Моя золотая кровь: твоя кровь, моё дыхание

Головная боль ударила ровно в тот момент, когда Тонг открыл глаза. Сначала он хотел по привычке вскочить с кровати, но боль заставила его откинуться на большую подушку. Его полуприкрытые глаза, все еще сонные, смотрели на девственно белый потолок. Мгновенно его мысли вернули его к событиям прошлой ночи, снова и снова прокручивая их в голове. Теперь, вдобавок к головной боли, он также хотел бы исчезнуть с лица земли. Потому что прямо перед тем, как он потерял сознание, он был тем, кто прильнул вперед, выпрашивая поцелуй и крадя дыхание у другого мужчины. Одна только мысль об этом заставила его лицо вспыхнуть. Слава богу, Марк был не из тех, кто пользуется ситуацией. Проверив свое состояние после пробуждения в собственной комнате, он мог легко догадаться, что Марк, должно быть, принес его сюда — без сомнения. «Что, черт возьми, ты сделал, Ай Тонг!» Молодой человек схватился за голову, словно наказывая себя, постоянно повторяя себе, что ему следует держаться подальше от любого вида алкоголя. Но одно воспоминание о его смелом и дерзком поступке, который, казалось, соблазнил и возбудил Марка, заставило его еще сонное лицо покраснеть еще больше. Он понятия не имел, как ему следует встретиться с Марком, не чувствуя себя при этом совершенно униженным. «Может быть... может быть, он ничего об этом и не думал». Он пробормотал, словно пытаясь успокоить себя, но остатки его воспоминаний о прошлой ночи, казалось, спорили с этой мыслью. Конечно, без четкого ответа от Марка относительно его чувств, Тонг не мог точно предположить. Однако, быстрое биение сердца в его груди в этот самый момент, казалось, само по себе было достаточно ясным ответом. Тонг мог только вздохнуть в этой невозможной ситуации. Чувства, которые он питал к такому вампиру, как Марк, никогда не должны были выходить за рамки чувства страха за свою собственную безопасность. У него не было причин... чувствовать себя так. Молодой человек повернулся к тумбочке у кровати, ища свой телефон, который был оставлен на зарядке с тех пор, как он ушел вчера вечером — его батарея разрядилась из-за того, что он сделал слишком много снимков моря. Но как только ему удалось включить его, его встретил поток уведомлений. Более двадцати пропущенных звонков — от персонала общежития, Пуп, Дома — и неизвестного номера. Его хорошо очерченные брови нахмурились от тревожной ситуации. Тонг намеревался перезвонить своему другу, но прежде, чем он смог, он заметил сообщение от Пуп. Как раз когда он собирался проверить его, дверь его спальни распахнулась. Высокая фигура вошла внутрь, выражение его лица было мрачным. «Что-то не так?» Тонг услышал дрожь в собственном голосе. Нервозность, которая, как он думал, уже исчезла, полностью заменилась чистым страхом. С тех пор, как он связался с вампирами и золотой кровью, невообразимые вещи врывались в его жизнь одна за другой, не давая ему ни минуты покоя. «Тебе... нужно подготовиться». Тонкая рука, сжимавшая телефон, сразу напряглась от этих слов. Только от того, как началось предложение, образы близких ему людей промелькнули в его сознании, один за другим. Но кто бы это ни был, он никогда не хотел, чтобы это произошло. Пожалуйста... не сейчас. Он не был готов потерять кого-либо или что-либо. «Тонкла... мертв». Казалось, что-то тяжелое ударило его по голове, обрушившись на него со всей силой. Это не сбило его с ног, но вместо этого оставило в состоянии оглушительного оцепенения, неописуемого дурмана, затуманившего его разум. Его самый близкий друг — тот, кого он знал столько, сколько себя помнил. Единственный друг, которого он мог с уверенностью сказать, что любил как брата несмотря на то, что не делил с ним ни единой капли крови. У них было достаточно споров, жарких дебатов, рожденных огнем юности, но ни одна ссора не длилась дольше двух дней. Если не он протягивал руку первым, то это был Тонкла. У них были мечты — мечты о построении совместного будущего. Не о величии, не о каком-то сказочном финале, просто простое желание отправиться в место, лучшее, чем то, где они были сейчас. Вот почему Тонкла так усердно работал, сберегая каждую копейку, чтобы