Я - человек?

Ин Хо устроился на диване так, как делает это редко – глубоко, развернувшись поперёк, укрывшись толстым пледом до подбородка. Комната была полумрачной: только экран телевизора давал свет, на столике рядом стояла банка колы, а в ногах пакет с попкорном, из которого он уже вытянул несколько жёлтых хлопьев. Вино в холодильнике оставил нетронутым, Ки Хун ведь просил не пить хотя бы пару дней. И впервые за долгое время он действительно послушался. Экран мерцал мягким светом, отражаясь в его глазах. Первое время он не то чтобы внимательно следил за сюжетом, а просто смотрел, чтобы не думать. Но на каком-то моменте всё-таки втянулся. – Что? - спросил мужчина, ненадолго замолчав. – Есть что сказать? Захлебывающайся в слезах, глухонемая девушка, пыталась объяснить, что-то жестами: – Я.. я.. не хочу умирать. У меня есть ещё много вещей, которые я хочу сделать… Девушка в кадре начала перечислять свои простые, человеческие желания: встретить хорошего человека, выйти замуж, родить детей. Ин Хо даже не моргнул. Просто наблюдал. Он не испытывал жалости, скорей, интерес. Такие сцены были для него не шоком, а напоминанием о чём-то слишком знакомом. Он уже знал, как люди говорят, когда просят пощады. И знал, как быстро эти слова перестают звучать в голове после первого выстрела. Когда До Шик на экране вздохнул и отвёл взгляд, Ин Хо чуть приподнял подбородок, глотнул колы, не отрывая глаз. Он не осуждал, не сочувствовал, просто оценивал, как человек, привыкший к выбору между плохим и ещё хуже. Хотя было странно видеть в глазах убийцы что-то кроме безразличия к желаниям жертвы. Неужели тот и вправду способен пожалеть её? Ведущий считал это странным, но не лишенным логики. Он подкинул в рот пару зёрен попкорна, чуть наклонился, откинулся обратно. Фильм продолжался, но внимание уже рассеялось. Хван поймал себя на мысли, что даже в вымышленных историях всегда ищет подтверждение одного и того же: что иногда убийство не делает тебя чудовищем. Эта мысль была неприятной, но честной. Он выключил звук на несколько секунд, потянулся дабы поправить плед. В комнате стояла полутьма и лёгкий запах солёного масла от попкорна. Всё это казалось комичным; человек, проливавший реальную кровь, лежит на диване и смотрит кино о чужих убийствах. Но, может, именно в этом и был смысл отдыха, хоть на вечер перестать быть частью сюжета и просто стать зрителем. Он снова включил звук и, не меняя выражения лица, спокойно досмотрел сцену до конца. Фильм подходил к концу. До Шик, бежал по улице, пытаясь догнать ту самую глухонемую девушку. Полицейские уже поджимали его со всех сторон. Он успел только попытаться снова убить девушку, прежде чем в него выстрелили. Ин Хо спокойно потянулся к пульту и нажал паузу, не дожидаясь титров или продолжения. Несколько секунд сидел, глядя на застывший кадр. Хван тихо хмыкнул, откинулся на спинку дивана, вытянув ноги. – Глупец, - произнёс он негромко, почти без эмоций. Он засмеялся, коротко, устало, с тем самым оттенком сарказма, который у него всегда появлялся, когда люди делали глупости. Наврал девчонке, будто он её брат, а в итоге даже не смог закончить начатое. Ни спас свою шкуру, ни убил свою цель. Только устроил цирк. Ин Хо бросил горсть попкорна в рот, покачал головой и на его лице мелькнула почти незаметная улыбка. Понимал он таких людей, слишком мягких, слишком человечных, чтобы быть по-настоящему хладнокровными. А потом в один момент – бах, и всё. Если рядом с таким человеком не будет кто-то посильнее, то его уничтожат. Ведущий сделал глоток колы, почувствовав холод на языке, и вдруг подумал, что Ки Хун, наверное, тоже бы переживал за эту девушку. Начал бы рассуждать о совести, о жалости… а он сам бы только пожал плечами. «Медлил, вот и получил», - мелькнула  простая мысль. Тот парень на экране просто не довёл дело до конца, слишком долго колебался, позволил эмоциям вмешаться, вот и заплатил за это. Эмоции всегда мешают, если начинаешь слушать их больше, чем разум. Ин Хо на дух не переносил таких людей. Хотя… было у него одно исключение. Телевизор мерцал синеватым светом, в комнате пахло карамельным попкорном и дешёвой колой. Хван выключил звук, чуть привалился к подушке и зевнул. Это был первый спокойный вечер за долгие месяцы. Без звонков от спонсоров, бумажной работы и проблем. Но скоро ему наверяка позвонит какой-то недовольный человек, которому не понравится, что ведущий что-то не сделал в этот день. Он потянулся, прикрыл глаза и позволил себе расслабиться, слушая, как за окном тихо шумел ветер. Пожалуй, Ки Хун был прав – иногда действительно нужно просто отдохнуть. Его взгляд невольно скользнул к телефону на тумбочке. Не поступало никаких звонков или сообщений от больницы, значит, пока всё хорошо. Ки Хун, наверное, уже спит. И слава богу. Ин Хо устало выдохнул и откинулся на спинку дивана. Экран телевизора погас, оставив после фильма лёгкое отражение света от окна, и в комнате стало как-то слишком тихо. Только гул холодильника на кухне да редкие звуки машин с улицы. Он посмотрел на часы, где показывало чуть за полночь. Спать совсем не хотелось. Слишком долго провалялся днём, отсыпаясь за все бессонные ночи, когда мозг отказывался замолкнуть. Хван пару секунд подумал, чем заняться, и взгляд сам собой упал на полку под телевизором. Там, аккуратно припорошенная пылью, стояла его PlayStation 5. В уголке под ней торчал провод от второго геймпада, а сверху лежала коробка с дисками. Ин Хо чуть улыбнулся. – Ну что, пришло твоё время,  - пробормотал он вполголоса, вставая. Снял с полки консоль, протёр ладонью и проверил некоторые кабели. Пять минут спустя телевизор ожил ярким логотипом, и голубоватый свет разлил по комнате почти уютное свечение. Он зашёл в меню, пробежался глазами по иконкам игр, и взгляд остановился на Resident Evil Village. Ведущий усмехнулся: – Почему бы и нет. Сел поудобнее, закинув ноги на журнальный столик, подгрёб к себе миску с попкорном и банку колы. Решил сегодня не пить ни капли алкоголя. Кто знает, может, завтра снова придётся ехать к Ки Хуну, а если ещё кровь сдавать – точно лучше не рисковать. Ин Хо выбрал новую игру и сложность «Hard». Без лишних сомнений. – Посмотрим, - пробормотал он и слегка наклонился вперёд. Геймпад лёг в руки привычно. Игра началась. Главный герой: мужчина по имени Итан медленно шёл по сугробам, держа фонарик. Луч света выхватывал из темноты перекошенные заборы, замерзшие деревья и хрип ветра, свистящий между домами. Ин Хо машинально повернул камерой, оглядываясь по сторонам, будто проверял реальную обстановку. С каждой минутой напряжение росло. Где-то позади треснула ветка, а вдалеке мелькнула тень. Он напряг пальцы, сжал курок геймпада. – Ну давай, покажись, - выдохнул почти беззвучно. Первый крик. На экране кто-то схватил героя за плечо, камера резко дёрнулась, фонарь вылетел из рук. Ин Хо даже не вздрогнул, только фыркнул, прицельно выстрелив в мутировавшего мужчину. Попадание. Голова разлетелась клочьями пикселей. – Вот и всё, - тихо усмехнулся он. Он шёл дальше, экономно расходуя патроны, подбирал каждую найденную аптечку, внимательно изучал каждый уголок. Ин Хо нравилось это чувство: просчитывать шаги, слышать каждое дыхание за спиной, понимать, когда стоит атаковать, а когда спрятаться. Он даже не замечал, как тело постепенно расслабляется, будто вместе с героем проходил через мрак этой игры, хотя в таких жанрах игроки должны были сильно напрячься, а не наоборот. Когда в деревне началась бойня, а на героя обрушилась стая ликанов, Ин Хо не отводил взгляда. Геймпад вибрировал в руках, он пару раз выстрелил, убив врагов, пока вокруг разлетались доски домов. Он быстро перезаряжался, стрелял метко, не тратя лишнего. Хван довольно улыбнулся, когда последний упал. – А теперь обыщем трупы. Ин Хо даже немного втянулся. Каждый шаг, каждое открытие двери вызывало тихий азарт, но настоящий. Когда в одном из домов внезапно из шкафа выпал труп, он хмыкнул, перекатил попкорн с коленей и сказал вполголоса: – Всё то же самое. Он не играл месяцами. И вдруг понял, как скучал по отдыху. Никаких раздражающих людей, убийств, кроме цифровых и ничьих чужих лиц, кроме монстров на экране. Хван зашёл в замок Димитреску. Впервые за вечер он чуть улыбнулся, легкое напряжение было приятным, почти очищающим. В одной сцене его герой споткнулся о ловушку, кровь хлынула по экрану, и Ин Хо, скривившись, пробормотал: – Блять.. - шикнул тот, но ничего, подумал тот, аптечка есть. Он глотнул колы, уставился на экран, склонив голову набок. В игре Итан поднял ржавый нож, приготовился к новой схватке. И вдруг Ин Хо поймал себя на мысли, что его пальцы дрожат от адреналина. Тяжёлый бой с одним из чудовищ закончился победой. На экране появилась надпись “You Survived”. Он откинулся на спинку дивана, шумно выдохнул, а потом тихо рассмеялся. – Убить монстра оказалось попроще, чем человека, - произнёс почти шёпотом. Музыка из меню снова заиграла, плавно переходя в тревожный саундтрек. Ин Хо положил геймпад на грудь, откинул голову на спинку и прикрыл глаза. Фильм закончился, игра пройдена на несколько уровней вперёд, а он, впервые за долгое время, почувствовал, что хотя бы на пару часов смог забыть, кто он такой и что за ним стоит. Когда экран показал титры Resident Evil, Ин Хо только зевнул и положил геймпад на диван. В животе громко заурчало, почти обидно. Он посмотрел на пустую миску из-под попкорна и фыркнул: – Отличный ужин, да… Кукуруза и сахар, - пробормотал он, поднимаясь с дивана. Телефон мигнул уведомлением, и он машинально потянулся к нему, но вместо того, чтобы ответить кому-то, открыл доставку еды. Сначала листал без интереса – фастфуд, лапша, пицца, всё это надоело. Потом наткнулся на ресторан с изысканными блюдами: стейки, морепродукты, десерты. Ну а почему бы и нет? После всего, что было, он мог позволить себе хотя бы поужинать нормально. Ведущий заказал набор: стейк с картофелем, крем-суп, салат и бутылку безалкогольного сидра. Ценник был выше среднего, но он даже не моргнул подтверждая заказ. Главное чтобы он съел хоть что-то вкусное за это долгое время. На экране высветилось: “Доставка через 40 минут.” Ин Хо выдохнул, потянулся, и взгляд его снова упал на полку у телевизора, где стояли аккуратно выстроенные коробки игр. Он прищурился, проводя пальцем по названиям. – Так, что у нас тут… - пробормотал он. – Last of Us, Until Dawn… А, вот ты где. Он достал The Evil Within, вставил диск в консоль и, устроившись поудобнее на диване, накинул на плечи плед. Перед запуском включил колонку, выбрал случайный плейлист, и зазвучала Леди Гага. Кто ещё не понял, это один из его любимых исполнителей. Первые ноты “Bad Romance” наполнили комнату, отражаясь от стен, и Хван довольно потянулся, взяв джойстик. Игра началась: камера дрожала, герой бежал по узкому коридору, залитому тусклым светом. Пол под ногами персонажа блестел от крови, а где-то вдалеке кто-то протяжно кричал. Ин Хо слегка подался вперёд, всматриваясь в экран. Пальцы на джойстике двигались быстро и уверенно: рывок влево, перекат, выстрел. Всё как в жизни.  Когда на персонажа неожиданно выпрыгнул монстр, Ин Хо неожиданно дёрнулся, но тут же громко засмеялся, немного хрипло. Мужчина тут же стрельнул в чудовище. Вот чёрт, ну ты и страшила. Ки Хун бы уже обморок схватил. Нужно будет как-то поиграть с ним, если тому конечно такое понравится. Ведущий не знал предпочтений Сона в этом плане. На фоне Гага тянула припев, и Ин Хо, сам того не замечая, чуть подпевал, даже покачивая головой в такт. “Rah-rah-ah-ah-ah…” - шепнул он себе под нос и снова увлёкся игрой. Он заметил ящик с патронами в углу экрана, рванул туда, и в этот момент очередное чудище вылетело из-за двери. Джойстик затрещал от нажатий, сначала перекат, потом удар, и монстр получил окончательный выстрел в голову. Существо рухнуло, и Ин Хо самодовольно усмехнулся, отпустив кнопку. – Не недооценивай меня, - тихо сказал он в экран, будто живому противнику. Картинка мигала: мрачные коридоры сменялись полуразрушенными улицами. Густой туман витал вокруг, а мигающие лампы не спасали ситуацию, от чего тот прищуривался. Он полностью погрузился в атмосферу, а музыка, вопреки логике, не мешала – наоборот, придавала какому-то странному, ироничному хоррору лёгкость. Ин Хо иногда говорил вслух, как будто комментировал собственную трансляцию: – Так, ага, аптечка… хорошо… – Справа, ублюдок, вижу. – Тупик, просто отлично. Когда на экране его персонаж оказался в подвале, заваленном телами, Хван чуть морщился, но не от страха, а от раздражения. – Классика… Ну придумали бы хоть раз что-то новое кроме подвалов, - пробормотал он, щёлкнув кнопкой перезарядки. Следующая сцена заставила его непроизвольно затаить дыхание: идя по узкому коридору, в конце появилась странная тень, двигающаяся неровно, будто застрявшая в петле. Он замедлил шаг, всматриваясь в экран, и даже убавил громкость, хотя из колонки уже звучала Бритни Спирс. И вот когда тень резко сорвалась и бросилась в его сторону, Ин Хо едва не подпрыгнул. Он играл, наверное, больше часа, увлечённо, даже сосредоточенно, но в хорошем настроении, которое стало  его редко посещать в последние дни. Иногда отклонялся назад, закидывал руку за голову, потом снова наклонялся вперёд, когда становилось напряжённо. От экрана отражался свет, делая его лицо мягче, расслабленнее, чем обычно. Где-то на середине главы он заметил уведомление на телефоне – доставка приехала. Поставил игру на паузу, бросил взгляд на экран: там герой стоял у разбитого окна, за которым плыл густой туман. Ведущий встал, размял плечи, и довольно пошёл к двери. Ин Хо забрал заказ у курьера, коротко поблагодарив. В пакетах приятно пахло жареным мясом, свежим хлебом и сливочным соусом. Он разложил всё на низком столике перед диваном, не зажигая верхний свет, только оставил настольную лампу у стены, которая мягко подсвечивала комнату, заливая её янтарным теплом. Пар поднимался над тарелкой со стейком. Он выглядел аппетитно, с румяной корочкой, прожаренный ровно так, как он любил. Картофель был хрустящим по краям, а крем-суп источал запах грибов и сливок. Ин Хо уселся, подоткнул под себя плед и налил себе сидр в высокий стакан. Первый глоток отдал прохладой, будучи немного сладким. На мгновение показалось, что жизнь снова имеет вкус. Он переключил музыку, только тихо, просто чтобы не было тишины. Из колонок потянулись первые аккорды “The Weeknd – Save Your Tears”, мягкие и меланхоличные. Ведущий медленно ел, не спеша. Вкус был насыщенный, мясо буквально таяло во рту. Он закрыл глаза на секунду, откинулся назад. Когда тарелки опустели, а от сидра осталась половина, мужчина аккуратно отставил всё на край стола и снова взял геймпад. На телевизоре всё ещё стояла пауза, а главный герой The Evil Within затаился у окна, окружённый серым туманом. Ин Хо нажал «continue». Музыка сменилась на Imagine Dragons – “Believer”, и это удивительно совпало с моментом, когда персонаж начал бежать по коридору, спасаясь от очередного монстра. Ин Хо подался вперёд, глаза прищурены, движения рук быстрые, точные. – Блять, беги быстрее, - бормотал он, не отрывая взгляда от экрана. Звуки игры и музыки перемешались, но за окном было тихо, город давно уснул. Хван метко стрелял, уходил от ловушек, обходил коридоры, и в какой-то момент поймал себя на том, что полностью погрузился в происходящее. Больше не думал ни о больнице, ни о работе, даже о Ки Хуне. Когда музыка сменилась на Arctic Monkeys – “Do I Wanna Know?”, темп в игре чуть замедлился. Герой оказался в старом особняке. Ин Хо нахмурился, осторожно продвигаясь вперёд. – Так, посмотрим, кто тут у нас, - пробормотал он, облокотившись локтем на колено. С каждой минутой он всё сильнее расслаблялся. Где-то на середине уровня откинулся на спинку дивана, закинул одну ногу на другую. Глаза не отрывались от экрана, но в уголках уже мелькала усталость. На фоне заиграла The Weeknd – “Blinding Lights”, и Ин Хо поймал себя на том, что слегка кивает в такт, даже насвистывает. Монстр вылетает из стены – короткий рывок, перекат, выстрел. Геймпад дрожит в руках. – Поздно, - усмехается Ин Хо, добивая тварь. – Со мной такие трюки не проходят. Он был хорош в играх: сосредоточенный, внимательный, почти хищный в реакции. Всё это напоминало ему старое чувство контроля. Здесь, на экране, всё было просто: если враг нападает, то просто убей его, ведь тебя никто не накажет. Если дверь заперта, то найди ключ. Не нужно было думать, чувствовать, выбирать между моралью и долгом. Ведущий играл, наверное, два часа. Время текло медленно, уютно. Иногда делал короткие перерывы – отхлебнуть сидра, подбросить плед, немного размяться. Когда прошёл очередную главу, с удовлетворением вытянул ноги и глядел, как экран гаснет, погружаясь в черноту. На колонке заиграла Imagine Dragons – “Demons”. Мелодия была мягкой, знакомой. Ин Хо перевёл взгляд на окно, за стеклом было темно, только слабый отсвет города на горизонте. Он почувствовал лёгкость, как будто впервые за долгое время просто позволил себе быть человеком. Тело приятно ныло от усталости, глаза чуть резало от света телевизора. Мужчина выключил консоль, убрал геймпад на стол и откинулся, уткнувшись головой в подушку. Хван прикрыл глаза, слушая, как голос певца растворяется в финальных аккордах. Ненадолго подумал о Ки Хуне, о том, как тот сейчас, наверное, спит в больнице, укрытый тонким одеялом, чуть нахмурив лоб даже во сне. Мысль об этом почему-то согрела. Он не заметил, как музыка перешла на новую песню, а потом и вовсе затихла. Плед соскользнул на пол, геймпад остался в руке, экран телевизора погас, и Ин Хо, не дождавшись даже конца плейлиста, спокойно заснул прямо на диване, впервые за долгое время. Ки