Мать-медведица

Переодетые в джинсы, футболки и кроссовки дети жевали бургеры, пили газировку и смотрели в окна. Что они испачкаются или испачкают машину, Наташа не боялась, планируя бросить её где-нибудь в предместье Пуатье и пересесть на другую — купить подержанный автомобиль за наличные не составляло труда, а одежду она приобрела с запасом. Но хоть дети стали более-менее похожи на детей: ели картошку фри руками, облизывали пальцы, тихо хихикая, и тыкали в стекло, показывая друг другу что-то особенно интересное. Кто бы знал, что их так увлечёт простое наблюдение за меняющимся пейзажем? — Смотри, коровы! — восклицала Мишель, когда они проезжали мимо стада. — Лошади! — вопил Джек минут через десять, увидев двух гнедых одров на огороженном забором из жердей выгоне. Наташа не могла перестать изумляться этим детям и тому, как открыто они радуются всему новому, с каким аппетитом едят простые гамбургеры и как их выбирали в небольшом списке меню придорожного кафе, где они закупались едой. И это они ещё океана не видели. …Да ничего они не видели на самом деле. Их на свежий воздух выпускали не каждый день. Наташа глянула на детей в зеркало заднего вида и улыбнулась. Будет у них и воздух, и улица, и лучшая жизнь из всех, что она способна дать. Пусть их и рожала Роза Бенджамин, но Наташа не могла бросить Джека и Мишель, уже чувствуя с ними неразрывную связь. — Мам, хочешь? — Джек пролез вперёд между сидений и протянул Наташе ополовиненный стакан газировки. — Спасибо, дорогой, мне больше нравится вода, — ответила она. Сахар — верный путь к лишнему весу, увы. Не то, что она могла себе позволить. Пожав плечами, Джек уселся обратно рядом с сестрой и принялся дальше тянуть лимонад из трубочки, после чего глубокомысленно произнёс: — А мне молоко. — Без сахара? — спросила у него Мишель. — Без всего! — гордо подтвердил Джек. — А я сладкое люблю, — сказала Мишель. — Особенно мороженое. Дети болтали, Наташа слушала их и понимала, что не так уж много всего пробовали эти принц и принцесса. Их ограничивали во всём, и только родительских упрёков, порицаний, поучений и наказаний им доставалось вдоволь. — Смотри, смотри, коза! — раздалось с заднего сиденья с ликованием, словно Джек увидел как минимум единорога. Действительно, что там каким-то коровам и лошадям? А вот козы! Особенно когда их целых шесть — с длинными рогами, бородами и оттянутым молочным выменем. Наташа включила в машине радио и принялась перебирать станции, выискивая музыку поинтереснее. А дети активно обсуждали увиденную козу. Ну да, в Гильбоа не было зоопарков, а даже если бы и были, вряд ли бы Сайлас разрешил отвести туда маленьких принца с принцессой. Даже интересно, сколько восторга у них может вызвать, скажем, жираф или слон? Нужно ещё обязательно посетить океанариум и почаще выбираться в аквапарк. Вот только она совершенно не помнила, есть ли уже аквапарки. Неважно. Они поселятся на морском побережье и будут купаться и загорать, строить песочные замки и собирать ракушки… Барселона ждёт их! А потрясающие шедевры Гауди разовьют в детях воображение и художественный вкус. Громкие голоса детей смолкли, они снова зашептались между собой, а Мишель заёрзала на сиденье. — Мама, скоро будет остановка? — подал голос Джек. — Мне нужно в туалет. Вот только, как назло, последнюю автозаправку они проехали примерно полчаса назад и ничего похожего по обочинам сейчас не наблюдалось. Вокруг, куда ни глянь, простирались луга с редкими клочками какого-то густого кустарника. Она остановила машину на обочине и предложила: — Давайте по-походному, в кустики. Джек, сначала иди ты, а потом пойдём мы с Мишель. Возьми салфетки, в пакете с едой должны быть. — Как в