Звёздный Рыцарь

      — Что он тебе сказал? — спросил Опал.       — Ничего существенного, возможно, он меня подозревает.       Опал, сверяясь с дневником, вводил координаты и, не поднимая головы, переспросил:       — Подозревает тебя?       — Подозревает, что твой муж, обладающий такими выдающимся способностями, возможно, нечеловеческое существо.       — Эй, — возмутился Опал, — это я твой муж! А ты просто милый домашний робот с функцией секс-услуг, и к тому же твой гарантийный срок уже истёк!       Рэймонд:       — …       Опал рассмеялся, показывая на Рэймонда: его каждый раз забавляло это выражение лица застигнутого врасплох человека.       — Если серьёзно, как думаешь, что он имел в виду? — спросил Рэймонд.       Он в общих чертах пересказал разговор с Азеласом. Опал тоже предположил, что Король заподозрил неладное из-за их способностей, но они не могли рассказать ему слишком много. Опал обучался у Звёздного Рыцаря, а Рэймонд был супербиороботом неизвестного происхождения. Они изначально обладали навыками куда более высокого уровня, чем наёмники Е-ранга.       — Пока мы не являемся для него угрозой, нет, не являемся угрозой для Ли, — сказал Опал. — Он всё равно никак не сможет это проверить. Даже если захватит тебя для генетического анализа, всё равно ничего не найдёт. Разве Лейджерсон не изменил твои гены?       Рэймонд кивнул. «Эра-VI» взмыла в воздух и вылетела за пределы атмосферы. Он откинулся во вращающемся кресле и, покачиваясь, спросил:       — А что, если однажды нам некуда будет пойти?       — Тогда возьмём деньги, купим маленькую планету и станем лордами, — ответил Опал.       Рэймонд рассмеялся:       — Неплохая мысль. Надо, чтобы там было море и лес…       Опал с самым серьёзным видом продолжил:       — Да, ещё нужны лето и зима, чтобы можно было кататься на коньках. Потом привлечём немного новых поселенцев. Людей будет мало. Можно будет расстелить одеяло на зелёной равнине, греться на солнышке, а когда наедимся — заниматься любовью, играть в «Симфонию грёз»…       Рэймонд, пролистывая электронную листовку на световом экране, спросил:       — Как вот это? Откуда это взялось?       — Это был подарок к сегодняшней газете, — ответил Опал, а взглянув на листовку, изумлённо воскликнул: — Ого! Что это такое?!       [Компания «Рай» создала для вас идеальное место отдыха: фантастический парк развлечений на планете Кэс]       [Место безграничных фантазий о любви и сексе: протяжённость экватора 30000 километров, стабильно тёплый климат на всей планете, площадь 33,6 миллиона квадратных километров, полный спектр развлечений]       На рекламном буклете были подтянутые мужчины и женщины с загорелой кожей и в очень откровенных нарядах.       [Парк развлечений, собравший воедино самые прекрасные и удивительные пейзажи Вселенной, позволит вам наслаждаться удовольствиями в любое время и в любом месте]       На картинках также были показаны ролевые костюмы кошек, леопардов, волков, звёздных лисиц. Опал сглотнул, оба смотрели на них. Рэймонд заговорил:       — В будущем можем съездить туда… Отправимся после возвращения с миссии? — он глянул на мелкий шрифт и добавил: — Входные билеты для пары всего шестьдесят пять тысяч кредитов, плюс два костюма зверей для игр в подарок.       Опал смотрел на рекламу нового парка: мужчина-модель был почти полностью обнажён, на голове у него была шапочка с леопардовыми ушками, а на бёдрах надет мягкий леопардовый чехол, по форме полностью повторяющий член и облегающий тело. Сзади чехол имел небольшой кармашек для мошонки, а спереди напоминал хобот, из которого немного выглядывал пенис, обнажая головку красивой формы.       Сверху на мужчине была надета облегающая тонкая куртка, очень короткая, она даже не доходила до талии. Её полы соединялись перекрёстными завязками, открывая крепкие грудные мышцы. Пупок и линия паха были отчётливо видны.       — Эта одежда слишком откровенная, — сказал Рэймонд. — Как в таком можно ходить?       — Это фантастический парк развлечений — ответил Опал. — Наверное, он для того и создан, чтобы люди приходили туда и занимались сексом.       Щёки Рэймонда слегка порозовели. Он прикусил язык, будто не мог поверить своим глазам, и переводил взгляд с модели на Опала. Тот, напротив, смело перевернул страницу и увидел красивые ягодицы и обнажённую поясницу мужчины. В его анус был вставлен длинный пушистый леопардовый хвост, а ниже шло описание этого звериного наряда: «Ректальный стимулятор „Симфонии грёз” внутреннего типа».       — Купить тебе такой? — спросил Рэймонд, усаживая Опала к себе на колени. Возбудившись, он принялись ласкать друг друга. Щёки Опала заалели: он представил себя и Рэймонда в этих звериных костюмах.       —  Давай съездим туда в следующий отпуск и поглядим. Чёрт, как дорого! — сказал Опал. — Билет на одного больше тридцати тысяч. Они просто выкачивают деньги.       