Хун проснулся не сразу. Было ощущение, будто сознание то всплывает, то снова опускается в тёплую, вязкую тьму. Он медленно приоткрыл глаза, дневной свет бил сквозь жалюзи, оставляя на потолке тонкие полосы. На мгновение он не понял, где находится. Потом взгляд упал на бинт, туго обмотанный вокруг плеча, и память медленно вернулась. Тело откликалось на малейшее движение: лёгкое головокружение при вдохе, натянутая кожа на перевязке и ломота в мышцах. Но впервые за последние дни не было той тяжёлой слабости, которая заставляла его едва дышать. В груди стало свободнее. Сон попытался приподняться на подушке. Движение без чужой помощи получилось неловким: правая рука, перевязанная у плеча, отозвалась глухой болью. Ки Хун тихо втянул воздух сквозь зубы, дожидаясь, пока отпустит. Потом аккуратно перевёл дыхание, придерживая повязку рукой. Слева от кровати капельница была уже снята, на её месте красовался лишь пластырь с тонкой полоской засохшей крови. Ки Хун машинально провёл по нему пальцем, ощущая лёгкую шероховатость. На тумбе стояла вода, и мужчина, осторожно нагнувшись, сделал несколько небольших глотков. Холодная жидкость прошла по горлу, возвращая ощущение присутствия в теле. Он услышал, как открылась дверь. В палату вошёл врач, тот же, что был вчера. – О, вы уже проснулись. Доброе утро, господин Сон. Как самочувствие? Ки Хун моргнул, приподняв голову. – Лучше, - тихо ответил он. – Головокружение меньше, только плечо… немного тянет. Может пора снова поменять повязку? Врач подошёл ближе, осмотрел бинт. – Это нормально. Повязку менять не нужно, кровотечения нет. Мы вам вкололи длительное обезбаливающее, так как в первые дни боль могла быть невыносимой, и видимо, эффект почти пропал. Но руку старайтесь не поднимать, ладно? Ки Хун кивнул. – Я аккуратно. – Кстати, капельницу сегодня сняли, показатели стабильные. Организм восстановился после переливания, - врач сделал пометку в блокноте. – Ещё немного отдохнёте, и можно будет говорить о лёгкой активности. Пациент чуть усмехнулся. – “Лёгкая активность” – это что, пройтись до двери и обратно? – Именно, - врач тоже слегка улыбнулся. – А ещё, раз уж вы проснулись, можете принять душ. В каждой палате здесь отдельная ванная. Глаза Ки Хуна чуть оживились. – Вот… это как раз то, что мне нужно, - он замолчал, потом добавил: – Только не знаю, можно ли. – Можно, если аккуратно. Но будьте осторожны, - врач взглянул на его перевязанное плечо. – Сами справитесь? – Да, я просто… хочу освежиться. Пять минут, не больше. – Хорошо. Только не закрывайте дверь полностью. Если закружится голова, то сразу зовите, ясно? Ки Хун снова кивнул, и врач, удовлетворённо кивнув, вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Оставшись один, Сон опустил ноги на пол. Холодная плитка коснулась босых ступней, и от этого ощущения по коже побежали мурашки. Он опёрся здоровой рукой о край кровати, медленно поднялся. Плечо болезненно дёрнуло, но он терпеливо дождался, пока всё успокоится. Двигаться было непросто. Каждый шаг требовал осторожности, тело казалось чужим, непривычным. Он дошёл до двери в ванную, приоткрыл её. Помещение было маленьким, но чистым: светлая плитка, небольшое зеркало над раковиной и душевая. На полке лежало свежее полотенце, аккуратно сложенная пижама, мыло и шампунь. Всё выглядело почти домашне. Он снял больничный халат, аккуратно, чтобы не задеть перевязку. Повязка на плече стянулась, кожа под ней тянула и пульсировала. Ки Хун осторожно поправил бинт, проверяя, не промок ли. Потом включил воду. Шум наполнил ванную, и воздух быстро стал влажным и тёплым. 456-й стоял под потоком, наклонив голову, позволяя воде стекать по лицу и спине. Было такое ощущение, что всё что накопилось за эти дни смывается с него.  Ки Хун не спешил. Просто стоял, ощущая, как всё это время неподвижное тело оживает. Плечо ныло, но терпимо, главное было не двигать рукой лишний раз. В какой-то момент он закрыл глаза, прислонился лбом к кафелю и тихо выдохнул. В голове было пусто, и это ощущение тишины казалось роскошью. Потом он медленно потянулся к мылу, моющимся в основном одной рукой. Движения были осторожные, неуклюжие, но он упрямо продолжал. Даже если приходилось тянуться, сгибаться, ловить равновесие. Сон хотел чувствовать себя не больным, а просто обычным человеком. Через несколько минут Ки Хун выключил воду. Влажный пар висел в воздухе, а зеркало запотело. Он вытерся, стараясь не трогать плечо, потом накинул чистую рубашку. Кожа под бинтом снова дала о себе знать лёгким уколом, видимо, чуть натянулась. 456-й вышел в палату, медленно, но уверенно. Воздух здесь был прохладнее, чем в ванне, пах чуть хлоркой. Солнце пробивалось сквозь шторы, ложилось на простыни мягким светом. Ки Хун подошёл к кровати и сел, осторожно опираясь здоровой рукой. Всё тело отзывалось усталостью, в этот раз не острой, а мягкой, затяжной. Он почувствовал, как мышцы гудят после непривычного движения. Головокружение вернулось, лёгкое, как эхо, но не угрожающее. Он сидел на кровати, чуть наклонившись вперёд, пальцами прочёсывал мокрые волосы, из которых всё ещё стекала вода. Воздух в палате был прохладным, и от лёгкого сквозняка, проходящего через приоткрытую щель в окне, по коже побежали мурашки. Но Ки Хун не обратил внимания. Голова всё ещё немного кружилась, но после душа он чувствовал себя почти заново живым. Эти дни Сон скорее существовал, чем жил. Вода словно смыла с него всё застывшее напряжение. Даже плечо, перевязанное плотным бинтом, ныло не так остро, боль притупилась, стала привычным фоном. Мужчина только собрался лечь, когда дверь открылась, и внутрь вошёл тот же врач. В руках у него был термометр. – Ну что, - начал он, не успев толком взглянуть на пациента, – как самочувствие? Ки Хун поднял взгляд, и по выражению лица врача понял, что тот сразу заметил его мокрые волосы. – Так, так, - врач нахмурился, поставил планшет на тумбу и подошёл ближе. – Господин Сон, у вас ведь всё ещё температура держится. Вы что, с мокрой головой после душа сидите? 456-й машинально провёл рукой по волосам. – Я… просто не подумал. Хотел привести себя в порядок. – Хотели привести, а теперь рискуете снова разболеться, - врач тяжело вздохнул, отодвинул стул и жестом указал на полотенце. – Быстро сушите. Не геройствуйте. Ки Хун послушно взял полотенце, начал растирать волосы, пока врач доставал градусник. Тот молча подал его. Мужчина взял, зажал под мышкой, и пока прибор отсчитывал секунды, врач смотрел на него поверх очков. – Я понимаю, вы устали от этой койки, - наконец сказал он мягче. – Но тело ещё ослаблено. Даже если вам кажется, что вы лучше себя чувствуете, организму нужно время. – Я знаю, - кивнул Ки Хун, слегка улыбнувшись. – Просто хотелось почувствовать себя живым. – Поверьте, я это понимаю, - тот коротко хмыкнул. – Но живым вы себя почувствуете быстрее, если не заработаете себе воспаление. Термометр пискнул. Врач посмотрел на экран. – Тридцать семь и восемь. Всё ещё повышено. Не критично, но достаточно, чтобы беречь себя. Он сделал пометку в планшете, потом, будто вспомнив, добавил: – Кстати, господин Хван звонил утром. Ки Хун тут же заинтересовано поднял голову. – Ин Хо? – Да. Сказал, что сегодня не сможет приехать. Возможно, и завтра тоже. Попросил передать, чтобы вы не переживали. Сон замолчал, глядя в сторону. Несколько секунд ничего не говорил, просто слегка покачал головой. – Понятно, - произнёс он тихо. Врач посмотрел на него внимательнее, будто что-то уловив в его голосе, но промолчал. – Надеюсь, он отдыхает, - добавил Ки Хун чуть громче, уже спокойнее, даже с лёгкой улыбкой. – Ему это нужно. – Думаю, именно это он и собирался сделать, - кивнул врач, проверяя записи. – Сказал, что вы можете ему позвонить через наш телефон, если захотите. Ки Хун снова улыбнулся, но не собирался делать этого. – Потом. Пусть выспится. Мужчина коротко взглянул на него и, видимо, решив, что пациент в норме, встал. – Хорошо. Я зайду чуть позже. И, пожалуйста, больше никакого душа сегодня. Только постельный режим и отдых. – Обещаю, - кивнул Ки Хун, закутываясь в одеяло. Когда врач вышел, в палате стало тихо. Ки Хун улёгся на бок, положил здоровую руку под голову, и взгляд его упал на потолок. Он думал о том, где сейчас Ин Хо. Может, дома, может, снова куда-то поехал. Хотелось верить, что тот действительно отдыхает, а не сидит в кресле с бокалом виски в руках, разговаривая с кем-то из «своих». Он долго просто лежал, глядя в потолок. В белом свете лампы потолок казался чуть желтоватым, как старый лист бумаги. По стене шёл тонкий шов краски, где недавно перекрашивали, и Ки Хун почему-то уставился именно туда. Не в потолок, не в окно, а в этот неровный след кисти, будто в нём было что-то более интересное, чем в вещах вокруг. Сон перевёл взгляд в сторону. На стене напротив, чуть выше уровня глаз, висел небольшой, но новый телевизор. Раньше он не замечал его или просто не придавал значения. Пульт лежал под тумбочкой, покрытый тонким слоем пыли. Ки Хун потянулся, нажал кнопку. Экран загорелся с тихим щелчком, вспыхнуло мутное изображение, и первое что пошло – новости. Голос диктора звучал отстранённо, спокойно, будто всё, что происходило в мире, не имело к нему отношения. Сменялись кадры: кто-то на фоне парламентского здания, автомобильная авария, репортаж о спортивном матче. Обычные будни, к которым он ещё не привык возвращаться. 456-й смотрел несколько минут, почти не вникая в слова. Затем переключил канал на какой-то старый сериал. Камера непрофессионально дрожала, актёры переглядываются слишком театрально, а за кадром слышался смех. Ки Хун усмехнулся. Боже, когда это снимали? Казалось, что фильмы его молодости больше не должны пускать по телевидению. Но смотреть оказалось приятно. Сцена оказалась простой, а актеры играли какую-то милую корейскую парочку. Он не понимал сюжет, это было не важно. Важно, что в комнате впервые за долгое время стало не так пусто. Он вытянул ноги, чуть подвинул подушку повыше, устроился удобнее. В груди ещё немного покалывало, дыхание оставалось неровным, но это уже не пугало. Организм будто чинился, и говорил ему не мешать. Время шло медленно. За окном солнце скользило по подоконнику, затем исчезло. Сменились передачи: новости, реклама, вечернее шоу. Ки Хун даже не замечал, как засыпает и просыпается снова. Иногда он машинально трогал плечо, проверяя, не протекла ли повязка. Иногда просто смотрел на экран, не слыша звука, лишь чтобы в палате что-то происходило. Когда стемнело, он выключил телевизор и остался в тишине. 456-й уже собирался лечь, когда дверь тихо приоткрылась. Вошла молодая медсестра в очках. – Господин Сон, как себя чувствуете? – Лучше, - ответил он честно. – Намного лучше, чем утром. Она проверила давление, взглянула на результаты и кивнула. – Температура держится, но уже не высокая. Главное не простыть снова. И голову сушите, если будете мыться. Ки Хун усмехнулся: – Я уже успел получить выговор за это, не волнуйтесь. Она улыбнулась в ответ. – Тогда отдыхайте. Пока что не стоит принимать никаких таблеток. – Понял, - тихо сказал Ки Хун. – Спасибо. Когда она вышла, он долго сидел, глядя в окно. Снаружи зажглись огни, небо стало густо-синим, и где-то вдалеке проехала машина, оставив красный след фар. Сон снова лёг, устроившись на боку. Ткань простыни холодила кожу, где-то под тикали часы. Он закрыл глаза и в последний момент услышал, как за окном лёгкий дождь начинает стучать по подоконнику. В этот раз Ки Хун не боролся со сном, как раньше, потому что не любил слабость. Он позволил себе уснуть, хотя глухая ноющая болью в груди, придавала дискомфорта. Когда Ки Хун проснулся, в палате стояла тишина. За окном было утро, тусклый, чуть туманный свет ложился на стены, на его простынь, на металлический поручень кровати. Мужчина медленно повернул голову, чувствуя, как ноет шея. Плечо всё ещё тянуло, бинт немного натирал, но по сравнению с тем, что было неделю назад, это почти не ощущалось болью. Он сделал глубокий вдох, и грудь сжалась, словно воздух был тяжелее обычного. В горле кольнуло, и он тихо закашлялся. С каждым вдохом лёгкие будто протестовали, не остро, а приглушённо, но настойчиво. Игрок привык к этому ощущению. После тех дней в подвале, после того холода, который пробирал до костей, дыхание уже никогда не возвращалось к прежней лёгкости. Врачи говорили, что нужно время, что ткани восстанавливаются, но Ки Хун всё чувствовал иначе, будто в нём теперь поселился сам холод. Он сел, опёршись спиной о стену, и на секунду просто закрыл глаза. Голова чуть кружилась, не сильно, но достаточно, чтобы напомнить, что организм всё ещё слаб. На тумбочке стояла бутылка воды. Он потянулся, открыл её, сделал несколько глотков, стараясь не дышать слишком резко. Вода была прохладная, и после каждого глотка в груди отдавалось лёгкое покалывание. Надо встать. Сколько можно лежать? Так он завтра даже до квартиры Ин Хо не дойдет. 456-й снял одеяло, медленно опустил ноги на пол. Тело откликнулось глухой усталостью, но он уже знал, что, если сейчас снова ляжет, то пролежит весь день – и завтра, и послезавтра. А ему нужно было окрепнуть до завтрашнего дня. Потянувшись, Ки Хун встал. Пол под ногами был холодным, и это помогло немного прояснить голову. Он пошатнулся, но удержал равновесие, сделал шаг, потом ещё один. В теле будто завелись ржавые механизмы, каждое движение давалось тяжело, но они всё-таки работали. Врач, который проходил мимо, заметив его в дверях, даже не сразу понял, что тот идёт сам. – Господин Сон? - удивлённо произнёс он, подходя ближе. – Вы куда собрались? – Просто пройтись, - ответил Ки Хун. Голос прозвучал хрипло, но уверенно. – Надоело лежать. – Вам нельзя далеко, - врач нахмурился. – Лёгкие ещё не в порядке, вы же сами знаете. Любая нагрузка и вас начнётся спазм. – Я аккуратно, - Ки Хун чуть улыбнулся. – Просто вдоль коридора. Врач хотел возразить, но потом махнул рукой. – Только не больше десяти минут. Если начнёте кашлять, то сразу возвращайтесь. Пациент молча кивнул и вышел. Коридор встретил его мягким светом, дневные лампы были включены неярко, чтобы не раздражать пациентов. Он шёл медленно, чуть придерживаясь рукой за стену. Каждое движение давалось не без усилий, но в голове впервые за долгое время стало тихо. Через несколько минут он остановился у окна. Снаружи виднелись деревья, их ветви качались под ветром, а вдали – серые крыши домов. Ки Хун смотрел на них и ловил себя на том, что не чувствует ни раздражения, ни тоски. Ему просто спокойно. Ки Хун попробовал вдохнуть глубже, и тут же почувствовал укол боли под рёбрами. Воздух застрял, он тихо выдохнул, опустил голову. Кашель вырвался неожиданно, и звук эхом прошёл по пустому коридору. Он прислонился к подоконнику, перехватив дыхание. – Всё нормально, - пробормотал сам себе. Но это напомнило ему, как он все ещё хрупок. Тело, которое когда-то выдерживало всё, теперь словно сдалось. Он провёл рукой по груди, где будто изнутри шевелился ледяной ком. Вернувшись в палату, он чувствовал себя усталым, но странно удовлетворённым. Всё-таки смог. Врач, увидев его, закатил глаза: – Я же говорил, не больше десяти минут. Уже задышались? – Немного, - честно признался Ки Хун. – Но я же вернулся. – Вернулся, и хорошо, - врач кивнул, помогая ему присесть. – Давайте без подвигов, ладно? У вас лёгкие сейчас как у старика после ледяного заплыва. Им нужен покой. – Старик – это мягко сказано, - Ки Хун усмехнулся. – Не старик, - ответил врач, глядя на него чуть мягче. – Вы просто многое пережили.  