще не понимал.       Гермиона сразу кинулась к ней, Рон нагнулся поднять хлеб.       — Осторожно, здесь… — начал он, но не успел договорить.       В следующее мгновение старуха выпрямилась, и морщинистое лицо словно растворилось в воздухе. Под капюшоном сверкнули холодные глаза Кендиса.       В его руках блеснула волшебная палочка.       — Petrificus Totalus!       Гермиона рухнула, будто кто-то перерезал ниточки её движений. Рон едва успел выпрямиться, как в него врезался второй заклинательный импульс.       Всё произошло за считаные секунды — так быстро, что Гарри, оставшийся наверху, даже не понял, что случилось. Он услышал только глухой удар и шорох одежды.       Генри ловко подхватил тела, словно они ничего не весили, и отступил в тень переулка, где уже ждал чёрный плащ второго участника.       Велкан, наблюдая сверху, не спешил уходить. Он смотрел, как Гарри вылетает из двери, сбегает по лестнице, видит пустые ступени и упавшую сумку с яблоками, которые катились по плитке.       — Поздно, мальчик, — шепнул Лестрейндж себе под нос.       Поттер бросился в переулок, но там уже не было никого. Только капли дождя, падавшие с крыши, и мокрая тряпичная сумка на земле.       Велкан откинулся в кресле, достал серебряный жетон и, нажав на него, отправил короткий сигнал: «Доставка в пути».       В этот момент он подумал о маховике. О том, что, если всё сложится, Поттеру уже никогда не суждено вернуться в своё время.       И это будет не победа Реддла… а его личная.

***

      — Где вы...? — Дрожащим голосом спрашивал сам себя Поттер. Глаза бегали по улицам, ища Гермиону и Рона. Так смотрел, будто они просто прятались, а не были похищенными.       Я должен был пойти с ними.       Холод начал впитываться в плоть сквозь мокрые от дождя и остатков снега на земле. Он слишком быстро выскочил из дома, так что времени обуться и одеться не было. Белые носки стали чёрными, а легкая кофта на длинный рукав ни капли не согревала. Какие-то проходящие мимо зеваки, смотрели на него, как на психа, но на долго взгляд не задерживали — просто уходили. Чужие проблемы — не их проблемы. Им не зачем беспокоиться о каком-то парне, что решил в дождь выйти без обуви и нормальной одежды.       — Кто это мог быть? — Надежда, что это просто один из его кошмаров. И сейчас он проснётся и ничего из этого не будет. Гермиона будет ссориться с Роном по поводу важности книг в их жизни, а Фламель ругаться с телевизором, где ведущий говорил не правду о животных и так далее. Сейчас он проснётся и он окажется дома.       Но он не спал. Ему не снится кошмар.       — Может кто-то из магглов это сделал?       Но эта теория была слишком глупой. Он слышал хлопок аппарации, значит была задействована магия, а магглы ею пользоваться точно не умеют.       — Кому это выгодно?       Ответ пришёл сам, будто только и ждал нужного вопроса, чтобы выскочить в мыслях и дать ответ.       Том.       С магглами они не ссорились, да и тем была на них даже плевать. Да и не многих людей они в лицо знают. Но зато Поттер точно знал одного человека, который, чтобы добиться своего, готов даже пойти на крайние меры.       Реддл.       — Это же был не ты? — Умоляя шептал Гарри себе под нос, чуть ли не падая в грязь, ведь ноги уже не хотели держать его исхудалое тело.       Это же был не ты? Ты бы до такого не опустился бы?       Он тогда похитил Кендиса.       Нужно найти его....       Поттер развернулся и рванул в сторону площади, откуда он не сильно, но помнил дорогу к квартире Редлла, ведь тот сам его туда привёл. Дорога заняла не много времени, ведь людей было уже не так много, так что никто не мешался под ногами. Только волшебник иногда получал ругательства от водителей машин, под которые парень едва не попадал. Но хорошая реакция, отточенная годами тренировок с Оливером Вудом, чтобы быть настоящим ловцом — помогли.       И вот, он уже стоял перед самой дверью в квартиру. Ни единого звука от туда не исходило, хотя была вероятность, что их не было слышно из-за громкого дыхания Гарри. Передышка была ему необходима после пятнадцати минутной пробежки в сторону дома его будущего врага и того кого он ещё надеется спасти...       Он начал колотить кулаками по двери. Казалось, что сейчас весь дом выйдет смотреть, что за хулиган мешает им отдыхать и готовиться ко сну, но юного волшебника это не интересовало. Интересовал лишь один вопрос: «где Рон и Гермиона»       Спустя несколько десятков слишком громких стуков щёлкнул замок и дверь открылась. Тёплый воздух сразу же ударил в лицо измученному и напуганному ловцу Гриффиндора.       — Приветик, — слишком спокойный голос и в то же время угрожающий Реддла, заставил наброситься на него с кулаками.       — Где они, ублюдок!? — Кричал Гарри и схватил за воротник халата Реддла, который просто улыбался.       — Что с тобой, Гарри?       — Где они? — Голос срывался, но кричать он не переставал. Но недовольство в голосе позади него, заставило его повернуться и увидеть молодую девушку, которая была в пижаме, а рядом с ней была собака, что всё время виляла своим хвостиком.       — Что происходит? Вы на часы смотрите? — Раздражённо ворчала она, иногда прикрывая рот ладонью, чтобы скрыть зевок.       Том с раздражением от воплей Поттера, сразу же сделал лицо полное спокойствия.       — Простите, мой друг немного пьян, — его голос был слишком нежным. — Гарри, извинись.       Реддл схватил его за талию мёртвой хваткой и немного притянул к себе. Он бросил на него свой взгляд: «закрой свой рот и делай, что тебе говорят»       Гарри смутился от положения руки Реддла, но постарался повернуться в сторону девушки, что продолжала стоять и наблюдать за всей сценой, что сейчас происходила перед ней.       — Простите, мисс, — голос был тихим. Слишком много сил он портатил на крики и обвинения в сторону молодого Волдеморта.       Том только сильнее протянул его к себе и улыбнулся девушке, которая покраснела. Она прям прожигала взглядом руку Реддла на теле мальчишки, которого увидела впервые.       — Ладно, но больше не шумите..       Дверь за ней закрылась. Воцарилась тишина, где был слышен только бешеный ритм сердца, что хотело выпрыгнуть из груди. Он посмотрел на Тома, на лице котрого читались раздражение и гнев. Он вцепился в кофту, которая казалось порвалась на нём и швырнул во внутрь, закрывая на ключ дверь и накладывая заклинание, чтобы ни один звук из этого укромного места Тёмного Лорда, не вышел на свет.       — Что ты, блядь, творишь? — Больше не было того спокойствия или улыбки, что были на его лице до выхода соседки.       — Это ведь ты похитил Рона и Гермиону? — Хрипло спросил парень. Том слишком быстро оказался рядом с ним и схватил его за шею.       — Ты что за сцены устраиваешь?       — Где они?       Боль пронзила щеку волшебника. Правая часть лица, будто горела, очки чуть спали с переносицы, глаза не понимали, куда смотреть, а мозги переваривали то, что только что произошло.       Пощёчина.       Снова.       Пощёчина за пощёчиной навалились на его лицо. Они были не лёгкими, наоборот — Том не жалел силы, чтобы ударить по покрасневшему лицу парня, в его ногах.       — Спрашиваешь где твои друзяшки?       Поттер молчал. Было слишком больно, теперь ещё и слёзы катились по щекам, и жгли.       — Они у меня. «Кендис», которого, вы так сильно любили — схватил их по моему приказу.       Верить словам мужчины, которого он надеялся спасти, изменить, не хотелось. Каждое слово, что подтверждало его виновность, вонзалось в него, как меч, который он лично вонзил в пасть Василиска на втором курсе, чтобы спасти Джинни Уизли.       — Ты слишком наивный, Гарри, — Реддл снова улыбнулся, почти нежно, почти успокаивающе.       Ты же врёшь?       Слёзы начали хлюпая падать на пол. Их становилось всё больше и больше. Хотелось просто провалиться сквозь землю, лишь бы не находится здесь.       — Поч-Почему ты это всё делаешь? — Уже рыдая спрашивал он, стоя на коленях и хватаясь руками за Тома.       — Потому что ты — мой.       Мужчина схватил своими ладонями его лицо и прятнул к себе. Он специально давил на места, по которым он бил, чтобы заставить паренька придти в себя.       Гарри ничего не понимал и просто смотрел на него с глазами полными ужаса и слёз.       Да, смотри именно так...       Реддл чувствовал, как внизу живота становилось горячо. Прямо как тогда в Хогвартсе с тем пареньком из Гриффиндора. Всё было точно так же, просто другие обстоятельства, да и не было столько людей, как тогда. Были только он и Гарри. И этого ему хватало с головой.       — Какое же ты чудовище, Том, — прошипел он на парселтанге. Реддл побледнел. Он точно не ожидал, что Поттер знает змеиный, а тем более ещё и говорит на нём, но ужас сменился на извращённое восхищение и даже удовлетворение.       — Я твоё чудовище, а ты мой герой, Гарри, — Том за шею потянул парня поближе к своему лицу и поцеловал.       Поцелуй был долгим. Гарри не знал, как реагировать на подобное действие со стороны мужчины, которого он ещё недавно крыл матами и кричал. Ему было мерзко от него, но сказать, что ему не понравилось было бы ложью.       Ему это нравится.       Если Поттер мучался с мыслью, что это всё неправильно, то Реддл просто наслаждался своей властью над волшебником, которого каждую ночь представлял в самых извращённых снах. Слишком много всего он хотел вычудить с ним.       Ты мой, Гарри. Всегда был, есть и будешь. Даже если ты этого не хочешь, даже если ты будешь ненавидеть меня всей своей прекрасной и слишком невинной душой, ты всегда будешь принадлежать мне. Я избавлюсь от всех кто нам мешает, даже если это твои друзья, семья или знакомые...

