Дар пустыни

      В номере он оказался к полудню. Утро было прекрасным. Ясмин не отпустила его, пока он не позавтракал. А когда он пил сваренный ею кофе, она мучила подушку, отрабатывая на ней удары саблей.       После этого он ушёл. Наведался в дом старейшины. Там он поговорил с Кандакией. Она его давняя подруга, защитник деревни. Он мог на неё положиться.       — Так, и по каким дням тебе нужно это? — она сразу же приняла идею, как необходимость.       — Лучше поговори с ней. Я просто хотел тебя попросить дать пару уроков. Ну ведь жалко же девчонку, пропадёт. — сказал Сайно, слегка лукавя.       — Конечно. Тем более сейчас. Вот буквально сегодня напали на девушку, шла со свидания одна.       — Хорош её парень, раз не догадался проводить… — поддержал матра, — вот тебе и любовь зла.       — Пусть приходит завтра утром. В удобной одежде. Пока всё. Посмотрим сначала на ученицу, потом договоримся.       — Спасибо.       Вечером танцевала Ясмин, и Сайно с глубоким удовлетворением заметил на ней браслет. После она привычным маршрутом через окно забралась к нему в комнату, и юноша который уже готов был к её визиту, помог ей подхватывая за талию и втаскивая в комнату.       — Вот это сервис! После прошлого раза боюсь пугать тебя. Кстати, как у него дела? — она пальчиком ткнула в грудь в область сердца. Он перехватил её руку, слегка сжимая. Затем расправил ладонь, прижал туда, где бешено билось сердце. — Ты не заболел? — она приложила руку ко лбу, проверяя его температуру. Потом к своему. — Кажется, я даже горячее. Остываешь? Рано, мы ещё не поймали всех преступников!       — Завтра утром приходи к дому старейшины, там будет моя подруга, ты её знаешь. Кандакия. Она тебе поможет научиться обращаться с оружием.       — А ты не сможешь? — она с надеждой спросила, проходя к скамейке и присев на край, сняла мягкие тапочки с ног. Подтянув к себе ступню, она начала рассматривать что-то. — Мне было бы привычнее с тобой… Тем более, а если Хайтам не одобрит?       — Хайтам и сами должен был позаботиться о твоей самозащите. Это его упущение, которое я исправляю. — уязвленное эго бравого воина обрело голос. Ясмин фыркнула.       — Как скажешь. — только лишь пожала плечами она, упорно продолжая что-то рассматривать на босых ногах.       — Что там у тебя? — спросил он, подходя ближе.       — Нога болит. Утром подвернула, а сейчас после танцев кажется, что ещё и опухла.       — Сильно болит? — он сел на корточки перед ней, а затем и вовсе устроился у её ног на ковре, беря миниатюрные стопы в свои руки. Она отдёрнула их, пряча под себя, щёки покраснели.       — Не надо! — на его вопросительный взгляд добавила. — Я стесняюсь.       — Я просто посмотрю травму, и всё… Чего тут стесняться? — хоть он и понял, о чём она говорит, просто хотелось её успокоить. И себе он медленно повторял, что это всего лишь необходимость. Приятная необходимость.       Она нерешительно протянула ему обе ноги. Небольшие пальчики и нежная розоватая кожа. Ногти покрыты хной красного цвета. Новинка ухода за ногтями в деревне. Он осторожно провёл пальцами по верхней части стопы, проверяя на отёк. Затем обхватил лодыжки, сомкнув большой и указательный пальцы. На правой ноге была явная припухлость. Ясмин айкнула и слегка дёрнула ногой.       — Больно.       Сайно отпустил здоровую ногу, поставив на свое колено. Затем осмотрелся, и потянувшись, достал свою сумку. Пока он, изгибаясь, доставал сумку, Ясмин увидела полоску смуглой кожи между поясом брюк и рубашки. Как же привлекательно. Фантазия уже рисовала, как красиво бы на нём смотрелись золотые нити её костюма. Как у древних богов. Шёлк и золото.       Он достал какой-то флакон и налил немного в руку, зубами вытащив пробку. Ясмин, понимая его действия, забрала осторожно зажатую пробку и закрыла флакон. Он улыбнулся. Матра растирал её повреждённую стопу, и девушка, следящая за его действиями расслабленно простонала.       — Я не знаю, что это, но как же приятно. И нога почти не болит. Что за средство такое?       — Я у пустынников выменял. Они в этом хороши.       — Это точно. Так хорошо мне ещё не было.       