обеспечить свое будущее. Так почему... почему он внезапно ушел первым? «Ты... шутишь, да?» Марк наблюдал, как Тонг выдавил из себя слабую, надломленную улыбку, даже когда его глаза покраснели и опухли, даже когда слезы потекли по его бледным щекам. Но ни единый всхлип не вырвался из него. Казалось, его сердце разбилось, и его тело могло ответить только молчаливым горем. Марк почувствовал глубокую, ноющую боль в собственной груди, наблюдая за этим. Не колеблясь, он шагнул вперед и притянул маленького человека к себе. Он не знал, как утешать людей. Он никогда не думал об этом. Ему никогда не приходилось. Но Тонг... Он не мог просто стоять в стороне. Он даже не остановился, чтобы задаться вопросом, правильно ли это. Потому что Тонг уже заставил его пересечь столько черт, сколько он никогда не думал, что он сделает, он уже занял место его в сердце, которое Марк никогда не собирался открывать. Звук рыданий нарушил тишину в комнате. Это побудило Марка крепче обнять его, хотя его рубашка уже была влажной от слез. Более того, мысли молодого человека вернулись к раннему утреннему звонку от Дома. Дом и Пуп пытались связаться с Тонгом, но его телефон был выключен. Они хотели сообщить ему о внезапной кончине Тонклы. Это было так внезапно, что Марк не смог подготовиться. Тем не менее, в его сознании мелькнуло другое лицо, и его сильные руки, которые держали стройную фигуру, напряглись. Глубокие морщины на лбу отражали его растущее напряжение. Он еще не знал причину смерть Тонклы, но из предварительных подробностей, которыми поделился Дом, он был уверен, что все, что произошло, не было ни совпадением, ни тем более случайностью. Судьба Тонклы не просто закончилась — в этом было нечто большее. Прошло много времени, прежде чем рыдания Тонга наконец утихли. Как только он пришел в себя, молодой человек вырвался из объятий Марка. Он поспешил принять душ и одеться, горя желанием вернуться в Бангкок как можно скорее, чтобы продолжить расследование смерти своего друга. Вся поездка из Чонбури в Бангкок была окутана тишиной, резко контрастируя со вчерашней поездкой. Каждый из них был погружен в свои собственные мысли. Только когда полноприводный автомобиль остановился перед полицейским участком, расположенным рядом с общежитием и ответственным за расследование дела, тишина была нарушена. Через окно машины Тонг увидел Пуп и Дома, ожидающих снаружи. Не колеблясь, он вышел из машины и бросился к своим друзьям. «Тонг...» - заплакала Пуп, увидев опухшие, заплаканные глаза друга. Она протянула руку, взяла его за руку и нежно погладила ее, успокаивая. «Что случилось?» Слезы, которые высохли ранее, казалось, снова навернулись. «Я слышала, что вчера вечером человек в соседней комнате сообщил персоналу общежития, что они слышали громкие крики, доносившиеся изнутри», — рассказала Пуп о событиях, которые она узнала от персонала общежития после того, как ее вызвали на допрос в полицию. «Они несколько раз постучали в дверь, но никто не ответил. Поняв, что что-то не так, персонал вызвал полицию. Когда офицеры прибыли и открыли дверь... они обнаружили, что Тонкла уже мертв». Тонг чуть не упал на месте, если бы не Марк, который каким-то образом незаметно для него оказался позади и подхватил его за локоть, чтобы поддержать. Ему пришлось схватить Марка за другую руку, чтобы не потерять равновесие. «На данный момент полиция подозревает, что у Тонкла была передозировка», — продолжила Пуп. Но на этот раз Тонг не просто стоял и слушал — он решительно покачал головой, словно отказываясь верить в это. «Ни за что. Тонкла никогда бы так не поступил». Он хорошо знал своего друга и был уверен, что Тонкла никогда не ввяжется во что-то плохое. «Мы с Домом тоже не хотим в это верить», — призналась Пуп. «Но полиция нашла наркотики прямо рядом с телом Тонклы». Она с сочувствием посмотрела на ошеломленное лицо Тонга. Хотя она и не до конца верила в это, она не могла прямо отрицать — она не знала Тонклу лично. Дом, несмотря на то что был другом Тонклы, не знал его достаточно хорошо на личном уровне, чтобы быть уверенным. «Где сейчас Тонкла?» Тонг хотел увидеть лицо своего друга в последний раз. Вчера, когда он выбежал