Там , где кончается смерть ( рабочие )

Рассвет прокрался в лес мягкими золотыми лучами, осторожно пробиваясь сквозь густую листву. Воздух был прохладным, свежим, пропитанным ароматом влажной земли и трав. Я медленно открыла глаза, ощущая, как по венам плавно и уверенно течёт новая сила. Всю ночь я провела в медитации, поглощая кольцо духа Алмазной Черепахи, и теперь моё тело стало крепче, движения — увереннее, а дыхание — глубоким и ровным. 32-й ранг. Новый навык — Алмазная стена. — Сестра! — Хунцзюнь, запыхавшийся, подскочил ко мне, едва не споткнувшись о корень старого дуба. — Ты наконец-то закончила! Ну, рассказывай, что за способность получила? — Алмазная стена, — ответила я, чуть коснувшись земли ладонью. В воздухе передо мной соткалась сияющая, почти ослепительная преграда, её поверхность сверкала так, будто была выточена из чистейшего кристалла. — Попробуй ударить. Хунцзюнь, конечно, не стал церемониться. Его кулак, пылающий огнём феникса, с силой врезался в стену… и в следующее мгновение энергия удара рикошетом вернулась обратно, заставив его отшатнуться. — Ого! — брат широко распахнул глаза. — Ты не только защищаешь, но и атакуешь! Это просто… невероятно! — Линсюэ, — вдруг вмешался Дай Мубай. В его голосе звучало неподдельное восхищение. — Я и не подозревал, что в Академии Шрек скрыт такой… алмаз. Я едва заметно нахмурилась, но Хунцзюнь тут же расправил плечи и встал между нами: — Эй, братец Мубай, даже не думай подкатывать к моей сестрёнке! — Я и не думаю, — спокойно усмехнулся он, глядя куда-то в сторону. — У меня уже есть та, кому я отдал своё сердце. — Ребятки, вы молодцы, — неожиданно раздался голос учителя Чжао, ломая утреннюю тишину. — Но наша охота не закончена. Теперь идём за кольцом для Хунцзюня… и для Дай Мубая. Я вскинула бровь. — Для Мубая? Но ведь ты был только на двадцать восьмом ранге, когда мы сюда пришли. — А теперь тридцатый, — ответил он спокойно, и в его глазах мелькнул стальной отблеск решимости. — Ты способный, — сказала я чуть мягче. — Поздравляю. — Я не намерен отставать от вас по силе, — произнёс он твёрдо, и я почувствовала, что это не просто слова. Мубай действительно не хотел быть обузой. Ветви над нашими головами зашептались под лёгким ветром, словно подталкивая нас вперёд. Мы тронулись в путь — навстречу новой битве, новым кольцам… и, возможно, новым испытаниям, где вновь придётся доверять друг другу без остатка. ------------------------------ Мы шли уже несколько часов, и с каждым шагом лес менялся на глазах. Мягкая, прохладная зелень осталась позади, а воздух стал сухим, жгучим и плотным, будто невидимый жар обвивал кожу. Листва редела, уступая место чёрным, будто выжженным ветвям, а стволы деревьев были изъедены огнём и трещинами. Под ногами хрустел тонкий слой пепла, а в узких разломах земли лениво клубился дым, пахнущий гарью и раскалённым камнем. — Чувствуете? — тихо спросил Дай Мубай, сжимая кулаки, будто готовясь к бою. — Здесь очень сильная огненная аура. Я кивнула. Дар слепца уже предупреждал меня — впереди что-то… живое, но не из плоти и крови. Я ощущала пульсацию тепла, словно сердце пламени билось где-то в глубине поляны. Оно не просто горело — оно дышало. Мы вышли на открытое место. И там, в самом центре, как на пьедестале, рос он — Цветок Пламени. Лепестки из чистого огня медленно колыхались, как языки костра в тихий вечер, но в их танце было что-то опасное, предостерегающее. Каждый лепесток переливался оттенками от золотого до алого и багряного, а по краям языки пламени извивались, будто острые когти. Стебель был тёмно-бордовым, местами раскалённым добела, и излучал такой жар, что воздух вокруг дрожал, искажая картину. Поляна была мёртвой: ни травинки, ни звука. Даже ветер обходил её стороной. Лишь слабое потрескивание огня и редкие падения пепла с неба нарушали тишину. — Цветок Пламени… — тихо