Дар пустыни

      Из Академии приходили всё новые сведения о пропавших книгах. За четыре дня пропало ещё две. Сайно лично наведался в Академию, хоть и не чувствовал себя там комфортно. Бетонные плиты, колонны и давящий потолок. Где-то внутри сидящий волк выл от ощущения клетки, а разум то и дело подкидывал картины, как под мощью лап бьются стёкла и ломается всё вокруг. Всё же песок и бескрайнее небо были для него свободой. Ощущение дома. Хоть для кого-то это и было самым страшным местом, где солнце не щадило глупцов, пугало своей силой и яростью, он же видел там ласковый теплый мир со строгими правилами. И если их соблюдать, то пустыня станет другом. Домом. Капризная женщина, которая станет твоей, если ты ей отдашь себя.       — Значит, дневники. Очень интересно. Я постараюсь узнать, кто брал все эти книги. Может, мы определим автора записей и хотя бы примерную цель Соруха. — проговорил Хайтам. Ничего нового, снова на шаг позади. — Какие отношения у него с Ясмин?       — Держит дистанцию, дарит цветы и украшения. В её обществе властен. Ведёт себя, как влюбленный мужчина. — слова давались легко, словно он успокаивал себя. — Сдержан в физическом контакте.       — Пусть продолжают встречи. Может быть, он ещё проговорится.       — Мне кажется, он не просто так за ней ухаживает. — эта идея пришла ему в голову день назад, когда Ясмин после танца преподнесли очередной букет. — То, как её охраняют, выглядит подозрительно.       — Я думаю, что она для него словно трофей. Он добьётся успеха в своём деле, а потом у него будет богатство и необыкновенная женщина рядом. Да и глупышку-танцовщицу охмурить проще простого.       — Надеюсь, что всё так. — опыт подкидывает не самые лестные картины.       — Ясмин должна узнать, где ему передают книги. Может, получится перехватить шпиона в библиотеке, и он сможет рассказать о планах купца. — Великий Мудрец устало вздохнул. — Не нравится мне этот клубок. Чем дальше, тем больше узелков…       — Распутаем. Не сможем распутать — разрубим. Они встречаются в конце недели. Если что-то будет срочное — пиши, я приду. — гость Академи встал и направился к выходу.       — Сайно! — остановил его голос Мудреца. — Береги девушку.       Сайно кивнул, и вышел за дверь. Конечно, он не подвергнет опасности девчонку. О чём речь. Но откуда у циничного книжного червя, такого, как Аль-Хайтам, тяга к защите прекрасных дам? Прекрасных дам, что за мысли? О ком ещё он думал, как о прекрасной даме? Мысли снова привели Сайно к его личном восприятию её красоты, ума, положения. Контролю не поддается тяга узнать о ней ещё чуть-чуть. Азарт? Как в картах — не знаешь, что откроет следующий шаг противника, но точно знаешь, что интерес не угаснет, пока всё не станет явным. Он придёт в деревню как раз за день, когда у Ясмин будет встреча с купцом. Если поторопиться, то он успеет на вечер её выступления. Интересно, что нового она придумает? Говорят, каждую неделю по четвергам она танцует новый номер и повторяет на выходных. Стратегия хозяина таверны. Привлекает клиентов. Костюмы оплачивает тоже он.       Закатное солнце окрасило небосвод в алый, и он вспомнил, как он любовался ею в танце с веерами. Красиво. Хотелось бы увидеть ещё раз. Сорух платил много моры, чтобы она танцевала лишь для него. Стыдно признаться, но Сайно хотелось, чтобы кто-то сделал это для него. Только не за деньги. А потому что хотел. Покупать любовь было чем-то неправильным, противоестественным в его мире принципов и чёткого разделения на добро и зло. Тот зверь, что сидит внутри, всегда знал истину и вёл его к ней, не допуская компромиссов. Матра сам иногда боялся его. Контроль? Нет, скорее сотрудничество.       Солнце спряталось за горизонт, мир словно затих на секунду, а затем наполнился совсем другими звуками. Звуками ночи. Таинственными. И он всех их знал. Он не очень любил джунгли, и поэтому решил, что ночевать он будет только в Караван-рибат, а в Аару прибудет ближе к обеду. Будет время привести себя в порядок после дороги, смыть пыль и почистить одежду. Юноша вспомнил запах жасмина, которым была пропитана девушка. Вечером Ясмин будет танцевать, потом день отдыха и свидание с Сорухом. Как раз можно передать ей план и посмотреть новый танец.       