От одной мысли о шестидесяти пяти тысячах становилось больно. Беднякам вроде Опала только и оставалось, что играть на корабле в дешёвую парную «Симфонию грёз». Налюбив друг друга вдоволь, Опал и Рэймонд завернулись в одеяло и принялись листать дневник наёмника, изучая информацию об особой спасательной миссии.       На странице стояла отметка «А» — личный знак поручений Азеласа.       Там были указаны координаты и расположение. Само задание изначально было опубликовано профессором Локосом из Ассоциации исследования древних космических цивилизаций. Общество назвало целевую планету Безмолвная Звезда. Её не было ни на одной звёздной карте, и она не имела координат Главного Астрографического Института, только условное обозначение.       — Внимание, — раздался голос системы «Эры-VI». — Расстояние до опасной зоны — 2,5 астрономических единицы. Интенсивность гравитационного поля слишком высока. Сближение не рекомендуется.       На световом экране отобразилась структурная схема двух гигантских нейтронных звёзд. Под углом двадцать два градуса к оси, соединяющей их ядра, была отмечена маленькая планета, окутанная мерцающей сеткой координатных линий. Она прошла последний отрезок пути в зоне мощного притяжения нейтронных звёзд, ненадолго задержалась у внешней границы гравитационного поля и медленно начала набирать скорость, двигаясь обратно к его центру.       В нижней части экрана стремительно менялись цифры, пока наконец не замерли на четырнадцатизначном отсчёте: 0000:00:03:18:47:23. Затем 23 изменилось на 22, потом на 21. Обратный отсчёт обозначал годы, месяцы, дни, часы, минуты и секунды.       Это означало, что оставалось всего три дня и восемнадцать часов до того, как Безмолвная Звезда войдёт в зону гравитационного поля. Затем она покинет его с другой стороны только через семьсот с лишним лет.       — Вызываю Ли, вызываю Ли. Отряд наёмников Дым и Меч. Прибыли на внешнюю границу гравитационного поля двойной нейтронной звезды, — сказал Опал, набрав код для длинноволновой связи, который передал им Азелас.       Рэймонд посмотрел на световой экран, ввёл длинную последовательность цифр и принялся анализировать возможные точки посадки.       — Вызываю Ли, — повторил Опал. — Это главный штаб Гильдии?       — О, нет, — донесся до них безэмоциональный голос Баньшоу, пробиваясь сквозь длинноволновую связь. Слова то и дело прерывались шипением: — Это… да… Азелас…       — Господин Баньшоу, — сказал Опал. — Тебя почти не слышно.       Внезапно раздался пронзительный писк, вызывающий боль, Рэймонд и Опал одновременно зажали уши. Коммуникатор визжал очень долго, а затем помехи стихли. Из динамика раздался спокойный, как будто ничего не произошло, голос Баньшоу:       — А теперь?       — Стало лучше, — сказал Рэймонд. — Господин секретарь, почему отвечаешь ты?       — Особая проблема, — ответил Баньшоу. — Наш Король пристально следит за этим делом, но не хочет, чтобы о нём знало слишком много людей… — он немного помолчал. — Это специальный канал связи, через него я буду связываться с вами. Попробуйте установить связь с Безмолвной Звездой.       — «Властелин Будущего» и «Глубоководная Торпеда» не отвечают, — доложил Опал. — Высылаю данные по планете.       — Принято. Медленно приближайтесь, но пока не высаживайтесь на планету.       Опал переключил автопилот на ручной режим, отрегулировал панель пространственной балансировки, и «Эра-VI» развернулась, постепенно набирая скорость.       — Предупреждение, предупреждение…       — Отключите вашего болтливого робота, он мешает моим расчётам, — сказал Баньшоу.       — А если нас притянет к нейтронной звезде? — отозвался Опал. — Я не хочу превратиться в лист бумаги.       — Разумеется, не притянет. Думаешь, звание лучшего навигатора Ли — это просто шутка?       В тёмном космосе за иллюминатором показалась Безмолвная Звезда во всей своей красе. Её поверхность была почти идеально гладкой под светом далёкой звезды, словно металлическая луна на чёрном бархате.       — Это не похоже на планету, образовавшуюся естественным путём, — сказал Рэймонд. Баньшоу едва слышно пробормотал:       — Я вижу изображение… Я согласен.       Её внешняя оболочка отливала серым металлическим блеском. Тысячи неглубоких каньонов образовывали упорядоченные узоры, а каждая глубокая борозда выглядела так, будто была прорыта искусственно. Все трое замерли. Они прекрасно понимали, что это значит: рукотворный металлический памятник древности. Скорее всего, это была древняя военная крепость.       Голос Азеласа прервал молчание:       — Я передаю это дело тебе, Баньшоу. Мне нужно лететь в Республику, чтобы обсудить вопрос по планете Нюйло.       Баньшоу согласно хмыкнул. Рэймонд с Опалом оба вздрогнули от неожиданности и переглянулись.       