Why green meadows?

В зеркале школьного туалета Ричи видит своё отражение – худощавое тело в сине-красных пятнах, словно маленькие жестокие вселенные, запертые в его теле. Он брызгает себе в лицо холодной водой, пытаясь немного прийти в себя после бессонной ночи. Не стоило вообще в школу приходить, думает Ричи, разглядывая синяк под правым глазом. Но всё лучше, чем дома с отцом. Надевая футболку и бомбер обратно, Ричи морщится от боли, его дыхание выходит из лёгких дрожащим и рваным, а глаза неосознанно наполняются слезами, которые он быстро вытирает тыльной стороной ладони. Когда дверь в уборную открывается с громким, мерзким скрипом, Ричи вздрагивает, но пытается вести себя как обычно, будто он не был на грани слёз только что. Но почему-то напряжение слегка спадает с его плеч, когда на пороге по итогу оказывается знакомый надоедливый мальчик, раздражающий сильнее сигаретного дыма, который уже не смывается с кожи рук. — Тебе колокольчик на шею надо, — голос Ричи холодный, с лёгкой хрипотцой, которую он откашливает сразу после сказанного. — Чтобы люди были готовы к твоим надоедливым словам. Варди слегка улыбнулся, делая несколько шагов к Ричи. На его лице россыпь тёплых веснушек, как свежеиспечённая булочка, покрытая корицей. Ричи не понимает, как может человек так часто улыбаться, живя в таком городе, среди таких людей, учась. Но вот он – счастливее всех, кого Ричи когда-либо видел. Как будто скоро на землю упадёт метеорит и только он об этом знает. — Где пёс твой? — спрашивает Ричи, сплёвывая в раковину прозрачную слюну, он не поднимает взгляд на Варди напрямую — смотрит на мальчика через зеркало. Варди хмыкнул весело и пожал плечами, растянутый зелёный свитер спадает с его левого плеча, оголяя веснушчатую кожу. — Так в школу же нельзя с животными. — Некоторые всё-таки умудряются приходить, — Ричи бормочет, но достаточно громко, чтобы услышать. Варди только склонил голову на бок, услышав слова Ричи, и ухмылка с его лица никуда не делась. — Похоже, я в тот ещё зоопарк попал, — бросил он, облокотившись на раковину так, будто он этим местом владеет. Ричи закатил глаза, делая вид, что ему плевать, но присутствие Варди жгло, как заноза глубоко в пальце, которую уже не достать. Этот ребёнок будто не понимал, что значит просыпаться каждое утро уже с синяками, и не только на теле. А может, понимал — просто умел скрывать. Ричи бесило, что он не мог этого разгадать. — Ты вообще когда-нибудь затыкаешься? — буркнул он, вытирая лицо рукавом. — Нет, — легко ответил Варди, нарочито выделив слово. — Плохая привычка. На мгновение уголки губ Ричи дрогнули, почти превращаясь в улыбку. Почти. Но он тут же проглотил это чувство, как горечь, и только покачал головой. Где-то за дверью прозвенел звонок, гулко прокатившись по коридорам. Но ни один из них не двинулся с места. Варди стукнул грязным кедом по плитке. — Ну так что, будешь торчать здесь весь день или всё-таки двинешь на урок? Челюсть у Ричи напряглась. Ему не нравилось, что Варди видел его насквозь, будто читал мысли. Но ещё больше — гораздо больше — ему не нравилось то, что мысль о том, чтобы не быть одному, вдруг показалась не такой уж плохой.