кустики? — ужаснулась Мишель, глядя на мать огромными глазами. — А разве так можно? Нас за такое не накажут? — Можно и нужно, — решительно заверила Наташа. — Терпеть очень вредно. Я только похвалю. И научу тебя оправляться в кустиках стоя. Мишель глянула на брата и, только переговорив с ним вот так вот, без слов, кивнула. Джек справился быстро и вернулся счастливый, с каким-то цветком в руке и зажатым в кулаке жуком. Цветок он отдал Наташе, а кулак с жуком поднёс к уху Мишель и заговорщическим шёпотом произнёс: — Слушай, как шебуршит! — Посади его в коробочку от бургера, — посоветовала Наташа. — Тогда не убежит. Идём, Мишель. Мишель доверчиво протянула ей свою руку и крепко-крепко сжала ладонь, заинтересованно оглядываясь по сторонам. — Трава подстриженная, — удивлённо сказала она, оказавшись на лугу. — Её скосили, чтобы высушить и зимой кормить коров, лошадей и козочек, — объяснила Наташа. — Сейчас зайдём за кустик, чтобы нас не было видно с дороги, и сделаем свои дела. За кустом Мишель послушно выполняла всё, что говорила ей мама, хоть и покраснела при этом до цвета молодой редиски, только что из ушей пар не валил. А уж джинсы натянула она с такой скоростью, словно её кто-то укусил за попу. Похоже, не очень-то ей понравилась походная жизнь. — Это на совсем крайний случай, — успокоила дочку Наташа. — Потому что долго терпеть очень вредно. — Правда? А почему? — спросила Мишель, снова протягивая ей тщательно вытертую ладонь. — Или обмочишься, или мочевой пузырь лопнет, — ответила ей Наташа. — И стыдно, и больно. — Я поняла, — с серьёзным видом кивнула Мишель. Ждавший их около машины Джек выгуливал своего жука по ладони, но, едва увидел маму с сестрой, тут же отпустил его в траву и устроился на заднем сиденье, запихнув весь мусор в один из пакетов. — Мы заночуем в Каркассоне, а завтра приедем в Барселону, — сказала Наташа, снова выруливая на дорогу. — Несколько дней поживём в гостинице, пока я не найду нам постоянное жильё. Со школой придумаю. Вам придётся учить испанский язык. Дети переглянулись и снова кивнули. Похоже, они были согласны на всё: бесконечно переезжать, учить новые языки, ходить в школу, хотя раньше преподаватели приходили на дом и занимались с ними индивидуально, лишь бы не возвращаться в Гильбоа и не видеться с отцом. Поразительное единодушие. Интересно, а когда в первый раз они попытаются что-нибудь опротестовать? Завидев на горизонте замковые башни Каркассона, дети наперебой загалдели, обсуждая, настоящий ли замок и сколько ему лет. Каково было бы в таком жить… — Неудобно, скорее всего, — вынесла вердикт Мишель. — Там окошек совсем-совсем мало. Но всё равно красиво. А мы можем погулять по этому городу? — Можем, — ответила Наташа. — Он красивый и старинный. Думаю, внутри самой крепости найдётся гостиница. Остановимся там, утром погуляем, а потом отправимся в Испанию. Мишель и Джек снова прилипли к окну, разглядывая приближающиеся стены крепости. Вот теперь они вели себя почти что как нормальные дети, заинтересованные всем вокруг и очень любопытные, но Наташе всё сильнее хотелось лично откусить голову Сайласу. Ничего, дойдёт и до него. Нескоро. Сейчас самое главное — дети. И эти дети напомнили о себе громким: — Ма-ам, а можно мороженого? — Если магазины будут открыты — можно, — с улыбкой ответила Наташа. — Но на десерт. Сначала — нормальная еда. — Не бургеры? — вздохнул Джек. — Бургеры можно, но не каждый день, малыш. Это не самая здоровая еда, — принялась объяснять Наташа. — И к тому же, разве тебе не хочется попробовать чего-нибудь нового? — Мне понравились бургеры, — буркнул Джек. А Наташа задумалась, откуда во Франции, с её упором на всё французское, вообще взялся МакДональдс.