Я весь для тебя

Сонджу, равно как и Исюань, прекрасно знает, почему появился на свет. Его рождение было запланировано, как только господин Ван решился на второго сына. То, что их участь решена раньше самого зачатия, нисколько Сонджу не смущает. Если подумать, то так даже лучше: знать, что тебя ждет в будущем. Тебе не надо терзать себя сомнениями и вопросом: «кем стать, когда вырастешь?». И Сонджу очень доволен тем, как сложилась его жизнь. С Ван Ибо не просто, но они подружились. Или, он осмеливается предполагать, стали даже ближе. Что-то типа братьев. Они с Исюанем всегда рядом, всегда на стороне Ибо. И, как их и учили, отдадут жизнь, если того потребуют обстоятельства. Им, можно так сказать, повезло. Они не живут в Китае, а за границей, и Ибо ничего не угрожает. Они по большей части просто проводят вместе время. Отдыхают, занимаются активными видами спорта. Красота! При этом их семьи в уважении у господина Вана, а это значит, перед ними открыты все двери. Например, его младшая сестра сейчас готовится поступить в лучший вуз страны, в котором уже давно выделено ей место. Отец занимается бизнесом, а мама — домом. Да, они не могут видеться практически никогда. Если только бы они собрались дома у господина Вана. Но этого никогда не случится, потому что Ибо несгибаем. Его можно понять. И Сонджу бесконечно жаль Ибо, пусть он этого никогда не покажет. Пережить то, что он пережил, не пожелаешь никому. И его чувства в отношении родителей понятны. Более чем. В ранние годы Ибо, когда он только-только стал совершеннолетним и получил доступ к своему накопительному счету, следить за ним было весьма сложной задачей. Сегодня он здесь, завтра - там. Часто не предупреждал, исчезал с очередным походом по непроходимым джунглям где-нибудь в Юкатане. Их учили защищать наследника, но не кататься на доске для серфинга, гоночных машинах и всему тому, чем увлекался их адреналиновый маньяк. Сонджу не жалуется. Все могло быть куда хуже. Помимо разного рода активности, им приходится присутствовать и при отдыхе. Вырвавшись из-под бдительного ока отца, Ибо пустился во все тяжкие. Многочисленные пассии, которые гроздями вешались на молодом, красивом и богатом парне. Им с Исюанем приходилось зорко следить, чтобы никто из них не вредил Ибо. Они буквально вытаскивали голых девушек, а потом и парней из постели их подопечного. Нагулялся Ибо довольно скоро. Такое разнообразие половых партнеров быстро надоело. Потому последние годы у него появлялись мимолётные увлечения. Какие-то на одну ночь, некоторые на неделю. Но они никогда не длились долго и не были чем-то серьезным. Им приходится терпеть нового человека в их небольшой компании, пока Ибо играет в отношения. Стоит немного переждать, и их снова становится трое. Сонджу настроен на Ибо, как радар считывает его настроение, в отличие от Исюаня. Тот словно и не видит, когда стоит оставить Ибо одного или же когда, наоборот, стоит разбавить его одиночество присутствием. И пусть Сонджу больше всех обеспокоен именно безопасностью Ибо, именно он может оставить Ибо одного. Если тот этого просит. Исюаню это дается труднее. Пусть с неприятного инцидента прошло довольно много времени, Сонджу уверен, чувства Исюаня никуда не делись. И он более чем уверен, что Ибо знает об этом. Исюань больше не дает повода сомневаться в себе, но мелкие знаки, которые тот неосознанно подает, говорят об обратном. Например, он всегда должен знать, где Ибо и с кем. Его настроение стремительно меняется, когда у Ибо кто-то появляется. Он становится раздражительным, резким на язык или же, наоборот, мрачным и молчаливым. От него волнами исходят обида и негодование. Иногда Сонджу приходится его одергивать. Иногда он говорит: «Ты же знаешь, это ненадолго». Исюань кивает, но расслабляется, когда очередная пассия остается в номере отеля, а они летят навстречу новым приключениям. Сонджу думает, что это любимое время для Исюаня: когда они в жопе мира кормят комаров размером с ладонь, обгорают на беспощадном солнце экватора, а их кожа трескается от соли океана. Но их только трое, и Ибо