***

Звук зажигания сигареты раздаётся сразу, как мальчики выходят на крышу школы. Полностью пустая бетонная поверхность с железными перилами по краям. Ричи обошёл выход на крышу и сел на прохладную поверхность, краем глаза наблюдая, как Варди делает то же самое. — Я думал, ты хороший мальчик, — сказал Ричи, выпуская попутно сигаретный дым. Он запрокинул голову и упёрся затылком к стене. — Не прогуливаешь и вся хуйня. Варди пожал плечами, снова оголив одно из них. Что-то озорное было в его взгляде, но не в плохом смысле. Что-то детское, невинное, как будто ему нравилось прогуливать, но он понимал, что это неправильно. — Я захотел узнать, что ты делаешь, когда не приходишь. — Узнал? — Мгм, — Варди кивнул, смотря на сигарету Ричи, которую тот почти закончил, с любопытством. Ричи хмыкнул, уголки его губ слегка приподнялись. — Хочешь попробовать? Варди поднял зелёные глаза на лицо Ричи, с лёгким удивлением и даже желанием, но хорошего мальчика что-то останавливает. Ну, наверное, то, что он хороший мальчик. Варди всё равно кивнул, легонько, как будто уже напакостил. Ричи закатил глаза, протянув свою сигарету к мальчишке. — Не делай такое лицо, ты ещё ничего не сделал, — говорит Ричи, когда его пальцев касаются пальцы Варди, тёплые и нежные. Варди смотрит на зажжённую сигарету несколько секунд просто молча, прежде чем потянуть её ко рту и зажать фильтр тонкими губами, неуверенно затянувшись. Спустя ещё секунду Варди закашлялся, но от чего-то на его лице замерла улыбка. — Э-это... это странно, зачем ты это делаешь? — он спросил, сделав несколько глубоких вдохов кислорода и вернув сигарету обратно в руку Ричи. Тот, в свою очередь, тоже заулыбался, не сдержавшись, как будто только что развратил святого. — Надо не в рот набирать, а в лёгкие, — Ричи положил сигарету обратно себе в рот. — Ты тут часто бываешь? — Тебе очень нравится этот вопрос, — сказал Ричи утвердительно. Варди хотелось знать, где Ричи больше всего проводит время. Может, чтобы ещё чаще действовать ему на нервы. Ричи пожал плечами, выпустив дым в сторону. — Я бываю там, где других нет. Оба подростка на время замолкают, только шелест листьев заполняет тишину. Впервые Ричи чувствовал себя комфортно в молчании с кем-то, без страха, что кто-то ударит или вот-вот разразится криком, коснётся там, где не надо касаться никого никогда. Но спустя несколько минут молчания раздаётся громкий, резкий щелчок — дверь захлопнулась. — Ты забыл подпереть дверь кирпичом? — Ричи спросил, вставая с места. — Там был кирпич? — Варди неловко улыбнулся, ещё не до конца осознав свою ошибку. Не смертельно, конечно, но довольно неприятно. Ричи бросил сигарету вниз с крыши и глубоко, раздражённо вздохнул. — Какого хуя нам теперь делать? Всем наплевать, придём мы на уроки или нет. — Пройдясь несколько раз вперёд и назад по шесть шагов, Ричи поднял голову, уперев руки в бёдра. — Здесь должна быть лестница. Ричи подошёл к краю крыши, глядя вниз — асфальт, мусорка, пара забытых скейтов. Ветер обжигал лицо, поднимая ворот бомбера. — Лестница, — сказал он, найдя взглядом металлическую конструкцию, тянущуюся вдоль стены. — Вот она. Спустимся, и всё. Но, обернувшись, он понял, что Варди не двигается. Тот стоял на месте, как вкопанный, бледнее обычного. Зелёный свитер чуть сполз с плеча снова, руки зажаты в кулаки. — Эй, — Ричи нахмурился. — Чё застыл? Варди опустил глаза, будто боялся смотреть на горизонт, не говоря уже вниз. — Я... эм... — он неловко сглотнул. — Я не очень люблю высоту. — Не очень? — Ричи фыркнул, но без злобы. — Тут и трёх этажей нет. — Без разницы, — Варди тихо выдохнул, как будто пытаясь себя успокоить, но тщетно. — Смотрю вниз, и тошнит сильно. — Где был