Его безжалостная натура

К тому времени, когда они прибыли, уже стемнело. Когда они вышли из машины, Пик посмотрел на дом и сказал не без юмора: — На самом деле, теперь некоторые вещи начинают иметь смысл. Было почти смехотворно неправильно называть его домом. Это был огромный особняк в классическом стиле. Николь взволнованно хлопнула в ладоши. — Дворец! — Не будь глупой, — сказала Хелен, ее тон был строгий. — Короли и принцессы живут во дворцах. У нашей страны нет королей. — Королевская семья, — поправил ее Куромаку, запирая машину. — Если ты собираешься назвать кого-то глупым, убедись, что ты сама не ошибаешься. Николь улыбнулась Куромаку и схватила его за руку. — Вы мне нравитесь, мистер Куромаку! Маку уставился на крошечную девочку с озадаченным выражением лица, прежде чем посмотреть на Пика. Подавляя улыбку, Пик сказал: — Оставь мистера Куромаку в покое, Николь. Давай, возьми меня за руку. Николь надулась, но отпустила руку Куромаку и взяла руку Пика. Хелен взяла его за другую руку, пока несколько слуг вышли, чтобы забрать их багаж. — Он мне не нравится, — сказала Хелен, когда они шли к дому. — Не груби, милая, — сказал Пик, взглянув на мужчину, который шел рядом с ними. — Мистер Куромаку тебя слышит. Маку был сосредоточен на доме; Он не показывал никаких признаков того, что прислушивается к разговору. Пик отвел взгляд. Трудно было поверить, что всего несколько часов назад этот безукоризненно одетый мужчина с суровым лицом стонал и двигался на нем. — Но он мне не нравится, — упрямо сказала Хелен, понизила голос. — Не нравится, как он на тебя смотрит. — Как он смотрит на меня? — повторил Пик. — Как Николь смотрит на блины. Пик выдавил из себя улыбку. Это был совершенно новый уровень неловкости. — Ты выдумываешь, тыковка. — Но... — Ты просто выдумала это, — повторил Пик, надеясь, что Куромаку не услышал слов Хелен. Лицо Маку было жестким и холодным, лишенным какого-либо цвета. Это был человек, который возвращался домой к своему отцу и его семье после пятнадцати лет отсутствия. Он выглядел таким же счастливым, как человек, направляющийся в тюрьму. Дворецкий — чертов дворецкий — открыл дверь и тихо поприветствовал Куромаку: — Мистер Куромаку. Пик повел девочек внутрь. Они выглядели застенчивыми и нервными, и Пик должен был признать, что он нервничает не меньше, чем они; он просто лучше маскировал это. Его первое впечатление от зала было обширным — мрамор, колонны, классические бюсты и возвышающийся купол. — Куромаку! Пик поднял глаза. Высокая темноволосая женщина спускалась по лестнице со смутной улыбкой на губах. Она обняла Маку и поцеловала его в щеку. — Вивиан, — пробормотал Куромаку. — Ты хорошо выглядишь. Значит, это была сестра, которая убедила его приехать. Пик с любопытством посмотрел на нее. Он, конечно, видел семейное сходство. Она казалась на несколько лет старше своего брата, возможно, лет тридцати пяти. Вивиан отстранилась и уставилась на Пика и девочек через плечо Куромаку, но прежде чем она или Пик успели что-то сказать, в дом вошли двое пожилых мужчин. Один из них, более высокий, имел сверхъестественное сходство с Куромаку. На самом деле, они могли бы быть близнецами, если бы мужчина не был примерно на тридцать лет старше. Пик решил, что это, должно быть, отец Куромаку, Джозеф. — Блудный сын вернулся, — сказал Джозеф с усмешкой. — Я знал, что этот день настанет. — Вот тут ты ошибаешься, — холодно сказал Маку. — Я приехал только потому, что Вивиан не переставала меня мучить. Судя по всему, ты практически на смертном одре. — Куромаку! — сказала Вивиан, выглядя возмущенной. — Тогда мне придется тебя разочаровать, — сказал Джозеф. — У меня отличное здоровье. Он лгал. У него был почти серый оттенок лица. — Так что ты не получишь мои деньги в ближайшее время. — Ты знаешь, что мне не нужны твои деньги, — сказал Маку. Они смотрели друг на друга ледяными взглядами, и сходство между ними было поразительным. Пик задавался вопросом, знает ли об этом Куромаку, и не возмущался ли он этим. В этот момент Джозеф перевел взгляд на Пика. Его острые темные глаза пробежали по нему с головы до ног, заставляя Пика болезненно осознавать свою изношенную, дешевую одежду. Губы Джозефа скривились в насмешке. — А это кто? Куромаку сделал шаг к Пику и положил руку ему на плечо. — Это мой любовник, Пик Мунстоун. Другой старик резко вдохнул. Лицо Джозефа ничего не выдавало, но почему-то температура в комнате, казалось, упала на пару градусов. Пик внутренне поморщился, но не то чтобы он этого не ожидал. — Пик, это мой отец, Джозеф, — сказал Маку нехарактерно мягким голосом. Мудаку это очень нравилось. — И старый друг моего отца, Натан Брукс. — Приятно познакомиться, — солгал Пик, задаваясь вопросом, был ли мистер Брукс тем человеком, на чьей дочери Джозеф хотел женить своего сына. — Понятно, — наконец сказал Джозеф, прежде чем перевести свой тяжелый взгляд на близнецов. — А это кто? Пик подавил желание спрятать девочек за спиной. — Это мои сестры. Хелен и Мелисса. На этот раз Николь молчала и не спорила насчет имени. Обе девушки приблизились к Пику. — Понятно, — снова сказал Джозеф, прежде чем обратиться к служанке. — Подготовьте комнату для наших гостей. — Подготовьте комнату для детей рядом с моей, — вмешался Куромаку. — Очевидно, Пик останется в моей. Пик немного съежился. Вена на виске Джозефа пульсировала. Вивиан с беспокойством наблюдала за отцом. У мистера Брукса было выражение отвращения на лице, которое он не удосужился скрыть. — Делай, как он говорит, — выдавил Джозеф, нарушив молчание. — Проводите их в комнаты. Ужин через полчаса. Куромаку, на пару слов. Пик повернулся, чтобы последовать за горничной, когда чья-то рука схватила его за руку и остановила. — Увидимся в ближайшее время, — сказал Маку и коротко поцеловал его. Или, по крайней мере, это, вероятно, должен был быть короткий поцелуй, но Пик обнаружил, что его губы голодно прижались и раздвинулись. Он почувствовал удивление Куромаку, прежде чем тот схватил его за шею и поцеловал по-настоящему. Поцелуй, казалось, длился вечность. К тому времени, когда Куромаку наконец отступил, Пик едва мог дышать. Пик не оглядывался по сторонам, чтобы увидеть реакцию всех — он вполне мог себе это представить. Схватив девочек, он последовал за служанкой. Его лицо было очень горячим.