Он улыбнулся. Где-то внутри разливалось приятное тепло. Разобраться со своими чувствами для него, как для человека, сердце которого принадлежало службе, было непросто. В вопросе женщин он был не то, что не опытен, а скорее до этого момента не было ни возможности, ни желания с кем-то быть таким, каким хочется быть с ней. Самое страшное, что ей для этого не приходиться прилагать никаких усилий. Она буквально не делает ничего. А он сейчас снова держит её в своих руках. За эти несколько недель сколько раз он нарушал её личное пространство? Или пускал её в своё?       — Ты задумчиво молчишь и гладишь мою ногу. — оказывается, он правда задумался, и теперь уже его руки скользили вверх — вниз от пальцев до колена.       Он поставил её ноги на ковёр. Сохранить дистанцию. Привести мысли в порядок. Это важно. Начнём по порядку.       — Ты для него танцуешь в субботу? — спросил он, пытаясь начать по порядку. — Потом, по его словам, он подарит тебе новую жизнь.       Ясмин, которая по своему обыкновению начала укладываться на банкетке, подминая под себя подушку, угукнула.       — Тогда план такой. Я направлю матр к пирамиде, сам же буду следовать за тобой и этим подлецом. Также усилю охрану порта и Каравана-рибат. При любом раскладе я буду поблизости, да и помощь долго ждать не придётся. — он ходил по комнате, описывал план, утверждаясь в его логичности и иногда поглядывая, чтобы Ясмин не спала. Она же, устроившись на подушке, слушала и иногда прищуривалась, словно запоминая информацию или же ища в ней изъяны. — Главное, ничего не бойся. — закончил он.       — Действительно, если матры или ты не справитесь со своей частью плана, я просто останусь в лапах мужчины, у которого на меня какой-то злодейский план. — она закусила губу. После нескольких мгновений молчания продолжила. — Если что, я буду тянуть время. Столько, сколько смогу.       — С тобой ничего не случится. Обещаю.       — Угу.              Утро проникло в комнату. У Сайно, спящего на стуле, затекло всё тело. Он проснулся раньше Ясмин из-за луча солнца, что светил прямо в его закрытые глаза. Умывшись, он спустился и заказал завтрак. Спустя десять минут горничная, она же официант, принесла поднос и постучала, затем всё оставила под дверью. Девушка проснулась от стука. И пока Сайно забирал поднос, сходила в ванную умыться. Она была не слишком разговорчивой с утра.       — Как твоя нога? — юноша не заметил, чтобы она хромала.       — Болит. — она потянулась, поднимаясь на носочки, затем подняла вверх ногу, балансируя на больной. После медленно опустилась, ловя равновесие на обеих ногах. — Кажется, господин купец будет довольствоваться танцем змеи.       — Это каким? — что-то новое, такого танца он ещё не видел.       — Это лёжа. У змей нет ног. — она засмеялась.       Сайно сначала просто улыбнулся, а затем усмехнулся.       — Я был бы рад и такому танцу, главное, чтобы он был для меня.       — Но ты видел, как я танцую, и дома с саблей тоже.       — Это другое. Я не знаю, как объяснить.       — А почему ты не попросишь меня станцевать для тебя? — она задумалась.       — Не хочу просить. Хочу знать, что это желание, а не обязательство.       Она замолчала, обдумывая, можно ли удивить такого человека, как грозный генерал, танцами? Если да, то какими? А самое главное, есть ли то, чего бы ей хотелось, чтобы сделали для неё. Ответа не было.       — Мне пора. Спасибо. У меня занятия с твоей подругой, а вечером мне танцевать. — она взяла из тарелки персик и подошла к окну, слегка оступилась, затем подумав, заключила. — Я выйду через дверь. Незаметно.              Прекрасное настроение не покидало Сайно весь день. Её улыбка с утра. Она сонная, её шутки. Как же ему было тепло от этого всего. Ближе к вечеру он спустился в зал, и его заполняло чувство, что и сегодня будут какие-то сюрпризы. Каждый раз в день выступления Ясмин его ожидали новые гости за карточным столом.       Но в этот раз за столом был только Стефан. Он скучающе перекладывал карты и даже не заметил Сайно, пока тот не сел, скрипнув креслом.       — А где Онур? — было странно, что он пропускает вечер пятницы.       — У него крупный заказ. Сказал, что подойдёт позже. Начнём? — он сгрёб свои карты поближе.       