твой страх все эти полчаса? — Я не знал, что нам придётся спускаться таким образом! — нервно выкрикнул Варди. — Не моя вина, что ты про кирпич забыл! — Пошёл ты со своим кирпичом, — пробормотал Варди, упираясь спиной об стену, явно не собираясь никуда двигаться. Но Ричи понимал, что им придётся спуститься, и оставлять этого испуганного ребёнка он тут не может, просто потому что он не до такой степени придурок. С тяжёлым вздохом, словно ему даётся это с трудом, он подошёл ближе к дрожащему подростку. — Прости, ладно? Давай, можешь за руку меня держать, — Ричи протянул руку грубой ладонью вверх. Варди неуверенно пялился на неё, неужели вечно недовольный Ричард Коупленд предлагает ему свою помощь? Но Варди всё же ещё верил в доброту Ричи где-то глубоко внутри, поэтому принял его руку. Ричи повёл его ближе к краю, там, где стояла лестница. — Так, — сказал Ричи, делая шаг ближе, — не смотри вниз. Просто иди. Я рядом. — Ты рядом? — Варди усмехнулся, но в его голосе не было веселья, только дрожь. — Ну да. Не дам тебе навернуться, если вдруг подумаешь, что летать умеешь. Ричи спустился на несколько ступенек ниже, металл под ним слегка заскрипел, что заставило Варди жалостливо заскулить. Ричи сдержал улыбку, понимая, что это будет выглядеть как издёвка. Он взял вторую руку Варди. — На меня смотри. Внизу ничего интересного, — зелёные глаза Варди были полны какой-то детской беззащитности и нотки доверия, что у Ричи сердце сжалось. Он крепче взял руки Варди, ведя его вниз по лестнице, и сам старался не споткнуться. — Я тебя держу, — уверенно сказал Ричи, хотя понимал, что если Варди потеряет равновесие — они оба полетят вниз. Но главное — вместе, так ведь? Когда прошла, казалось, целая вечность, ноги Варди коснулись земли, а руки всё ещё крепко держали куртку Ричи. Тот, в свою очередь, не пытался оттолкнуть его, ожидая, пока подросток сам успокоится. — Всё нормально, — Ричи произнёс, стараясь не усмехнуться. — Всё ещё не время. — Ты же не обмочился, да? — Ты издеваешься? — Варди наконец отпустил его куртку, делая глубокие вдохи, его руки всё ещё слегка дрожали. — Мне тебя в лоб поцеловать? — А можно? — на лицо Варди вернулась та самая улыбка, которая выворачивает Ричи наизнанку в каком-то дурацком смысле. Ричи фыркнул, отвернувшись.— Брата своего попроси. Сердце Ричи колотилось так быстро, что казалось, вот-вот покинет грудную клетку. Он сделал несколько шагов к мусорному баку, лишь бы Варди не заметил его состояния. То, как его маленькие руки крепко сжимали куртку Ричи, вместе с этим глядя ему в глаза, словно в мире есть только он и больше никого. Ричи такого никогда не чувствовал, не должен был чувствовать, но уже было поздно. Варди за его спиной тихо рассмеялся, и этот звук почему-то стал для Ричи любимым. — Я вот сейчас всё это обдумал и понял, как мы, наверное, глупо со стороны выглядели, — лёгкий ветерок развеял медовые кудряшки Варди, обнажая нецелованный лоб. — Ты высоты совсем не боишься? — Боюсь, — быстро ответил Ричи, стоя к Варди боком. — Но тебе мой страх сейчас был не к чему, своего хватило. Губы Варди изогнулись в лёгкой улыбке от этого искреннего ответа, в груди потеплело от мысли, что ради него Ричи геройствовал. И Варди это оценил. — Ты только ради меня так геройствуешь, — начал Варди с лёгкой дерзостью. — Или часто такой? Ричи на мгновение замер, отводя взгляд в сторону на мусорный бак. Было очевидно, что Варди и так всё понимает — Ричи никогда не геройствует, потому что нет никого, кто этого был бы достоин. А потом появился Варди — лучезарный, отзывчивый, в ботинках старшего брата и странных свитерах. С этой долбанной щербинкой между зубов. С зелёными глазами. — Глупости не спрашивай.