принадлежит им. Сонджу, не ослепленный чувствами, прекрасно понимает, почему у Ибо не постель, а проходной двор. Он цепляется за любого человека, который хоть как-то привлекает его внимание. Пусть внешностью, пусть разговорами, пусть общими увлечениями. О, они до сих пор помнят ту девушку на серфе, что провела с Ибо почти две недели. Считай, рекорд. Исюань тогда изводил себя знатно, так как они оба думали, что Ибо, наконец, встретил ту самую. И девушка была хорошая, да и к Ибо она относилась хорошо. И, кажется, несмотря на его деньги, увлечена была именно им. Но потом в голове Ибо что-то щёлкнуло и потянуло его дальше. Сонджу делает вывод, что Ибо просто не способен на чувства, но отчаянно ищет их. Хочет укрыться другим человеком от чувства одиночества. Оставшись совершенно один в возрасте семи лет, Ибо до сих пор чувствует себя брошенным. Сонджу бесконечно жаль, что они не могут помочь ему с этим. Их присутствие как-то скрашивает одиночество. Но с тоской сердца они не могут справиться. Иногда он думает, что было бы лучше, ответь Ибо взаимностью Исюаню. Они как-нибудь смогли бы сохранить это в секрете. Исюань мог бы сделать Ибо счастливым. А Сонджу постарался бы свыкнуться с этим. И тем, что был бы третьим лишним. Но Ибо ответил жестким и бескомпромиссным: «нет». А потом у них состоялся далеко не приятный разговор, давшийся всем троим очень нелегко. Поэтому, когда он заходит в их кабинет и видит сосредоточенного Ибо за компьютером, грызущего ноготь на большом пальце, Сонджу практически сразу понимает: что-то не так. Уверенности добавляет и то, что Ибо вообще никак не реагирует на его появление. Словно и не заметил, так увлекся тем, что происходит на экране. Нарушая личные границы и прекрасно это сознавая, Сонджу обходит Ибо и встает у него за спиной, заглядывая в монитор. Он успевает только увидеть небольшую фотографию и графики, прежде чем Ибо с сильным хлопком захлопывает крышку ноута. Да и так понятно, что это было чье-то личное дело. Ибо уже добрался до проверки сотрудников? Вряд ли. Тогда бы он не стал скрывать. А сейчас он выглядит так, словно его застукали за чем-то неприличным. Боже, он даже не выглядел так, когда его действительно заставали за чем-то неприличным. А этого в их жизни хватало. — Что? — резко спрашивает Ибо, разворачиваясь на стуле к нему лицом. — Ничего, — Сонджу отходит. — Просто… Мне надо что-то знать? — Для чего? — Для того чтобы помочь? Ибо хмыкает и заметно расслабляется. — Ты кого-то встретил тут? — выдвигает предположение Сонджу. Резкий пристальный взгляд говорит красноречивее всех слов. Что ж, Сонджу может похвалить себя. Он так хорошо изучил Ибо, что может вот так на раз раскусить его. В груди это вызывает нежные чувства, словно Сонджу - заботливый папаша, наконец-то нашедший подход к сыну. Впрочем, «нашел» не совсем верно. Скорее не потерял навык. Иногда ему кажется, что вскоре Ибо закроется и от них. Это будет провал. Ибо встает со своего места, чтобы налить себе немного воды. — Надо купить сюда алкоголь, да? — он явно переводит тему. — Вино. Что-то крепче он не пьёт. Мало кто знает, что Ибо очень плохо переносит крепкий алкоголь. Всего пара стопок и ему сносит башню начисто. И он уже не понимает, где друг, а где враг. Слава богам, Ибо решил вовсе отказаться от крепких напитков, иначе не избежать проблем. — Хорошо, — Сонджу прекрасно знает предпочтения Ибо. Они и сами пьют то же самое, хоть им и запрещено. Ибо так и стоит боком к нему, видит только профиль и задумчиво кусает губы. Сонджу ждет. Тут главное не давить. — Где Исюань? — спрашивает Ибо, все-таки поворачиваясь. Сонджу пожимает плечами. — Он болтал с какой-то девчонкой, когда я видел его в последний раз. Ты же его знаешь. Исюань после того неприятного инцидента всеми силами пытается показать: вот он я, не стою на месте, мне интересны другие люди. И пытается заполнить дыру, что Ибо оставил в нем, другими людьми. Они даже чем-то похожи в этом стремлении. Но проходит время, и Исюань меняется на противоположную версию себя. Ходит монахом, сохраняя верность Ибо. Он как-то сказал, будучи немного пьяным и в меланхолии: «Вдруг он передумает, а? Вдруг он передумает и увидит с кем-то, да к тому же так часто». Сонджу, будучи на взводе и раздраженным, сказал: «Очнись! Он никогда не передумает! Никогда не будет твоим. Ты только мучаешь себя несбыточными желаниями и надеждами. Поступи он по-другому, он погубил бы твою жизнь. В любом случае, ты же его знаешь». Исюань тогда ответил: «Знаю. Но я согласен и на день. И на ночь.». «Ты несешь пьяный бред! Сам знаешь: не согласен. Он бы тебя уничтожил этим. А ты своим поступком - свою семью». Тот разговор остался в тайне само собой. Сонджу по всем правилам должен был донести. Но когда они эти правила соблюдали? Он знает, что они близки с Ибо. И тот, несомненно, любит их и дорожит ими. Но, несмотря на свою кажущуюся независимость, они все подчиняются господину Вану. И им пока везет. Что он так лояльно относится к выходкам Ибо. Ибо улыбается. — Почему бы и тебе кого-нибудь не подцепить? Тут целый офис кандидаток. — Чтобы не мешать тебе? — Не мешать мне в чем? Сонджу закатывает глаза. — Мы играли в эту игру сотни раз. Но потом тебе все равно приходится мне все рассказывать. Если ты на кого-то запал… Ну, отлично. Сонджу ходит по тонкому лезвию. Тут либо Ибо пошлет его далеко и надолго, или же прогнется. — Я расскажу, когда будет что рассказать, — Ибо возвращается за свой стол. — А теперь вино. — Вино. Хорошо. Сонджу знает, что да, расскажет. И давить дальше не имеет смысла. Он кивает и выходит за дверь.

***

Когда за Сонджу закрывается дверь, Ибо откидывается на спинку кресла и закрывает глаза. Сонджу дотянется до селезёнки, если вдруг ему того захочется. Ибо открывает крышку ноута и снова смотрит на монитор. Он все-таки сделал это: открыл личное дело Сяо Чжаня. Этого категорически не стоило делать, но он сделал. Резко, словно пластырь сорвал. И вот теперь он знает, когда тот родился, где учился и работал, и то, что Чжань только недавно вышел из тюрьмы. Этот факт словно красной линией перечеркивает, казалось бы, перспективное будущее. Это многое объясняет, но не то, почему личное дело Чжаня никто не проверял, иначе здесь его не было бы. Что ж, Ибо даже благодарен. На фото личного дела совершенно другой человек. У него нет очков. Вероятно, в прошлом Чжань носил линзы. Его волосы длиннее, а черты лица не такие острые. Ибо наклоняет голову, рассматривая очень красивого молодого человека. Так вот что его зацепило. Даже в том, что сейчас этот человек представляет собой, он сумел разглядеть красоту. Ибо всегда она цепляла, манила к себе. Красоту в людях Ибо видел не так часто, как хотелось бы. А вот красоту природы - постоянно. И ему всегда мало. Сяо Чжань — вор. По крайне мере, так говорит статья, по которой он сидел. Ибо, честно говоря, все равно, по какой причине тот решился на такой поступок. Что именно им двигало. Главное, что есть сейчас. Тюрьма знатно помотала его. Не только оставив след на внешности, но, вероятно, и сильно подпортив ментальное и психическое здоровье. И Ибо не знает: оно ему надо? Точнее, он знает, что надо. Но он не знает, стоит ли поддаваться этому желанию. Он здесь не за этим. Отвлекаться не стоит: быстрее тут закончит, быстрее свалит. Впрочем, ни одно его увлечение людьми не получается долгим. И Сяо Чжань не может быть особенным. Нет, он, конечно же, уже отличается от других. На обслуживающий персонал Ибо никогда не западал. Никаких предрассудков. Просто эти люди часто незаметны. И уж точно проигрывают, когда рядом есть кто-то с деньгами. А здесь… Ибо словно попал в замкнутое пространство, где есть вот этот странный Сяо Чжань. Нет, конечно же, можно было бы присмотреть себе кого-то из офисных работников, как сейчас делает Исюань. Ибо так и сделал бы, будь у него такая цель. Чжань же зацепил его, сам того не желая. Да и Ибо не ждал от себя такого. Но что есть, то есть. Сонджу уже подозревает что-то. Ибо не привык скрываться перед ними. Поэтому, если всему этому будет продолжение, то рассказать придется. Чтобы не прятаться. Однако Ибо стоит обо всем подумать более тщательно.