Что осталось позади

— В самом деле, там идет очень скучная беседа о том, как быть вежливым с бывшими Пожирателями Смерти. Тебе бы не понравилось, — напевала Панси, потягивая огневиски и наблюдая, как возмущенное лицо Финча-Флетчли с каждой секундой становилось все краснее и краснее. — Не будь дурой, Паркинсон, я слышу музыку. Впусти меня, — он сверлил ее взглядом, уперев руки в бока. Выглядел как ребенок. Как противный маленький наглец, закативший истерику. — Какую музыку? — Паркинсон пожала плечами, закрывая собой дыру в стене. Сквозь глушащие заклинания прорвался взрыв смеха. — Я ничего не слышу. Может, тебе обратиться к Помфри? Галлюцинации — это плохой знак. Надоедливый идиот помрачнел еще на несколько секунд, а затем развернулся и ушел прочь. — И слава богу, — пробормотала Панси, шагнув обратно в гостиную. Большинство студентов собралось в огромный круг у камина — гриффиндорцы, слизеринцы, когтевранцы и пуффендуйцы перемешались, как носки в ящике Поттера. Она понятия не имела, как парень умудрялся каждый день надевать парные носки, но он явно каким-то образом это делал, иначе заучка начала бы на него ворчать. Под «ворчать» Панси подразумевала испепеляющий взгляд до тех пор, пока все не исправят. Видит Мерлин, огромное количество ее плакатов с домовыми эльфами получили от Грейнджер именно такой взгляд. — Блейз! — позвала слизеринка, и роковой красавчик тут же возник рядом с ней, почти все пуговицы на его рубашке были бесстыдно расстегнуты. — Да, моя красавица? — Застегни пуговицы, — она осушила бокал залпом. — Если хочешь со мной встречаться, то я не буду терпеть, чтобы на тебя пялились другие девчонки, ясно? Забини закатил глаза, но послушно застегнул рубашку. — Конечно, милая. Поначалу она была сбита с толку, но затем ее сердце начало таять, стояло Блейзу начать уделять ей так много внимания и делать столько милых жестов. Уже давно никто не пытался завоевать ее сердце, а не просто тело. И все же она планировала пока что крутить парнем вокруг своего пальца, прежде чем позволить поцеловать себя. Лучше иметь выдрессированного мужчину, нежели безрассудного. — Но не для этого ты меня позвала, верно? — Забини склонил голову, обнажив гладкую кожу шеи. Такое безобидное движение заставило Панси впиться ногтями в собственные ладони. Еще не время. — Нет. Тебе нужно наложить заклинания на дверь, чтобы шум не просачивался наружу. — Разве Драко не справится с этим лучше? — Блейз заныл, тоскливо глядя в сторону столпившихся в круг студентов. Панси вздохнула. — Ты правда хочешь спустить его сюда? В шумную, битком набитую комнату с пьяными людьми? Он потянулся, отчего его рубашка немного задралась. На этот раз Панси прикусила язык. — Ладно. Сделаю. А ты присматривай за остальными, чтобы никто здесь не перевозбудился. Панси фыркнула. Вряд ли такое случится. Отношения в этом году разительно отличались от отчаянной, цепкой похоти прошлого. Страх скорой смерти делал многих безрассудными, включая Панси. Теперь же она жалела, что не подождала чуть дольше. Устроившись на любимой тахте с новой бутылкой алкоголя, она окинула комнату взглядом. Гермиона была наверху с Драко, они практиковались в заклинаниях, поэтому Рон особо не держал себя в руках. Он обнял Поттера, который уже выглядел довольно измученным, и орал гимн «Пушек Педдл». Терри Бут громко освистывал его, что Панси оценила. Отвратительная команда. Подальше от основной толпы Невилл тихо беседовал с Ноттом. Панси едва не успела заинтересоваться, что же эта парочка делала, пока не увидела растение между ними. Ну, конечно. Нотт серьезно кивнул, затем