Заключённый в объятиях

POV Kate

Я села на кровать, а она села напротив меня. Кажется, её что-то очень сильно тревожило. Это было то, что она явно не хотела говорить. Рассказывать. Открывать. Вспоминать. — Ты думаешь, что я убиваю невинных людей? Нет, Кейт, я никогда не трогаю невинных. Но Марко Поло… он дерьмо. Каким бы он себя не выставлял, он ужасный. Если ты не веришь, то возьми это — она достала телефон и открыла чат. Этот человек был подписан как «Клинт Бартон». Взяв телефон в руки, я начала читать информацию о том, чем занимается Марко Поло и на чём зарабатывает. — Нет... Это невозможно. Это ведь не так, правда? — я была в ужасе. Как так вообще можно? — Открой глаза, Кейт. Сними свои розовые очки и пойми, что в этом мире возможно всё. Да, даже если это карается законом, — она тяжело вздохнула и посмотрела своими зелёными глазами прямо в мои. — Я была маленькой девочкой, которая жила вроде обычной жизнью, но не всё так просто. Как оказалось, моя семья не была настоящей — это была программа и всё. Мне было всего лишь шесть лет, когда я попала в секретную советско-российскую учебную программу, — она тяжело сглотнула, и мне хотелось прижаться к ней. Обнять и показать, что я рядом. Слишком все меняется. — С тех пор... Я не видела ни родителей, ни сестру. Знаешь, мы невиделись так долго, что я даже начала забывать, но мне удалось освободиться. Я вышла из-под строя, ведь одна из вдов брызнула в меня антидот. Он помог мне освободиться от контроля, но я убила её. Не специально, сначала ранила, а потом пришла в себя. Из меня в красной комнате сделали отличного убийцу и шпиона. Когда мне удалось убежать, то на мне была задача освободить остальных вдов. Мы были чёрными вдовами, но, к сожалению, многие не могли выжить, — она облизала свои пересохшие губы, а я была в полном шоке. — Я отправила Наташе по почте антидот, чтобы он был у неё, но та взяла и приехала ко мне в Будапешт. При первой же встрече мы хорошенько подрались, но потом она резко предложила перемирие, когда чуть не задушили друг друга, — она усмехнулась от воспоминаний, а до меня дошло, что мы сейчас находимся в Будапеште. — Она когда-то пыталась убить Дрейкова, но не вышло. Ты бы видела её лицо, когда я сказала, что он жив. Она тоже было в той комнате, но освободилась раньше меня на несколько лет. В конце концов, в том доме на нас напали, и я, собственно, получила ранение, — она показала своё плечо, и там был шрам, небольшой, но видный. — Мы смогли убежать, а вечером сидели и пили пиво. Будто ничего и не было. В тот вечер она предложила уничтожить эту комнату раз и навсегда, а я согласилась. Тогда мы вытащили своего отца из тюрьмы и направились к маме. Наш семейный ужин прошёл не очень гладко. Нат сказала, что это всё было фальшиво, а я не выдержала и, взяв водку, ушла в комнату. Папа пришёл меня поддержать, но выходило у него не очень хорошо. Я не знала, чем тогда занимались Нат и Милена, но на этот дом напали агенты Красной комнаты. Отца вырубили дротиками, а я вышла из комнаты и достала свой пистолет. Я нашла Нат без сознания, а Милена оказалась сзади меня и, сказав, что ей жаль, вырубила меня электрошокером — я облизнула губы и думала над тем, что Елена рассказывает мне. Это звучало так нереально, но это было на самом деле. Я так была возмущена поведением мамы Елены, но не подавала виду. — Я проснулась на операционном столе. Они хотели вскрыть мой мозг и покопаться в нём, но тут голос мамы появился в моих ушах. Оказалось, они подумали обо мне и сунули микро наушник. Она сказала, что у меня есть нож, и, вытащив его, я освободила себя и убила пару ребят. Оказалось, что Дрейков создал базу не на земле — нет, она была в воздухе. В чёртовом небе. Наташа и Милена в доме приняли облики друг друга — у нас такое возможно. Что-то вроде маски. И такими темпами Наташа под видом мамы попала прямо к Дрейкову. Было на самом деле очень тяжело, но мы многих освободили и наконец-то уничтожили Красную комнату. Она в прямом смысле рассыпалась. Но самое главное, что многие были свободны, — я как будто была в другом мире. Где было много не наказанных и не только. — Наташа была рядом первые три года, а потом, когда уверилась, что я научилась всему, отпустила в свободное плаванье. Мы с Нат не прекратили общение; она всегда была рядом и никогда не бросала. С родителями не получалось найти общий язык, и я не знала, как быть. Разговаривать не хотелось, ведь они, казалось, прекрасно знали, что происходит, но всё равно так поступали. Хотя, возможно, и у них не было выбора. Что касается моей работы, я давно в компании, которую создала Наташа вместе со своим лучшим другом Клинтом. Государством само собой знает про это, они наоборот поддерживают и порой кидают заказы. Как ты понимаешь, там работают такие же, как я, профессионалы своего дела, знающие, чего хотят. Клинту и Наташе платит государство за всё, что они делают. Вся полиция в наших руках, а если кто-то не в курсе, стоит лишь произнести «чёрный сокол», и все поймут. Думаю, что на этом пока что всё. Теперь тебе решать, оставаться со мной или нет. Я дам тебе столько времени, сколько потребуется. А если ты решишь уйти, квартира в Мидтаун твоя, и карта с деньгами. Обещаю, каждый месяц буду отправлять деньги. А сейчас ты можешь идти. — Её голос был спокойным и тихим. Губы пересохли от того, что она много говорила. Теперь всё это уже не казалось таким страшным и ужасным. Ужасным было то, что она пережила, и всё равно стояла, ровная и непоколебимая. Я аккуратно дотронулась до её руки и тихо прошептала: — Ты такая сильная, Елена. Не думаю, что на твоём месте я бы выдержала такое. Её глаза встретились с моими, и я была уверена, что теперь она будет спокойна. Ей не стоит переживать, что я могу что-то узнать. — Спасибо, что открылась мне. Я ценю это, и будь уверена, что можешь мне довериться. Я не уйду никуда и останусь с тобой. После этих слов в её глазах появился огонёк, который за секунду погас. — Что ж, раз так, то поздравляю, Кейт. Ты теперь одна из нас. Ты не выходила из комнаты несколько дней. Тебе нужно отдохнуть и набраться сил. А теперь иди спать. Я кивнула. Встав со своего места, направилась к двери, а Елена пошла за мной и открыла дверь ключом. — Сладких снов тебе, ангел,— мягко прошептала она. Я, выйдя из комнаты, повернулась к ней и ответила: — Тебе тоже сладких снов, Елена. После этих слов я быстро встала на носочки и поцеловала её в уголок губ, рванув к себе в комнату. Сердце билось бешеным темпом, а Елена застыла в дверном проёме. В комнате я включила светильник и плюхнулась на свою кровать. Усталость и множество мыслей накрыли меня, и я начала засыпать, думая...