Без сердца

***

      Бусины издавали шум от её быстрых шагов.       Вот на что она повелась? На глупую шутку? Она сейчас тоже придумает, как над ним подшутить, и уже смешно не будет. В коридоре были толпы парочек и компаний, обсуждающих что-то. Все поворачивали головы, когда она проходила мимо, словно знали о её оплошности. Неожиданно она заметила, как на ней задерживаются взгляды, и стало неловко. Рядом с ним она этого не чувствовала. Но вернуться к нему — это показать свою слабость, а она всё-таки где-то глубоко в душе хотела, чтобы он пошёл за ней. Даже извинений не нужно, чтобы просто… Поцеловал ещё?       Ну уж нет.       Или всё же да?       Сказалось напряжение, что она копила все эти дни. И сейчас нервы натянутой струной вибрировали, извлекая совсем не те звуки. Тело и разум были в ссоре. Она достала шпильки из волос и дала им свободно упасть волнами на плечи и закрыть от чужих, не тех глаз.       В зале девушка остановилась. Так, надо подумать, как пройти к комнатам. Но сначала забрать вещи. Её локтя коснулась рука, и она дёрнулась.       — Не пугайся. Мне просто нужна помощь. — голос секретаря, как спасение. — Я забыла снадобье для желудка, а из-за слепоты не могу пройти по тёмному коридору до комнат персонала. Не могла бы ты проводить меня?       А вот и возможность сбежать.       — Конечно. Только покажите дорогу.       Сухонькая старушка взяла под руку девушку и с какой-то неведомой силой потащила за собой:       — Тут недалеко. Вот уж года не пощадили. — кряхтела она, а Мира почему-то пожалела, что на ней нет перчаток. Прикосновения старой кожи к рукам вызывали неприятные ощущения. Хотелось сбросить неприятные руки, снять туфли, оказаться под плащом пахнущим морем и шалфеем. К чёрту гордость, она сейчас вернётся к нему.       Они шагнули в тёмный коридор, освещённый только окном в конце. Ровно такой же как и тот коридор с кабинетами без света, но сейчас сердце сковал страх.       — Вот, туда нам надо.       В окне танцевали тени деревьев, и это напоминало Мире фильм ужасов, в котором наивная жертва, как овечка, идет на заклание, потому что её гладит пастух. Они прошли больше половины. Мира уже не слушала бормотание старухи. Скорее бы уже выйти из этого коридора. Дышать становилось тяжелее.       — Какая комната? — Мира не узнала свой голос, который стал необычайно высоким.       — Вот там у окна.       Конечно, у окна, иначе и не могло быть. Она смотрела на номера комнат.       — А номер какой? — девушка осеклась.       — У окна. — сказала старушка словно не своим голосом. Мира подняла глаза — у окна стоял силуэт. Высокий, узнаваемый. Дёрнув рукой, она хотела бежать, но как будто оцепенела, а секретарь только сильнее сжала предплечье.Фигура двинулась отдаляясь от остальных теней и как ядовитый змей гипнозом пригвоздил ее к месту. Все инстинкты твердили что нужно бежать но она уже в плену, ловушке из которой нет выхода. — Наконец-то мисс решила нас посетить… — маска не скрывала улыбку доктора, будто с нарочно заострёнными зубами, или ей так казалось.       — Не подходи! — девушка начала пятиться назад, от волнения не чувствуя ног. Ожидаемо высокий каблук покосился и нога подломилась в суставе становясь причиной падения. Она не чувствовала боли от удара и больше не слышала звуков. Падая на спину и теряя из виду доктора она будто обмякла теряя силы, один туфель свалился с ноги Миры, а заколки что так и были зажаты в руке, выпали, бесшумно прячась в ворс ковра.Мысли путались.       Она попыталась ползти из последних остатков воли приказывая себе спасаться, но сильная рука схватила за лодыжку и подтянула к себе, заставляя мяться шёлк.       — Ты слишком неловкая, Гостья Из Другого Мира. —проговорил неприятный голос. Дотторе надел обувь на место, с силой сжав ногу, которой она хотела его пнуть и провел рукой по голени. — прекрасный экземпляр — потянул он оценивая ее как товар на рынке — Стелла, гостье нужен покой.       А дальше запах химии, и она упала в пропасть, словно в книжке, где кролик заманил девочку в бездонную нору.       Было чувство, что между вдохом и выдохом прошло несколько часов. Чтобы снова вдохнуть ей пришлось напрячь тело, вспомнить, как это — дышать.       Первый вдох и боль в пересохшем горле. Не до деликатности и приличий. Казалось, что душит колье, как тот ошейник, что когда-то ей достался от дворовой собаки. Она попыталась вдохнуть ещё раз, но не вышло. Нужно снять, но руки не двигались. Кожу обжигал ледяной металл. Руки связаны, как и ноги, которые она не чувствовала. Голые плечи и стянутая корсетом грудь. Она в платье. В том, белом, что отражает свет. Как луна. Паника заставила покатиться слёзы из глаз. Она всхлипнула, и без того дыша с трудом.       — Моя гостья наконец проснулась? Я уже начал переживать.       Она закашлялась, глотая воздух, словно повешенная.       — Ах, колье зацепилось.       Перед глазами плывёт из-за слёз, но она видела, как над ней навис силуэт в белом халате.       — Что ж, свобода дороже. — он разрезал нить, держащую бусины. Суетливый хрусталь разбежался по металлическому столу, звеня о свободе. Мира вдохнула.       Она дернула головой, и её накрыло головокружение.       Чёрт.       — Где я? — она, перебивая спазмы кашля, смогла произнести только это.       — У меня в гостях.       — Пожалуйста… — шепнула она, заплакав ещё сильнее. Сил не было, поэтому рыдания просто заставили плечи сжиматься и издать тихий скрип.       — Голова кружится? Прости, я взял немного крови на анализ. — словно не замечая её мольбы, продолжил доктор. — У нас мало времени. Я уверен, что этот надоедливый выродок придёт за тобой. Ты ведь ждёшь его, да? Лучше бы ты завела себе собаку. Знаешь, ты ведь умная девочка, я уверен, поймёшь меня. Эти цели станут общими. Позволь мне объяснить. — Доктор набирал в стеклянный шприц какую-то тёмную субстанцию. Не прячась, не маскируя. Он знал, то, что он собирается сделать, сделает наверняка. Он продолжил, монотонно проговаривая каждое слово своей злодейской речи. — Розалина передала препараты из вашего мира. И знаешь, что я выяснил? К большинству заболеваний у вас устойчивость. У вас — иномирцев. Вы ведь практически не болеете, живя здесь. А то, что вы приносите в наш мир, здесь просто не существует. Хотя это нормально, оказавшись в новой среде, болеть. А потом ваша подруга из Мондштадта перевела статью об иммунитете и прививках. И это гениально. Как же мне лестно открыть первым в этом мире простой, но действенный способ. Но, к сожалению, если попробовать на моих земляках «прививку», то организм не выдержит. Он ведь не подготовлен. А твой организм крепкий, с хорошим иммунитетом и большим количеством прививок готов ко всему. Поэтому я настаиваю на том, что ты должна помочь мне. Нет, нам. Всей стране, всему Тейвату.       — Это не так… Ты неправильно понял… — Мира попыталась вразумить его. Но нет. Он фанатично погрузился в мысли и теперь оттуда пытается донести смысл своих заблуждений.       — Бояться — это нормально. Но ты не представляешь, как ты поможешь людям. Мы сделаем открытие!       Он схватил её руку, прижимая к столешнице.       — Не надо.       Шприц блеснул в руке.       — Что это? — она начала плохо соображать. Мысли путались в паутине головокружения.       — Селестия наказывает нас за убийство Богов. Яд падших архонтов убивает жестоко, он не разбирает, кого карать: детей или взрослых. Ты выработаешь иммунитет, и мы сделаем лекарство.       — Нет. Пожалуйста… Нет. Нет… — она снова закашлялась, но боль в руке заставила вскрикнуть.       — Потерпи. Твой организм справится. — голос рядом продолжал говорить. Доктор погладил её по голове.       Тело девушки пронзила боль.       Хотелось кричать, но воздуха в лёгких не хватало. Она знала, что умрёт прямо сейчас. И хотела, как и тогда на крыше, увидеть его. Тогда она и не хотела прыгать. Действительно заблудилась, а потом просто не могла себя заставить вернуться в клетку. Свежий морозный воздух и так удачно появившийся он. Развёл панику, берег её и боролся за её жизнь.       Снова боль. Нестерпимая.       Она не могла кричать, просто шептала его имя. Надеясь, что он придёт и спасет. Со всех сторон начали слетаться чёрные тени, остался только страх. Смерть приближалась, бороться было бесполезно. Она закрыла глаза, чтобы ничего не чувствовать. Потеряться бы в забвении. Хотелось бы забыться, но не так.       — Ого. Не думал, что это случится. — Доктор удивленно произнёс не лучшую фразу, хотя ей было уже всё равно. Тени вокруг себя она пыталась прогнать мыслями о том, что хорошего с ней произошло. — Будем ждать, когда яд Падших освоится в твоём организме, а он выработает антитела. Пока отдыхай. А я к гостям, сообщу Царице, как всё хорошо прошло. Жаль только, что такая реакция, запишу это как часть исследования.       Мира лежала словно в бреду, слёзы тихо прокладывали дорожки по щекам. Губы продолжали двигаться в такт разрешенному звуку его имени. Вскоре она потеряла и эту нить, утонув во мраке.