Артистизм — дело тонкое

      Рэйчел и Макс решили действовать самостоятельно. Дэвид, казалось, был слишком доверчив к Джефферсону, а времени терять было нельзя. Макс вспомнила, что однажды видела на столе директора Уэллса личное дело мистера Джефферсона, где упоминался его загородный амбар.       Ночью, стараясь остаться незамеченными, они тихо прокрались в его кабинет, взломав дверь с помощью самодельной бомбы и телефонной помощи от товарища Макс — доктора Уоррена Грэма, как он сам себя прозвал, и быстро нашли нужную папку. Адрес этого загадочного амбара оказался довольно далеко от Аркадии-Бэй, в лесистой местности за старой лесопилкой.       Не дожидаясь наступления рассвета, Рэйчел и Макс выбрались из академии. Рэйчел воспользовалась своей способностью, чтобы убедиться, что на их пути нет никого, кто мог бы их заметить. Ночь была тёмной и безлунной, и дорога до лесопилки заняла довольно много времени.       Наконец они добрались до места назначения. За покосившимся забором виднелся огромный амбар, окна которого были заколочены досками. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра в кронах деревьев.       — Ты уверена, что мы поступаем правильно? — прошептала Макс, чувствуя, как по спине бегут мурашки.       — Если Хлоя и Кейт здесь, то мы должны им помочь, — твердо ответила Рэйчел, сжимая руку Макс. — Будь осторожна.       Они пробрались на территорию амбара. Рэйчел снова воспользовалась своей силой, чтобы на несколько секунд заглянуть внутрь. Она увидела слабо освещенную комнату, в которой стояла камера на штативе и какой-то рабочий стол чуть поодаль, заваленный папками с обилием фотографий. От увиденного её охватило неприятное предчувствие.       Они обошли амбар изнутри и нашли тайный вход в виде замурованного люка на полу, усыпанного соломой. Внутри пахло сыростью и какими-то химикатами. Они оказались в подвале. В тусклом свете единственной лампочки Рэйчел и Макс увидели большую армированную дверь с числовой панелью для ввода кода. Макс быстро сообразила, что необходимо подбирать комбинации, пользуясь наиболее затёртыми кнопками.       Спустя мгновение, девушки вошли внутрь чудо-бункера, будто проникли на сверхсекретный и охраняемый объект. Озираясь по сторонам, обе лицезрели неприятную картину. С одной стороны стоял стол, заваленный фотооборудованием и документами, всё как и в недавнем видении Рэйчел. Запах наркотических веществ стал сильнее, Макс даже нашла пару шприцов с заправленной в них какой-то жидкостью неясного генеза. Видимо, кто-то готовился к нападению заранее.       — Это похоже на лабораторию, — прошептала Рэйчел, разглядывая знакомые реактивы. — Хлоя действительно пыталась что-то здесь делать.       — Проявочная, — пояснила Макс, вглядываясь в оборудование, — видишь, сколько всего для идеального кадра? Кому-то действительно неймётся, раз накупил столько новомодного барахла. Но надо отдать должное, очень профессионального и потрясающего барахла. Мне со своей нищенской стипендией об этом блаженстве только мечтать, хотя я предпочитаю свою старую моменталку.       — Ничего, окончив академию, а я уверена, что на отлично, — ты станешь знаменитым фотографом, как Джефферсон, и сможешь позволить себе всё это разом. Рэйчел утешила Макс, нежно обняв девушку и шепнув ей на ухо слова любви и безграничной гордости за подругу. Макс улыбнулась, но в душе всё равно что-то больно кололо, будто они пока не имеют права радоваться, не завершив задуманное.       — Как Джефферсон? Стало быть, это его бункер… Кажется, я начинаю понимать… Только зачем ему столько нарк… — Колфилд пошатнулась, точно ошпаренная. Немного отойдя от шока, она продолжила, но страх всё равно будто парализовал её. — Я поняла! Он воровал студенток и накачивал их, желая запечатлеть на фотографиях. Она махнула головой на странного рода композиции, расположенные по всему периметру комнаты.       Обойдя проявочную, они увидели жуткое зрелище. На стенах висели фотографии. Сначала это были обычные портреты учениц Блэквелла, но чем дальше они проходили, тем мрачнее становились снимки. На них были изображены девушки в неестественных позах, с застывшими выражениями ужаса на лицах. Среди этих фотографий они узнали и Кейт Марш. Её глаза были полны слёз, а на лице застыла гримаса отчаяния.       Ужас сковал Рэйчел и Макс. Они поняли, что Джефферсон не просто пытался помочь Хлое. Он скрывал что-то страшное.       Вдруг из-за ширмы, делящей комнату пополам, донёсся слабый стон. Рэйчел и Макс переглянулись и осторожно подошли к ширме. Постепенно стоны стихали, но девушки знали — некто ещё жив, поскольку слышалось прерывистое дыхание.       На полу лежал человек. Это была Хлоя. Разбитая и поверженная, вся в синяках, цветом под стать её необычным волосам синевато-сиреневого оттенка. Кулон, что обычно носила девушка, был сорван с неё и где-то оставлен. Она была без сознания, рядом с ней валялся шприц. На запястьях виднелись следы от наручников.       — Хлоя! — воскликнула Макс, бросаясь к ней. Рэйчел быстро проверила пульс. Он был слабым, но был. Внезапно в коридоре раздались шаги.       — Кажется, мистер Джефферсон вернулся, — прошептала Рэйчел, оглядываясь по сторонам в поисках выхода. Они понимали, что попали в смертельную ловушку. Теперь им нужно было не только спасти Хлою, но и самим выбраться из этого кошмарного места. И Рэйчел знала, что ради Макс она готова на всё. Её чувства к ней были сильнее любого страха. Она обернулась к Макс, и их взгляды встретились. В глазах обеих читалась решимость и надежда на спасение. Но что ждало их за дверью? Они могли только догадываться и молиться за счастливое спасение и то, что вернувшийся некстати Марк не заметит их или проигнорирует. Хотя куда уж тут игнорировать двух чужих в твоём логове девчонок?