из комнаты после их ссоры, он никогда не думал, что это будет их последний разговор. «Тело отправлено на судебно-медицинскую экспертизу для вскрытия», — ответил Дом, когда Пуп, казалось, была слишком подавлена, чтобы говорить, увидев, насколько опустошен их друг. Затем он повел Марка и Тонга внутрь, чтобы встретиться с полицейскими для допроса, поскольку они были среди самых близких знакомых Тонклы. Их заявления будут иметь решающее значение для дальнейшего расследования дела. Марк быстро закончил свой допрос и вышел, чтобы подождать. Тонга, однако, допрашивали гораздо дольше, так как он был самым близким другом и соседом Тонклы. В то время он продолжал винить себя снова и снова за то, что не был рядом, когда его друг нуждался в нем больше всего. Если бы он не уехал из города с Марком, возможно, Тонкла не умер бы. Или хуже —если бы он никогда не связался с вампирами, возможно, люди вокруг него не были бы в опасности, и Тонкле не пришлось бы умирать. Когда Тонг наконец вышел из комнаты для допросов, его глаза были расфокусированны. Он прошел мимо Марка, который ждал его, как будто он даже не видел его. Марк мог сказать, что его игнорируют, поэтому как раз, когда Тонг собирался вернуться к Дому и Пуп, он схватил его за запястье и оттащил в сторону в более укромное место рядом с полицейским участком. «Отпусти меня!» — резко крикнул Тонг. Он изо всех сил пытался освободить запястье, выкручивая его так сильно, что его лицо исказилось от боли. Увидев это, Марк не мог этого вынести и тут же отпустил. «Что с тобой?» «Это дело рук вампиров, таких как ты? Из-за тебя Тонкла должен был умереть», — голос Тонга дрожал, но его глаза, устремленные на Марка, были полны непоколебимого вызова. «Я пока не могу ответить на этот вопрос», — парировал Марк. Это было всего лишь подозрение — у него не было конкретных доказательств, чтобы обвинить кого-либо. «Значит, ты этого не отрицаешь», — горько усмехнулся Тонг. «Все вокруг меня продолжают страдать, и все из-за твоей жадности. Тебе все равно, кто живет, а кто умирает, до тех пор пока тем кто в конце получит мою золотую кровь будешь ты, верно?» «Тонг...» «И ты взял меня в эту поездку — это была просто подстава? Чтобы твоим было легче нанести удар?» «Ты можешь быть благоразумным хоть на секунду?» Голос Марка был напряженным. Прямо сейчас, помимо человека, которого он подозревал в убийстве Тонклы, была еще одна опасность — недоверие укоренялось в сознании Тонга. «Я пытался найти другое объяснение бесчисленное количество раз», — сказал Тонг, его глаза наполнились разочарованием. «Но ничто не кажется более логичным, чем это». Он повернулся, чтобы уйти, но Марк был быстрее, встав перед ним, преградив ему путь. «Куда ты идешь?» «Подальше от тебя. Я не хочу, чтобы кто-то еще вокруг меня умер так же!» «Но сейчас это небезопасно—» «Безопасно от чего?» — резко ответил Тонг. «От таких вампиров, как ты?» «От вампиров...» Голос исходил не от кого-либо из них. Тонг и Марк в шоке обернулись, увидев стоящих рядом Дома и Пуп, смотрящих на них в ошеломленном недоверии. Марк глубоко вздохнул. Сегодня все шло одно за другим, доводя его до предела. Но сейчас были более неотложные дела, чем объяснение его истинной натуры этим двум. «Я оставляю Тонга на вашу заботу», — сказал Марк Пуп и Дому. Когда он увидел, что они нерешительно кивнули, их лица были смесью страха и неуверенности, он перевел взгляд на меньшую фигуру перед ним. «Я знаю, что ты злишься. Я знаю, что тебе больно. Но я хочу, чтобы ты знал — я тоже никогда не хотел, чтобы это произошло». «...» «Поверь мне. Я разберусь с этим». Тонг мог только наблюдать, как широкая спина Марка становилась меньше с каждым шагом, который он делал. Внутри него бурлило сложное чувство. Если бы он отпустил свой гнев по отношению к Марку, это походило бы на предательство по отношению к смерти Тонклы. Потому что одно было несомненно — смерть Тонклы была какой угодно, но не естественной. Ранее, давая показания полиции, он спросил о состоянии тела Тонклы. На первый взгляд, это могло выглядеть как случай длительного употребления наркотиков — его тело было хрупким, истощенным, словно страдало от тяжелого недоедания. Но