протянул руку и погладил растение, которое начало мурчать. Странно было видеть его таким нежным и заботливым, учитывая, чем он занимался во время войны. Тем не менее, Панси не собиралась судить никого за их прошлое. Сама вела себя как трусиха и до сих пор безмерно стыдилась этого. Блуждающий взгляд заметил шевелящуюся выпуклость в сдвинутых шторах. Ага. Проклиная Блейза за поручение следить за порядком, она грациозно встала и скользнула к гардине. Если уж играть роль няньки, то со стилем. Одним изящным движением она отдернула штору, удивленно приподняв бровь при виде рыжих и светлых волос. Джинни виновато покраснела, прижавшись спиной к окну. Луна же невинно улыбнулась, приподнимаясь. — Привет, Панси. Это было... неожиданно. — Луна. У тебя что-то на щеке. — Спасибо, — Луна стерла след помады, встала и протянула руку Джинни. — Нам стоит пойти в мою комнату. Все мои соседки сейчас занимаются в гостиной. — Хорошо, — Джинни протянула свою руку, другой поправила юбку. — Пока, Паркинсон. Панси смотрела, как они уходят, хихикая, и покачала головой. Никогда бы не подумала про Луну и Джинни... Но между ними что-то, видимо, случилось. По Луне было сложно что-то понять. — Готово, — Блейз подкрался к Панси, обняв её за талию. Она легко шлепнула его по руке. — Никаких прикосновений, пока не уберешь палочку. Не хочу стать жертвой случайного заклятия. — Все для тебя, моя прекрасная дама, — он слащаво улыбнулся, убирая палочку в брюки. Специальный карман на них он смастерил сам, полностью зачарованный и замаскированный. Умно, конечно, но Панси больше оценила беспрепятственный вид на его задницу. — Пошли, пора и тебе повеселиться на своей же вечеринке, — Забини ухмыльнулся, снова взял ее за талию и повел к кругу студентов. Она положила голову ему на плечо, ощущая приятное покалывание от легкого опьянения.

***

Гермиона пригнулась, пропуская бумажных птиц над головой. — Похоже, это заклинание у тебя отлично получилось. Может, сделаем перерыв? Драко кивнул, убирая дерьмовую палочку. Он знал, что ему нужна была его прежняя палочка, но как попросить Поттера вернуть ее? — О чем задумался? — нахмурилась Гермиона, взмахом палочки собрав разбросанные книги и пергаменты. «О моей палочке», — написал он в воздухе, это действие уже стало таким же естественным, как дыхание. — О твоей палочке? Ах, да, она, наверное, не совсем тебе подходит, — еще одним взмахом стопка улетела в ящик, где теперь хранились все задания Малфоя. — Я могу попросить у МакГонагалл разрешения сходить в Косой переулок. Что думаешь? Драко яростно замотал головой, желудок сжался при одной мысли о встрече с мистером Олливандером. Тот был добр к нему во время пребывания в особняке Малфоев, но никто не мог быть настолько добрым, чтобы не держать зла и обиды на Драко за то, что тот натворил. «Я имею в виду мою палочку. Ту, что украл Поттер» «Украл» было слишком громким словом. Драко не особо сопротивлялся, когда ее отобрали, и теперь сомневался, откликнется ли вообще палочка на его заклинания. В последний раз, когда он ее видел, она была пропитана темной магией, и по праву теперь должна была полностью принадлежать Поттеру. Тот выиграл ее в честном поединке. Гермиона опустила свою палочку. — А, понятно. Я не помню, что с ней случилось. Могу спросить Гарри. «Когда?» — Сейчас, если хочешь, — она плавно взмахнула палочкой. — Темпус. Да, они все должны быть внизу. Тебе стоит пойти со мной. Выйти из комнаты. Драко впился ногтями в ладони, стоило ему лишь представить, как он переступает порог комнаты. Он не выходил наружу Мерлин знает сколько, а Гермиона