Мать-медведица

— Никогда в жизни не оставался без родителей, — признался Брок. — Чем займёмся? — Нажарим сосисок и кино посмотрим? — предложил Джек. — Ещё можно в приставку поиграть или по сети полазать. Мишель над плечом стоять не будет, так что… — Кино, — улыбнулся ему Брок. — Можно пиццу заказать. А потом погоняем в Марио Карт. Джек заулыбался и ринулся к телефону, где в плетёной корзинке стояли буклеты самых вкусных доставок. — Давай выбирать! Я хочу большую пепперони! Он тоже никогда не оставался один, ну, чтобы совсем один, без никого, даже без сестры. Странное, немного напрягающее ощущение, словно чего-то не хватает, но стоило прийти Броку, как оно отступило, уступая место пузырящейся и немного щекотной радости. — И картошку фри! — выпалил Брок. — Обожаю её. Они живо заказали еду и принялись перебирать кассеты с фильмами — синьора Палома покупала их часто и разные. — Давай вот «Джонни Мнемоник», — предложил Брок. — Мне Киану Ривз нравится, он классный. — Есть такое, — согласился Джек, вынимая кассету из коробки. — Мне он тоже нравится, но этот фильм я ещё не смотрел, Мишель зануда, ей боевики не нравятся. — Ну да, а видак у вас один, — покивал Брок. — Договориться не пробовали? — Ага, с ней договоришься, — закатил глаза Джек, плюхаясь рядом с Броком на диван. — Это как она с нами договорилась, помнишь? Мы гуляем только как нравится ей, а когда гуляем по-нашему, она дома остаётся. — Девчонки! — закатил глаза Брок. — Одна головная боль от них. Джек пихнул Брока плечом и ухмыльнулся: — Я слышал, тебя Катаринка из группа поддержки на свиданку звала. Пойдёшь? Она вроде бы у них самая ничего. — Нет, — ответил Брок, помрачнев. — Не пойду. И тебе не советую. — Мне-то она зачем? — фыркнул Джек и задрал подбородок. — На такое не размениваюсь, а вообще заткнись, кино начинается. — Поставь на паузу! — вскинулся Брок. — Еду ещё не привезли! Вздрогнув, Джек щёлкнул пультом, и картинка замерла. — Ещё что-нибудь посмотрим? У нас много кассет. — Посмотрим, — кивнул Брок. — Или вот Лего… А? — Можно и в Лего, — заулыбался Джек. — Мама мне новый набор купила, но по инструкции собирать не интересно. — Сколько у тебя фунтов рассыпного Лего? — улыбнулся Брок. — Десять? Двадцать? — Сорок восемь, — спокойно ответил Джек и вскочил, услышав звонок в дверь. — Пицца! Две большие коробки они водрузили на журнальный столик перед телевизором, Джек принёс лимонад из холодильника и большую бутылку кетчупа для картошки фри. — Вот теперь можно и фильм смотреть! — заявил Брок. Джек снова уселся рядом с Броком, притираясь плечом к его плечу, и запустил фильм. Какой же отличной была идея отправить маму вместе с Мишель на курорт! Не то чтобы Джек так сильно хотел остаться один дома, а вот провести время с Броком — да. Он любил сестру, но порой она… мешала. В критический момент, когда Джонни должны были отрезать голову, Брок схватил Джека за руку и подался вперёд. Пальцы у него были горячие и маслянистые от картошки. Джек затаил дыхание, перестав улавливать хоть какой-то смысл происходящего на телеэкране. Его больше не интересовал красавчик Джонни, не волновал сюжет. Джек всем собой впитывал тепло чужой ладони, очень надеясь, что его пальцы не дрогнут и не выдадут его тайну. Но Брок держал его крепко. Когда дружба переплавилась во влюблённость, Джек не представлял. Казалось, она была… всегда? Но как с таким справиться? И это ещё Мишель дурой себя считала… у неё хотя бы возлюбленный — мертвец, а не лучший друг, находящийся очень близко и в то же время безмерно далеко. К концу фильма коробка от пиццы и пакетики с картошкой опустели. Брок напоследок сжал пальцы Джека и начал убирать упаковки. — Марио Карт или Лего? — спросил Джек. — Лего, в Марио мы ещё успеем наиграться! У нас вся ночь впереди! — весело улыбнулся Брок. «Вся ночь впереди!» Как же отлично это звучало! И эта, и следующая, и вся неделя! Мама уехала с Мишель на полмесяца, оставив Джеку банковскую карту на всякий случай и достаточно наличных. — Моем руки и ко мне наверх! — скомандовал Джек. Две недели! Две недели они будут с Броком жить под одной крышей и даже спать будут вместе, если Брок, конечно, не выберет диван в гостиной. Но кто в здравом уме отличной кровати предпочтёт диван? — Будет сделано, мой генерал! — выпалил Брок, вытянувшись, выпятив грудь и приложив ладонь к голове. За Лего Джек мог просидеть несколько суток, выстраивая разрушенные каким-нибудь катаклизмом города, придумывая истории погибших или пропавших без вести жителей. Мог собирать невиданных монстров, а потом таскать их маме, надеясь, что Мишель не увидит и не раскритикует очередную виверну или Медузу Горгону, обозвав её кривым неправильным уродцем. Мог разыгрывать сражения, занимая половину комнаты оборонительными сооружениями двух армий. С Броком это будет куда интереснее! Тот завалился в комнату к Джеку, демонстрируя вымытые руки. — Я готов! — сказал он. — Что будем строить? — А давай астероид на Нью-Йорк уроним? — предложил Джек, вытаскивая на середину комнаты один из пластиковых ящиков с конструктором. — Мишель называет меня кровожадным. Не знаешь, почему? — Из ложно понимаемого гуманизма, — заявил Брок. — Это же лего-человечки и лего-города! — Правильная позиция, полковник! Правильная! — хлопнул его по плечу Джек. — Как я рад, что ты на моей стороне! — Я всегда буду на твоей стороне, — неожиданно серьёзно заявил Брок. — Ты самое лучшее, что есть в моей жизни. Джек сжал его плечо, чувствуя, как в груди ускоряется сердце, переходя с первой космической на вторую, а с неё на совсем какую-то небывалую, потому что с такой ничто не может двигаться. — И ты… и ты в моей! Ты мой самый лучший друг! — кое-как пропихивая через глотку слова, выдохнул Джек. Брок порывисто и крепко обнял его.