Он проверил пульс, посмотрел на дыхание. – Восстанавливаетесь хорошо, но рано радоваться. Ки Хун кивнул. Он и сам это понимал, просто не мог иначе. После стольких дней бессилия, каждый шаг, каждая возможность встать, пройтись, вдохнуть хоть немного глубже значили для него слишком многое. Когда врач ушёл, он снова лёг, глядя на потолок. Тело ныло, но голова была ясной. Он слышал, как где-то за окном по асфальту шуршит ветер, как в соседней палате кто-то кашляет, как тихо тикают часы на стене. Ки Хун медленно вдохнул, чувствуя, как лёгкие словно сопротивляются, но поддаются уже лучше. Время в палате тянулось медленно, особенно теперь, когда Ки Хун уже чувствовал, как организм начинает хоть немного слушаться. Температура держалась, но не такая, жгучая как раньше. Просто лёгкая, назойливая слабость в теле и тяжесть в плечах. Казалось, будто все мышцы протестуют, но стоило ему заставить себя сделать пару шагов, и тело будто вспоминало, что значит двигаться. Он сидел на кровати, уткнувшись взглядом в окно, где сквозь белесый свет фильтровалось вечернее солнце. Ки Хун чуть поёрзал, пытаясь устроиться удобнее. Хоть он и говорил врачу, что чувствует себя лучше, на самом деле это было половиной правды. Голова ещё слегка кружилась, дыхание всё ещё временами давалось тяжело, а плечо под повязкой ноило так, словно там спрятано крошечное сердце, которое стучит в такт с его собственным. Когда дверь в палату открылась, Ки Хун уже сидел чуть выпрямившись. Вошёл врач, всё тот же мужчина, что приходил каждое утро и вечер. – Добрый вечер, мистер Сон, - сказал он, закрывая за собой дверь. – Как самочувствие? – Лучше, - ответил Ки Хун, стараясь улыбнуться. – Кажется, уже легче дышать. И головокружение стало меньше. – Это хорошо, - врач кивнул и подошёл ближе. – Давайте посмотрим. Он привычным движением проверил пульс, температуру, заглянул в глаза, осмотрел повязку на плече. – Плечо заживает, хотя нагрузка пока противопоказана. А вот температура… - он прищурился на экран термометра. – Тридцать семь и два. Всё ещё выше нормы. – Это ерунда, - быстро ответил 456-й. – Я просто устал. Врач хмыкнул, не споря, но взглядом ясно дал понять, что он всё прекрасно видит. – Давление стабильное, дыхание чуть слабее нормы. Лёгкие вам всё ещё нужно беречь. После такого переохлаждения ткани восстанавливаются долго. Ки Хун тихо кивнул, но уже не слушал до конца. Он ловил момент. – Доктор, можно вас о чём-то попросить? Тот посмотрел внимательнее, чувствуя по голосу, что сейчас будет нечто необычное. – Слушаю. – Завтра… мне нужно будет выйти из больницы. Всего на день. – Простите? - врач чуть приподнял бровь. – Выйти? – Да, всего на один день. Я вернусь к утру следующего, честно. Врач молчал пару секунд, потом перевёл взгляд на его руку с повязкой и глубоко вдохнул. – Мистер Сон, вы всё ещё под наблюдением. Вам нельзя переохлаждаться, переутомляться, и тем более гулять по городу. Вы только начали восстанавливаться после сильной анемии и кровопотери. Я не могу вас просто так отпустить. – Я понимаю, - Сон сжал пальцы. – Но… у меня есть важная причина. Очень. Тот чуть склонил голову набок. – И какая же? – У моего… близкого человека завтра день рождения, - сказал Ки Хун и тихо выдохнул, словно боялся, что его осудят за такую «детскую» причину. – Я просто хочу поздравить. Это не прогулка. Я заберу подарок, заеду к нему на вечер, и всё. Вернусь утром. – Близкий человек? - врач чуть приподнял бровь, глядя поверх очков, как будто уточняя, не ослышался ли. Игрок выдержал паузу, будто собирался с мыслями, потом тихо выдохнул: – Да… очень близкий. Он отвёл взгляд, не желая ловить реакцию. Слова дались ему непросто, не из-за стеснения, а скорее из-за того, что за ними стояло слишком многое. Врач слегка наклонил голову, то ли с любопытством, то ли с пониманием. – И вы хотите покинуть больницу ради него? – Ради него, - спокойно, но твёрдо ответил Ки Хун. Он говорил негромко, но в каждом слове чувствовалась какая-то твердая решимость, непривычная для тех, кто видел его последние недели – слабого, бледного, с вечно потухшими глазами. Врач опустил взгляд на планшет, будто проверяя записи, потом спросил: – Я должен предупредить, мистер Сон, что физически вы ещё не восстановились. Ваша температура держится, уровень гемоглобина всё ещё ниже нормы, плечо заживает, но ткани воспалены. И ваши лёгкие… после переохлаждения им нужен покой. Не перегружайте себя, вы ведь всё ещё дышите поверхностно, верно? Ки Хун вздохнул, чуть улыбнувшись: – Верно, но я вас уверяю, я справлюсь. – Что ж, - врач вздохнул, отложил планшет и скрестил руки. – Вы знаете, что по документам за вас отвечает мистер Хван. Формально, я обязан сообщить ему, если пациент покидает клинику. На этих словах Ки Хун быстро поднял голову. – Не нужно, пожалуйста, - быстро сказал он. – Я не хочу, чтобы он знал. – Почему же? 456-й замолчал. Несколько секунд просто сидел, глядя куда-то в сторону, будто выбирая, говорить ли правду. Потом тихо произнёс, почти шёпотом: – Потому что это… он. У него день рождения. Врач удивлённо моргнул, потом, кажется, даже сдержал лёгкую улыбку. – Вот оно что. – Я не собираюсь нарушать правила, - быстро добавил Ки Хун, пальцы на коленях непроизвольно сжались. – Меня заберут друзья, У Сок и Чжун Хо, которые приходили пару дней назад, они отвезут туда и обратно. Я останусь у него ночевать, а утром вернусь, пока вы ещё обход не начали. Врач покачал головой, но не строго, скорее задумчиво. – Вы уверены, что выдержите дорогу? Если с вами что-то случится, то за это будут ругать нас. – Выдержу, - уверенно сказал Ки Хун. – Повторюсь: вы знаете, что при вашей температуре и состоянии лёгких переутомление может обернуться осложнениями? – Знаю, - тихо, но твёрдо. – Просто он… он всегда один. А я обещал, что если выберусь, то… Эта фраза заставила врача на мгновение замолчать. Он посмотрел на Ки Хуна чуть внимательнее, и наверное, всё понял. – Вы умеете быть убедительным, мистер Сон, - сказал он наконец. – Хорошо. Тогда так: завтра утром я вас осмотрю. Если показатели не ухудшатся, то разрешу выйти, но только на один день. Никаких нагрузок и переохлаждения. Руку выше груди не поднимаете. А главное – никакого стресса, ясно? – Обещаю, - ответил Ки Хун, и в его глазах мелькнул лёгкий блеск благодарности. – Спасибо вам, правда. – Я серьёзен, - врач подчеркнул. – Будут любые жалобы, то сразу возвращаетесь. И ещё… если температура поднимется ночью, звоните медсестре. – И ещё, - врач добавил, серьезно взглянув на своего пациента. – Если я завтра приду и не застану вас в палате, я сделаю вывод, что вы всё равно решили уйти. И это будет уже не просьба, а самовольный уход. Ки Хун чуть прищурился: – Значит, мне лучше дождаться вас и честно сказать, что всё в порядке? Врач кивнул и направился к двери, но, дойдя до неё, обернулся. – И всё-таки, мистер Сон, - сказал он чуть мягче. – Он, должно быть, действительно важен для вас, раз вы готовы вот так уговаривать врача, едва поднявшись после переливания. – Да, есть такое… - просто ответил Ки Хун. Когда дверь за врачом закрылась, палата снова наполнилась тишиной. Только где-то снаружи гудел кондиционер и поскрипывала кровать, когда 456-й перевёл дыхание и опустился на подушку. Он устало провёл рукой по лицу. В висках тихо стучало, сердце било чуть быстрее нормы, но внутри было странное, тёплое ощущение. Взгляд упал на часы, стрелки показывали начало девятого. Время шло медленно. Ему хотелось хоть чем-то занять себя, но тело требовало покоя. Он просто лёг, прикрыл глаза и представил, как завтра, пусть ненадолго, снова выйдет наружу. Белые стены начали знатно раздражать его, точно скоро будет называть это место «второй дом». Проснулся Ки Хун рано, ещё до того, как коридоры начали оживать привычным утренним шумом. Он перевернулся на бок, чувствуя, как привычная слабость отходит, будто тело, наконец, решило сотрудничать. Температура, казалось, чуть спала. Голова была яснее, дыхание уже не таким тяжёлым, только плечо всё ещё отзывалось тупой болью, стоило чуть пошевелиться. Ки Хун посмотрел на него, аккуратная повязка, заменённая вчера, выглядела чисто. Врач говорил, что к утру воспаление должно утихнуть, и, судя по всему, был прав. 456-й сел на кровати, осторожно, чтобы не потянуть перевязанное плечо, и потянулся, чувствуя, как позвоночник хрустит от долгого лежания. Было тихо – даже слишком. Обычно к этому времени мимо проходила медсестра, но сегодня в коридоре стояла полная тишина, как будто всё ещё спали. В дверь постучали, и Ки Хун повернул голову. – Можно? - знакомый голос врача прозвучал спокойно. – Конечно, - ответил он, пытаясь выглядеть бодрее, будто это ему поможет. Врач вошёл, привычно улыбнулся, проверяя что-то в вчерашних записях. На нём была та же серая форма, поверх которой свисал бейдж, чуть перекошенный, значит, утро у него тоже только началось. – Ну что ж, мистер Сон, - начал он, подходя ближе. – Как самочувствие? – Лучше, - честно сказал Ки Хун. – Головокружение почти прошло, да и дышать легче. – Отлично, - врач отметил что-то на бумаге и наклонился, чтобы измерить пульс. – Температура, кстати, спала. Дыхание спокойное, сердце работает более-менее ровно. – Значит, можно уходить? - спросил Ки Хун, стараясь не слишком спешить, но голос всё равно выдавал нетерпение. Врач усмехнулся краешком губ. – Вот так сразу, не дождавшись даже моего заключения? – Я просто уточнил, - ответил Сон, чуть пожав плечами. – Ну, раз уж вы уточнили, - мужчина сделал паузу, – да, показатели стабильные. Я вижу, вы действительно восстановились быстрее, чем ожидалось. Чудеса случаются. – Я просто… старался, - сказал Ки Хун, слегка улыбнувшись. – Верю. Но не сильно радуйтесь, это может быть временная реакция оргазнима, и скоро вам может стать хуже. Так, - врач перелистнул несколько строк в планшете. – Ваши должны приехать ваши друзья? – С утра, - ответил игрок. – Где-то через полчаса, может, чуть больше. – Хорошо, - тот кивнул, – я подготовлю бумаги, чтобы всё прошло без бюрократических задержек. Но… - он сделал паузу, оглядывая Ки Хуна с ног до головы. – Вы же понимаете, что в пижаме вас никто не отпустит, верно? Ки Хун моргнул, опустив взгляд на себя, он был одет в свободную больничную рубаху, мягкие штаны и тапки. Только сейчас до него дошло, что ничего другого у него с собой нет. – А ведь действительно… - тихо сказал он, чуть растерявшись. – У меня здесь нет ничего. Я не брал одежды, когда… когда меня сюда привезли. – Погодите, - врач чуть приподнял руку. – Кажется, мистер Хван об этом позаботился. 456-й удивлённо поднял голову. – Что? – Да, - врач кивнул. – Он привозил несколько ваших вещей ещё пару дней назад, сказал, чтобы на момент выписки у вас было во что переодеться. Я тогда попросил отнести всё в кладовую для хранения, чтобы не занимало место. Хотите, я принесу? Ки Хун на секунду даже не знал, что ответить. В груди что-то дрогнуло, появилась странная смесь благодарности и тепла. Конечно, Ин Хо не мог иначе. Даже если говорил, что занят, даже если не приходил, то всё равно помнил о нём. – Я сам схожу, - наконец ответил он. – Немного размяться не повредит. Врач усмехнулся: – Что ж, в вашем состоянии – это даже полезно. Кладовая в конце коридора, вторая дверь справа. Если будет кружиться голова, то садитесь, не геройствуйте. – Обещаю, - сказал Сон, вставая. Он накинул лёгкий халат, поправил перевязку на плече и направился к двери. Коридор был пуст, только где-то вдали слышался звук шагов и шелест бумаг. Ки Хун шёл медленно, чувствуя лёгкое напряжение и боль в ногах, тот всё ещё не до конца восстановился, но уже не шатало, как раньше. Дойдя до кладовой, он толкнул дверь. Внутри пахло чистыми тканями и чем-то аптечным. На полке у стены лежал прозрачный пакет с биркой, на которой аккуратным почерком было написано его имя. Он взял его, развернул, и внутри оказались его вещи: тёмно-синие джинсы, серая худи, куртка и даже кроссовки. Всё чистое, аккуратно сложенное, будто только из магазина. Ки Хун на мгновение замер, глядя на этот набор. Ин Хо и это предусмотрел. 456-й вздохнул, чувствуя, как от этого воспоминания внутри стало как-то тепло. Даже улыбнулся, впервые за долгое время. Он вернулся в палату, оделся, аккуратно одел худи, поправил рукава. В зеркало напротив кровати увидел своё бледное отражение, но уже живое. Не призрак, каким он себя видел раньше. Когда врач зашёл снова, Ки Хун уже стоял готовый. – Выглядите вполне уверенно, - заметил тот, сверяясь с записями. - Так, остаётся подписать документы и дождаться друзей. – Спасибо. – Ну что ж, мистер Сон, - врач улыбнулся, закрывая планшет и идя к выходу. – Постарайтесь не переутомиться. Только помните: еда строго по нашему списку. Никаких заказов с доставкой, алкоголя, кофе… Проще сказать что вам можно, чем нельзя. Ки Хун тихо усмехнулся, но ничего не ответил. Как через несколько минут после ухода врача за дверью послышались шаги и знакомое тук-тук. – Заходите, - сказал он, хотя уже догадывался, кто это. Дверь приоткрылась, и в палату первым заглянул У Сок. Волосы растрёпаны, под глазами были следы недосыпа, но на лице сияла знакомая, чуть смущённая улыбка. – Мы не помешали? – Нет, - Ки Хун выдохнул, чувствуя, как всё внутри чуть расслабилось. – Проходите. Следом вошёл Чжун Хо. – Доброе утро, - произнёс он спокойно. – Мы думали, может, ты ещё спишь. – Не, - покачал головой Ки Хун, – не до сна уже. Врач сказал, раз уж со мной всё… нормально, то вы можете сегодня меня забрать на день. Чхве усмехнулся, подойдя ближе: – Ну, наконец-то. А то ещё немного, и ты бы, наверное, обзавёлся соседями и стал бы местной легендой. Ки Хун слабо улыбнулся: – Зато вчера впервые накормили нормальной едой. – Нормальная? - переспросил У Сок, приподняв бровь. – Это ты про кашу без вкуса, которую все доедают с трудом? – Хоть что-то, - тихо ответил Сон, поднимая взгляд.  – Кстати, У Сок, часы пришли? – Да, пришли-пришли, - махнул тот рукой, усаживаясь на стул и доставая телефон из кармана. – Чуть нашёл это сообщение в почтовом ящике. Если бы не пролистал вниз, вообще бы не увидел. 456-й приподнял бровь. – И куда нужно ехать? – Ты серьезно даже не смотрел, куда заказывал доставку? Да в какой-то огроменный торговый центр за три пизды! - ответил У Сок, закатывая глаза. – Пол Сеула прокатаем сегодня… Там, видимо, пункт выдачи прямо в другом конце города. Ки Хун усмехнулся, но потом чуть сжал пальцы, вспомнив, что ещё вчера утром врач едва разрешил ему вставать. – Ну, значит, покатаемся, - сказал он, будто между делом. – Ты уверен, что вообще сможешь столько кататься? - осторожно спросил Чжун Хо, глядя на него с заметным сомнением. – У тебя, между прочим, температура ещё наверняка держится, да и… – Да нормально всё, - отмахнулся Ки Хун. – Если что, я в машине посплю, а вы заберёте заказ. – Ага, а потом опять в больницу тебя тащить, - буркнул У Сок, но без злости, больше с привычным раздражением друга, который заранее знает, что спорить бесполезно. – А потом от твоего… от Ин Хо пиздюлей получать если узнает, да? Он почесал затылок и добавил: – Ладно, но если тебе станет плохо, я торможу у первой же аптеки. – Договорились, - кивнул Ки Хун, усмехнувшись.  У Сок вздохнул, посмотрел на часы. – Ладно, господа, если мы хотим добраться туда до обеда, то пора валить. Я машину уже у входа поставил, пока охрана не выгнала. Ки Хун кивнул, медленно поднялся. Несмотря на усталость, он держался уверенно, в его движениях уже не было той неуверенности, что была ещё пару дней назад. – Тогда идём, - сказал он. – Пока врач не вернулся и не передумал отпускать. – Ну да, а то скажет, что ты слишком бодрый для больного, - усмехнулся У Сок, открывая дверь. – Ага, - отозвался Ки Хун, выходя вслед. – Пусть думает, что я просто хорошо умею притворяться. Трое вышли в коридор, где за стеклянной дверью уже виднелся двор. Ки Хун на секунду остановился, вдохнул холодный воздух и почувствовал, как лёгкие отзываются лёгкой болью, будто напоминая, что ещё рано спешить. – Всё нормально? - спросил Чжун Хо. – Нормально, - тихо ответил Ки Хун. – Просто… давно не выходил на улицу. – Ну, считай, первый день на свободе, - усмехнулся Чхве, хлопнув его по плечу. – Только, пожалуйста, без приключений сегодня, ладно? – Это уже не ко мне вопросы, - фыркнул Сон, устраиваясь на заднем сиденье. – А к кому? Это ты у нас каждый раз вляпываешься, где только можно, - подколол Чжун Хо, усаживаясь рядом с У Соком впереди. – По твоей жизни можно сериал снимать, и не один сезон. – Ага, только бюджета не хватит, - отозвался Ки Хун, зевая и облокачиваясь на стекло. – В смысле? Ты же говорил, что выиграл бешеные деньги, - хмыкнул У Сок, трогая машину с места. – Тем более, два раза! – Один приличный фильм стоит около ста миллионов долларов, - спокойно сказал Ки Хун, складывая руки на груди. – А мои сорок шесть миллиардов вон — это всего тридцать с копейками миллионов. Так что, даже на спецэффекты не хватит. – Уже и пошутить нельзя, - проворчал Чхве, уводя взгляд на дорогу. – Не ворчи, - устало улыбнулся Ки Хун. – Лучше скажи, ты с нами к Ин Хо пойдёшь? – Что значит с «нами»? - сразу встрял Чжун Хо, повернувшись назад. – Ты собственного брата поздравлять не собираешься даже? - удивился Сон, приподняв бровь. – Я позвонил ему, как проснулся, так что поздравил, - отмахнулся тот, будто речь шла о чём-то незначительном. – Не думаю, что личная встреча сегодня обязательна. – И что? - хмыкнул Ки Хун. – А лично встретиться, нет? Ты идёшь со мной, потому что не думаю, что Ин Хо будет вставлять мне сильных пиздюлей при брате. – …А вставит их мне – за то, что согласился на подобную авантюру, - отозвался Чжун Хо, покачав головой, но на лице промелькнула тень улыбки. – Ладно уж, хрен с вами. – Судя по всему, я лучше всего в этот раз останусь в стороне… - наконец-то подал голос У Сок, сдерживая смех. - Чжун Хо – ты его брат, Ки Хун… Как мне вообще выразиться в вашем случае? – Как хочешь, так и выражайся, - спокойно ответил Сон. – О, прогресс! - радостно воскликнул тот, засмеявшись. – Короче, Ки Хун – ты его парень, второй брат, а я… даже до друга на пьянке чуть дотягиваю. Так что первый, кого он захочет убить из-за произошедшего, буду я. Вы же любите меня и не бросите на верную смерть? – Какой ты, нахрен, самоуверенный, - буркнул игрок, но губы дрогнули. – Ну а что? - хмыкнул У Сок. - Я знаю, как у вас это работает. Один сбегает, второй помогает, третий прикрывает, а потом всем прилетает. Но, знаешь, я не доброволец на фронте. Я просто водитель, сопровождающий безответственного пациента. Чжун Хо фыркнул. – Иначе говоря, ты просто струсил. – Ага, и горжусь этим, - спокойно ответил тот, сворачивая на другую улицу. – У вас семейные дела, я туда не лезу. Своей романтикой дышите без меня, а я потом жив останусь, со своими почками на месте. Ки Хун тихо хмыкнул, глядя в окно.  – Ну ты и друг, конечно. Ни поддержки, ни уважения. – Нашелся святоша, - ответил У Сок и, бросив взгляд в зеркало, добавил с ухмылкой: – Ладно, если что, звоните, я может быть и прийду. Но если он будет слишком зол: я лучше исчезну. Чжун Хо, как нибудь пешком домой доберешься. – Да, конечно, исчезаешь, а нам самостоятельно отдуваться, - пробормотал Ки Хун, закатив глаза. – Ну, - вмешался Чжун Хо, облокачиваясь на подлокотник, – ты сам виноват, что решил играть в героя. Мог бы просто подождать пару дней. – Это его день, - тихо сказал Сон, глядя в окно. – И если я не появлюсь, то сам себе не прощу. В больнице мне лежать ещё как минимум неделю, если не больше. – Ну да, - ответил У Сок, ведя машину чуть осторожнее обычного. – Неделю, если не начнёшь опять валиться в обморок. – Тогда скажу врачу, что ты бросил меня на обочине, - буркнул 456-й, слабо усмехнувшись. – Он тебе и поверит, - вставил Чжун Хо с переднего сиденья. – Особенно если узнает, что ты сбежал с капельницей под мышкой. – Её сняли, между прочим, - отозвался Сон, устраиваясь поудобнее на заднем сиденье. – И вообще, я официально отпущен на один день. – Ага, - фыркнул У Сок. – А врач в курсе, что этот «один день» ты собираешься провести, бегая по городу? – Не бегая, - тихо сказал мужчина. – Мы просто заберем подарок и отнесем на гравировку. А потом просто посидим где нибудь. В машине на секунду повисла тишина, лишь гул мотора наполнял салон. У Сок чуть поправил зеркало и глянул на него краем глаза: – Через минут сорок будем на месте, если пробок не будет. – Хорошо, - отозвался Ки Хун. – Тогда, может, успею немного поспать. – Конечно, - ответил Чжун Хо спокойным тоном. – Отдохни. Тебе и правда стоит беречь силы. – Да я и не спорю, - пробормотал Сон, прикрыв глаза. – Только не дайте мне проспать всё подряд. – Не переживай, - усмехнулся Чхве. – Если начнёшь храпеть, мы тебя точно разбудим. – Смешно, - хрипло выдохнул Ки Хун, но губы дрогнули. Он чуть повернулся к окну, глядя, как за стеклом мелькают улицы. За последние дни он почти отвык от света, от движения и обычной жизни. Даже воздух казался другим, плотным, наполненным звуками и запахами. – Всё нормально? - тихо спросил Чжун Хо, не оборачиваясь. – Нормально, - ответил Ки Хун. – Просто… непривычно снова быть не в четырёх стенах. – Быстро привыкнешь, - сказал У Сок, чуть сбавляя скорость. – Главное, чтоб врач потом не вешал тебя за это. – Не повесит, - сонно произнёс 456-й. Несколько минут в машине стояла тишина.  Гул дороги, редкие звуки города за окном, ровное дыхание – всё это смешалось в одно, и Ки Хун наконец позволил себе расслабиться. Через зеркало заднего вида У Сок посмотрел на него и тихо сказал, будто не для всех: – Заснул. Ну хоть чуть отдохнёт. – Пусть спит, - ответил Чжун Хо. – День будет долгий. Проснулся Ки Хун от лёгкого толчка, машина остановилась. Сначала он даже не понял, где находится, всё тело было будто ватным, а в голове стояла лёгкая гулкость. Несколько секунд он просто сидел с закрытыми глазами, слушая, как где-то рядом скрипит тормоз, как мотор глухо гудит на холостых, и как тихо переговариваются впереди Чжун Хо с У Соком. – Эй, - услышал он голос Чжун Хо, – просыпайся. Приехали. Сон приоткрыл глаза, щурясь от света. За окном виднелась широкая стоянка и огромная стеклянная фасадная стена торгового центра. Здание уходило вверх, перекрывая небо, отражая в своих зеркальных окнах облака. Пять этажей, если не больше – с вывесками, флагами и мерцающими логотипами магазинов. Толпа людей с пакетами, кто-то с детьми, кто-то с кофе. Город жил, и это немного резало глаза после больницы. Он выдохнул и, чуть морщась, потянулся. Плечо, несмотря на перевязку, ноющее напомнило о себе. – Сколько я проспал? – Почти сорок минут, - ответил У Сок, оборачиваясь через плечо. – Доехали практически без пробок. – Серьёзно? - хрипло переспросил Ки Хун, тронув лоб. – Я даже не заметил, как уснул. – Да мы заметили, - усмехнулся Чжун Хо. – Ты минут десять дышал так, будто снова кошмары снились. – Ха, очень смешно, - буркнул Сон, приподнимаясь и оглядываясь. – И где мы тут, собственно? – Ну, - протянул Чхве, глуша мотор, – вот адрес.  Он достал телефон, пролистал переписку и ткнул пальцем в экран.  – Здесь только название торгового центра и номер получателя. Без этажа и указания магазина, просто “забрать по этому адресу”. – Отлично, - выдохнул 456-й, приоткрыв дверь. – Пять этажей искать будем? – Судя по всему, да, - хмыкнул У Сок. – Прогулка полезна для здоровья, говорят. – Для моего – не факт, - буркнул Ки Хун, выходя из машины. Морозный воздух ударил в лицо, и он на секунду прикрыл глаза. После больничного сухого тепла воздух казался слишком резким, но приятным. Он сделал пару шагов, чувствуя, как под ногами немного пошатывается земля, организм ещё не восстановился полностью, но Ки Хун упрямо выпрямился. – И как мы туда пойдём? – Как все нормальные люди, - ответил Чжун Хо, захлопывая дверь. – Сначала на первый этаж, спросим у охраны или в инфо-стойке. Может, повезёт. – Или не повезёт, - вставил У Сок, закидывая руки в карманы. – И будем шариться по всем пяти этажам, пока тебя снова не унесут на носилках. – Ещё одно слово, и я сам тебя на носилках отправлю, - лениво сказал Ки Хун, но без злости. В голосе сквозила усталость, не настоящая угроза. – Всё, всё, молчу, - засмеялся тот. – Только не падай прямо у входа, ладно? Люди подумают, что акция какая-то. Младший Хван фыркнул, но в его тоне было не веселье, а лёгкое напряжение. Он всё ещё переживал, хоть и не показывал. – Может, всё-таки я схожу один? – Нет, - отрезал Ки Хун. – Я заказывал, я и заберу. Хватит уже сидеть взаперти. Они двинулись к входу. Ки Хун шёл чуть позади, осторожно, стараясь не спешить. Внутри ТЦ пахло кофе, духами, пластиком и чем-то сладким, отдалённо напоминающим выпечку. Люди мельтешили, фоном играла музыка, не громко, но достаточно, чтобы не было тихо. Сон поднял взгляд вверх на огромную прозрачную крышу, через которую пробивался свет. Голова закружилась на секунду, и он слегка покачнулся. – Эй, - тихо сказал Чжун Хо, подхватив его под локоть. – Всё нормально? – Да, просто воздух густой… или ноги забыли, что такое лестницы, - усмехнулся игрок, делая вдох. – Пошли, я справлюсь. Они подошли к инфо-стойке. Девушка за ней улыбнулась, глядя на троицу: двое бодрых парней и один, чуть бледноватый, с перевязанным плечом и внимательным, но усталым взглядом. – Чем могу помочь? – Нам нужно забрать посылку, - сказал У Сок, протягивая телефон. – Вот адрес, но больше ничего не указано. Она пробежалась глазами по экрану, потом что-то набрала в компьютере. – Хм… Похоже, отдел выдачи на третьем этаже, в крыле “B”. Лифт направо, потом по указателю “Доставка и курьеры”. – Третий этаж – это уже спорт, - пробормотал Ки Хун, но улыбнулся. – Спасибо. – Всегда пожалуйста, - ответила девушка, кивая. Они двинулись дальше, в сторону лифта. Ки Хун шагал чуть медленнее, чем обычно, но не отставал. – Ну вот, повезло, - сказал У Сок. – Всего-то третий этаж. – “Всего-то”, - передразнил его Ки Хун. – Для меня сейчас это как Эверест. – Зато без кислородных баллонов, - вставил Чжун Хо. – Так что не ной. – Если я упаду, ты меня и понесёшь, - хмыкнул Сон. – Договорились, - спокойно ответил тот. Когда лифт мягко скользнул вверх, Ки Хун оперся на стенку, слушая, как стрелка медленно поднимается  “1… 2… 3”. – Ну что, - сказал У Сок, когда двери открылись. – Осталось найти отдел “B”. И если эти часы окажутся не теми, я клянусь, я больше никогда не беру на себя поручения твоего уровня. – Да ладно тебе, - усмехнулся Ки Хун, выходя из лифта. – Сегодня всё должно быть идеально. – Хоть бы ты себя берег немного, - буркнул Чжун Хо, оглядываясь по сторонам. – А то потом нас всех заодно прикопают. На третьем этаже оказалось шумно и людно, играла музыка, запах кофе и дорогого парфюма перемешивались, словно специально, чтобы свести с ума любого, кто слишком долго провёл в тишине. Ки Хун машинально закрыл ладонью глаза на секунду, пока зрачки привыкали к яркому свету. – Напоминает базар, - пробормотал он, чуть наклоняясь к Чжун Хо. – Это и есть базар, только со стеклянными стенами, - ответил тот, скользнув взглядом по ряду бутиков. – Смотри, “Rolex” вон там, направо. Они двинулись в указанную сторону. 456-й шёл между ними, чуть сбоку — не хотел выглядеть беспомощным, но шаг его всё равно был осторожный, будто тело до сих пор не доверяло земле. У Сок шёл первым, как всегда слишком уверенно, и пробивался сквозь толпу, при этом успевая бурчать под нос: – Кого вообще тянет строить лабиринты из витрин? Сделали бы один нормальный коридор и всё. – Тогда ты бы жаловался, что скучно, - заметил полицейский. – Нет, я бы жаловался, что слишком пусто, - парировал Чхве, заставив Ки Хуна тихо усмехнуться. Они остановились у бутика Rolex. Стеклянная витрина с десятками моделей, аккуратно выстроенных, как музейные экспонаты сияла под светом ламп. Внутри работали двое сотрудников в тёмных костюмах, один из которых сразу обратил внимание на вошедших. – Дай я оформлю, - начал У Сок, доставая телефон. – Нет, - спокойно сказал Ки Хун и отобрал его. – Я сам заказывал, я и заберу. – Ты хоть в зеркало себя видел? - усмехнулся Чжун Хо. – Ещё немного и опять в больничку. – Не дождёшься, - буркнул Ки Хун тому, открывая почту и показывая консультанту код заказа. – Нам нужно забрать заказ. Вот, оформляли через сайт, получатель Сон Ки Хун. Сотрудник вежливо кивнул и пригласил их за стойку. Игрок подошёл, стараясь не опираться на руку, и окинул помещение взглядом.  – Секунду, - тот вежливо кивнул, проверил данные и отошёл за коробкой. Пока они ждали, Чхве разглядывал витрину, как ребёнок у игрушечного прилавка. – Ты вообще видел, сколько они стоят? - прошептал он, наклоняясь к Ки Хуну. – За эти деньги можно хорошую машину взять!  – Я в курсе, - спокойно ответил тот. – Надеюсь, не из насоящего золота хоть? - вставил Чжун Хо, скрестив руки. – Иначе нам потом реально придётся сопровождать тебя с охраной. – Нет, они не полностью золотые, - коротко сказал Сон, глядя в отражение стекла. – Серебряно-золотые. – Ещё лучше, - фыркнул У Сок, закатывая глаза. – Сразу видно, от кого заразился выебонами. Чжун Хо хмыкнул, но промолчал. 456-й держался уверенно, хотя плечо всё ещё побаливало, а ноги будто налились свинцом после ходьбы по торговому центру, но он не собирался показывать это. Вернулся консультант, держа зелёную коробку с золотым логотипом. – Ваш заказ. Хотите проверить перед получением? – Да, давайте, - кивнул Ки Хун. Коробку открыли прямо на стойке. Внутри лежали часы с зелёным циферблатом, серебристый корпусом и браслетом с тонкими золотыми вставками. Свет ламп отражался в полировке, и от этого оттенок зелёного становился чуть теплее, будто глубже. – Вот это вещь, - тихо сказал Чжун Хо. – Думаю, ему понравится. – Красиво, - согласился Ки Хун. – Не думал, что буду держать… такое в руках. – Как раз в его стиле, - добавил У Сок. – Но это все равно дорого! Ненормальный… Мужчина слегка усмехнулся. – Главное, чтобы подошли. – Куда уж не подойдут, - отмахнулся Чжун Хо. Сотрудник аккуратно протянул документы и ручку. Ки Хун расписался, и только после этого взял коробку, держа её осторожно, будто что-то хрупкое. – Спасибо, - сказал он. – Обращайтесь, - улыбнулся консультант и добавил: – Гарантия и сертификат внутри. Хорошего дня. Они вышли из бутика. Ки Хун шёл молча, просто держал пакет в руках. Людей вокруг было много, и он еле как уворачивался от очередного человека, идущего на него. – Может, хоть поедим, - предложил У Сок, поймав взгляд на вывеске ресторана с приглушённым освещением. – Если я сейчас не съем что-то нормальное, свалюсь прямо на эскалаторе. – Согласен, - добавил Чжун Хо. – А то мы и не поели сегодня толком. – Идите. Только я не буду, - Сон тихо выдохнул. – Конечно, - фыркнул Чхве. – Тебе прописали какую-то диету?  – Вообще – да, но меня это пока что не терзает, - спокойно ответил он. Ресторан оказался не просто кафе, а чем-то вроде лаунж-зала: мягкий свет, большие окна, на стенах картины, а официанты ходили почти беззвучно. Цены в меню заставили обоих мужчин притихнуть. – Эм… - протянул У Сок, перевернув страницу. – Это они за одно блюдо или за весь комплект? – Похоже, за тарелку, - мрачно добавил младший Хван. Ки Хун посмотрел на них и едва заметно усмехнулся. – Заказывайте, что хотите. Я угощаю. – Подожди, ты серьёзно? - вскинул брови Чхве. – Здесь же можно за эти деньги новую куртку купить. – Тогда купи куртку, если у тебя её нету, - спокойно ответил 456-й. – И тогда можешь не есть. Тот закатил глаза, но уселся поудобнее и ткнул в меню. – Ладно, беру бургер. Цена такая, будто из золота… я не удивлюсь. Лучше бы прогулялись до KFC.  – И кофе мне, - добавил Чжун Хо, отдавая меню официанту. Ки Хун взял бутылку воды, открыл крышку и сделал пару глотков. – Я только это, - сказал он, чтобы официант не ждал заказ. – Ты вообще ничего не ешь? - покачал головой Чжун Хо. – Диета – это ведь не голодовка, так ведь? – После больницы тяжело. Пока организм не привык, - спокойно пояснил Ки Хун. – Мне и воды хватит. Вчера мне дали маленькую терелку каши, которую я чуть в себя впихнул.  Когда официант ушёл, У Сок посмотрел на него с лёгким недоверием. – А как платить будем? Здесь, кажется, только через терминал. – Ты удалял данные моей карты со своего телефона?  – Конечно нет! Такие деньги там лежат… Но я шучу, ты не думай, я не трогал ни копейки. – Хорошо. Только карту я оставил у тебя в Apple Pay. Оплатишь с NFC, - сказал Ки Хун, будто речь шла о чём-то совершенно обычном. – Ты уверен, что хочешь, чтобы я этим занимался? - с усмешкой спросил У Сок. – Я не разбираюсь в этих новых технологиях. Я собственной картой редко пользуюсь, и то она пластиковая. – Просто поднеси телефон, и всё, - отозвался Ки Хун. – Вот что значит богатая жизнь, - хмыкнул тот. – Даже платить не сам ходит. Обнаглевшие богачи… – Это называется рационально использовать ресурсы, - спокойно ответил Сон. – И не стоит называть меня богачем.  Чжун Хо усмехнулся. – Ладно, если он так говорит, то лучше не спорь. – Да я и не спорю, - поднял руки У Сок. – Просто впервые вижу, чтобы кто-то с таким спокойным видом поручал оплатить ужин за пару сотен тысяч, как будто речь о проездном. – Потому что это просто ужин, - тихо сказал Ки Хун, глядя в окно. – И не таким меня Ин Хо кормил… Успеваешь привыкнуть. Я всегда просил ходить в менее дорогие рестораны, но он вечно твердил мне о том, что он будет приспосабливать меня к этому. – Ты и до этого раскидывался деньгами. Боюсь спросить, сколько ты потратил на поиски вербовщика… Пауза повисла на секунду. Но У Сок тут же перевёл разговор: – Ну что, может, потом кофе возьмёшь? Хоть что-то нормальное выпьешь. – Мне нельзя кофе, - коротко ответил Ки Хун. Через несколько минут официант принёс заказ на массивных чёрных тарелках, красиво украшенных зеленью и соусами. Всё выглядело как из журнала. – Ну, за такую цену могли бы ещё и фотоаппарат выдать, - буркнул У Сок, делая первый укус. – Но вкусно. – Знал бы ты, сколько за это берут, не сказал бы «вкусно», - добавил Чжун Хо. Ки Хун слушал их, не вмешиваясь. Просто сидел, иногда отпивая воду, и наблюдал, как они оживлённо спорят, кто платит, кто виноват в выборе ресторана и стоит ли заказывать десерт. – Эй, - повернулся к нему У Сок. – А ты чего молчишь? – Потому что я вас слушаю, - ответил Ки Хун с лёгкой улыбкой. – Здесь хорошо. – Тогда это лучший ресторан, - сказал Чжун Хо. – Даже если мы после него будет обедать воздухом. – Воздух бесплатный, - хмыкнул Ки Хун. – Пока что, - уточнил У Сок и засмеялся. Смех снял остаток напряжения. Они ели, болтали, и только Ки Хун, удосужился вспомнить, что они ещё не закончили.  – Стоп… - тихо выдохнул он. – Что? - насторожился У Сок, отложив вилку. – Мы же не сделали гравировку. – Какую ещё гравировку? - не понял тот. – Ну… - Ки Хун чуть откинулся назад, проведя ладонью по виску. – Я же хотел сделать надпись. На задней крышке. Имя… или что-то другое. – Ты серьёзно? - протянул Чжун Хо. – Ещё раньше вспомнил бы!  – Вот именно, - раздражённо ответил Ки Хун, будто злился не на них, а на самого себя. – А теперь два часа дня, и если мы не найдём, где это делают, придётся ждать до завтра. – Завтра, так завтра, - пожал плечами У Сок, но, заметив взгляд Ки Хуна, добавил: – Хотя ладно, понял. Не вариант. Ки Хун кашлянул, коротко, но с таким надсадным звуком, что оба тут же повернулись к нему. – Всё нормально, - тихо сказал он, поморщившись и откинувшись на спинку стула. – Просто воздух сухой. – Воздух сухой, ага, - пробормотал Чжун Хо. – Может, хватит бегать по городу в феврале практически голым, а? – Не сейчас, - ответил Ки Хун. – Нам нужно найти, где делают гравировки. Быстро. У Сок достал телефон. – Сейчас гляну, подожди… Так, «гравировка на часах», «Ролекс», «Сеул»… - он листал список, пока экран не осветил его лицо холодным светом. – Блин, одни сервисы, где пишут «по записи»! – Дай сюда, - 456-й протянул руку. – Отдыхай, я сам, - отодвинул телефон. – Так, вот! Вот есть, в соседнем районе, тридцать километров отсюда. Только не написано, работают ли они сегодня. – Позвони, - сказал Ки Хун, подвинувшись к нему. – На корейском или на своём фирменном английском? - хмыкнул У Сок. – Кажется, это какой-то иностранный сервис. – На корейском, идиот, - вставил Чжун Хо. – Ну ты посмотри, какие вы серьёзные, - вздохнул У Сок, но уже набирал номер. В трубке что-то пискнуло, и он замолк, потом заговорил вежливо, чуть растянуто, как обычно, когда нервничал. – Да, здравствуйте. Подскажите, делаете ли вы гравировку на часах? …Да, сегодня. …Ага. А по времени? Пауза. Ки Хун внимательно слушал, поджав губы. – Через сорок минут закрываетесь? - переспросил У Сок. – А если успеем приехать до этого?.. Да, понял. Спасибо. Он отбросил телефон на стол и вздохнул. – Всё плохо. Они закрываются через сорок минут. – И где они? - резко спросил Сон. – Станция Ёксам. Нам минут двадцать туда ехать, если без пробок. Ки Хун взглянул на часы на стене ресторана. Без десяти два. – Успеем. – Ты вообще себя слышишь? - поднял голос Чжун Хо. – Ты из больницы сбежал, еле дышишь, а теперь хочешь гонять через весь город ради гравировки? – Не «хочу». Нужно, - тихо сказал Ки Хун, поднимаясь со стула. – Да кому «нужно»? - не выдержал У Сок. – Часам?! – Мне, - отрезал он. Мгновение тишины. Ки Хун тяжело вдохнул, будто только теперь заметил, как сильно устал. Пальцы дрогнули, когда он надел куртку. – Ладно, - сдался Чжун Хо, поднимаясь вслед. – Но если тебе станет хуже – я лично верну тебя в больницу. – Только попробуй, - попытался усмехнуться мужчина, но получилось натянуто. Они расплатились и вышли на улицу, где воздух показался холоднее, чем внутри. Ки Хун глубоко вдохнул, слегка кашлянул снова, и машинально прижал руку к груди. – А если опоздаем? - спросил Чжун Хо. – Тогда найдём другое место, - тихо ответил Ки Хун. – Но сегодня это нужно сделать. Он сел на заднее сиденье, прикрыв глаза. – Поехали, - выдохнул он. Через двадцать пять минут машина остановилась возле небольшой мастерской с приглушённой зелёной вывеской “Luxury Watch Studio”. Витрина была наполовину затемнена, а у двери уже стоял мужчина средних лет в рабочем фартуке, который явно собирался уходить. – Нам повезло, - сказал У Сок, глуша двигатель. – Кажется, это он. Ки Хун первым вышел из машины, аккуратно, будто проверяя, насколько слушаются ноги. Подойдя ближе, он слегка наклонил голову в знак приветствия. – Извините, - сказал он, чуть хрипловато. – Нам сказали, что вы ещё работаете. Мы звонили минут сорок назад. Мастер оглядел троицу поверх очков. – Вы по поводу гравировки часов? – Да, - кивнул Ки Хун, доставая коробку. Тот вздохнул, но жестом пригласил их внутрь. – Заходите. Только быстро, у меня через пятнадцать минут закрытие. Внутри пахло металлом, машинным маслом и кофе. На стенах висели часы всех возможных брендов, аккуратно выставленные на полках. Ки Хун поставил коробку на стойку, раскрыл её и чуть сдвинул крышку, на мягкой подушке блеснули те самые зелёные Rolex. Мастер оценивающе поднял брови. – Красивые. Новая серия? – Да, - коротко ответил Ки Хун. – Нужно сделать гравировку на задней крышке. – Какую именно? Ки Хун помолчал пару секунд, потом сказал спокойно: – Имя – Ин хо. На английском, красивым шрифтом, не стандартным. Мастер посмотрел на него внимательнее. – Шрифт выберете из образцов? – Да. Только быстро, пожалуйста. Тот достал планшет с каталогом и развернул экран. Ки Хун наклонился, просматривая варианты. За его спиной Чжун Хо и У Сок стояли молча, явно не решаясь вмешиваться. – Этот, - наконец сказал Ки Хун, указав на элегантный тонкий шрифт с плавными линиями. – Чтобы было аккуратно, но видно. – Сделаю, - кивнул мастер. – Только предупреждаю: это не дешёвая работа. Срочная гравировка это двойной тариф. – Сколько именно? - спокойно спросил Ки Хун. Тот быстро пробежался по планшету. – Полмилионна вон. Около тысячи долларов.  – Без проблем, - отозвался Ки Хун, даже не моргнув. – Оплата сейчас. Он повернулся к У Соку: – Давай карту. – Ага, - кивнул тот. – Уже вон, приказывает… – Ты хоть знаешь, что это за трата ради надписи из пяти букв? - тихо буркнул Чжун Хо. – Четырех букв, умник, - хмыкнул Чхве. – В школе не учился что-ли? – Знаю, - спокойно ответил Ки Хун. – Но это не так обычно, как просто часы. – Давно часы за пару сотен долларов стали чем-то обычным? - У Сок поднёс телефон к терминалу. Раздался короткий звуковой сигнал – оплата прошла. – Отлично, - сказал мастер, аккуратно беря часы. – Работа займёт час, может, полтора. Если хотите, подождите здесь, у нас есть диван, кофе… – Мы подождём в машине, - ответил Ки Хун. Мастер кивнул, уже направляясь к рабочему столу, где под лампой лежали инструменты. Когда трое вышли обратно на улицу, Ки Хун на мгновение остановился у двери, выдохнул и, чуть прикрыв глаза, сказал: – Осталось немного. – Ты как будто только что марафон пробежал, - пробормотал Чжун Хо, глядя на него. – Не драматизируй, - усмехнулся Ки Хун. – Просто воздух спертый. – У тебя во всём виноват воздух, - фыркнул младший Хван.  Они снова устроились в машине. У Сок включил кондиционер, вытянул ноги и вздохнул. – Ну и день… – Не ной, - ответил 456-й, устроившись на заднем сиденье и глядя в окно. – Скоро всё закончится. Несколько минут они ехали молча, потом остановились на парковке за углом, где было тихо. Ки Хун откинул голову на подголовник, глаза его закрылись. – Если заснёшь, то мы тебя не будить не будем, - сказал У Сок, убавляя музыку. – Даже лучше, - сонно ответил Ки Хун. – Разбудите, когда позвонят. – Да уж, - усмехнулся Чжун Хо. – Надеюсь это того стоит. – Стоит, - тихо сказал Ки Хун. Прошло больше часа. В машине стояла тишина, редкая и почти уютная. У Сок лениво листал ленту новостей на телефоне, Чжун Хо то и дело поглядывал в окно, а Ки Хун молчал, будто где-то далеко. Его взгляд был устремлён в пространство, но в то же время совершенно сосредоточен. В пальцах он крутил прядь волос, не заметив, как делает это уже минут десять подряд. – Не уснул ещё? - тихо спросил У Сок, не поднимая глаз. – Нет, - отозвался Ки Хун, чуть повернув голову. – Просто думаю. – Опять о нём? Сон хмыкнул, не ответив. – Ладно-ладно, молчу, - поднял руки У Сок. – Серьёзный ты сегодня. Как будто не на день рождения едешь, а на битву. – Почти одно и то же, - усмехнулся Ки Хун. Чжун Хо покачал головой, но в голосе слышалась едва заметная улыбка: – Это если учесть, что ты действительно сбежал из больницы. Неудивительно, если тебе потом за это и влетит. – Пусть влетит, - равнодушно ответил тот. – Главное, чтобы он улыбнулся хоть немного. Тишина снова вернулась. Ки Хун то закрывал глаза, то снова открывал, будто пытался не дать себе провалиться в сон. В какой-то момент он тихо закашлялся, отводя ладонь ко рту. Звук был сухим, но в нём было достаточно, чтобы заставить обоих насторожиться. – Эй, - тихо сказал Чжун Хо, обернувшись. – Может, тебе воды? – Уже есть, - игрок сделал глоток из бутылки. – Не волнуйся. Он улыбнулся, устало, но спокойно. На секунду показалось, что всё в порядке. Телефон У Сока коротко пискнул. Тот вздрогнул и поднял экран. – Ну, наконец-то! – Что? - спросил Ки Хун. – Сообщение. Пишут, что заказ готов. Можно забирать. Сон распрямился, на лице появилась едва заметная тень облегчения. – Едем. У Сок завёл двигатель, и машина плавно выехала с парковки. Мастерская встретила их тем же запахом металла и масла. Мужчина в фартуке поднял голову, когда они вошли. – А, вы. Всё готово. Он достал аккуратную бархатную коробочку и поставил её на прилавок. Ки Хун шагнул вперёд и медленно открыл крышку. Внутри на подушке лежали часы — те самые, но теперь с выгравированной надписью “In Ho”. Буквы были тонкие, блестели мягким серебром, отражая свет лампы. – Вот, - сказал мастер. – Всё по заказу. Проверяйте. Сон провёл пальцами по гравировке. Кожа подушечек чуть дрожала, будто от внутреннего напряжения. – Отлично, - наконец произнёс он. – Именно так. – Рад, что понравилось, - кивнул мастер. – Спасибо, - тихо ответил Ки Хун, закрывая коробку. Оплатив оставшуюся сумму, они вышли на улицу. – И что теперь? - спросил У Сок, зевая и растягиваясь. – До вечера ещё… сколько там? Ки Хун взглянул на часы на телефоне. – Без пятнадцати три. – О, ну тогда прекрасно, - протянул Чжун Хо, закатив глаза. – Четыре часа шататься где попало. – Можно поехать куда-то перекусить, - предложил У Сок. – Или просто сесть где-то, кофе выпить. – Мы уже ели, - напомнил Ки Хун. – Ну, я, как ел… воду пил. – Не считается, - буркнул Чжун Хо. – Надо хоть что-то делать, иначе ты уснёшь на месте. 456-й задумался, глядя на оживлённую улицу. Толпа проходила мимо, машины сигналили, где-то звучала музыка из открытой витрины. Всё было так по-земному обыденно, что даже странно, как будто никто вокруг не подозревал, сколько всего уместилось в одной его жизни. – Можно вернуться в ТЦ, - внезапно сказал Чжун Хо. – Там, на втором этаже, я видел автоматы и всякие аттракционы. Хочешь постреляем или плюшевых зверей потаскаем. – Ты серьёзно? - усмехнулся Ки Хун. – Абсолютно, - ответил тот, пожимая плечами. – Раз уж у нас мини-отпуск, можно и немного повеселиться. – А я-то думал, ты ненавидишь подобные места, - поддел У Сок. – Полиции же не принято…  – Ненавижу, - спокойно сказал Чжун Хо. – Но сегодня… чёрт с ним. Сон усмехнулся, опустив голову. – Ну, звучит не хуже, чем сидеть четыре часа в машине. – Тогда решено, - сказал Чхве, хлопнув по рулю. – Едем туда же. Если повезёт, выиграем Ки Хуну на память плюшевого кролика. – Только не кролика, - отозвался тот, смеясь. – Ещё решит, что я совсем спятил. – Тогда медведя. Огромного, чтобы всю вашу квартиру занял. – Нет, спасибо, - Ки Хун всё ещё улыбался, но глаза его оставались усталыми. – И я не думаю, что такого можно выиграть в автоматах. Они вернулись к торговому центру. Внутри было людно, гул голосов отражался от стеклянных стен. На втором этаже действительно оказался целый зал с автоматами, яркими лампами и запахом попкорна. – Ну что, поиграем? - оживился У Сок, как маленький ребенок. – Только не растеряйтесь от восторга, - усмехнулся Ки Хун, вглядываясь в ряды автоматов. Чжун Хо скинул куртку и подошёл к автомату с баскетбольными мячами. – Давно не делал ничего настолько бессмысленного. – Самое время начать, - сказал Сон, прислонившись к стеклу кабинки. Он не участвовал, просто наблюдал, как Чжун Хо метает мячи, как У Сок смеётся, сбрасывая жетоны в автомат с игрушками. Сцена выглядела почти нелепо, но в то же время по-домашнему, как будто эти трое всегда так проводили время. В какой-то момент Чжун Хо выиграл мягкую игрушку – неуклюжего синего медведя, и протянул У Соку. – На, держи. Это тебе. – Серьёзно? - приподнял бровь тот. – Серьёзно. Символ удачи. Вдруг поможет. – Ага, - усмехнулся мужчина, принимая игрушку. – Хотя, если честно, ты просто не хотел нести её сам. – Тоже верно, – хмыкнул тот. Они ходили от одного автомата к другому, смеялись, спорили, кто из них хуже стреляет или кидает кольца. Ки Хун почти не участвовал, но присутствие друзей будто отогрело воздух вокруг. Время тянулось быстро. Незаметно стрелка перевалила за шесть вечера. Ки Хун взглянул на часы и тихо сказал: – Ещё час. – И потом к нему? - уточнил У Сок. – Да, - коротко кивнул он. – В семь будем у дома. – Ладно. Только следите за временем, не опаздывайте. Ки Хун усмехнулся. – На этот раз не собираюсь. Перед уходом из торгового центра, когда оставалось всего минут сорок до выезда, Чжун Хо вдруг остановился перед рядом игровых автоматов, где всё вокруг как будто оживало. Ки Хун машинально поднял взгляд, перед ними стояли те самые автоматы с гоночными симуляторами, на которых сидели подростки, визжа от восторга, и даже пара взрослых мужчин, слишком увлечённых виртуальной трассой. – Завершим здесь? - с ухмылкой спросил Чжун Хо, складывая руки на груди. – Раз уж мы почти миллионеры тут… можно себе позволить гонки. – Сколько лет я таких не видел, - произнёс тихо Ки Хун, словно самому себе. – Вот и исправим, - улыбнулся полицейский, уже направляясь туда. – Всё равно время есть. – Не думал, что доживу до дня, когда Чжун Хо добровольно пойдёт в игровую зону, - поддел У Сок, подхватывая их сзади. – Это вы меня туда тащите, - возразил тот спокойно. – Я вообще-то просто хотел подышать свежим воздухом. Ки Хун только выдохнул, но не стал влезать. Подошёл ближе. Яркий экран ослепил на секунду, и он даже прикрыл глаза ладонью. После тихих больничных дней это ощущалось почти как удар. – Погнали, - Чжун Хо уже сел за руль одного из автоматов, кивнув тому на соседний. – Соревнование. Сон сел за третий автомат, чуть в стороне. У каждого экран загорелся, вспыхнула надпись Start your engine. Ки Хун положил руки на непривычно тяжёлый руль, чуть вибрирующий. Подушечки пальцев почувствовали прохладный пластик, и где-то внутри мелькнула странное воспоминание о том, как он когда-то действительно сидел за рулём гоночной машины в молодости. – Только без агрессии, ладно? - заметил он, бросив взгляд на Чжун Хо. – Я спокоен, - тот усмехнулся. – Пока вы меня не обгоните. Звук отсчёта. Три. Два. Один. Машины рванули с места, рёв двигателей ударил в уши. Ки Хун, хоть и не фанат таких игр – ему больше нравился настоящий адреналин, быстро поймал ритм движения, чуть прищурив глаза, состроив сосредоточенное выражение лица. Рядом Чжун Хо уже вылетел на повороте, У Сок громко выругался и рассмеялся. – Да ты специально его подрезал! - закричал он, глядя на экран. – Я даже не видел тебя, - сухо отозвался Ки Хун, не отрывая взгляда. – Конечно, не видел, ты на финиш смотришь, - буркнул тот. Они играли с азартом, но без глупого хвастовства. Ки Хун даже позволил себе яркую улыбку, когда его машина на последнем повороте увернулась от столкновения и вырвалась вперёд. – Второе место! - констатировал он, когда экран мигнул результатами. – А кто первый? - спросил Чхве, наклоняясь. – Я, - с гордостью сообщил Чжун Хо, вскидывая руки вверх. – Случайность, - спокойно отозвался 456-й, поднимаясь. – Самообман, – усмехнулся младший Хван. – Но ладно, на первый раз простительно. Ки Хун закатил глаза, но в голосе мелькнуло тепло. – Мы как дети, честное слово. Он бросил взгляд на часы – 18:40. До встречи с Ин Хо оставалось двадцать минут. Ки Хун откинулся на скамью у стены, отпил воды из бутылки, что носил с собой. Они вышли на улицу около без десяти семь. Воздух стал прохладным, небо окрасилось в глубокие оттенки заката. Ки Хун держал коробку с часами обеими руками, крепко, но бережно, будто боялся уронить не просто вещь, а что-то гораздо важнее. У Сок остановился у машины, посмотрел на него и сказал тихо, без привычных шуток: – Не вздумай вырубиться у него на глазах, ладно? Ки Хун улыбнулся, опираясь рукой на дверцу. – Постараюсь. – Не постарайся. Сделай, - добавил Чжун Хо. – Ты же сам говорил что не простишь себе, если не появишься. Сон кивнул. – И не прощу, если опоздаю. Он уселся на заднее сиденье, глядя в окно. Машина тронулась. Дорога уходила вдаль, а вечерний Сеул постепенно зажигался огнями, будто город сам готовился к чему-то важному. К семи вечера они уже подъехали к знакомому району. Небо успело потемнеть, последние отблески заката расплывались по стеклянным фасадам высоких зданий, оставляя мягкие тени на асфальте. Машина замедлилась возле того самого дома, где жил Ин Хо. – Ну, приехали, - сказал У Сок, глуша мотор. – Дальше вы сами. – Спасибо, - коротко ответил Ки Хун, отстёгивая ремень. – Ага, и звони, когда будешь выходить, - добавил тот, посмотрел на Чжун Хо. – Не дай бог, опять что-то случится. – Всё будет спокойно, - уверенно сказал полицейский. – Да я и не сомневаюсь, - хмыкнул водитель, бросив на Ки Хуна короткий взгляд. – Только давай без твоих фокусов, ладно? Не падай в обморок, не спорь и не убегай. Ки Хун усмехнулся. – Постараюсь. – Постарайся, - повторил У Сок и, включив музыку, добавил: – Ладно, я поехал, позвони – подъеду. Он махнул рукой и уехал, оставив их двоих перед подъездом. На улице было оживленно, много машин проезжали мимо – в это время многие возвращались с работы. Ки Хун поднял голову на дом, находя квартиру Ин Хо, где горел свет. – Ну что, идём? - спросил Чжун Хо, немного помедлив. – Пошли, - ответил Ки Хун. Лифт мягко дрогнул и остановился на нужном этаже. Двери открылись, выпуская двоих мужчин в тихий, залитый мягким светом коридор. Ки Хун первым шагнул вперёд, но остановился почти сразу – за знакомой дверью, доносилась музыка. Не просто фоновая, а достаточно громкая, ритмичная, с весёлым, бодрым битом. Какая-то игровая мелодия, очевидно, из приставки: быстрая, с электронными звуками, короткими перебивками. – Он, блин, играет? - выдохнул Чжун Хо, приподняв брови. – Похоже, - ответил Ки Хун, невольно усмехнувшись. – А мне никогда не говорил, что у него есть приставка. Он чуть наклонился вперёд, будто хотел убедиться, что не ослышался, и снова услышал резкий щелчок, потом короткий звук поражения — и громкий вздох раздражения, явно принадлежащий Ин Хо. – Точно играет, - заключил Чжун Хо. – Даже матерится, слышишь? – Слышу, - 456-й тихо хмыкнул, опираясь на стену. – Ну, хотя бы настроение у него сегодня хорошее. Такое редко увидишь. – Главное, чтобы не испортилось, - буркнул брат именинника, подходя ближе к двери. Он постучал дважды. Секунды тянулись, но ответа не последовало. Музыка продолжала играть, и за ней слышались какие-то звуки, будто тот опять проиграл и раздражённо нажимал кнопки на джойстике. – Он даже не услышал, - сказал Ки Хун, глядя на дверь. – Да у него там, наверное, колонки на максимум, - проворчал Чжун Хо. – Сейчас узнает, как игнорировать гостей. Полицейский потянулся к дверному звонку и нажал. Звонок был громкий и пронзительный, что не спутать ни с чем. Музыка оборвалась почти мгновенно. Пару секунд была глухая тишина. А потом послышались быстрые приближающиеся шаги. Щёлкнул замок. Дверь открылась, и в проёме появился Ин Хо, в свободной домашней одежде, с чуть растрёпанными волосами. На лице играло лёгкое раздражение и усталость. Он явно не ожидал никого. – Что ты тут делаешь? - спросил он сразу, даже не удивлённо, а скорее в растерянности. – Чжун Хо?.. – Ну… как что? - неуверенно начал тот, подняв руку. – С днём рождения. Ин Хо моргнул, опершись рукой о дверной косяк. – Спасибо… Я просто не думал, что ты… – Что я приду? - усмехнулся тот. – Я, может, и не собирался, если честно. Так, за компанию оказался. – За компанию? - приподнял бровь ведущий. – Ага, - с притворной невинностью ответил его брат. – Прости, подарка нет, так что твой подарок стоит сзади меня. Ин Хо нахмурился, не сразу поняв, что тот имеет в виду. – Что? Чжун Хо кивнул куда-то за спину, и только тогда Ин Хо увидел, кто стоит позади него. Ки Хун.  