Баньшоу спокойно сказал:       — Он ушёл. Продолжаем.       — А когда он пришёл? — спросил Рэймонд.       — Когда я произносил третью фразу. Но сейчас он уже вышел из эфира… Можете показать обратную сторону планеты?       Опал, повернув штурвал, небрежно спросил:       — И что же скрывается за этим поручением?       — Очень многое, — пробормотал Баньшоу. — Так много, что вы три дня уснуть не сможете. Что там на тёмной стороне планеты? Давайте посмотрим…       Гипнотический голос Баньшоу звучал так убаюкивающе, что Рэймонд и Опал начали клевать носом. «Эра-VI» изменила траекторию и облетела вокруг планеты, чтобы исследовать её обратную сторону.       — Это полуискусственная планета, — сказал Баньшоу. — Похоже, что обломки большого космического корабля были вмонтированы в метеорит.       — Угу, — Рэймонд запустил программу анализа кратеров на обратной стороне Безмолвной Звезды. — Семьдесят три процента железа, очень высокая концентрация… Я не вижу какого-то космического вооружения на освещённой стороне планеты. Как думаешь, кто мог создать что-то подобное?       Баньшоу молчал, Опал, не переставая думать о предыдущем разговоре, спросил:       — Так всё же, что тут скрыто?       — Если говорить кратко, — ответил Баньшоу, — эта штуковина как-то связана со старой картой сокровищ. Республика выложила кругленькую сумму на аукционе на планете Вечного Дня, чтобы заполучить фрагмент звёздной карты…       Опал и Рэймонд одновременно вздрогнули.       — Так это же было наше задание! — воскликнул Опал.       — Да ну? — голос Баньшоу совсем не выражал удивления. — Думаю, это неважно. Секрет, скрытый в недостающих фрагментах карты, касался Безмолвной Звезды. Информация просочилась через несколько каналов… Одна копия была у Джеймисона, ещё одна у республиканского разведчика… Но вскоре разведчика убили, а фрагмент украли прямо по пути домой.       — Кто убил? — спросил Опал.       — Кто знает? Может, пираты. Вскоре кто-то разместил это задание. Тогда мы ничего об этом не знали, Азелас даже не обратил на него внимания. А Джеймисон никому ничего не сказал, просто скопировал чертёж фрагмента звездной карты.       — И что потом? — Рэймонд откинулся на спинку кресла, глядя на изображение кратера на голографическом экране, и добавил: — Думаю, нужно взять образцы на анализ.       — Не высаживайтесь пока, — сказал Баньшоу. — Как только ступите на эту планету, длинноволновая связь будет заблокирована излучением нейтронной звезды, и мы больше не сможем связаться… Затем Джеймисон задал госпоже Рафине несколько вопросов, связанных с координатами этого места, и эта умная и болтливая женщина сразу смекнула, что он задумал, и рассказала всё Азеласу. А потом началась война. Многие вопросы тогда не успели решить как следует, и одно потянуло за собой другое. Вы взяли это поручение, но не успели выполнить, и в итоге его пришлось отложить.       Опал вспомнил, что тогда погиб Джейми, и спросил:       — Значит, Джеймисон тоже был заинтересован в этом месте?       — Да, — подтвердил Баньшоу. — Король полагает, что ему нужен был механоид, созданный древней цивилизацией, чтобы отомстить за своего брата. Это и есть первый секрет.       — А что ещё? — спросил Рэймонд. — Выкладывай всё сразу. Нам нужна максимально подробная информация.       Баньшоу устало произнёс:       — Ещё есть история одного космического пирата, который побывал здесь семьсот сорок семь лет назад.       — Космического пирата? — переспросил Опал.       — Космического пирата, — повторил Баньшоу. — Это информация, которую командир отряда Небесный Сокол раздобыл ещё до того, как отправился на поиски ваших друзей. Безмолвная Звезда появлялась здесь и раньше. Три цикла назад, то есть две тысячи двести лет тому назад её уже обнаруживали. Шайка пиратов высадилась на этих руинах, но почти все они погибли. В живых остался только один.       — Он ещё жив? — спросил Рэймонд. Он сел за пульт управления и отправил Баньшоу все полученные аналитические данные.       — Умер, — ответил тот. — Я обнаружил кое-что интересное. Этого выжившего звали Клод Аристарх.       Опал переписал картографическую информацию на чип E7 и сказал:       — Продолжай.       — А мать Сида, члена отряда Быстрые как Огонь, зовут Тея Аристарх.       Опал и Рэймонд замолчали. Прищурившись, Опал облизнул губы:       — Значит, это её родственник? Этот парень что-то знал.       — Да, — согласился Баньшоу. — Всё верно. В конце концов, в первом задании требовалось только измерить силовое поле и определить координаты в окрестностях системы. Высадка на планету и исследование не входили в план. Похоже, Сид решил, что здесь спрятано какое-то сокровище, и захотел на него взглянуть. А заодно втянул в это дело Сюня. Это вторая тайна.       — Ты тоже его знаешь? — спросил Рэймонд. — У этого парня, Сюня, довольно скверный характер.       — Конечно знаю, — ответил Баньшоу.       — Это всё? — спросил Опал. — Что-то не похоже на тайну, из-за которой можно не спать три ночи. Чего-то явно не хватает.       — А тот парень, Сюнь, которого он втянул… — заговорил Баньшоу. — В общем, говорят, он — незаконнорождённый сын нашего Короля.       Опал и Рэймонд:       — …       — Ты победил, — сказал Опал. — Теперь мы хотим…       — А теперь разворачивайтесь, — произнёс Баньшоу.       Рэймонд взял управление на себя и сказал:       — Нет, я собираюсь сначала взять образцы и посмотреть.       — Немедленно разворачивайтесь! — резко возразил Баньшоу. — Вы слишком близко!       — Чёрт возьми… — пробормотал Опал.       Кратеры за иллюминатором неумолимо приближались. Рэймонд крикнул:       — Мы не можем двигаться! Что-то блокирует путь!       Безмолвная Звезда приближалась всё быстрее.       — Мы в ловушке силовых полей нейтронных звёзд! — воскликнул Опал.       — Включите все двигатели! — скомандовал Баньшоу. — Если не сможете вырваться через тридцать секунд, покидайте корабль!       — Дайте мне попробовать!       — Подготовь спасательную капсулу! — сказал Рэймонд.       — Это корабль, который мне мама подарила! — крикнул Опал.       — Жизнь важнее! — заорал в ответ Рэймонд. — Потом куплю тебе лучше!       — Держите ровно! — скомандовал Баньшоу. — Смотрите на тени! Наложение теней указывает на гравитационное поле! Летите над самой поверхностью! Не отклоняйтесь! Гравитационная орбита рассчитана верно!       — Мы врежемся! — закричал Опал.       Четыре двигателя «Эры-VI» одновременно выбросили ослепительное пламя. Корабль, едва не задевая гребни кратеров, устремился вперёд. Зона тени за кормой стремительно расширялась. С гудящим звуком корабль, вращаясь, вылетел из гравитационного поля нейтронной звезды и ринулся в открытый космос.       Баньшоу своим привычно-равнодушным тоном произнёс:       — О, должно быть это были незабываемые впечатления.       — Незабываемые, блядь! — в ярости воскликнули в один голос Опал и Рэймонд.       «Эра-VI» развернулась. Спина Опала взмокла от пота — ещё чуть-чуть, и они бы погибли в космосе. Оба на мгновение замерли в тишине.       Баньшоу нарушил молчание:       — Попробуйте высадиться на освещённой стороне. У вас осталось три дня и шестнадцать часов.       — Я спущусь первым и осмотрюсь, — сказал Рэймонд, вставая, чтобы взять гравитационный пояс.       Опал, едва избежав гибели, всё же не забыл о сплетнях и спросил:       — Так от кого внебрачный ребёнок?       — А кто его знает? — лениво протянул Баньшоу. — Для размножения через генные манипуляции нужно согласие обеих сторон, заверенное подписями. Если же задействован только один человек, требуется хотя бы свидетельство о браке и уведомление о смерти супруга. Но Азелас ещё не умер, вступать в брак он явно не собирается и уж точно не настолько беден, чтобы торговать спермой. Поэтому я предполагаю, что мать Сюня — женщина. Только в этом случае она могла бы зачать его естественным путём, выносить и родить.       — А он сам знает? — с любопытством спросил Опал.       — Думаю, Сюнь ещё не в курсе. Но он обязательно узнает. Наш Король слишком любит обманывать себя.       — Вот это действительно сногсшибательная новость, — сказал Опал.       — Да, — согласился Баньшоу. — Говорят, Король знал об этом с того момента, когда Сюнь впервые прибыл на Ли, и тайно его опекал. Вот только этот парень ведёт себя скверно и ничему хорошему не учится. Поэтому Король и не хотел признавать, что у него есть такой… непутевый сын. К счастью, Сюнь наконец-то начал исправляться. Рэймонд, застёгивая пояс, сказал:       — Будь у меня отец-Король наёмников, я бы шантажировал его добрым именем, чтобы он купил мне звездолёт с прыжковым двигателем. Или, по крайней мере, выплачивал бы алименты.       — О да, — отозвался Баньшоу. — Розен тоже считал, что это несправедливо по отношению к незаконнорождённому ребёнку. Он первым и догадался обо всём, потому что видел, как Азелас корит себя и проявляет повышенное внимание к Сюню. Хранить эту тайну ему было невероятно трудно. В конце концов Розен не выдержал и рассказал всё Хуэйлану, взяв с него слово, что тот никому не скажет. Но Хуэйлан по пьяни выболтал этот секрет Ульке. Улька тоже не сдержался и рассказал всё Джейми и его брату, взяв с них слово молчать. Джеми, в свою очередь, не выдержал и поведал о тайне своей названой сестре — Шайе, вице-капитану Неистовой Волны. А Шайя рассказала одному болтливому клерку. Тот, в свою очередь, рассказал об этом на работе как о забавной истории, а в кабинете в тот момент была одна сотрудница из отделения в Закатном Городе, а она, когда гуляла по магазинам и что-то покупала, наткнулась на… кхм, Лили…       Опал:       — …       Рэймонд:       — …       — Лили сказала мне, чтобы я ни в коем случае никому не рассказывал, иначе она меня придушит. А я сейчас, рискуя жизнью, рассказываю вам. Пожалуйста, ни в коем случае никому не говорите об этом. А если уж скажете, то не говорите, что узнали это от меня. Мы должны сохранить эту тайну для Короля и для нас самих. Иначе всем нам конец… Я сегодня и так слишком много наговорил.       