Караван-рибат встретил Сайно, как обычно, шумными улицами и беспокойными купцами. На ночлег он остался в знакомом гостевом дворе. Для него всегда была оставлена комнатка на чердаке с видом на главные ворота. Когда-то он помог хозяину этого дома отбиться от слишком настойчивых пустынников, которые хотели заставить платить им дань. Генерал объяснил им, что так нельзя, и теперь эти парни протаптывают новые тропки между пустыней и лесом, обходя переправу стороной.              Усталость просто валила с ног. Плотнее закутываясь в плащ, Сайно лёг на знакомую кровать. От ужина он отказался. Хозяин, привыкший к неприветливому характеру парня, который чаще был занят своими мыслями, не настаивал. Он уснул, казалось, как только голова коснулась подушки. Ему снился закат, озеро оазиса, перелётные птицы, отдыхающие в тени редких деревьев. И всё это сливалось в одну яркую картину. Красиво. Его пустыня никогда не была такой яркой. А затем всё погрузилось во мрак. Падение, попытки зацепиться огромными волчьими лапами хоть за что-то. Но вокруг только вспышки молнии разлетались в стороны от обнажённых когтей. Тьма. Из этой тьмы он очнулся уже утром. Показалось, что ночь пролетела за считанные минуты. Завтрак юноша взял с собой. Хозяин любезно передал ему аккуратно запакованный свёрток. Внутри были засахаренные заоблачные перчики и фрукты харра, бутерброд с вяленым мясом и фляжка с освежающим напитком, отдающим мятой. Фрукты он оставил на потом. А остальное пришлось по вкусу.       Как и рассчитывал, он прибыл в деревню до захода солнца. Времени оставалось, чтобы привести себя в порядок, предостаточно, поэтому Сайно позволил себе подремать в ванной, расслабляя утомлённые мышцы. Он поужинал в номере и спустился в зал. За столом для игры в призыв семерых его уже ждали товарищи. К ним присоединился малознакомый мужчина, вроде он из деревенских, но живёт за переправой. Игра шла активно и шумно. Парни встретили Сайно с воодушевлением. Стефан слегка нахмурился, а Онур радушно встретил нового компаньона. Пожав руки, они начали новую партию, принимая нового игрока.       — Как раз вовремя! — воскликнул Онур, снова нервничая. — Мы только сели. Это Эд, он тут мимоходом, ищет, как скоротать вечерок.       Тот, кого назвали Эд, кивнул, но не подал руки, и генерал не стал проявлять инициативу. Ему были знакомы манеры, но сейчас их никто не соблюдает. Сильно раздражаясь из-за проигрыша, новый знакомый громко выругался, чем в очередной раз привлек внимание матры. Вечер тем не менее проходил уютно, Стефан снова много шутил, но выглядел понурым.       — Я даже не знаю, что с тобой, дружище, в картах вроде везёт, может, не везёт в любви? — спросил Онур. — Скажи честно, кто она?       — Твоя богиня! Вот возьму и уведу её! А что, — распалился Стефан, — я красивее и перспективнее. Она точно выберет меня.       — Прекрати! — внезапно остановил его юный садовод. — Не говори так о ней.       — Парни, вам обоим она не светит, с таким ухажёром, как тот купец. — подлил масла в огонь Сайно, которого порядком утомили разговоры о девушке, как о трофее или кубке. — Переживал бы, как она не ушла с более серьёзным конкурентом.       — Сорух. Тот ещё прохвост. Говорят, его люди оккупировали заброшенную пирамиду где-то глубоко в пустыне. Он нанимал всех и платил большие деньги за то, чтобы расчистили её от песка, а потом всем сказал молчать. Мой друг так и не вернулся оттуда. Повёлся на легкие деньги. — подал голос Эд.       — А ты чего не пошёл? — спросил Онур.       — Я ж не глупец. Хотя я просто не успел на отправку на работу, а догонять не стал.       Внезапно музыка изменилась на более энергичную, и в зал ворвалась Ясмин. Одетая в белый костюм она в руках сжимала звонкий бубен, постукивая по нему в такт музыке. Свой танец она начала прямо из зала. Её юбка состояла из лоскутов ткани, что делали её похожей на птицу с развевающимися перьями. Она словно впитывала свет, разнося его по комнате, передвигаясь от столика к столику. И вот она добралась до столика игроков. Увидев Сайно, она улыбнулась, ловко бросив музыкальный инструмент, сделала два поворота и поймала его, слегка касаясь обнажённым животом плеча генерала. Она задержалась у этого столика, и только хотела сделать шаг в сторону, как огромная, непропорционально её тонкой талии рука Эда схватила её за обнажённый живот и дёрнула назад, сажая на колени. Она попыталась вырваться, но он с силой прижал её к себе. Ясмин растерялась и дёрнулась в попытке вырваться. Ее глаза наполнены ужасом. Сайно среагировал быстро. Резко поднимаясь с места, он до хруста завернул руку за спину Эда, утыкая того лицом в стол. Девушка, выскользнув из объятий, отбежала в сторону. Некоторые просто не успели понять, что произошло. Матра наклонился и сказал на ухо хриплым, низким голосом, которым словно зачитывал приговор:       — Я оторву твои руки и засуну тебе в пасть, грязное животное, раз ты не умеешь их контролировать. Они тебе ни к чему.       