Тот стоял чуть в стороне, руки в карманах, спокойный, но какой-то странно напряжённый. Свет из коридора падал на его лицо, делая черты мягче, но взгляд более сосредоточенным. – …Ты, - выдохнул старший Хван после короткой паузы. – Я, - тихо сказал Сон. – Надеюсь, не слишком неожиданно. Чжун Хо повернулся к нему, ухмыльнувшись. – Ну всё, я своё дело сделал, – и, получив от Ки Хуна легкий подзатыльник, отшатнулся, хохотнув. – Ай! Всё-всё, молчу, я на кухню. У вас тут, очевидно, разговор посерьёзнее. – Иди уже, - буркнул Ки Хун. Детектив только пожал плечами и исчез вглубь квартиры, на ходу что-то бормоча. Ин Хо по-прежнему стоял в дверях, не до конца понимая, что происходит. Он моргнул пару раз, будто проверяя, действительно ли перед ним стоит Ки Хун, а не игра воображения. Тот выглядел живым, уставшим, но удивительно спокойным. – Что ты вообще здесь делаешь? - наконец произнёс Ин Хо, голос прозвучал немного тише, чем он хотел. – Почему не в больнице? Он тут же провёл рукой по волосам, машинально пригладив их, жест был почти неосознанный, но слишком заметный, чтобы Ки Хун его не уловил. Словно внезапно вспомнил, как выглядит. – Поздравить пришёл, - ответил Ки Хун просто, и уголки его губ дрогнули. – А что ещё? Он достал из внутреннего кармана длинную зеленую коробочку, и протянул её Ин Хо. – На, только… потом откроешь. Ин Хо на секунду опешил, глядя то на коробку, то на Ки Хуна. – Ты серьёзно?.. – Ага. Серьёзнее некуда. Ведущий не успел ничего сказать в ответ, просто взял коробку, осторожно, будто боялся уронить. На лице мелькнуло столько всего сразу: удивление, лёгкое раздражение, растерянность и, под всем этим, тревога. – Ки Хун… - начал он, чуть нахмурившись. – Ты хоть понимаешь, что ты сейчас сделал? Как ты вообще вышел из больницы? Когда? Кто тебя выпустил? И что ты… – Спокойно, - попытался вставить Ки Хун, но Ин Хо будто прорвало. – Что ты делал весь день? Почему не сказал? Почему никто не сообщил, что ты ушёл? Ты… у тебя температура ведь ещё не спала, да? Ты вообще в каком состоянии сюда пришёл? - он говорил быстро, сбивчиво, слова срывались, голос дрожал не от злости, а от волнения. – Тебе нельзя было… – Господи, дай ему хоть вдохнуть, - раздался голос Чжун Хо из глубины квартиры. Оба обернулись. Тот стоял в дверях кухни, опершись плечом о косяк, с выражением полного недовольства. – Ты хоть предупреждай, где у тебя жратва прячется, - проворчал он. – Я, блин, уже весь холодильник обшарил, а там ни куска нормального чего-нибудь вкусного. Ты там вообще ешь, а? Ин Хо на секунду замер, всё ещё держа коробку в руках, потом тяжело выдохнул и закатил глаза. – Ты невыносим. – Ну, извини, - хмыкнул младший Хван. – Я просто решил вмешаться, пока ты не уговорил Ки Хуна обратно в реанимацию своим допросом. Сон, наконец, позволил себе тихо рассмеяться, сдержанно, но с заметным облегчением. Ин Хо же, хоть и сделал вид, что раздражён, всё-таки чуть смягчился: опустил плечи, глубоко вдохнул и перевёл взгляд обратно на Ки Хуна. – Ты точно нормально? - спросил он уже спокойнее. – Тебя не шатало по дороге? – Всё нормально, - ответил тот тихо. – Даже не шатало. – Ага, конечно, не шатало его, - буркнул Чжун Хо, уходя обратно на кухню. – Скажи ещё, что не кашлял. – Пару раз, - честно сказал Ки Хун, поджав губы. Ведущий закатил глаза, но уголки его губ дрогнули, то ли от злости, то ли от того, что Ки Хун стоит перед ним. Он опёрся рукой о дверной косяк, будто собираясь что-то сказать ещё, но в итоге просто выдохнул, взгляд смягчился. – Проходи уже, раз пришёл. Пока я не передумал. 456-й улыбнулся чуть шире и шагнул внутрь, чувствуя, как сердце в груди колотится чаще, чем должно. И в ту секунду, когда дверь за ним закрылась, Ин Хо устало посмотрел в сторону кухни, где Чжун Хо всё ещё копался, будто в поисках сокровищ. – Ты вообще что ищешь? - спросил он наконец, не скрывая лёгкого раздражения. – Что-то сладкое, может, - послышалось оттуда. – У тебя хоть шоколад есть, а? Или всё по ЗОЖ живёшь? Ин Хо фыркнул. – Верхняя полка справа, за контейнерами. Только не тронь лимонные конфеты – они мои. – Принято, - пробурчал Чжун Хо, уже наполовину утонувший в холодильнике. Пока тот там гремел банками и упаковками, Ин Хо перевёл взгляд на Ки Хуна. Тот стоял посреди прихожей, всё ещё не сняв куртку, будто не знал, можно ли. Ин Хо подошёл ближе, не торопясь, с тем же выражением лица, где читалось волнение и радость одновременно. – Ты меня когда-нибудь сведёшь с ума, - тихо сказал он. И, не дав тому ответить, просто шагнул ближе и обнял. Не резко, не порывисто, а осторожно, с какой-то странной нежностью, будто боялся, что тот может исчезнуть, если обнять слишком крепко. Сон замер, потом ответил на объятие, чуть сильнее притянув мужчину к себе. В его движениях не было привычной неловкости. Ин Хо, чувствуя, как Ки Хун тяжело выдохнул, тихо коснулся губами его щеки. – Не надо больше таких сюрпризов, ладно? - почти шепотом. – Постараюсь, - хрипло ответил игрок, слегка улыбнувшись. – Но не обещаю. Ин Хо тихо фыркнул, будто собирался ответить что-то язвительное, но передумал. Отстранился, глядя на него с внимательностью врача которому этот пациент слишком сильно дорог. – Сейчас я к себе коробку отнесу, - кивнул тот на подарок. – А ты… Он сделал паузу, взгляд чуть смягчился. – Переоденься во что-то нормальное. Домашнее. – Как-раз собирался, - ответил Ки Хун, чуть кашлянув, но попытался скрыть это, отведя взгляд. – Вот и хорошо. Только не падай там, - с привычным ворчанием добавил Ин Хо, уже направляясь в коридор к своей комнате. За его спиной послышался довольный возглас Чжун Хо: – Нашёл шоколад! Тёмный, кстати, ничего себе у тебя вкус… Ин Хо покачал головой, не оборачиваясь. – Только не съешь всё. Я тебя знаю. – Поздно! - крикнул тот с набитым ртом, и Ки Хун тихо рассмеялся. Сон , наконец оставшись один, прошёл по коридору в комнату, где когда-то проводил ночи. Стоило только переступить порог – знакомый запах и тёплый полумрак словно мгновенно вернули его домой. Всё было на месте: аккуратно заправленная кровать, сложенные книги у прикроватной тумбы, кофта на спинке стула, та самая, которую он сам забыл здесь пару недель назад. Открыв шкаф, 456-й задержался взглядом на вешалках: рубашки, домашние свитера, спортивные кофты. Ничего особенного, но всё до боли привычное. В итоге выбрал мягкую серую кофту и простые тёмные штаны. Мужчина переоделся быстро, машинально пригладил волосы перед зеркалом, будто это сделает его красивее и уже собирался выйти, как вдруг резко остановился. Стоп… а сколько ему вообще лет исполнилось? Он моргнул, будто только что понял, что поздравлял человека, не зная, сколько тому лет. – Чёрт, Ки Хун, - выдохнул он вполголоса. – Гений, блин. И, не теряя времени, поспешил в сторону кухни, где, судя по звукам, Чжун Хо уже закончил свои сладкие археологические раскопки. – Эй, Чжун Хо! - крикнул Ки Хун, вбегая. Тот как раз выходил из кухни, облизывая пальцы после шоколадки, и они почти лоб в лоб столкнулись в дверном проёме. – О! Осторожней, больничный ты наш, - фыркнул младший Хван, придерживая его за плечо. – Что случилось? – Скажи… - Сон выдохнул, глядя на него с таким серьёзным видом, что тот даже поднял бровь. – Сколько вообще Ин Хо лет? Повисла короткая пауза. Потом Чжун Хо уставился на него, моргнул… и громко рассмеялся: – Подожди… ты серьёзно?! Ты пришёл поздравлять его с днём рождения и даже не знаешь, сколько ему исполняется? Вот это уровень отношений! – Да я… просто… не спрашивал никогда! - замялся Ки Хун, чувствуя, как уши начинают гореть. – Парочка, говоришь, - продолжал тот, едва сдерживая смех. – А базовую информацию не знаешь! Ну ты даёшь. – Ну не спрашивал я! - оправдательно повторил Ки Хун. – Мне что, паспорт требовать надо было? Так сколько, Чжун Хо?! - почти с отчаянием выдохнул игрок, уже чувствуя, что попадёт под шутки надолго. Тот сделал вид, что задумывается, специально растягивая момент: – Хммм… дай-ка вспомнить… сорок девять вроде. – Сколько?! - Ки Хун даже отступил на шаг. – Сорок девять? Серьёзно?! – Ну а что ты хотел, - пожал плечами Чжун Хо, ухмыляясь. – Он младше меня на полтора года? - Ки Хун выглядел так, будто ему сообщили, что вся жизнь была ложью. – Да он же выглядит на тридцать, а характер такой, будто прожил несколько жизней наперед. – Ну у тебя и комплименты! - засмеялся Чжун Хо. – Пойдёшь скажешь ему – растает быстрее шоколадки. Ки Хун только закатил глаза и пробормотал: – Не хватало ещё, чтобы он подумал, что я из вежливости так говорю. Он как раз собирался ответить что-то Чжун Хо, когда позади вдруг раздался спокойный, чуть насмешливый голос: – Кто здесь должен растаять?  Сон резко обернулся. Ин Хо стоял позади них, облокотившись на стену, сложив руки на груди. На лице играла лёгкая, почти лениво-ироничная улыбка. Он выглядел так, будто подслушивал их разговор уже несколько секунд и только теперь решил вмешаться. – Мог бы и у меня самого спросить, - добавил он, слегка приподняв бровь. Ки Хун замер, чувствуя, как мгновенно наливаются жаром уши. – Э… я… - начал он, но Ин Хо опередил, махнув рукой. – Шучу, - сказал тот мягче и шагнул ближе. – Хотя интересно, конечно, что вы тут обсуждаете. Чжун Хо хмыкнул, будто решил не попадать под раздачу. – Да так, ничего, - ответил он с невинным видом, сунув руки в карманы. – Просто некоторые пришли на день рождения, не зная, сколько имениннику лет. – Чжун Хо! - выдохнул Ки Хун, но тот уже отступал с широкой ухмылкой. Ин Хо тихо рассмеялся. – Правда? - спросил он, чуть прищурившись. – Ты не знал, сколько мне лет? – Ну… не то чтобы… - начал Ки Хун, чувствуя, как внутри растёт раздражающее чувство неловкости. – Просто… никогда не спрашивал. Не видел смысла. – Понимаю, - усмехнулся ведущий. – Возраст ведь не главное, да? Особенно когда тебе удобнее считать, что я старше. Сон опустил глаза, выдав короткое, виноватое: – Просто ты ведёшь себя так, будто старше всех вокруг. Хван тихо выдохнул, но в его взгляде мелькнуло не раздражение, а скорее лёгкое удовольствие. Он машинально провёл рукой по волосам, пригладив взъерошенные пряди, словно хотел выглядеть чуть аккуратнее, и сам это понял, отчего его губы тронула едва заметная улыбка. – Ладно, проехали, - сказал он, чуть мягче. – Я не ожидал, что вы появитесь. Кстати… заранее извиняюсь за бардак, - он указал рукой в сторону гостиной. – Я думал, вечер будет тихий. – Мы услышали, - заметил детектив. – На весь этаж слышно было. – Вот поэтому я и не зову гостей, - усмехнулся Ин Хо. – Меня же потом соседи убьют. – Гостей? - переспросил Ки Хун, приподняв бровь. – А с каких это пор я стал у тебя гостем? Ин Хо на мгновение удивлённо моргнул, но затем уголки его губ дрогнули. – Я вообще-то о Чжун Хо, - с лёгкой усмешкой уточнил он и тихо хихикнул. – Эй! - возмутился младший, но беззлобно. – Я твой младший брат! – И что? - отмахнулся Ин Хо, лукаво улыбнувшись. – Так, - наконец заговорил он, скрестив руки. – Мы вообще-то с улицы слышали, как здесь полдом трясётся. Что это за музыка у тебя гремела? И вообще, что происходило? Ин Хо неловко кашлянул и, словно немного смутившись, почесал затылок. – Да ничего особенного… - сказал он, с лёгкой неуверенностью в голосе. – Взял небольшой перерыв от работы. Ну… дней пять. Решил отдохнуть, сменить обстановку. – Отдохнуть? - переспросил Чжун Хо, переглянувшись с Ки Хуном. – Это вот так ты отдыхаешь – с приставкой на полную громкость? – Именно, - сухо ответил Хван, но взгляд его смягчился. – Иногда нужно просто отключиться от мира. Ки Хун, который сперва собирался поддеть его, вдруг лишь кивнул с лёгкой улыбкой. – Ну вот, наконец-то, - сказал он спокойно. – Хоть раз ты меня послушал. Ин Хо приподнял бровь. – Послушал? – Я же тебе говорил, - напомнил 456-й. – Что если не остановишься, убьешь себя окончательно. Рад, что наконец решил взять паузу. Ин Хо чуть улыбнулся краем губ, взглянул на него, будто с благодарностью, но не стал ничего говорить. Вместо этого он просто выдохнул и пожал плечами: – Ну… видимо, иногда и ты бываешь прав. И Чжун Хо вдруг рассмеялся, будто вспомнил что-то издалека: – Помнишь, как я в детстве мечтал о приставке? - сказал он, глядя на брата. – А теперь смотри, у тебя тут целая игровая станция! Не отвертишься, идём играть. Ин Хо только вздохнул, но уголки губ предательски дрогнули. – Серьёзно? Сейчас? – Да! От нас не отмажешься. Ки Хун сдержал смешок, наблюдая, как Чжун Хо уже без приглашения направляется в гостиную. Ин Хо сдался, махнул рукой и пошёл следом, а Ки Хун, улыбнувшись, пошёл за ними. В гостиной царил лёгкий хаос: на диване лежал свёрнутый плед, на столике стояла чашка с недопитым кофе, а рядом коробка с проводами. Чжун Хо сразу заметил, что на тумбе всего два джойстика. – Ага, понятно… - протянул он. – Трое игроков, а геймпадов – два. Отлично, братец, ты явно не планировал гостей. – Ки Хун может просто смотреть, - спокойно сказал Ин Хо, усаживаясь на диван. – С его плечом сильно не подергаешься. – Ничего страшного, - добавил Ки Хун, опускаясь рядом и чуть подвинувшись, чтобы не мешать. – Я поболею за Ин Хо. Чжун Хо, подключая геймпад, хмыкнул: – А почему не за меня? Ки Хун приподнял бровь и ухмыльнулся. – Потому что ты и без поддержки громче всех орёшь, - парировал он. Ин Хо тихо засмеялся, глядя то на одного, то на другого. – Ладно, хватит спорить. Я включаю игру, а ты, Ки Хун, решай, во что играем. Ки Хун пролистал список: Call of Duty MW2, Mortal Kombat 1, FIFA 23. – Давайте начнём с Mortal Kombat, - сказал он, хитро глядя на Ин Хо. – Посмотрим, кто из вас двоих быстрее сдастся. – Не дождёшься, - отозвался Чжун Хо. Они начали играть. Чжун Хо и Ин Хо сидели бок о бок, иногда толкая друг друга плечом, перекрикиваясь и смеясь. Ки Хун сидел чуть позади, наблюдая, как они сражаются на экране. Иногда он наклонялся ближе, что-то тихо подсказывал Ин Хо, тот слушал, кивал, и, кажется, от одного его голоса становился спокойнее. – Левее, - шепнул Ки Хун. – Он сейчас ударит. Ведущий успел увернуться, и младший возмутился: –Эй! Подсказки запрещены! – А я просто болею, - спокойно ответил Ки Хун, но в глазах блеснула насмешка. С каждой новой игрой в комнате становилось всё шумнее, то смех, то споры, то радостные возгласы. Ки Хун то и дело склонялся ближе к Ин Хо, что-то шептал, поправлял его руку на геймпаде, и между ними будто проходила легкая искра, почти незаметная, но теплая. После очередного раунда, который старший Хван выиграл, Чжун Хо откинулся на спинку дивана и усмехнулся: – Удивительно, что вы ещё не… поебались. Ин Хо приподнял бровь и спокойно, даже слишком спокойно, ответил: – А кто тебе сказал, что ещё нет? – Ты что такое говоришь!? - вскрикнул Ки Хун, резко пнув его в плечо. – Или ты наркотиков наглотался пока меня тут не было, и тебе всякое мерещится!?  – Прости, - улыбнулся мужчина, повернувшись к младшему брату. – Соврал. Просто мы ещё не успели, времени не… – Ин Хо!! - практически заорал Сон, вдруг закрыв его рот ладонью, пока сам закашлял. – ..Как ты можешь говорить такое брату! Блять, ты… Ты опять слишком много выпил, или что!? Как тебе не стыдно! Ведущий осторожно схватил мужчину за руку и убрал её от своего лица, тут же засмеявшись, отталкивая того назад, и поворачиваясь к нему, шепотом промолвил с довольной улыбкой: – Пока что я просто шучу не волнуйся, - он повернулся обратно к брату, заговорив громче. – А ты прекращай с такими выражениями. Понял? Или мне тебя заново воспитывать? – Ладно, ладно, молчу! - поднял руки тот. – Вы просто себя сбоку не видели.  После того как Mortal Kombat выдал очередное яркое «Finish him!», Чжун Хо драматично отбросил джойстик на диван. – Всё, сдаюсь! - воскликнул он, тяжело выдыхая. – Я больше не могу проигрывать тому, кто сидит над бумажками, а не в геймерском клубе! Ин Хо фыркнул, вытирая ладонью пот со лба, и усмехнулся: – Это называется талант. – Это называется жульничество, - буркнул Чжун Хо, бросая косой взгляд на Ки Хуна. – С подсказками с заднего ряда. – А я просто наблюдаю, - ответил Ки Хун, наклоняясь вперёд. – Ну ладно, хорошо, давайте я выберу следующую игру, раз уж вы оба такие уставшие чемпионы. Он пролистал меню и остановился на FIFA 23. – Как насчёт футбола? – Футбол, - протянул Чжун Хо, поджимая губы. – Это ты сейчас предложил человеку, который даже на физре мяч пинал только если тот катился прямо под ноги. – Ну, значит, самое время исправиться, - заметил Ин Хо, вставая и чуть растягиваясь. – Пора показать, кто тут стратег. – Стратег, - усмехнулся Чжун Хо. – Да ты в прошлой игре едва не сломал джойстик, стратег. – Это была тактика устрашения, - невозмутимо ответил Хван, усаживаясь обратно. Ки Хун тихо рассмеялся и снова уселся рядом с ним, чуть ближе, чем раньше. На экране уже мелькали стадионы, логотипы клубов и громкий рев трибун. – Ладно, я за «Манчестер», - сказал Ин Хо. – А ты, Чжун Хо? – За «Барселону». Они начали матч. В комнате появился смех, выкрики и эмоциональные всплески. Ки Хун периодически подсказывал Ин Хо: – Пасуй! Нет, не туда – влево! Да ты же мимо ворот! – Не мешай!  - хмурился Ин Хо, но улыбка не сходила с его лица. – Ага, ага, болельщик, - усмехался Чжун Хо. – С таким тренером неудивительно, что у тебя команда в ауте. – Подожди, вот сейчас… - Ин Хо резко нажал комбинацию, и на экране мяч полетел точно в ворота. – ГОЛ! – Что? - Чжун Хо вытаращил глаза. – Это нечестно! Ты опять с подсказками играл! Ки Хун откинулся на спинку дивана, сложив руки за головой. – Просто у него талант, - сказал он тем самым тоном, каким Ин Хо говорил минуту назад. – Вы два сапога пара, - буркнул детектив, но не сдержал смеха. Когда матч закончился со счётом 3:1 в пользу Ин Хо, они решили сделать небольшой перерыв. Чжун Хо ушёл за водой, а Ки Хун тем временем тихо сказал, глядя на экран: – Знаешь, тебе идёт, когда ты вот так смеёшься. Ведущий повернулся к нему, удивлённо, но без легкой неловкости. – Когда я выигрываю, ты хотел сказать? В комнату резко вернулся Чжун Хо, и неловкость мгновенно растворилась. – Так, - сказал он, ставя бутылку на стол. – Хватит тут сентиментальностей. Теперь я выбираю игру. Он включил Call of Duty: Modern Warfare II (2022). – Всё, я вас уничтожу. – Отлично, - заметил Ин Хо. – А ты, Ки Хун? - спросил Чжун Хо. – На чьей стороне? – На стороне того, кто не взорвёт сам себя гранатой, - сухо ответил Ки Хун, вызывая смех у обоих братьев. Они выбрали кооперативный режим. Ки Хун всё же взял геймпад Ин Хо, теперь втроём, по очереди. С каждой минутой они всё больше втягивались в игру: кричали, отбирали у друг друга джойстики, а Ин Хо, несмотря на видимую сдержанность, играл с азартом, глаза блестели. – Ки Хун, прикрывай меня! - крикнул он. – Я пытаюсь, но ты же сам в середину пошёл! – Так задумано! – Гениально, - отозвался 456-й, и в голосе прозвучала лёгкая ирония. Чжун Хо, наблюдая за ними, не удержался: — Господи, воюете просто отменно… Орете как бешанные. Ин Хо засмеялся, не отрываясь от экрана: – Главное это командная работа. – Командная, да, - фыркнул младший. – Если под «командой» ты имеешь в виду влюблённую поддержку. Ки Хун едва заметно покачал головой, но улыбка всё же появилась. – Просто мы хорошо понимаем друг друга. Когда миссия завершилась, и экран высветил «Победа», все трое на секунду притихли. Музыка из игры стихла, остался только их смех и лёгкое эхо от телевизора. Чжун Хо протянул руку и сказал: – Ладно, признаю. Вы неплохая команда. Ведущий пожал его руку, а потом повернулся к Ки Хуну, тихо добавив: – Без тебя бы не справился. Тот ответил коротко, но с улыбкой: – Не сомневаюсь. Чжун Хо закатил глаза: – Всё, хватит, вы сейчас ещё и на фоне заставки пообнимаетесь. – А почему бы и нет, - спокойно ответил Ин Хо, откидываясь на спинку дивана. – Сегодня, кажется, можно. Они смеялись, подшучивали, спорили, кто играл лучше, и кто кому мешал. В комнате было тепло, уютно, и даже свет лампы казался мягче. Всё это больше напоминало не вечер с играми, а момент редкого, почти забытого счастья. Музыка из меню Call of Duty всё ещё тихо играла на фоне, экран подсвечивал их лица мягким голубым светом. Ин Хо потянулся и, откинувшись на спинку дивана, наконец перевёл взгляд на Ки Хуна и Чжун Хо. – Ладно, - сказал он, с лёгкой усмешкой, – скажите мне, как вы вообще сюда добрались. И главное как вас вообще отпустили? Ки Хун чуть улыбнулся, поправил рукав кофты, будто собираясь с мыслями. – Ну… я, - начал он спокойно, – уговорил врача. Сказал, что ненадолго, просто на день. Убедил, что чувствую себя лучше, и что воздух, мол, пойдёт на пользу. Ин Хо скептически приподнял бровь: – И он просто… согласился? – Ну, - Ки Хун развёл руками, – у меня талант убеждать. – Скорее, уговаривать, - вставил Чжун Хо, усмехаясь. – Он ещё пару дней назад упросил меня поехать с ним. Сказал, что нам нужно кое-что забрать и… покататься. Мы весь день по городу колесили. Ин Хо нахмурился, но скорее с лёгкой строгостью, чем всерьёз. – То есть ты знал и ничего мне не сказал? - спросил он, переведя взгляд на брата. – Ну, - протянул детектив, вытягивая ноги, – я думал, это сюрприз. И вообще, - он приподнял руки, будто сдаваясь, – не я виноват, а вот этот человек, - Хван кивнул на Ки Хуна. – Эй, - возмутился тот, но сдержал смех. Ин Хо покачал головой, но в уголках губ дрогнула улыбка. – Вы оба одинаковые, - сказал он тихо. Один делает то, что ему нельзя, а второй прикрывает.  – Иди к чёрту, - мягко ответил Ки Хун. – Это ради тебя было. Чжун Хо встал, потянулся и посмотрел на часы. – Ладно, - сказал он, – мне, пожалуй, пора. Вы тут всё равно уже на своей волне. Ведущий фыркнул: – На какой ещё волне? – На вашей, - усмехнулся младший. – Не прикидывайся. Всё, я поеду, пока У Сок не передумал меня везти. И вообще, я рад был посидеть с вами. – Иди уже, - отмахнулся старший Хван, но голос его звучал мягко. Младший Хван только усмехнулся, махнул рукой и направился к двери. Когда за Чжун Хо закрылась дверь, квартира будто сразу стала тише. Ин Хо, всё ещё стоявший у двери, задержал взгляд на ручке, будто обдумывал что-то, а потом тяжело выдохнул и повернулся к Ки Хуну. Тот уже устроился на диване, откинувшись на спинку, и с лёгкой улыбкой наблюдал за ним. – Что? - спросил он, когда поймал взгляд Ин Хо. – Ничего, - отозвался тот, но в голосе явно слышалась забота. – Не верится, что ты правда здесь. Я рад тебя видеть. Но сбегать с больницы было глупым поступком, вдруг с тобой что либо случилось бы? – Я не сбежал, - с усмешкой ответил Ки Хун. – Меня отпустили. – Угу, - протянул ведущий, медленно подходя ближе. – А теперь, если позволишь… Он вдруг поднял руку и приложил ладонь ко лбу Ки Хуна. Тот слегка дёрнулся от неожиданности, но не отстранился. Ладонь была прохладной, но приложена осторожно, будто он боялся причинить боль. – Теплый, но не жар, - тихо сказал Ин Хо, нахмурившись. – Всё-таки температура ещё держится. – Да я себя нормально чувствую, - отмахнулся Сон. – Серьёзно, перестань. – Нормально он себя чувствует, - фыркнул Хван. – Вид у тебя такой, будто неделю в пустыне провёл. Он выпрямился, скрестил руки на груди и добавил уже уверенным тоном: – Иди в душ. – Что? – В душ, Ки Хун. Ты же не собираешься мне простыть окончательно прямо на мой день рождения? Игрок закатил глаза, но уголки губ дрогнули, этот тон он уже знал слишком хорошо. – Ты как медсестры в больнице, - проворчал он. – Может, ещё градусник принесёшь? – Если не пойдёшь, то принесу, - спокойно ответил Ин Хо. – И не спорь со мной. Сон театрально вздохнул, встал и потянулся. – Ладно, ладно. Только ты иди первый, раз уж командуешь. Хван чуть приподнял бровь, усмехнувшись уголком губ. – Я уже был. Пока вы там ехали до меня, я успел и душ принять, и волосы высушить. Так что не увиливай. – Хитрый, - пробурчал Ки Хун, проходя мимо. – Ну ладно. Только я быстро. – Иди, - мягко сказал Ин Хо. – А я пока тут чуть прибираюсь, - он окинул взглядом гостиную, где на столике лежали джойстики, обёртки от шоколада и пара стаканов с водой. Ки Хун усмехнулся: – Ну да, бардак устроили. – Ты у себя в комнате и похлеще устраивал, - улыбнулся Хван, сложив руки на груди. – Ой-ой, - фыркнул Сон, закатив глаза и ушёл в ванну. Плитка под ногами была чуть прохладной, когда Ки Хун осторожно вошёл в душевую. Он включил воду, подставил ладонь под поток и отдёрнул, оказалось слишком горячо. Мужчина сбавил температуру, подождал, пока струя станет более приятной. Воздух быстро наполнился паром, и на зеркале появилась тонкая дымка. Он двинулся медленно, будто боялся задеть рану, которая всё ещё тянула под повязкой. Ки Хун осторожно повернулся к зеркалу боком, повязка держалась крепко, белела среди мокрой бледной кожи. Сон проверил, не намокла ли, и, убедившись, что всё в порядке, глубоко выдохнул. Вода стекала по плечам, груди и животу, обводя линии тела и разбиваясь на мелкие капли. Ки Хун мылся неторопливо, тёплая вода будто вымывала усталость последних дней. Он намылил руки, провёл ими по коже, но голову не тронул, промочить волосы не решился, чтобы не простыть. Только пару раз наклонился, чтобы умыться и смыть остатки мыла с шеи. В комнате за дверью послышался какой-то тихий звук, будто кто-то передвигал что-то по полу. Ки Хун прислушался, но не придал значения. Просто продолжил, чувствуя, как тепло от воды пробирает его изнутри. Он выключил душ, потянулся к полотенцу и обмотал им талию. Тело ещё дрожало от перепада температур, а по торсу тонкими дорожками медленно стекали капли. Ки Хун вытерся, но не до конца: несколько блестящих капель всё равно остались, скатываясь вниз и пропадая в ткани полотенца.  После, мужчина достал его бритву и встал перед зеркалом, включил тёплую воду и намочил лицо. Пена лёгким слоем покрыла подбородок и щёки. Острым лезвием он медленно провёл по коже, счищая отросшую щетину короткими уверенными движениями. Вода смывала пену и тонкие полоски мыла, оставляя чистое, свежее лицо. Он огляделся, провёл рукой по волосам, чуть пригладил их, и только потом понял, что забыл взять пижаму. Сначала тихо выругался, потом вздохнул, идти обратно мокрым по коридору совсем не хотелось, но выбора не было. Осторожно открыл дверь, выглянул, и не заметив никого пошел дальше. Ки Хун пошёл в свою комнату, на всякий случай придерживая завязанное полотенце рукой. В комнате было полутемно. На кровати лежало одеяло, чуть скомканное после его последнего визита. Ки Хун подошёл к комоду, открыл ящик, потом другой. Пусто. Вещей почти не было, и пижамы тем более. Он нахмурился, порылся ещё немного, но безрезультатно. – Да чтоб тебя… - пробормотал он тихо, подхватив полотенце, которое уже чуть сползало. Пришлось идти к Ин Хо. Он постучал один раз, потом, не дождавшись ответа, толкнул дверь. Та приоткрылась, и Ки Хун сразу заметил что свет в комнате был приглушённый. Ин Хо стоял у шкафа, что-то складывая на нижнюю полку. На нём были только свободные пижамные штаны, мягкие, серосиние, и больше ничего. Игрок даже не сразу заговорил. На мгновение просто осмотрел ведущего: его плечи, торс, спину, движение рук, лёгкий поворот головы в его сторону. Хван был в очень хорошей форме, имея накачанное тело, что было странно для человека, который живёт в своем кресле. Ин Хо, услышав шаги, обернулся. На лице мелькнуло лёгкое удивление, а потом, короткая пауза, когда взгляд его на секунду задержался на Ки Хуне. Тот стоял с полотенцем на бёдрах, с влажной кожей, на которой ещё блестели редкие капли воды. – Э… - Ки Хун прочистил горло. – Пижаму мою не видел? Ведущий моргнул, будто только сейчас вернулся к реальности. – Твою? - переспросил он, чуть нахмурившись. – А… да. Я её кинул в стирку. Не думал, что ты сегодня приедешь. Сон выдохнул, но взгляд Ин Хо оставался спокойным, хоть и с лёгкой тенью смущения. – Понял, - тихо ответил 456-й, проводя рукой по шее, чувствуя, как по коже ещё стекает одна последняя капля воды. Ведущий, заметив, как Ки Хун всё ещё неловко стоит у двери, словно не знает, что делать, чуть кивнул в сторону комода. – Возьми мою, - предложил он спокойно. – Всё равно у меня их две. Та, что потоньше, на вешалке справа. Ки Хун чуть смутился, но прошёл внутрь. Он подошёл к вешалке, уже собираясь взять предложенную пижаму, но взгляд случайно скользнул по прикроватной тумбе и мужчина застыл. На ней, рядом с книгой и телефоном, лежали наручные часы. Те самые, что он подарил Ин Хо. Ин Хо заметил, куда тот смотрит, и, не говоря ни слова, подошёл ближе. В его движениях не было ни тени неловкости. Он взял часы в руки, провёл большим пальцем по гравировке, а потом поднял взгляд на Ки Хуна. – Спасибо тебе, - сказал он негромко. – Не ожидал… не думал, что ты в таком состоянии умудришься ради меня… Мне приятно. Ки Хун хотел что-то ответить, но в горле вдруг пересохло. Он только пожал плечами. – Ну… просто хотел поздравить. Ты заслужил хоть немного хорошего. Ин Хо тихо усмехнулся, но взгляд его оставался мягким. – Я увидел гравировку, - сказал он чуть позже. – Красиво. Мне никогда не приходила такая идея. Спасибо большое. – Рад, что понравилось, - выдохнул Сон. И в тот момент Ин Хо вдруг сделал шаг ближе. Расстояние между ними сократилось, Ки Хун даже почувствовал, как от него исходит тепло, ещё немного влажное после душа. Ин Хо протянул руку, коснулся его влажного плеча, будто хотел убедиться, что это не случайность. – Знаешь… - начал он чуть тише. – За это и не только… - он улыбнулся уголком губ, – положено благодарить. Ки Хун успел только моргнуть, как Ин Хо чуть наклонился и легко, почти осторожно, коснулся его губ. От неожиданности Сон вздрогнул, но не отстранился от мужчины – лишь подался ближе и запустил свою здоровую руку в спутанные волосы Хвана, немного надавив на его голову, будто подавая знак не останавливаться. Ин Хо переместил руку на удивительно стройную талию мужчины, на которую он обратил внимание ещё при входе Ки Хуна в комнату. Ведущий, скользнув кончиком языка по сухим губам 456-го, словно говоря ему приоткрыть их, тут же получил желаемое и с особым напором вторгся внутрь. Ки Хун слегка подрагивал в руках мужчины — то ли от холода, то ли от резкого нахлынувшего желания. Кто-то бы назвал это бабочками в животе, но по ощущениям внутри него бушевал целый раскалённый ураган. Когда их языки встретились, он почувствовал, как рука Хвана прошлась по его влажному, напряжённому от такого лёгкого движения торсу, будто изучая его. Ин Хо словно желал съесть его, не давая и вдохнуть: болезненно жадно прикусывал и посасывал набухшие губы Ки Хуна, как самую желаемую сладость в дорогом ресторане. Даже в напористом движении его языка угадывались замашки заядлого маньяка. Сон снова почувствовал себя жертвой в его руках, но, кажется, в этот раз был совсем не против и охотно отвечал на эти аморально грубые ласки. Теперь он был заложником Ин Хо, а не Ведущего. Поцелуй становился всё глубже, будто оба забыли, где находятся. Ин Хо осторожно, но настойчиво подталкивал Ки Хуна назад, их дыхание смешивалось, шаг за шагом заполняя тишину комнаты короткими, прерывистыми вдохами. Ки Хун не сразу понял, куда его ведут, пока не почувствовал за спиной мягкое касание расправленного покрывала. Ткань хрустнула под пальцами, когда он машинально опёрся о кровать, пытаясь удержать равновесие. Он резко остановился. Воздух в лёгких будто застыл. Лицо Ин Хо было слишком близко, и игрок ощутил, как волна растерянности поднимается внутри, и на мгновение отстранился, не зная, куда деть взгляд. Всё происходило слишком быстро, и слишком не похоже на то, что он ожидал. – Ин Хо… - выдохнул он глухо, не договорив. Ведущий тоже замер, словно опомнившись. Тишина натянулась между ними, как струна. Он чуть опустил взгляд, плечи напряглись. – Прости, - тихо сказал он, голос дрогнул. – Я не хотел… если ты не хочешь, я не… Сон моргнул, глядя на него. В его взгляде смешались удивление и что-то мягкое, как будто он не знал, злиться ему, смеяться или просто прижаться к его губам снова. Ин Хо стоял рядом, чуть склонив голову, будто опасаясь любого его движения, как провинившийся щенок. – Можно?.. - тихо, почти шёпотом спросил он, не делая ни шага. Сон молчал, чувствуя, как начинает сильнее дрожать, от нерешительности, или почти страха. Он кивнул едва заметно, но пока не двинулся, словно и сам ещё не понимал, что именно разрешил. Ки Хун сел на край кровати, будто не до конца понимая, что происходит. Сердце билось где-то в горле, в груди стоял неровный жар. Он поднял взгляд: Ин Хо стоял перед ним, будто не решаясь совершить следующее действие. Тот шагнул ближе. Ткань под ногами тихо зашуршала, воздух между ними сгустился. Рука Хвана осторожно легла на плечо Ки Хуна, почти не касаясь, но этого лёгкого движения хватило, чтобы у Сона по коже пробежала дрожь. – Ложись, - произнёс он негромко. Голос не был приказательным, а волнительным, будто он и сам боялся собственной просьбы. Ки Хун медлил, но потом послушно опустился на спину, опираясь на локти. Простыня холодила ладони и спину. Его грудь поднималась и опускалась от учащённого дыхания, когда он наблюдал за человеком, стоящим перед ним. Тогда Ин Хо, слегка неуверенно, поднялся на кровать следом, опираясь на колено, и навис над мужчиной.  Ки Хун смотрел на него снизу вверх с такой нежностью в глазах, что Хвану захотелось взять его прямо сейчас – этот взгляд был его слабостью. – С-стой, - выпалил Сон непривычно дрожащим голосом, опустив одну руку на полотенце, будто оно могло чудом сползти. – М? - тут же отреагировал Ин Хо. – Что такое? – Подожди… я никогда… у меня никогда не было… - его лицо краснело, и слова застревали в горле, мешая дышать. – Я имею в виду с мужчинами… – Тшш, успокойся, - прошептал ведущий, ласково проведя рукой по его щеке. – Если ты не хочешь, то так и скажи. Я не буду тебя заставлять. – Я не совсем об этом… Вдруг я сделаю что-то не так? И когда был женат, у нас… всё было сложно, - беспокойно затараторил Ки Хун, переживая, как школьник в свой первый раз. Сексуальные отношения с его бывшей у Сона были скудными. Интимная жизнь была лишена всякого огня и близости. Для него это было скорее исполнением супружеского долга, а не моментом взаимного удовольствия: его потребности оставались неуслышанными. Казалось, их физические отношения существовали лишь с одной целью – когда речь заходила о продолжении рода, на котором настаивали родители его супруги. Наверное, только из-за них они и не расстались в первую же неделю. – Со мной сложно не будет, - заверил Ин Хо, положив ладонь на руку, которой Ки Хун держал полотенце. – Расслабься, полотенце можно и снять. – Тогда можно я попрошу тебя выключить свет? Мне так будет комфортнее, - неловко указал он рукой на выключатель, не решаясь встать и сделать это самому. – Как скажешь, - кивнул Хван и потянулся рукой к выключателю, который удобно находился у кровати, погружая комнату в полумрак. В этот день луна была особенно яркой, так что ведущий не сомневался, что, когда они привыкнут к темноте, всё будет видно. Он наклонился, чтобы снова поцеловать его; их языки сплелись. Ки Хун не мог не растаять в этом поцелуе, и его руки цеплялись за тело Ин Хо. Хван коснулся полотенца, и мужчина вздрогнул, когда оно медленно соскользнуло с пояса на пол, оставляя его полностью обнажённым. Ведущий не задержался на его губах так долго, как в прошлый раз, и переместился ниже – на шею. Губы и руки Ин Хо исследовали тело Ки Хуна так, будто тот принадлежал лишь ему. Полумрак не позволял видеть достаточно чётко, но для Хвана это не имело значения, он и так всё чувствовал кожей и сбивающимся дыханием Ки Хуна. А ведь он даже толком не начал. Ин Хо целовал его везде – ключицы, шею, плечи, оставляя после себя влажные следы. Сон закрыл глаза, откинув голову на подушки и устроив своими пальцами беспорядок в волосах ведущего, приоткрывая рот в немом стоне. К нему не касались так долго, что теперь его заводило любое прикосновение. Он почувствовал обжигающий жар ниже живота – член Ки Хуна стоял параллельно животу, головка уже была тёмно-красной и сочилась предэякулятором. Руки Ин Хо бродили по его телу, уделяя особое внимание бёдрам и талии. Его пальцы были нежными и тёплыми, заставляя 456-го то дрожать, то напрягаться. Хван осторожно опускал дорожку из поцелуев всё ниже, заставляя мужчину смотреть на него. Мышцы бёдер Ки Хуна рефлекторно напряглись, а