выдохнул Хунцзюнь, и в его голосе слышалось не просто восхищение, а почти жажда обладания. — Это моё. Только мы активировали своих духов, как от Цветка, будто в замедленном сне, начали отделяться лепестки из чистого огня. Они парили в воздухе всего мгновение, прежде чем сорваться в стремительном броске к нам. Их пламя было не просто жарким — оно горело так, будто хотело прожечь сам воздух, оставляя за собой красно-золотые следы. — Алмазная стена, — спокойно произнесла я, и из земли перед нами выросла сверкающая преграда. Её поверхность сияла холодным, ослепительным светом, контрастируя с жаром наступающего пламени. Первый лепесток ударил в стену — и взорвался, озарив всё вокруг вспышкой, от которой на миг ослепило. Второй и третий рванули следом, каждый взрыв отдавался в груди гулким толчком. Но стена стояла, отражая удары, а я ощущала, как сила внутри меня напряжённо пульсирует, удерживая защиту. — Ого… этот Цветок… минимум шесть тысяч лет, — восхищённо выдохнул Хунцзюнь, и в его голосе уже звучала жажда боя. Дай Мубай шагнул вперёд, и его фигура окуталась золотым сиянием. Барьер Белого Тигра раскрылся, словно солнечный щит, усиливая его силу, выносливость и защиту. Казалось, даже земля под его ногами стала прочнее. Я, не теряя времени, наложила на всех Железную броню. Белый свет, будто сплетённый из нитей стали, обвил наши тела, и я почувствовала, как мышцы наполняются тяжёлой, но надёжной мощью. — Брат, — сказала я, переводя взгляд на Хунцзюня, — ты должен своим пламенем перебить пламя Цветка. Мы его ослабим, а ты добьёшь. Мубай рванул вперёд, его шаги напоминали удары молота по земле. Световой луч Белого Тигра вспыхнул в его ладонях и устремился в сторону цветка, сжигая на своём пути языки пламени, что неслись к нам. Каждый удар света был, как молния, рассекающая полыхающий воздух. Цветок, словно почувствовав угрозу, задрожал, и из его пламенных лепестков вырвался новый поток — жар усилился так резко, что воздух стал плотным и вязким. Пламя сложилось в силуэт огненного льва, который рванул вперёд с рёвом, от которого дрожали обугленные деревья вокруг поляны. Мубай без страха встретил его, сияя золотом, а я в этот момент подняла вторую Алмазную стену, направив её так, чтобы сбить пламя с траектории и дать Хунцзюню возможность подготовить удар. Огненный лев, созданный Цветком, с рёвом врезался в мою Алмазную стену. Удар был такой силы, что по кристаллической поверхности пошли трещины, а воздух вокруг раскалился добела. Взрыв пламени окутал нас жарким туманом, и даже сквозь Железную броню я ощущала, как кожа начинает гореть. — Сейчас! — крикнула я сквозь гул пламени. — Огненные шары! — крикнул он, и с его крыльев сорвался град раскалённых сфер. Они врезались в пламенные лепестки, взрывая их прямо в воздухе, не позволяя приблизиться к нам. Цветок Пламени будто рассвирепел. Его стебель выгнулся, а вокруг него из почвы вырвались потоки жара. В небо взметнулся гигантский бутон, полностью состоящий из пламени, и ринулся на нас. — Хунцзюнь, сейчас! — закричала я. Он, зависнув в воздухе, опустил крылья и вызвал Землетрясение. Почва под Цветком вздрогнула, треснула, и из разломов хлынула раскалённая лава. Она обвилась вокруг корней, взревела, сталкиваясь с его пламенем, и начала поджигать сам стебель. Взрыв был ослепительным. Жар швырнул Мубая назад, мне пришлось снова поднять Алмазную стену, чтобы нас не задело. Когда дым рассеялся, Цветок Пламени стоял на последнем издыхании. Его лепестки тускнели, а сердце — пульсировало слабым, но ярким светом. — Довершай, — сказала я. Хунцзюнь спикировал с небес, весь окутанный пламенем, и врезался в сердцевину Цветка. Последний взрыв жара осветил поляну, а над обугленным стеблем закружилось кольцо духа фиолетового цвета. Брат опустился на землю и сел в медитацию. А мы сели чтобы отдохнуть от тяжёлой битвы.