Тонг знал своего друга. Он видел его каждый день. Тонкла никогда не выглядел так, даже в последний раз, когда они разговаривали. Если он хорошенько подумает, то тело в таком состоянии может означать и что-то еще — что-то гораздо худшее. Тело, полностью обескровленное. А в этом мире был только один вид существ, способных на это. Вампиры. ...... ...... На другом конце Бангкока высокая и стройная фигура стояла, глядя на столицу Таиланда с высокой точки обзора. Отсюда, люди, суетящиеся на тротуарах, казались крошечными, почти как муравьи, по сравнению с возвышающимися небоскребами, окружающими их. Его темные глаза, напоминали черную дыру в огромной вселенной, непостижимую в своей глубине. Только когда голос его подчиненного раздался позади него, уголки его губ изогнулись в удовлетворенной улыбке. «Бесполезные вещи естественным образом выбрасываются — это нормально». «Что вы намерены делать дальше, сэр?» Почтительный голос раздался от высокого, широкоплечего мужчины в темном костюме, заставив Накана отвести взгляд от окна. Он снова обратил внимание на свой офис, расположенный на верхнем этаже корпоративного здания Амариттракун, прежде чем сесть в кресло за столом. Постукивая пальцами по подлокотнику, он излучал ауру несомненного веселья. «Давайте просто подождем и посмотрим. Иногда... быть зрителем гораздо интереснее, чем самому выходить на сцену». Мысли Накана вернулись к празднованию Amarittra Serum, продажи века, почти два месяца назад. В его глазах мелькнул озорной огонек. В комнате Марка, где на полу были разбросаны осколки стекла, он уловил отчетливый, сладкий запах крови — не похожий ни на что, с чем он когда-либо сталкивался раньше. Открытие заинтриговало его достаточно, чтобы расследовать дальше, что привело к открытию, что сотрудника, которого Марк поспешно увез той ночью, звали Тонкла. Не колеблясь, Накан сделал свой ход, приблизившись к молодому человеку в попытке раскрыть тайну этой соблазнительной крови. Однако со временем он понял, что его усилия напрасны — в Тонкле не было ничего необычного. Мальчик, казалось, ничем не отличался от любого другого обычного человека. Только когда он отправился по делам в Японию, он столкнулся с вампиром другой национальности — Куросавой — в скрытом баре, расположенном среди хаоса столицы. Той ночью он узнал о феномене, столь необычном среди вампиров, что он заставил кровь в его венах пульсировать с волнением, которого он никогда не испытывал прежде. Голод, долго дремавший, вспыхнул снова, пробудив его первобытные инстинкты. То, что он когда-то принимал за простой фольклор, не более чем детскую сказку, теперь подтверждалось Куросавой как реальность — существование золотой крови. Мало кто из вампиров действительно верил в эту легенду, поскольку никто никогда не открывал ее раньше. Все, что существовало, были истории, описывающие ее свойства и ее огромную силу. Однако объяснение Куросавы идеально совпадало с тем, с чем он столкнулся той самой ночью на банкете. Ирония была почти смехотворной — драгоценная кровь, о которой он только что узнал, проявилась в человеке, причем тайце. И чтобы сделать ситуацию еще более интригующей, этот человек был прямо у него под носом. Сначала он подумал, что это Тонкла. Желание вонзить клыки в шею молодого человека и выпить всю его кровь было непреодолимым, но — ему нужно было подтвердить свои подозрения. Но он передумал, когда другой подчиненный, которому он приказал следить за Марком, прислал ему фотографии вампира, преследующего конкретного студента университета, словно тень. Уровень близости и знакомства между ними был непохож на то, что Марк когда-либо демонстрировал с кем-либо раньше. Это само по себе возбудило его любопытство. Затем он увидел это собственными глазами — Марк шел рядом с этим человеком, делая покупки в супермаркете. Этот ублюдок никогда раньше не жил как человек, даже близко. Заставить его покинуть свое жилище уже было проблемой, если только он не был обязан посетить собрание акционеров в бизнес-империи Амариттракун. Если бы не этот случай, Накан сомневался, что когда-либо увидит лицо вампира на публике. Марк всегда сопротивлялся смешиванию с людьми, но этот