кровь прилила к щекам, когда он почувствовал, как рука ведущего сжала его неприлично возбужденный член, проводя ею по всей длине и размазывая выступившую смазку. Игрок смущенно перевёл взгляд в другую сторону, не в силах сдержать вырвавшийся стон, который тут же оказался приглушён его ладонью. – Ки Хун, - позвал его Ин Хо, отпрянув от его груди и потянув рукой, чтобы убрать ладонь 456-го. – Смотри на меня. Ки Хун перевёл взгляд обратно на Хвана и встретился с внимательным и ласковым взглядом, направленным прямо на него. Ведущий поднёс чужую руку к губам, чтобы оставить мягкий поцелуй на костяшках пальцев. – Ты недостаточно мне доверяешь? – Нет… я доверяю тебе, - подтвердил Сон, сжимая губы и едва заметно качая головой. – Мне стоит напомнить, насколько я тебя люблю? - снова спросил Ин Хо, начиная поглаживать кончиками пальцев его ладонь. – Так что, пожалуйста, не прячься от меня. Я хочу видеть тебя таким, какой ты есть. Если я сделаю что-то не так, говори мне об этом. Понял? – Да, прости, - ответил почти шёпотом. – Я тебя тоже люблю. – Не извиняйся. Я знаю, - улыбнулся Хван, одарив его нежным поцелуем в лоб. – У тебя есть какие-то предпочтения? – Предпочтения? - повторил Ки Хун, на миг замолчав, словно подбирая слова. Взгляд стал рассеянным. – …Не знаю. – Ничего страшного. Просто расслабься, - попросил Ин Хо и погладил его забинтованное плечо. Хван вернулся к расцеловыванию грудной клетки мужчины, проходясь по каждому шраму на его теле. Своими нежными пальцами он продолжал водить рукой по его члену, сначала медленно, но каждый раз ускоряясь в темпе, от чего Ки Хуну становилось тяжело дышать. Он старался сдерживать стоны, которые так и пытались вырваться из опухших губ после их страстных поцелуев. Ки Хун терялся в собственном удовольствии, даже не замечая, что Ин Хо перестал касаться его губами – теперь он поднял взгляд к лицу Сона, заметно наслаждаясь его выражением лица и звуками, которые тот издавал, когда сжимал член или большим пальцем размазывал предэякулят по головке. Игрок непроизвольно качал бёдрами, толкаясь в его руку сильнее, дрожал и сжимался от чужих рук. Мужчина немного ускорил движения рукой, особое внимание сосредоточивая на головке; Ки Хун выгнулся, приоткрыл губы чуть и невнятно простанывал. Ин Хо поворачивал запястье в нужных местах, чтобы заставить Сона корчиться и стонать. Ему нравилась эта картина, а звуки, которые издавал 456-й, только сильнее возбуждали Хвана, и он заметил, что сам издаёт тихие стоны. Живот Ки Хуна непроизвольно напрягся, а грудь приподнялась. Он застонал сквозь зубы, а Ин Хо продолжал наслаждаться каждым его звуком. Сон полностью отдался ощущениям, чувствуя, как медленно сходит с ума: все его мысли были заняты только ведущим. 456-й начал приближаться к оргазму, о чём выдавали бёдра мужчины, которые начали дрожать и дергаться так, что касались влажной руки Хвана. – Ин Хо… - жалобно проскулил Ки Хун, обратив взгляд на мужчину. – Умоляю, быстрее… Эти слова дали Ин Хо понять, что на этом можно остановиться. Он отпустил пульсирующий и истекающий соками член, вызывая у Сона вскрик, который тот уже не мог сдержать: – Ин Хо! Что за… – Тише, тише, - начал успокаивать его ведущий, ласково проведя пальцем по щеке и смахнув единственную слезу. – Это ещё не всё, так что потерпи… – Не всё…? - спросил он, глядя на него снизу вверх, как взволнованный щенок, когда мужчина напротив снял спальные штаны и Ки Хун увидел выпирающий стояк. Ин Хо осторожно обхватил его за плечи и подтянул вверх, помогая приподняться. Подушка сместилась, и он подложил её повыше, придавая мужчине слегка сидячее положение. – Извини, у меня нет смазки, - вздохнул он и опустился на колени между ног Сона, побуждая его прижать ноги к своей груди. Едва он сделал это, как Ки Хун отпрянул назад и вытянул шею, чтобы взглянуть на него. – Стой! - вскрикнул он, и Ин Хо испуганно застыл, будто уже сделал что-то не так. – Я… не уверен, что готов. Может, в другой раз…? Ты это… прости. – Успокойся, не извиняйся, - попросил Хван, успокаивающе огладив его внутреннюю сторону бедра и оставив там лёгкий поцелуй. – Я не буду ничего делать без твоего разрешения. Это же твой первый раз? – Вообще… да. У меня… там ничего не было, - снова шептал он смущённо, будто только что не стонал имя Ин Хо. – У меня нет смазки, прости. Сначала я использую свои пальцы, чтобы подготовить тебя. Ки Хун кивнул, ещё больше вытягивая шею, чтобы видеть, что он делает. Хотя 456-й не сомневался – скоро он отвернётся. – Всё хорошо. Я хочу, чтобы тебе было приятно. Постараюсь не сделать тебе больно, так что не бойся. Он замер на мгновение, изучая лицо Ки Хуна, пытаясь запомнить каждую деталь его красивых черт лица. Хван в который раз восхищался им. После того как мужчина набрал вес, он стал ещё красивее и… милее? Он тяжело дышал, его рот был слегка приоткрыт, и Ин Хо нежно провёл пальцем по контуру его приоткрытых губ, прежде чем ввести пальцы в рот и надавить на язык. Ки Хун начал неловко облизывать чужие пальцы, покрывая их слюной и краснея от нарастающего смущения. Со стороны он точно выглядит ужасно…  Но ведущий, который чуть не взвывал от этой сцены, будто прочитав его мысли, молвил: – Ты очень красивый, - пробормотал Ин Хо, и вытащил ужасно мокрые пальцы из рта Ки Хуна. – Я тебя обязательно затащу в модельное. – Ты бы себя видел, - улыбнулся тот, облизывая губы и опустился пониже.  Хван нежно провёл пальцем по промежности игрока, пытаясь хоть немного смазать её. Мужчина снова вздрогнул и переместил свою руку на край простыни, словно приготовившись сжать её. – Не нервничай так. Расслабься, - повторил Ин Хо, самостельно облизав палец еще пару раз, ухмыльнувшись от того, как Ки Хун неловко отвёл взгляд куда-то в сторону окна. Ведущий медленно ввёл палец внутрь, и Ки Хун издал тихий стон, когда палец начал растягивать его. Ин Хо не смог сдержать собственный, предательский сорвавшийся с его губ. Сон сейчас был горячее, чем при высокой температуре, и таким… тугим. – Ты как? - осторожно спросил он, провёл ладонью по ноге, словно успокаивая. – Нормально… - невнятно пробормотал. – Мне непривычно.  – Тогда я могу добавить ещё один палец?   – Ещё один?! - глаза Ки Хуна расширились, будто протрезвел.  – Милый, - прошептал с улыбкой. – Один – это ещё ничто. Мой член значительно больше пальцев. 456-й втянул голову в плечи, будто пытаясь спрятаться от чужих слов, но не сказал ничего против. С каждой минутой он всё больше ощущал себя невинным и ничего не знающим подростком, который впервые занимается сексом. Ин Хо воспринял это как немое согласие, и быстро поцеловал того в губы, чтобы успокоить. Медленно ввёл второй палец, делая паузу, чтобы дать привыкнуть к более сильным ощущениям. Он был очень напряжен, из-за чего кольцо мышц оставалось тугим – и даже сухим. Хван думал, что всё будет намного проще, но ни в коем случае не злился на него. На месте Ки Хуна он даже не подпустил бы себя так близко.   – Ки Хун, пожалуйста… Просто расслабься. Ты слишком сильно напрягаешься, сосредоточься на расслаблении мышц. Я не буду двигаться в слишком быстром темпе, или торопить тебя. Доверься мне. – Д-да, прости.. Я не… – Извиняться не нужно. Ты ни в чём не провинился, - перебил его Ин Хо, поцеловав бедро. – Просто послушай меня и всё будет хорошо.  Игрок кивнул и откинулся на подушку, закрыв глаза. Вдох, выдох. Вдох, выдох… Ведущий почувствовал, что мышцы вокруг пальцев расслабляются, давая больше пространства для движения и растяжки.  – Молодец.. Хорошо, вот так, дыши.  Ин Хо медленно вводил и выводил из него пальцы, время от времени раздвигая их или сгибая в разные стороны. Ки Хун тихо вздохнул, наслаждаясь новыми и странными ощущениями, пока его член переодически дёргался, говоря Хвану о том, что ему приятно.  Оба мужчины уже не стеснялись смотреть друг другу в лицо, будто стараясь прочитать собственные мысли по эмоциям. Ведущий медленно добавил третий палец, и 456-й поднес свою дрожащую руку к лицу, прикусывая большой палец.  Член Хвана пульсировал в ожидании разрядки: вид Ки Хуна, звуки которые он издавал возбуждали его не хуже любых прикосновений. Ему уже нетерпелось взять его прямо сейчас, подмять под себя, вытрахать так, чтобы он сорвал голос от вскриков имени Ин Хо. Но он не позволял себе сорваться, по крайней мере – не в этот раз. Ведущий засунул пальцы так глубоко, как только мог, и согнул их, Ки Хун внезапно подпрыгнул, распахнув глаза и в замешательстве глядя посмотрел на него. – Ин Хо! Что это было… - игрок глубоко задышал. – Что ты сделал?  Ин Хо усмехнулся, доволен тем, что нашёл точку его удовольствия, снова сгибая пальцы. Ки Хун взвизгнул и снова подпрыгнул, а глаза его заслезились.  – М-мать твою… Что за… – Это твоя простата, которая очень чувствительна, поэтому ощущения такие яркие и приятные.  – Не делай так больше. Точнее… нет! Сделай это снова, прошу тебя, я хочу… - глаза метнулись вверх, будто ища пощады. – Тшш, не волнуйся. Это лишь начало, - улыбнулся Ин Хо и провёл по его телу второй рукой – от груди до паха, вызывая дополнительную дрожь. – Ты уже ужасно возбуждён.  – Не говори такие вещи… - промямлил Ки Хун, слегка прикусил нижнюю губу, дабы скрыть смущение. Он вытащил пальцы, и Ки Хун застонал. В следующее мгновение ведущий избавился от последнего элемента своей одежды, облегченно выдохнув, будто эта тесность причиняла ему боль. Ин Хо уже был возбуждён, его эрекция выпирала из под ткани нижнего белья. У Сона чуть не потекли потекли слюни, когда он увидел мокрое пятно на передней части трусов. 456-й невольно уставился на половой орган своего партнера. Его глаза словно приклеились, обращая внимание на толщину и размер, которые и вправду оказались значительно больше пальцев. Мужчина даже задумался над тем, влезет ли он в него.  – Ты точно готов? - переспросил Ин Хо, подвинувшись ближе. – Это уже может быть больно. – Да… Я готов.  Ин Хо кивнул, и плюнув на ладонь, размазал слюну по всей длине члена, подвигаясь вперед, чтобы оказаться около входа. Ин Хо опёрся руками по обе стороны от него, слегка прижав его ноги к груди. Ки Хун поднял на него жалобный взгляд, по которому можно было мало что понять. – Расслабься, - повторил Хван, и направляя свой член, надавливая, просунул головку во внутрь.  456-й громко застонал, болезненно кусая губы и сжав вспотевшими пальцами края простыни, закатывая глаза. – Ки Хун? Посмотри на меня. Ты в порядке? – М..? - выдал мужчина, опустив на него взгляд. – Да.. просто… больновато немного, - прошипел он. Ин Хо подождал ещё немного, чтобы позволить ему привыкнуть к наполненности. Когда он начал мучительно медленно продвигаться глубже, Ки Хун начал болезненно стонать и щуриться, что Хвану пришлось наклониться и приглушить звуки поцелуем. Мужчина посасывал и лизал его губы, в попытке отвлечь от боли, а Сон схватил ведущего за плечи.  Его пальцы больно впивались в кожу, а ногти изредка оставляли царапины, но Ин Хо было всё равно, когда он проник до конца, замерев. Тело 456-го напряглось, вздрогнуло, и он инстинктивно отпрянул. – Мх… Не двигайся… - прошептал Ки Хун, его глаза блестели на грани слёз.  – Всё хорошо, скажешь, когда будешь готов. Ведущий начал целовать его везде: подбородок, скулу, лоб, веко; не оставляя ни одну частичку лица без должного внимания. Со временем игрок начал расслабляться: пальцы перестают сжимать простынь до побеления костяшек, взгляд становится рассеянным и брови опускаются.  – …Можешь двигаться. Это было единственное разрешение, которое так хотел услышать Ин Хо. Он наконец двинулся, почти полностью вытащив член – чтобы снова войти в Ки Хуна. Сон вновь застонал и грубо схватил Хвана за волосы, притянув его голову к себе и прижимая лицо к своей шее, дрожа всем телом. Ведущий глубоко застонал, когда снова глубоко вошел в него, и стенки Ки Хуна сжали его член, вызывая волну приятных ощущений. Он запустил руку в волосы 456-го, оттягивая чужую голову назад, чтобы начать покрывать шею поцелуями, пару раз оставляя засосы.  – Ин Хо..! Мне завтра возвращаться в –  – Плевать, - перебил его Хван, кусая его нежную кожу, тут же облизывая это место. – Пусть знают, кому ты принадлежишь.  Ин Хо отчаянно пытался сохранить медленный темп, двигая бёдрами, но каждый толчок становится всё быстрее и глубже, а звуки шлепков кожи становились громче. – Ин Хо.. Быстрее, пожалуйста… Ин Хо.. - в бреду бормотал Ки Хун, выгибая спину и повторяя имя мужчины снова и снова. – Ты.. ты прекрасен… - выдохнул Хван, окончательно сорвавшись с цепи и двигая бедрами в бешанном темпе, вдавливая мужчину в матрас.  Ин Хо немного изменил угл проникновения, и 456-й громко вскрикнул. Прямо в точку. Ведущий ухмыльнулся, поднимая на него взгляд, сосредоточившись на этом месте и сильно двигая бёдрами снова и снова.  – Блять! - взвигнул Ки Хун, судорожно дрожа, когда Хван продолжил вдалбливаться в него со всей силы. Его грудь тяжело вздымалась, тело ныло, а стоны становились всё громче и пронзительнее. Руки переместились на спину мужчины, впиваясь ногтями в кожу и проходясь по ней, вызывая у Ин Хо дрожь в позвоночнике.  – Пожалуйста, Ин Хо… Я хочу кончить… - скулил игрок, извиваясь, пока из его члена неприрывно сочился предэякулят. – Молю, дай мне кончить!  – Будь терпеливым мальчиком, - удовлетворённо улыбнулся ведущий, но всё таки отпрянул от его шеи.  Мужчина обхватил рукой член Ки Хуна, а тот крупно вздрогнул, с трудом подавляя очередной вскрик, когда движения Хвана слились в один темп. Ин Хо не знал, сколько он ещё сможет продержаться – он уже был близок, стоны срывались с его губ наровне с 456-м. Они оба вспотели, а мышцы приятно болели от бешанных движений.  Он нетерпеливо схватил подбородок Ки Хуна, заставляя его лениво смотреть прямо на него. Мужчина хотел увидеть искры в его глазах, когда тот кончит. Ему хотелось увидеть каждую его эмоцию. Узнать его полностью.   – Чёрт, Ин Хо! - завопил игрок, издав хриплый стон, будто уже сорвал голос. Глаза Ки Хуна опустели, когда он изверг густые струи спермы на живот и кулаку Ин Хо, всё его тело содрогалось в конвульсиях с каждым импульсом члена. Ведущий застонал, когда опять услышал как он выкрикивает его имя вот так. Он двинулся ещё раз, прежде чем мышцы сжались вокруг его члена: оргазм тут же обрушился на него следом, и Хван задрожал от накатившего удовольствия. Ин Хо впился зубами в шею Сона, и Ки Хун вскрикнул от боли и вздрогнул, сжимая ногами тело Ин Хо.  Руки ведущего ослабли, и он упал на Ки Хуна, даже не удосужившись выйти из него. Ки Хун отпустил его, заметив пару капель крови на ногтях, и погладил по голове, будто извинясь. Они остались в таком положении на несколько минут, пытаясь отдышаться.  Ведущий почувствовал, как со временем его сердце перестало стучать так бешанно быстро. Он простонал и поднялся, освобождаясь из слабых рук 456-го, внезапно осознав, что, должно быть, придавил его своим весом. Хван нежно погладил его по бедру и вышел из него. Ин Хо ласково улыбнулся ему и притянул ближе, целуя его в губы. – Ты как? - спросил ведущий, когда отстранился от Ки Хуна, заправляя его прилипшие ко лбу волосы назад. Они у него так отросли, что стоило бы сводить его к парикмахеру.  – Х-хорошо… - пробормотал мужчина, пытаясь отдышаться.  Ин Хо медленно отстранился и аккуратно встал с кровати. Он встал, подошёл к выключателю и включил свет. Мягкий ламповый свет наполнил комнату, позволяя увидеть друг друга яснее. Ки Хун оставался лежать, всё ещё дрожа, словно тело отказывалось слушаться после пережитого. Его руки слабело сжимали простыню, а глаза были слегка зажмурены. Ин Хо заметил это и подошёл к тумбочке, взял салфетки и вернулся к нему. – Вот, возьми, - сказал он мягко, протягивая Сону. – Всё в порядке. Ки Хун дрожащими пальцами взял их, ещё немного покраснел, стараясь вытереться, пока тело постепенно начинало приходить в себя. Сначала он едва шевелил ногами, потом медленно сдвинул плечи, пытаясь сесть, но дрожь всё ещё не отпускала. Ведущий тихо сел рядом, поддерживая его рукой за спину, чтобы не упал. – Дыши, спокойно, - прошептал он, наблюдая, как Ки Хун делает глубокий вдох, потом выдох. Постепенно мышцы Ки Хуна расслаблялись, дыхание становилось ровнее, а взгляд медленно фокусировался на Ин Хо. Он дрожал меньше, и с усилием сдвинул ноги с кровати, подставив их Хвану, который помог ему подняться. – Я… думаю, смогу встать, - сказал Ки Хун тихо, и Ин Хо улыбнулся, кивнув. – Отлично. Я пока отнесу твои вещи, - ответил он, вставая.  Ведущий быстро надел свои вещи и взял салфетки, а затем аккуратно поднял и понёс в ванную грязное бельё и полотенце. По возвращению Ин Хо кинул ему его спальные штаны и футболку, вместе с бельем, которое принёс с комнаты 456-го. – Вот, надень это. Ки Хун натянул на себя футболку и штаны, и после этого действия тут же откинулся на кровать, облегченно выдохнув.  Хван улыбнулся, присел рядом и осторожно помог Ки Хуну устроиться поудобнее на кровати. Затем сам лёг рядом, так чтобы их тела слегка соприкасались. Он мягко провёл рукой по забинтованному плечу мужчины и коснулся его губ лёгким поцелуем. – Я люблю тебя, - прошептал он тихо, глядя в глаза возлюбленного. Ки Хун слегка покраснел, улыбнулся и прижался ближе, чувствуя тепло Ин Хо. Ведущий осторожно накрыл их одеялом, выпрямился и выключил свет. – Спать пора, - прошептал Ин Хо, прижимаясь к нему плотнее и обнимая за талию. – Можешь спокойно расслабиться. Ки Хун тяжело вздохнул, ощущая, как усталость медленно накатывает на тело. Его руки обвили Хвана, а голова уютно упала на плечо мужчины. Дрожь полностью ушла, и тело постепенно переставало сопротивляться. – Спасибо… - тихо пробормотал 456-й, закрывая глаза. – Не за что, - ответил Ин Хо, легонько поглаживая его спину. – Спокойной ночи.