Опал, не зная, смеяться ему или плакать, ответил:       — Ты, по сути, ничего и не сказал. Готовимся к высадке.       — После высадки вы больше не сможете пользоваться длинноволновой связью, — предупредил Баньшоу. — Пространство вблизи нейтронной звезды искривлено из-за её огромной массы. Если наткнётесь на что-то необычное, не лезьте на рожон. Вернитесь на корабль, поднимитесь в воздух и отправьте мне сигнал.       — Будем действовать по обстоятельствам, — сказал Рэймонд.       — Я вам доверяю, — ответил Баньшоу. — Приступаю к анализу данных. Самое большое через сорок восемь часов я пришлю вам на подмогу отряд ранга А, — он помолчал и добавил:       — Желаю вам сто лет жизни.       — Живи сто лет, — ответил Опал.       «Эра-VI» с грохотом опустилась на поверхность Безмолвной Звезды и замерла.       — Я выйду первый, осмотрюсь, — сказал Рэймонд.       — Возьми с собой E7.       Рэймонд с E7 ступили на поверхность планеты. Гравитация здесь была слабой, поэтому он подпрыгивал при каждом шаге. E7 же со звуком «бип-бип-бип» полз следом, перебирая гусеницами по земле. Большая и маленькая фигуры, идя рядом, выглядели довольно комично.       Опал, коснувшись коммуникатора, спросил:       — Что-нибудь обнаружили?       — Пока ничего, — ответил Рэймонд. — Что тебя так веселит?       — Ничего, — отозвался Опал. — Просто вы с E7 — забавная парочка.       Рэймонд, остановившись у края глубокой металлической расщелины, заглянул внутрь.       — Думаю, стоит спуститься и посмотреть.       — Лучше не надо, — ответил Опал. — Если глубина окажется больше пятидесяти километров, мы потеряем связь.       — Я вижу вход. Похоже на дверь.       Рэймонд включил записывающее устройство на поясе и передал изображение на корабль.       Опал перевёл взгляд на экран. На нём был виден провал чёрного тоннеля, бесконечно уходящий в глубину.       — Возвращайся, — сказал Опал. — Пойдём вместе.       Опал действительно волновался, поэтому Рэймонд вернулся к кораблю ждать его.       — Возьми с собой поесть, — сказал он. — Ты вечно голодный.       — Это просто нормальная физиологическая потребность! — возмутился Опал.       Он застегнул пояс, включил ионный кислородный генератор, взвалил на плечо оружие и собрал рюкзак со всем необходимым для выживания: портативный датчик жизнедеятельности, коммуникатор, еда, устройство для получения воды, две электромагнитные пушки, фотонный нож, переводчик и анализатор веществ.       Опал спустился на поверхность и запер корабль. Это место напоминало гигантскую металлическую платформу — каждый цунь был идеально ровным.       Опал огляделся по сторонам и спросил:       — На что, по-твоему, это похоже?       Рэймонд забрал у него рюкзак, взвалил его на свои плечи и ответил:       — На бесконечную танцевальную площадку. Ты умеешь танцевать?       — Нет, — признался Опал. — Но я видел в кино ещё когда работал шахтёром. Аман учился танцевать по фильмам. Он был этим очень увлечён…       — Попробуем? — предложил Рэймонд.       Он взял Опала за руку, они развернулись друг к другу и сделали несколько танцевальных движение на поверхности Безмолвной Звезды.       Рэймонд напел:       — Там-там-там…       Опал подхватил:       — Пам-пам-пам…       Оба рассмеялись.       — Где ты научился танцевать? — спросил Опал.       — Наверное, это было в чипе, сам не знаю. Научу тебя, когда вернёмся. Я же робот, который отлично разбирается в правилах этикета. Пошли.       Опал шёл за Рэймондом и, думая об этой сцене, не переставал улыбаться. Подпрыгивая на каждом шагу, они приблизились к расщелине.       Тень медленно накрывала далёкий кратер. Давным-давно Безмолвная Звезда действительно была военной крепостью, возможно, даже оснащённой каким-то супероружием. Но когда она попала в зону притяжения нейтронных звёзд, всё внешнее вооружение смела гравитация. Изначально неровная поверхность планеты под воздействием силы притяжения сплющилась и стала гладкой.       Включив ранцевые двигатели, Опал, держа Рэймонда за руку, начал медленный спуск. Луч прожектора, единственный источник света в этой тьме, качался из стороны в сторону. На дне расщелины стояли искорёженные здания, покрытые вековой пылью, которая взмыла вверх целым облаком, как только они приземлились.       — Три дня и пятнадцать часов, — сказал Рэймонд. — Зайдём, жена?       — Конечно, жена, — ответил Опал. — Муж тебя защитит. Только стой у меня за спиной.       