студент университета полностью изменил его. Накан узнал взгляд в глазах Марка, когда тот смотрел на молодого человека. Он слишком хорошо понимал его значение. При этой мысли Накан тихо усмехнулся, явно довольный. Марк Амариттракун, безусловно, был тем, за кем стоило наблюдать — действительно интригующее. Однако в этот момент Накан обнаружил, что его гораздо меньше интересует Марк, чем человек, который постоянно был рядом с ним. То, что начиналось как намерение разобраться с Тонклой, теперь изменилось — Накан решил использовать его в качестве приманки, надеясь заманить настоящую цель в свою ловушку. Но удача была не на его стороне. Появились препятствия, преграждающие ему путь, прежде чем он смог даже привести все в движение. Тем не менее, это не означало, что он так легко сдастся. Это было только начало. Настоящее веселье — момент, которого он ждал — было еще впереди. «Тонг»… — пробормотал Накан имя, всплывшее в его мыслях. «Что вы сказали, Кхун Накан?» — его подчиненный, все еще ожидавший приказов, попросил разъяснений. Накан перевел взгляд на мужчину, размышляя мгновение, прежде чем позволить медленной улыбке расползтись на губах. Естественно, он никогда не раскрыл бы правду о золотой крови никому — даже тем, кому он доверял. Вот почему его приказы никогда не сопровождались четкими объяснениями. Его подчиненные, прекрасно понимая, что такие вопросы касались только их босса, никогда не смели задавать вопросы. «Где этот парень?» Это было невысказанное соглашение между ними — все точно знали, кого имел в виду Накан. «Остановился в Кондо около университета с друзьями, сэр». Поскольку Накан поручил своим людям следить за Тонгом на расстоянии, подчиненный немедленно ответил. «А как насчет Марка?» «Пока не уверен, сэр. Но, судя по маршруту его машины, похоже, он не приедет к вам». Подчиненный взглянул на свой телефон, читая последний отчет группы наблюдения, прежде чем передать его своему боссу. «Тогда он, должно быть, направляется к Таре». Накан усмехнулся собственным мыслям. Это имело смысл. Марк, вероятно, искал кого-то, кто бы прикрывал его спину. В конце концов, более века этот вампир был всего лишь верным слугой этой женщины. Неудивительно, что, столкнувшись с неприятностями, он прямо направлялся в большой особняк, который служил главным домом их рода. «Хотите, чтобы мы следили за Марком, Кхун Накан?» «Нет необходимости». Накан пожал плечами, откидываясь на спинку стула с предельной легкостью. «Мне просто было любопытно, что он задумал. Теперь, когда я знаю... это не так далеко от того, что я ожидал». Чем беспокойнее становился Марк, тем бодрее чувствовал себя Накан. Это забавляло его, придавало ему энергии. Ничто не радовало его больше, чем видеть Марка встревоженным. «Но я должен приготовиться встретить его должным образом. Скоро он придет и постучит в мою дверь». Накан выпрямился во весь рост. Конечно, когда он говорил, что Марк «придет поприветствовать его», предполагался отнюдь не дружеский визит. Предвидя это, вампир отдал приказ своим подчиненным — он вернется в свое собственное поместье, большую резиденцию, которая соперничала с особняком Тары по размеру и роскоши. Для внешнего мира они все были родственниками, связанными кровными узами. Но это было всего лишь тщательно продуманная легенда — тщательно созданная иллюзия, чтобы сделать представление более правдоподобным в глазах людей. «Но, прежде чем это время наступит, как думаешь, мне следует сначала пойти и поприветствовать важную фигуру на этой доске?» Накан небрежно повернулся, чтобы спросить своего подчиненного. Однако его подчиненный прекрасно знал, что его хозяин на самом деле не ищет ответа. Жестокая улыбка, появившаяся на лице Накана, ясно дала понять, что он намеревался сделать. «Я действительно хочу знать, каким будет его лицо, когда он узнает, что я вмешался во что-то столь важное для него». Глаза Накана светились темной решимостью. Неважно, сколько людей или вампиров он должен был убить, ему было все равно. Так или иначе, он завладеет молодым человеком — сосудом, содержащим золотую кровь. И когда этот момент наступит... долгожданное свершение его самого глубокого желания будет исполнено.