Внезапно зал затих. Ясмин ушла за сцену, а действия генерала махаматра привлекли внимание всего зала. Руки разжались, отпуская похожего на вепря негодяя, и тот принялся потирать руку, которая не двигалась. Всё-таки какую-то кость он ему сломал. Поделом. Неплохо сломать и вторую, чтобы он знал, что такое беспомощность.       — Надеюсь, ты понимаешь, что будет, если с рассветом я узнаю, что ты всё ещё в деревне? — голос Сайно снова стал его, без суровости Германубиса, который просто отступил в тень.       — Я понял, — пробормотал перепуганный мужчина. Таверну он покидал, озираясь по сторонам.       Сайно же сел на место под удивлённые взгляды партнёров по игре.       — Ничего себе! — первым не выдержал Онур. — Сильно ты его!       — Даже если не на службе, я — матра, честь мне не позволит наблюдать, как нарушается закон.       — Девок лапать он ещё долго не захочет. — протянул Стефан.       Второй танец Ясмин танцевала на сцене и в зал больше не спускалась. Она не поднимала глаз на зрителей, и как назло сейчас ему было важно увидеть в её глазах, что всё в порядке. Этот танец она закончила очень быстро. Ей в руки передали огромный букет глазурных лилий. Передал не Сорух. А где он? Его вообще не было в зале. Хотя во время танца он был.       — Я пойду отдыхать, а завтра проконтролирую дебошира. — Сайно поднялся в номер, заперев надежно дверь изнутри, накинул плащ и взял сумку. Копье он решил оставить дома. Во-первых, лазать в окна с копьём неудобно. А во-вторых, в бой вступать не входило в его планы.       Ребята за столом раскинули дайсы, что значило, что игра началась опять.       Выйдя на улицу через окно, матра направился вниз, затем к дому Ясмин. Вероятно, купец будет ждать её там. А показываться не стоило. Окно в ванной было приоткрыто, и он осторожно пролез через него. Странно, что она оставляла такой лаз. Но что поделаешь, пока это единственный вариант. В его номере встречаться слишком подозрительно. Он прошёл через дом. Увидел, что вся мебель сдвинута, в центре свободное место. Странно. А хотя где-то же она репетирует. Юноша представил, как она танцует в своей гостиной, и он мигом выцепил взглядом опасные острые углы, выпирающие ножки мебели и случайно торчащий край ковра, о который можно споткнуться и упасть, ломая себе руки или ноги. Да уж, тесновато.       Ключи зазвенели, отпирая дверь, и Сайно нырнул в нишу под покров тени. Девушка зашла и быстро закрыла дверь, запирая её на все замки. Она прижалась спиной к гладкому дереву и выдохнула. Затем вдохнула и открыла глаза.       — Сайно? — неуверенно спросила она в пустоту.       Как она узнала?       — Только не пугайся, я пришел спросить, как ты? — он вышел из тени.       — О, я сейчас схожу в ванну, смою с себя всё это, а то у меня ощущение его рук до сих пор на теле, и буду в порядке. — она уверенно прошла в ванную. Затем развернулась и попросила. — Поставь кипятиться чайник, пожалуйста. — никаких удивлений, вопросов и испуга. Она будто ожидала, что генерал будет здесь.       Сайно прошёл на кухню. На столе стоял красивый чайник, баночка для чая и графин с водой. Было похоже на ритуал. Он налил воду в чайник и поставил на печь. Кто-то из учёных Академии придумал помещать слаймов в каменный панцирь, оставляя сверху небольшое отверстие для выхода тепла. Своего рода печь для приготовления пищи. Открыв заслонку сверху, он установил чайник. А вот что делать с чайными листьями, не знал. Он осмотрел её кухню. Много всяких мелочей, создающих уют, и сейчас в полумраке комнаты он осознал, что вокруг много цветов в горшках. Она выращивала растения у себя дома. От этого воздух казался свежим и чистым. Это не было похоже на теплицу Тигнари, где всегда было влажно и тяжело дышать, а больше похоже на тот самый оазис в пустыне.       — Я включу свет только в спальне. Пусть думают, что я там. — Ясмин осторожно вытирала волосы полотенцем. — Садись на диван, я сделаю чай.       — Часто такое бывает? — он решился спросить.       — Нет, но я не люблю, когда ко мне прикасаются посторонние. Отвращение жуткое. Как будто похотливых взглядов мало, чтобы я поняла, о чём они думают.       — Сорух не трогает тебя, — заметил Сайно, — почему?       — Не знаю. Он вообще странный. За мои танцы он платит очень много, но с условием, что я буду танцевать не на публике, а наедине только для него, и что-то особенное. — она подвинула небольшой чайничек к себе и насыпала две ложки чайных листьев. Затем залила их закипевшей водой. — Обычно те, кто платят, рассчитывают на близость. А он нет. Я не понимаю, в чём причина.       Сайно словно пробила молния.       — А ты согласна на близость с ним? — руки сжали столешницу. До хруста в суставах. Неужели ошибся? Защищал её. А она…       — Нет! — она скривилась, морща нос. — Уговор только на танцы. Я больше ни на что не пойду. Даже когда он прикасается к руке, мне хочется сбежать. — она тряхнула руками, словно стряхивая неприятное ощущение. А затем и вовсе подошла к умывальнику и помыла руки. — А почему ты спросил? — она достала чашки с пёстрыми блюдцами и составила на поднос, туда же отправился чайник, сахар и какие-то печенья в виде птиц.       — Я… — он замялся. Нельзя же девушке сказать, что подумал о ней подобное.       — А, давай сразу проясним. Я не сплю с мужчинами. Ни за деньги, ни ради развлечения. У меня немного другие принципы. А если ты будешь обо мне такое думать я, — она задумалась, — буду плохо думать о тебе. — она засмеялась, но даже такому непроходимому мужчине, как Сайно, стало ясно, что неудобную тему для обоих она постаралась перевести в шутку, но тем не менее ему стало спокойнее. — Тем более, не хотелось бы мне, чтобы моим первым опытом стал такой, как Сорух. — сказала она, глядя на чашку, а Сайно, который только отпил из своей, закашлялся. Ясмин засмеялась. — Всё-таки можно смутить великого генерала Сайно. Извини.       — Всё нормально. — он отставил чашку. — Я первый начал с бестактных вопросов.       После небольшой паузы она спросила.       — Аль-Хайтам что-то передал мне?       Он покачал головой.       — Только просьбу узнать о том, где Сорух получает информацию и книги. А ещё он распечатал какую-то пирамиду в пустыне. И мне интересно, где она, и зачем ему это нужно.       — Я постараюсь узнать. Ты же будешь со мной, за картиной? — она спросила это немного неуверенно.       — Буду. — он задумался, затем вспомнил о фруктах из Каравана-рибат, подтянул сумку и достал свёрток. — Как ты относишься к заоблачным перчикам? — спросил он. Ему стало как-то неловко снова пить чай и есть печенье у девушки, ничем не угостив её.       — А что это? — спросила она, отставляя свою чашку и наклоняясь к свёртку. — Это еда?       — Ты никогда не слышала о заоблачных перчиках? — Сайно удивился.       — Нет. Называние красивое. — она была похожа на ребенка, которому показывают чудеса.       — Они очень жгучие, но некоторые торговцы научились их уваривать в сахарном сиропе, и получается лакомство. Но пока не попробуешь, не узнаешь, нравится тебе такое или нет.       — А где они растут? — спросила девушка, осторожно поднимая соцветие из алых лепестков, напоминающее застывшее пламя.       — В Ли Юэ, на высоких склонах. — он проговорил это, но в голове не укладывалось, как же это можно не знать.       — Я поищу об этом в книгах. — она осторожно откусила кусочек. И прикрыв глаза, начала медленно жевать, пытаясь распознать вкус. — М-м-м… Очень интересно. Ничего подобного я ещё не пробовала. — Ясмин улыбнулась, и дожевав остатки сладости, запила чаем. — Мне нравится. А ты бывал в Ли Юэ?       — Да. Много раз.       — А расскажи, что там ещё есть? — она достала диванную подушку и обняла её, уложив перед собой, готовясь слушать. — Если у тебя есть время.       И он рассказал. Про Разлом, гостиницу на дереве и вишапов. Она слушала, не перебивая и не задавая вопросов. Про горы, цепляющие облака, про порт, куда заходят гигантские корабли, про величие статуй защитников Якс. Она заснула под его рассказ с улыбкой на лице. Он заметил не сразу. Накрыв её пледом, он так и остался сидеть, наблюдая за её покоем.       Кто в нашем мире не знает таких вещей? Она не похожа на необразованную девушку. Умна, любознательна. Может, она провела детство в плену?.. Какая жуть.