Что осталось позади

Свет бил в лицо слишком ярко. Гермиона открыла шторы? Нет, она никогда не приходила так рано. Луна? Нет, она не стала бы так мучить его. Драко простонал, потер глаза и потянулся к полу, чтобы натянуть одеяло на голову. Его рука схватила пустоту. Напуганный, он открыл глаза и резко присел. Волна головокружения накрыла его, искры в глазах вспыхнули ярче, чем слепящий белый свет. Он не знал, где находится. Комната была огромной, своды мраморных арок пересекались высоко над головой, все белое и пустое. Когда глаза привыкли к свету, он увидел, что на нем были одеты простая белая рубашка и шорты, но на руке не было повязки над Меткой. Более того — самой Метки не было. С недоверием он поднял руку и провел пальцами по гладкой коже, не чувствуя ни шрамов, ни вмятин, будто кто-то стер ее магией. Она просто... исчезла. — Привет? — тихий голос доносился откуда-то рядом. Драко вздрогнул, вскочил на ноги и уставился на незнакомца. Впервые за долгое время он смог встать легко, без дрожи в ногах и боли. Но это открытие мгновенно затмил шок из-за человека перед ним. Сириус Блэк, лицо которого висело повсюду на третьем курсе. Позор семьи. Шурин его тети. Человек, который должен быть мертв. — Ты мальчишка Малфой, да? Сын Нарциссы, — Блэк медленно приближался, выглядел он поразительно чистым и здоровым для мертвеца. — Как ты сюда попал? Драко быстро отполз назад, в уме проносились тысячи мыслей одновременно. На него наложили заклятие галлюцинаций? Этого не может быть. Блэк провалился сквозь Вуаль, он мертв, он не может сейчас шагать к Драко, не может! — Эй, эй, успокойся, — Блэк остановился, протянув руки, будто пытался усмирить дикого зверя. — Все в порядке, я не причиню тебе вреда. Даже если бы захотел, а я не хочу, я не смог бы тебя здесь ранить. Ты знаешь, где находишься? