Там , где кончается смерть ( рабочие )

«Истинная тяжесть власти — не во власти над жизнями других, а в осознании, что ради их спасения ты лишаешь их свободы.»

--- После ужина с кланом Феникса глава Нин пошёл, чтобы уложить свою дочь спать. Он долго сидел у её кровати, смотря, как Рон Рон, уже сонная, всё ещё держит его руку, шепча сквозь полудрёму: – Папа, а можно завтра снова погулять с Линсюэ и Хунцзюнем?.. Глава клана мягко улыбнулся, поправляя выбившийся локон её волос: – Конечно, моя малышка. Отдыхай. Он не знал, что ответит завтра клану Феникса. И не знал, какой выбор сделает она, когда вырастет. --- После глава Нин вернулся в комнату, предоставленную ему кланом Феникса. Просторное помещение было обставлено с вниманием к каждой мелочи: в углу стоял мини-бар с изысканными винами, рядом мерцал мягким светом камин, перед которым стояли два глубоких кресла с высокими спинками. На полках рядом с камином аккуратно располагались книги разных жанров, а на низком столике лежали доски для Го и шахмат – если гость пожелает скоротать вечер в уединении или беседе. Но сейчас глава Нин был не один. В кресле у камина, положив ногу на ногу, сидел Чень Синь. Лунный свет, пробиваясь через открытые ставни, озарял его серебристыми бликами, делая его лицо почти нечеловечески спокойным и отстранённым. Он выглядел погружённым в собственные мысли, его рука слегка постукивала по подлокотнику кресла, выдавая напряжение. – Я не понимаю, что делать, – наконец нарушил тишину глава Нин, проходя по комнате и останавливаясь у окна, откуда было видно сад, освещённый луной и мягкими фонариками. – У нас очень мало атакующей мощи. Сейчас наш клан спасает лишь то, что вы с Гу Жуном стоите на его защите… но нам нужны новые мастера атаки, верные клану. Дети Ма Тяньжуна очень талантливы… в пять лет они уже пробудили своих духов и получили первые кольца. Такие таланты укрепили бы наши ряды… Но я не хочу, чтобы из-за моего решения те, кого я люблю, страдали. Его голос дрогнул, когда он упомянул дочь: – Я ведь после смерти жены клялся, что сделаю всё, чтобы Рон Рон была счастлива и ни в чём не нуждалась. Я не хочу возлагать на неё такое бремя. В свете камина отражались отблески огня в его глазах, когда он обернулся. Он метался, разрываясь между долгом главы клана и отца, который не хотел лишать свою дочь права на выбор. Чень Синь слегка наклонил голову, его голос прозвучал спокойно, но в нём ощущалась тяжесть прожитых лет: – Да, такие таланты пригодились бы нашему клану. Через десять лет, с должным обучением, они могут стать великими мастерами. Особенно Ма Линсюэ. Она обладает парными духами и, к тому же, с рождения имеет сильную кость духа… Её потенциал огромен. Он поднялся и подошёл к окну, став рядом с главой Нином. Лунный свет мягко падал на его серебристые волосы, делая их похожими на нити света. Несмотря на свои годы, он выглядел молодо, ведь титулованные доулоу, достигшие 95 уровня, переставали стареть, и именно это было одной из причин, почему маги стремились к вершинам. – Если Храм Боевого Духа уже начал истреблять малые кланы, наращивая мощь, то в будущем он может прийти и за нами, – продолжил Чень Синь, глядя в ночное небо, где мерцали звёзды. – И если мы сейчас не примем меры, то тогда будет слишком поздно. В комнате снова воцарилась тишина, слышно было лишь потрескивание дров в камине. – Когда я вступил в клан Семи Сокровищ, я пообещал защищать его, делать всё ради него… – сказал он, не отводя взгляда от луны. – И больше всего я пообещал твоей жене, что защищу её дочь. В его глазах мелькнула тень грусти. – Нам нужно наращивать силу, пока есть время, – тихо, но твёрдо произнёс он. – Лучшее решение сейчас – согласиться на двойной брак. Глава Нин резко обернулся, глаза его расширились: – Старейшина, вы уверены?.. Если Рон Рон откажется от брака, вы будете связаны с Ма Линсюэ до конца ваших дней. Нам пока ничто не угрожает напрямую. Может, в будущем найдётся другой способ укрепить наш клан… Не стоит жертвовать ради этого вашей свободой. Чень Синь закрыл глаза, медленно выдыхая, словно сбрасывая груз мыслей: – Я всё прекрасно понимаю, – его голос был ровным, но в нём ощущалась скрытая боль. – Но ты тоже должен понять. Возможно, такого шанса больше не представится. Такие таланты могут больше никогда не войти в наш клан. Да и не я один от этого пострадаю… Я прожил долгую жизнь, и до сих пор одинок. Я сомневаюсь, что когда-либо полюблю. И мне жаль девочку, которая может быть обречена жить в браке со мной. Даже если она в будущем полюбит кого-то другого, она не сможет быть с любимым… Он посмотрел в глаза Нину, и на миг в его взгляде мелькнула искра неуверенности, но он тут же её потушил. – Но это цена, которую я готов заплатить, чтобы спасти их жизни. Ему казалось, что в будущем Ма Линсюэ может возненавидеть его за это решение. Но, возможно, она когда-нибудь поймёт, что благодаря этому она и её брат останутся живы. Глава Нин медленно опустил голову: – Раз вы уверены… Завтра я дам ответ клану Феникса. И если они согласятся, мы проведём церемонию и на закате покинем их земли. Надеюсь… Надеюсь, что Хунцзюнь и Рон Рон полюбят друг друга и захотят быть вместе. В ту ночь оба понимали: пусть это решение жестоко по отношению к детям, но иногда приходится жертвовать мечтами и свободой, чтобы защитить тех, кто ещё не может защитить себя. А за окнами луна продолжала светить над кланом, отбрасывая длинные серебристые тени на каменные дорожки, будто напоминая: за всё приходится платить. Даже если платить придётся сердцем.