Дорога домой (The Way Home)

Его путешествие на магловском поезде продолжалось дальше на восток после короткой пятидневной остановки в Швейцарии. Он находился в маленькой деревушке в нескольких часах езды от Варшавы, разбив лагерь среди поля диких цветов, когда его нашло письмо от Международной Конфедерации Магов.   Нервничая, он сделал несколько глубоких вдохов и заставил себя закончить готовить скудный ужин на маленьком костре, который осмелился развести под мощными защитными чарами, надеясь, что они скроют свет и дым от маглов. Война здесь ощущалась гораздо ближе и реальнее. Даже здесь, в глуши, его постоянными спутниками были звуки дальних артиллерийских обстрелов и грохот тяжелых орудий, несущих разрушение.   Изможденный после долгого дня пешего перехода, он покормил почтовую сову, быстро доел ужин и тут же погасил костер, не желая рисковать быть обнаруженным. Сжав от волнения кулаки, он взял письмо и, заставив руки не дрожать, разрезал его верхний край ножом. Чтобы успокоить тревогу, его пальцы сами нашли браслет Геллерта, плотно сидящий на запястье. В последнее время он начал машинально теребить его, когда тревога становилась невыносимой.   «Отделение патентного бюро МКМ, Страсбург, Франция, — А.А. и Г.Г.» — гласила надпись на конверте.   Увидев свой псевдоним, Ньют на мгновение улыбнулся, прежде чем продолжить чтение.   «Уважаемые господа, Мы сообщаем вам новости относительно вашего патента «Рунические двухуровневые расширяющие пространство чары». После его недавней публикации в официальных источниках мы уведомляем вас, что на данный момент зарегистрировано 316 запросов на приобретение сублицензии через Международное Патентное Бюро. К настоящему письму прилагается список заинтересованных лиц, а также форма для заполнения, где вы можете указать, согласны ли вы предоставить им сублицензию по предложенной цене или нет. Надеемся вскоре получить ваш ответ, Европейское отделение Патентного Бюро МКМ, Страсбург, Франция». Ошеломленный, Ньют сидел у потухшего костра с широко открытым ртом, не веря прочитанному.   316 запросов? Это было просто невероятно!   Даже Геллерт не ожидал такого ажиотажа. Но вот оно — черным по белому: более 300 человек или компаний хотели использовать их изобретение.   Просматривая приложенный список, Ньют заметил несколько известных имен, но больше всего его поразили суммы, которые некоторые предлагали. Среди предложений крупных компаний фигурировали суммы в десятки тысяч галеонов.   Он был в восторге, но одновременно чувствовал себя совершенно не готовым к такому повороту. Он никогда не ожидал, что его случайное изобретение — созданное лишь для удобства перевозки реабилитационного центра для существ в багаже — вызовет такой интерес.   Ему срочно нужно было написать Геллерту.  Тот наверняка лучше знал, как им действовать дальше. Их скромные эксперименты в одночасье превратились в серьезный бизнес, и Ньют, мягко говоря, не был предпринимателем.   Возможно, им стоило нанять юриста или специалиста, который бы управлял делами. Поскольку Геллерт, скорее всего, уже продумал дальнейшие шаги, а сам Ньют находился в глуши, он решил просто ждать ответа друга.   Письмо от Геллерта могло идти несколько дней, так что, вероятно, тот уже получил уведомление от Конфедерации раньше. Ньют взял пакет с орехами, которыми любил перекусывать, и, рассеянно жуя, перечитал список заинтересованных лиц при тусклом свете заклинания , осмелившись зажечь его только внутри палатки. Он читал, пока глаза не стали слипаться, и в конце концов заснул прямо на письме.   На следующее утро его разбудили демонические крики и настойчивое царапанье по полотну палатки. Вскочив от испуга, Ньют на мгновение дезориентировался, прежде чем понял, что это не нападение, а просто раздраженная почтовая сова.   Открыв вход, он увидел большую взъерошенную сову, которая с презрением протянула ему лапу с письмом.   — Прости, что заставил ждать, — пробормотал он, быстро освобождая письмо и отправляясь за водой и едой для уставшей птицы.   — Вот, держи. Спасибо, что нашла меня здесь.   Сова недовольно прокричала, но принялась жадно глотать мясо.   Улыбнувшись ее капризам, Ньют оставил ее в покое и вышел из палатки, протирая глаза. Проверив защитные чары, он убедился, что все в порядке, и только тогда разрешил себе сесть и вскрыть письмо Геллерта.   «Мой дорогой Артемис, Мне хотелось бы сказать «Я же говорил», но, учитывая, что даже мои прогнозы оказались слишком скромными, воздержусь. Разве я не говорил тебе мечтать смелее и верить в свои силы? Надеюсь, письмо от МКМ подтвердило мои слова. 