предлагает просто так взять и уйти? Как будто для него это было не так же сложно, как подойти к МакГонагалл и ударить ее по лицу. «Хорошо» Он не знал, почему написал это, но какая-то часть его жаждала выйти наружу. Остальная вопила в сопротивлении. Гермиона улыбнулась, вскочила и помогла Драко подняться. — Предупреждаю, там вечеринка. Не слишком много людей, только восьмикурсники и пара семикурсников, но будет немного шумно. Драко внутренне фыркнул. Что ж, он сказал «да», так что отступать поздно. «Понятно» Они вышли из спальни. Свежий, холодный воздух внезапно окутал его кожу, как ледяная простыня, заставив тело вздрогнуть и пробудиться от долгого оцепенения. Свет был ярким, даже слишком ярким для его глаз. Гермиона, казалось, не обращала на это внимания, шла впереди, ведя Драко за собой по коридору в гостиную. Она не врала. Шум ударил его, словно бладжер: смех, крики и почему-то плач. Он удивился, что ни один преподаватель не поднялся сюда, чтобы отчитать из-за громкости музыки, но затем почувствовал заклинания на дверях. Работа Блейза, подумал Драко. Затем удивился, откуда он это вообще знает. — Малфой?! — Рон уставился на него из стоящей в кругу компании; там же была раскрасневшаяся Панси, развалившаяся на Блейзе. Многое, видимо, произошло. Драко коротко кивнул рыжему, чувствуя, как его пульс взлетает до небес. Шум в комнате немного стих, когда все начали на них пялиться. Малфой с маглорожденной. Пожалуй, и вправду довольно редкое зрелище. — Гарри! — позвала Гермиона, игнорируя внезапное странное затишье, и подвела Драко к нему. — Помнишь, куда ты дел старую палочку Драко? Гарри несколько секунд смотрел на нее в замешательстве. Затем его осенило. Он начал шарить по карманам и наконец вытащил из одного из них палочку — драгоценную старую палочку Драко. — Я забыл про нее! Хотел отдать, когда нашел, но... видимо, вылетело из головы. Держи. — Поттер, ухмыляясь, протянул ее Малфою. Драко протянул дрожащую руку, внезапно охваченный сомнениями. А вдруг палочка не примет его? А если это какая-то шутка? А если она сломалась за время войны? А если она заработает и поймет, что Драко не достоин ее? А если палочка вспомнит все жизни, которые забрал Драко, и воспламенится? — Что-то не так? — прошептала Гермиона, сморщив лоб. «Ничего», — написал он и взял палочку, напрягшись. Драко боялся, что его сомнения оправдаются, — но тут прилив магии пробежал по спине, и он ощутил, как палочка приветствует его словно своего старого друга. — Как ощущения? — Гермиона широко улыбнулась, наблюдая, как едва заметная улыбка начинала появляться на лице Малфоя. «Великолепно», — написал Драко, и это было правдой. Все остальное могло лететь к чертям, ведь его палочка все еще принимала его. Осторожно он произнес «Вингардиум Левиоса», и стул, в который целился Малфой, не взмыл к потолку и не загорелся. Он поднялся медленно, осторожно, точно. Ощущение было одновременно знакомым и непривычным, но абсолютно великолепным. Малфой расплылся в улыбке. Грейнджер наблюдала за левитирующим стулом с каким-то восхищенно-удовлетворенным выражением на лице. — Теперь тебе будет намного проще. Может, вернемся в комнату и опробуем еще несколько заклинаний? Осторожно Драко покачал головой из стороны в сторону. Чувство ликования, легкое и пьянящее, как шампанское, накатывало волнами, заставляя его непроизвольно вскинуть подбородок. Оно смывало прочь тяжелые мысли, оставляя лишь сверкающую пустоту восторга. «Можем остаться? Готов поспорить, что я обыграю Поттера в "Взрывающиеся карты"» Поттер ухмыльнулся, в его глазах заплясал азарт. — Спорим.