Рэймонд:       — …       Вокруг было очень тихо. Эта планета существовала, как минимум, несколько десятков тысяч лет. Они снова включили двигатели и двинулись вперёд по дну расщелины, пока не дошли до самого конца, где их взору предстала огромная дверь.       — Надо было взять с собой E7, — сказал Опал, толкая дверь плечом. Он навалился всем весом, попробовал раскачать, но та даже не шелохнулась.       Рэймонд посмотрел на верхнюю часть двери.       — Это технический проход, — сказал он. — Внутри нет источника энергии. Даже с E7 мы бы её не открыли.       Опал попробовал просунуть в щель меч и взломать дверь, но она была заперта слишком крепко.       — Отойди немного, — попросил Рэймонд. — Дай я попробую.       Он просунул пальцы в щель.       — У тебя не получится, — сказал Опал.       Но в тот же момент Рэймонд, разводя руки в разные стороны, с силой потянул дверь. Из-под неё взметнулось облако пыли, и створки медленно разъехались.       Опал:       — …       — Прошу, — сказал Рэймонд.       Опал впервые осознал, насколько этот парень действительно силён. Он вошёл вслед за Рэймондом. Внутри было совершенно темно.       Рэймонд взялся за рычаг на внутренней стороне двери и снова закрыл её — раздался оглушительный грохот. Опал двинулся вперёд и нащупал вторую дверь, которую Рэймонд так же легко открыл. Опал направил туда луч света и увидел табличку внизу: «116VPA».       Для открытия аварийного выхода требуется мощность в 116 единиц энергии… Сила Рэймонда была сравнима с домкратом, который используется для ремонта космических кораблей. Это устрашало. Опал то и дело бросал взгляды на Рэймонда и думал о том, что если тот когда-нибудь разозлится, то, наверное, без труда сможет обезвредить его и приняться бить головой о стену.       Но, с другой стороны, если дело дойдёт до драки, Опал тоже мог бы использовать свою Силу Веры, чтобы заставить Рэймонда парить в воздухе, словно Антей из древних мифов. А потом, пока тот будет висеть в воздухе, нанести ему несколько ударов или чем-нибудь тяжёлым огреть его по голове…       — Заходи, — сказал Рэймонд. — Чего лыбишься?       Опал отмахнулся. Они вошли во вторую вакуумную дверь. Внутри был кислород, но лифты не работали. Вокруг была абсолютная темнота.       — Там лестница, — сказал Опал.       Рэймонд, не двигаясь с места, проверил параметры воздуха — он вполне подходил для дыхания.       — Содержание взвешенных фосфорных частиц немного превышает норму, — произнёс он. — Снимем защитные костюмы? Температура минус пятнадцать градусов по космической шкале. Похоже, внешняя теплоизоляция здесь работает отлично.       — Тогда снимем, — сказал Опал. — Мне всегда некомфортно драться в этом костюме, плюс мы находимся здесь слишком долго, потом трудно будет восполнить энергию.       Оба отключили защитное поле. Единственный луч света шарил в темноте: внутри не было ничего, только пустующее огромное помещение. Рэймонд приложил анализатор к стене и произнёс:       — Безмолвная Звезда состоит из сплава Сейерка.       — Неудивительно, — сказал Опал. — Иначе при попадании зону притяжения нейтронных звёзд эту планету бы просто разорвало на куски… Я кое-что нашёл, жена. Посмотри.       — Кто кому жена? — возразил Рэймонд. — Думаю, нам лучше сразу прояснить этот вопрос…       — Ну чего ты придираешься? — отмахнулся Опал. — Какая разница?       Опал приблизился к какому-то устройству, осматривая его внутренние энергоблоки. Рэймонд нажал на кнопку, и с гудящим звуком в воздухе возникла объёмная карта. Внизу бежала строка постоянно меняющихся символов на неизвестном языке, словно какой-то автоматический счёт. Через мгновение световой экран загорелся ярче, и на нём появились бесчисленные ряды данных.       — Что это за язык? — спросил Рэймонд. — У нас есть переводчик?       Опал достал портативный переводчик и принялся расшифровывать письмена. Оба надолго замолчали.       — Это язык Фантома, — наконец нарушил тишину Рэймонд. — Выходит, Безмолвную Звезду создали они?       Опал кивнул. Он вспомнил фантомовцев, которые ещё недавно были их противниками в битве за Ли. Это была самая загадочная раса во Вселенной, их облик постоянно менялся, а во внешнем мире они представали просто сгустком странного света. Довольно необычная форма жизни.       На световом экране горела расшифрованная надпись: [Глаз Игны, последнее пристанище изгнанников, технический проход СА].       Конец этого прохода вёл в другой зал, но на карте была отмечена лишь крошечная область.       — Почему нет целой карты? — нахмурился Опал. — Каждый фрагмент — это всего лишь маленький участок. У фантомовцев это такая привычка?       — Зайдём? — спросил Рэймонд. — Осталось три дня, четырнадцать часов, тридцать пять минут…       — Мне кажется, там очень опасно. Это ведь цивилизация Фантома, — задумчиво проговорил Опал. — Я поднимусь и приведу E7. Надо проверить, есть ли в их истории какие-либо записи о Безмолвной Звезде.       — Я схожу, — сказал Рэймонд. — Подожди меня здесь.       Открыть двери для него было так же просто, как поесть. Он вернулся на поверхность, чтобы взять забрать робота с космического корабля. Опал тем временем глубоко вздохнул, закрыл глаза и, стоя в этом огромном пустом зале, начал высвобождать свою Силу Веры.       Вокруг него разливались серо-голубые потоки электромагнитного ветра. Две далёкие нейтронные звезды, вращаясь друг вокруг друга, напоминали умирающие души, медленно угасающие во тьме. Голубые волны накатывали, словно прилив, омывая Безмолвную Звезду и проникая в каждый уголок этого мира, в каждую частичку пространства и даже в тело самого Опала.       Он полностью высвободил Силу Веры, тщательно исследуя окружающее пространство. Внутри этой полой планеты были миллионы больших и маленьких комнат. Область, которую мог охватить Опал, была лишь крошечной её частью. Что это вообще за место? Странные механизмы, незапертые отсеки, а в центре планеты, казалось, располагалось что-то вроде центрального ядерного ректора.       Опал заметил множество замерших летательных платформ. Казалось, что в какой-то момент истории они просто разом остановились. Безмолвная Звезда когда-то была обитаема, и здесь было немало жильцов, насколько можно было судить по множеству комнат и залов. Это походило на огромный многоуровневый конференц-зал в форме сферы… А в центре — место председателя? Но участников слишком много, и эти комнаты расположены не так, чтобы все могли видеть сцену: передние ряды загораживают задние. Их это не беспокоило?       Рэймонд вернулся с Е7. Он подсоединил звёздную карту к считывателю, вставил её в гнездо на корпусе Е7 и сказал:       — Баньшоу и остальные уже прибыли.       — Так быстро? — удивился Опал. — Где они?       — Исследуют другой вход с западной стороны, — ответил Рэймонд. — Скоро будут здесь.       Они присели в углу на корточки, прислонившись к стене. Опал потёр руки и выдохнул облачко пара: становилось холодновато, но пока терпимо.       Рэймонд засунул его ладони себе под одежду.       — E7, ключевое слово: планета Фантом. Начать поиск, — сказал Опал.       В комнате закружилось бледно-голубое сияние, которое вскоре превратилось в голографическую проекцию.       — Планета Фантом, — произнёс мужской голос. — Родина Нолана.       — Чей это голос? — спросил Рэймонд. — Твоего учителя?       Опал покачал головой:       — Нет.       Клорин? Нет, тембр другой. У того голос был более низким и звучным, полным страсти и жизненной силы. Многие люди покупали друг у друга межзвёздные истории и сохраняли их в своих звёздных картах. Возможно, этот голос принадлежал какому-то специалисту, коллекционирующему картографические данные. Но почему-то Опалу он казался знакомым.       На голографическом экране появилась планета, окутанная голубым светом. Её окружали шестнадцать мерцающих световых поясов, которые то вздымались, то опадали. В правом нижнем углу экрана высвечивались цифры, показывающие размер планеты — целых цвести тысяч километров в экваторе.       Изображение приблизилось. Поверхность планеты окутывали потоки электромагнитных ветров, наполненных бесчисленными светящимися частицами. В основном они состояли из фосфора, магнетита, диоксида кобальта и галогенида никеля.       — О! Планета-магнит! — голос, казалось, исказился. Было непонятно, то ли это из-за того, что информация на звёздной карте хранилась слишком долго, то ли местные магнитные поля создавали помехи. Эта аудиозапись и видеоряд добавили в звёздную карту уже после обработки, поэтому звук и изображение были синхронизированы удивительно плавно.       — Здесь повсюду хаотичные электрические токи, — описывал увиденное мужской голос. — А над головой — северное сияние, везде магнитные полюса. Напряжение у поверхности составляет сто семьдесят миллионов вольт. Эта планета непригодна для жизни людей, но здесь обитает бесчисленное множество разумных существ, признанных Межзвёздным Альянсом… Давайте посмотрим…       — Кто здесь? — раздался голос Баньшоу.       Рэймонд и Опал тут же обернулись. Баньшоу привёл своих людей. Члены отряда Двенадцать Туманностей разместили по периметру осветительные приборы, и весь подземный зал в одно мгновение залило ярким светом.       — Выключите свет! — воскликнул Опал.       — Вас только шестеро? — спросил Рэймонд.       Баньшоу, стоя посреди зала и заложив руки за спину, рассеянно ответил:       — Лили с другой группой вошла с западного входа. Я думал, вы пойдёте той же дорогой.       — Эта планета создана фантомовцами, — объяснил Опал. — Мы как раз изучаем их историю.       