Они сыграли несколько блестящих партий. И дело было не в победе и поражении, а в том, что Стефана отличала способность казаться простым соперником, он был расслаблен, и казалось, совсем не вовлечён в игру, но на деле выдавал сложные комбинации. Солнце село, и в таверну зашла группа людей. Сайно, ведомый инстинктом, моментально оценил прибывших. Пустынники. Причём его знакомая группа Кирима. Они заняли столик в углу, и Назир, который, казалось, занял своей фигурой всё пространство зала, направился к Сайно.       — Мои друг! Я не ожидал, что ты здесь. Кажется, что пустыня нас не отпускает даже в пристанище. — матра встал и ответил на приветствие воина. Они пожали руки и легонько столкнулись плечами. — Снова карты? Удачи, а я пойду разбавлю тоску алкоголем! Присоединяйся к нам.       — Благодарю, мой друг.       Они разошлись. Как и следовало, в таверну пришли только мужчины. Женщинам было нельзя в такие места. Жён пустынников украшала скромность.       Мысли Сайно снова вернулись к девушке, которая не вписалась в каноны, которые он знал. Она не бойкая, как девушки-воины, знакомые ему, не скромна и покорна, как пустынный цветок. Нет в ней напускных тайн и загадок. Сразу на ум приходил драгоценный камень с его гранями и переливами. Нет никакой необходимости, но хочется ощущать эту тяжесть на ладони. Не терпится увидеть, как он будет сверкать в разных лучах, и каким он станет, когда солнце сядет, впустив в мир ночь.       — Если бы от тоски помогал алкоголь, — нарушил его ход мыслей Стефан, — это бы решило множество моих проблем.       — Для проблем, с которыми не справляется алкоголь, есть друзья. Что у тебя случилось?       — Да ты меня не поймёшь, возможно, даже осудишь. А я не хочу терять такого партнёра в играх. — он усмехнулся, но поник. — Я и так рассказал слишком много.       — Из-за своей тайны ты устроил продажу изделий за гроши? — тонкая грань. Сайно чувствовал, что сейчас либо узнает тайну, либо провалится с треском.       — Это всего лишь вещи, зато я не продал себя. — равнодушно сказал Стефан. — Но теперь я знаю, что не с каждым стоит садиться за карточный стол.       — Кому же ты проиграл? — Сайно понял, как же Стефан умён на самом деле. Он ловко перевёл тему со своего секрета на себя. Хотя…       — Соруху. Но если выбирать — работать на него или за долги продать рубаху, я буду ходить голым. — немного поэтично протянул гончар. — Но сегодня я играю для души, и моя душа отдыхает.       Музыка сменилась, и на сцену вышла Ясмин. На ней был закрытый костюм, а танец она исполнила только на сцене под звуки флейты и тихого перезвони колокольчиков. Девушка танцевала плавно, в оранжевых всполохах шёлка она была так изящна. Иногда казалось, что она падает вниз, а иногда, что она в летит, как птица. Нет. Пламя, как догорающая спичка. К сцене стали стекаться зрители, которым было плохо видно. И в какой-то момент они закрыли её от цепких глаз Сайно.       — И ты туда же… Ведь просто танцовщица. — гончар откинулся на спинку и закурил. — Можешь пойти ближе, я дождусь.       — Нет. Продолжим. — он смотрел в свои карты, а музыка, словно противная лиана, опутывала его сердце, рождая в его мыслях то, что он бы мог увидеть в танце Ясмин. Сердце сжалось, и вместо твердого биения выдавало какие-то непонятные вибрации в такт к стуку нот в льющейся мелодии. Испытание какое-то.       Он проиграл. Только ли в карты?..       Когда музыка стихла, а зрители начали разбредаться по своим местам, Сайно, казалось, пришёл в себя. Для второго номера она вышла в белом. И на этот раз вышла в зал, но двигалась медленно. Драгоценные камни, словно капли воды, украшали её костюм. Она была прекрасна. В волосах тоже блестели росинки из хрусталя. Невидимым нитями они были прикреплены ко всему костюму, и как брызги, при каждом движении то разлетелись в стороны, то снова опутывали её. Как же красиво. Это то чудо, которое его поражает из раза в раз. Она подошла к ним, но не задержалась. Её лицо было закрыто так, что виднелись только глаза. Она улыбнулась ему. Он видел это в её взгляде.       — Стефан, наверное, игры не выйдет, из-за этой музыки я рассредоточен. — проговорил Сайно, хотя сам не знает, почему он решил прервать партию.       — Ну да, конечно, музыка. — хмыкнул оппонент. — Давай, я дождусь Онура.       Сайно прошёл в комнату. Ноги, словно ватные. Да что происходит? Бред, да и только. Замок щелкнул, и он, дойдя до окна, распахнул створки, впуская свежий ночной воздух и ожидая. Тонкие руки обняли его.