***

      — Прошу прощение за опоздание, сэр, — тихий голос девушки нарушил тишину, трактира «Кабанья голова». Альбус сидел за одним из самых дальних столиков и ожидал свою бывшую ученицу, а сейчас зам-министра магии Британии.       — Не переживайте, мисс Шерлоу, — улыбнулся профессор. — Вы смогли достать его?       Девушка немного замялась, но кивнула и достала из своей сумочки маленькую шкатулку, полностью покрытую рунами и запечатанной на заклинания.       — Я надеюсь, что вы для благих целей будете его использовать.       — Конечно, — голос Дамблдора источал тепло. Девушка сразу же расслабилась. — Благодарю вас, вы не представляете, как сильно помогли мне.       — Главное, чтобы мне это боком не вышло. Если кто-то прознает, то меня ждёт Азкабан, так что прошу двести раз подумайте перед тем, чтобы начать действовать.       — Я никогда не сделаю ничего плохого людям. Ещё раз спасибо!       — Ладно, мне нужно идти, до свидания, сэр. — Девушка исчезла из его поля зрения. Альбус остался сидеть, но спрятал шкатулку во внутренний карман своей мантии.       Теперь у него в руках был Маховик Времени. Теперь он сможет помочь троим гостям из будущего, вернуться назад, в их время, к их семьям. Осталось только вернуться к ним и обрадовать новостью, но что-то не давало ему покоя. Что-то всё время капало ему на мозги, посылая не самые благоприятные мысли.       Нужно возвращаться к ним.       И он вернулся. Но дом в котром они жили был пуст. Внешне Дамблдор был спокоен, но внутри сражалась целая армия эмоций. Ни записки, ничего не было, что могло указать на причину пустующего дома. Хотя в подъезде были разбросаны овощи и хлеб, но больше ничего. Точнее был остаток магии, что использовали скорее всего для битвы, но это была магия только одного человека.       Тот же, что притворялся Кендисом.       Быстрыми шагами он направился к окну, будто там он смог бы найти ответы на свои вопросы, но ничего такого не было.       Значит Том добрался к ним...       Исход событий переставал ему нравиться всё сильнее и сильнее. Волшебник планировал уже выйти из квартиры, когда с грохотом вбежал Фламель. Казалось он вот-вот копыта откинет, ведь на старости лет ещё и бегает.       — Вампиры меня сожрите, я опоздал! — В его голосе был гнев на себя.       — Какой однако хороший план придумал Том.       — Есть варианты где дети?       — Гермиону и Рону насильно забрали, а вот Гарри... — профессору Трансфигурации не сильно хотелось озвучивать свои мысли. Он знал, точнее чувствовал, где сейчас Гарри, но не понимал где именно.       — Парень к Реддлу отправился.       Пришлось согласиться со словами алхимика, лицо которого помрачнело.       — Скорее всего именно такой исход Том и планировал.       — Мы должны их найти пока не поздно! — Николас ударил кулаком о стену, но вместо облегчения получил тупую боль в костях.       — В квартире были заклинания запрещающие аппарирование, именно поэтому их хотели заставить выйти из укрытия, — слова Дамблдора только наносил моральный урон на них.       — Том не причинит боли Поттеру, — голос Фламеля стал тише. — Надеюсь.       — Тогда займёмся поиском Гермионы и Рона. Их как раз и могут убить, поэтому стоит спешить.