316 запросов — это невероятно! Мы обязательно отпразднуем, когда встретимся в следующий раз! Но перейдем к делу: нам нужно тщательно выбрать, какие предложения принять, а какие — отклонить или пересмотреть. Юридические аспекты здесь сложны, и нам не стоит их недооценивать. Надеюсь, ты не рассердишься, но я уже проконсультировался с юристом. Поскольку мы оба заняты другими делами, я предлагаю нанять специалиста. У меня есть друг, который мог бы помочь. Я не хочу, чтобы тебя обманули, поэтому прошу рассмотреть это предложение. Береги себя и дай мне знать, что думаешь. Твой, с бесконечной благодарностью, Г.Г.» Согретый заботой Геллерта в это холодное осеннее утро, Ньют заставил себя позавтракать, прежде чем сесть за ответ.   В последующие дни они продолжили переписку, и, как и ожидалось, Геллерт был рад, что Ньют согласился доверить управление делами его другу.   «Артемис, ты слишком доверчив! В таких важных вопросах, как твоя финансовая независимость, нужно быть осторожнее!»— отчитывал его Геллерт в одном из писем.   Ньют представлял, как тот произносит эти слова с любящим раздражением. В ответ он напомнил, что без Геллерта он бы даже не подал заявку на патент.   «Я доверяю своему чутью, которое говорит, что ты заслуживаешь моей веры», — написал он.   Геллерт, конечно, продолжал ворчать, но Ньют знал, что это из-за заботы.   «Я передал управление делами тому другу, о котором говорил, — сообщил Геллерт в следующем письме. — Лукаш скоро свяжется с тобой для подписания документов. Он говорит, что большинство предложений хорошие, но некоторые просто оскорбительны. Не волнуйся, я выжму из них каждый галеон!» Ньют рассмеялся, легко веря каждому слову. Если Геллерт был хотя бы наполовину так же решителен в этом деле, как в своих политических амбициях, то беспокоиться было не о чем.   Пока Лукаш занимался бизнесом, Ньют посвятил время изучению местной фауны. Он собирал дикие цветы и ингредиенты для зелий, записывал наблюдения в дневник, мечтая однажды превратить его в книгу, которая помогла бы волшебникам понять, что магические существа — не просто дикие звери.   Однако из-за магловской войны животные стали пугливыми, и наблюдать за ними было сложно.   Тем временем Геллерт в письмах выражал все больше беспокойства за его маршрут, ведущий ближе к линии фронта. Ньют не мог его винить: чем ближе он подходил к итальянской границе, тем страшнее становились последствия войны.   Разрушенные деревни, плачущие дети, сожженные фермы — все это было хуже, чем он мог представить. Ему было невыносимо тяжело проходить мимо, не помогая, но вмешательство волшебников в дела маглов каралось строго.   С каждым днем ему становилось все труднее оставаться в стороне.   Однажды ночью его разбудил грохот — земля дрожала от взрывов. Выскочив из палатки, он увидел, что его лагерь оказался посреди поля боя.   Срочно свернув палатку и схватив вещи, он бросился бежать, едва уворачиваясь от снарядов. Его щиты держались, но он понимал, что прямое попадание убьет его.   В панике он споткнулся о тело убитого солдата и едва не потерял сознание от ужаса. С трудом успокоившись, он наконец смог сосредоточиться и диссапартировал подальше от боя.   Он появился на знакомой дороге, но, услышав вдалеке взрывы, тут же переместился еще дальше. Второй прыжок оказался неудачным — он скатился по склону холма, потеряв палочку.   С трудом найдя ее, он, измученный и грязный, выбрался наверх и, оценив обстановку, диссапартировал в третий раз.   ---   Геллерт вошел в маленькую гостиницу, не обращая внимания на любопытные взгляды.   — Я ищу своего друга, Артемиса, — сказал он хозяйке, пропуская приветствия.   Та, смягчившись, провела его наверх.   — Артемис, у тебя гость! — постучала она в дверь.   — Геллерт?! — дверь распахнулась, и перед ним появился Ньют с растрепанными рыжими кудрями.   Не в силах сдержаться, Геллерт крепко обнял его.   — Я так волновался после твоего письма, — прошептал он.   — Прости… — Ньют замолк, обмякнув в его объятиях.   Через мгновение Геллерт отпустил его, и они вошли в комнату.   — Твои травмы? — спросил он, внимательно осматривая друга.   — Ничего серьезного, — Ньют потупился. — Думаю, частично помог твой браслет.   Геллерт заметил, как его голос дрогнул.   — Артемис…   — Мне было так страшно… — Ньют сдавленно выдохнул.   Не выдержав, Геллерт снова обнял его, и на этот раз Ньют разрыдался у него на груди.   — Все будет хорошо, дорогой, — мягко говорил он, гладя его по спине. — Ты не один.   Когда рыдания утихли, Ньют вытер лицо и слабо улыбнулся.   — Спасибо, что приехал.   — Я бы пришел в любом случае, — Геллерт улыбнулся в ответ, но внутри горел гневом — и на маглов, и на себя. Он не хотел, чтобы этот добрый, светлый человек столкнулся с такой жестокостью.   Чтобы отвлечь Ньюта, он достал письмо.   — Посмотри на это.   Ньют открыл конверт и замер.   — Девять тысяч пятьсот галеонов в месяц?! — он уставился на Геллерта. — Это же безумие!   — Очевидно, другие так не считают, — усмехнулся Геллерт.   Ньют задумался, глаза загорелись.   — Я смогу купить материалы для прототипа расширенного чемодана… И лицензии на любые исследования…   — Именно, — кивнул Геллерт. — А если что-то нельзя купить легально… я помогу.   Ньют покачал головой, но в его глазах читалось скорее восхищение, чем осуждение.   — Ты настоящий нарушитель спокойствия.   — Что плохого в небольшом гражданском неповиновении ради великих целей? — пошутил Геллерт.   — Главное, чтобы авроры тебя не поймали, — Ньют улыбнулся.   — Как прикажешь, — Геллерт склонился в полу-поклоне.   Они рассмеялись, и на мгновение напряжение ушло.   — Правда, хорошо, что ты здесь, — тихо сказал Ньют.   Геллерт почувствовал тепло в груди.   — Я всегда буду рядом, когда ты нуждаешься во мне.   Он не сказал вслух, что для него значит этот рыжеволосый гений, но в тот момент он поклялся себе: каким бы ни был его путь, он позаботится о том, чтобы у Ньюта было все, что нужно для счастья.  Артемис слегка толкнул его за плечо и бросил строгий взгляд, который выглядел скорее обиженным, чем суровым.   — Просто убедись, что авроры тебя не поймают, ладно? Геллерт понимал, что его улыбка сейчас, наверное, выглядит дьявольской.   — Твое желание — для меня закон, — пробормотал он, наклонившись к младшему заговорщически.   Он явно наслаждался фырканьем, которое вызвала его шутка.   — Геллерт…— слабо отчитал его Артемис, какое-то время удерживая взгляд и улыбаясь, прежде чем его черты смягчились, и он снова отвел глаза. — Очень рад снова тебя видеть, — признался он. — Спасибо, что пришел. — Без проблем, — заверил Геллерт, тоже собравшись.   — Я написал родителям и брату, — пожал плечами Артемис, явно пытаясь скрыть промелькнувшую на его лице боль. — Родители пожелали мне скорейшего выздоровления, а Тесей лишь отругал за безрассудство, прежде чем нехотя предложил помочь оплатить часть моих медицинских счетов.   Геллерту стало грустно за него — было очевидно, что Артемид дорожит семьей, — и он попытался найти что-то ободряющее.   — Уверен, они не хотели тебя обидеть, — осторожно заметил он, пока не зная наверняка, насколько хороши или плохи отношения Артемида с родными.   — Боюсь, как раз хотели, — младший не согласился. — Мне еще повезло, что они совсем не отреклись от меня. Они могли бы лишить меня наследства после моего исключения из Хогвартса. Но не стали. Они кормили меня и позаботились, чтобы я закончил образование, хотя их неохотная милость закончилась, как только я достиг совершеннолетия и технически смог сам о себе заботиться. — А ты и правда преуспел, если уж на то пошло, — заметил Геллерт, пытаясь немного подбодрить его. — Не вешай нос и продолжай идти вперед, — посоветовал он, подставив палец под подбородок Артемиса, чтобы тот поднял голову с достоинством, как и положено.   Отчасти ему удалось заставить младшего выпрямиться и посмотреть на него. Пока хватит и этого, подумал он, убирая руку.   — Ты уже ужинал? — сменил тему Геллерт, пока чувствовал, что еще контролирует ситуацию. Было бы нехорошо, если бы мысли Артемиса снова ушли в мрачные дебри.   Тот отрицательно покачал головой, и Геллерт схватил его за руку, поднял с кровати и потащил за собой.   — Тогда пойдем вниз и закажем что-нибудь у хозяйки, — предложил он. — Она выглядит как человек, умеющий приготовить сытный ужин, — подбодрил он, таща за собой слабо сопротивляющегося, но украдку улыбающегося Артемиса.   С Артемисом всё будет хорошо. Понятно, что ему нужно немного времени после такого удара — этого и следовало ожидать от такого доброго и отзывчивого человека. Немного отвлечения и компании, скорее всего, здорово помогут ему забыть о сомнениях и восстановить уверенность.   Артемис был еще так молод. От этого что-то сжалось в груди Геллерта. Порой он видел в своем рыжеволосом друге, гении, которого никто не понимал, что-то от себя самого — того, кто все еще ищет свое место во взрослом мире. Сидя напротив своего дорогого Артемиса за ужином, он лишь укрепился в решимости поддерживать этого удивительного юношу в его будущих начинаниях.   Артемис заслуживал большего, чем получил до сих пор, и Геллерт позаботится о том, чтобы так и было. Доходы от их патента, скорее всего, сильно помогут воплотить их замыслы. Теперь Артемис сможет заниматься тем, что действительно любит, без компромиссов и ограничений, которые накладывало отсутствие средств.   Геллерт будет преследовать свои цели, но он позаботится о том, чтобы Артемису было комфортно и чтобы у него была возможность раскрыть свой огромный потенциал. Это он пообещал себе молча, улыбаясь через стол и чокнувшись бокалом с другом в коротком тосте.