Баньшоу жестом велел всем замолчать и смотреть на проекцию. Затем он поднёс к губам переговорное устройство сказал:       — Лили, пусть все остановятся. Есть одна история, которую вы должны услышать.       Он достал дополнительный передатчик и направил его на проекцию, чтобы транслировать её другой группе.       Все затихли. Рассказчик так и не появился в кадре, но его голос продолжал вещать из проекции:       — Фантомовцы — самая загадочная раса во Вселенной…       — В такой момент вы решили посмотреть документальный фильм? — насмешливо произнёс рыжеволосый наёмник.       — Нет, — сказал Баньшоу. — Это не учебный фильм. Голос другой, да и манера подачи информации.       — Они состоят из свободно блуждающих радиоволн и частиц. Эта форма жизни чрезвычайно, чрезвычайно необычна. У фантомовцев нет фиксированного облика, более того, ни один человек никогда не видел, как они выглядят на самом деле.       Они могут напрямую воздействовать на человеческое сознание, вызывая различные галлюцинации в зависимости от частоты и интенсивности излучения и всегда принимают лишь ту форму, которую сами желают показать. Это может быть сгусток света или лужа воды, но в том месте, где они действительно находятся, нет вообще ничего… Довольно любопытно.       Четыре сгустка чёрного тумана двинулись к камере и, слившись воедино, повели рассказчика к каким-то руинам. Перед ними предстала гигантская колонна из хрусталя, уходящая в небо. Её высота составляла десятки тысяч метров, она напоминала некий ориентир.       — Фантомный голубой флюорит, — пробормотал Баньшоу.       — Ты видел его раньше? — спросил Рэймонд.       — Нет, но я знаю, что это визуальный наркотик, вызывающий галлюцинации. Если долго на него смотреть, можно подсесть.       — Ничего такого не чувствую, — сказал Опал. — На меня это не действует.       — Потому что вы перед ним не стояли, — отозвался рыжеволосый. — Это очень опасно. Говорят, он невероятно красив. Достаточно один раз взглянуть — и всё, попадёшь в ловушку и уже никогда не выберешься.       — Фантомный голубой флюорит! — внезапно раздался голос из проекции. — О боже!       На экране бесчисленные жители Фантома, превратившиеся в белый электромагнитный ветер, рассеялись, открыв взору величественный Голубой флюорит во всей его красе. Все непроизвольно ахнули.       Голос продолжил:       — Иногда некоторые фантомовцы привозят эти камни на продажу в другие звёздные системы. Я видел много драгоценностей, изготовленных из флюорита, но ничто не идёт в сравнение с тем, чтобы увидеть его воочию. Достаточно одного взгляда и кажется, что сама душа попадает под его очарование и утопает в нём. Это, поистине, шедевр самого Творца…       Революция на Фантоме закончилась, появился новый Великий Владыка. Теперь они не такие агрессивные, как раньше, однако это привело к резкому сокращению населения, начиная с эпохи Тёмных Веков. Новый Великий Владыка сослал всех зачинщиков беспорядков в глубокий космос, построив там тюрьму.       Изображение на экране померкло. Опал выключил голограмму и сказал:       — Ничего полезного.       — Нет, очень даже полезно, — возразил Баньшоу. — Откуда эта информация? Из базы знаний на твоей звёздной карте? Посмотри Безмолвную Звезду.       — Ничего нет, — ответил Опал.       Он ввёл координаты Безмолвной Звезды, на карте появилась лишь одинокая планета. Баньшоу достал монокль, надел его на левый глаз и, нажав несколько кнопок на световом экране, сказал:       — Не то чтобы там ничего нет, просто эту информацию стёрли. Где ты взял эту звёздную карту?       Опал замялся, не зная, что ответить, но Рэймонд вовремя перевёл тему:       — Данные можно восстановить?       — Нет, — пробормотал Баньшоу. — Сначала давайте обменяемся разведданными. Азелас уже повысил уровень задания до B+. Теперь наш отряд Двенадцать Туманностей официально направлен вам на подмогу. Желаю вам обоим сто лет жизни.       Рэймонд и Опал официально поприветствовали его, подсоединили дневники наёмников к общему каналу и начали обмениваться информацией.       — Это всё, что мы пока знаем, — сказал Опал. — Внутри планета похожа на конференц-зал, а в центре э-э… платформа типа трибуны.       — Очень подробное описание, — ответил Баньшоу, — но ты ошибся. Данные твоей звёздной карты подтвердили мою догадку. Это место — тюрьма.       — Ты и раньше знал? — спросил Рэймонд. — Почему не сказал?       — Нет, ещё полчаса назад мы тоже понятия не имели, что это за место. Никаких доступных нам данных не было. Но, основываясь на вашей информации, мы узнали, что эту планету построили фантомовцы, а потом, услышав в записи что-то про революцию, я и подумал, что это, должно быть, тюрьма.       Из коммуникатора раздался голос Лили:       — Дорогой, ты такой умный, я нашла магнитный замок возрастом двадцать тысяч лет. Думаю, именно им и запирали этих ребят.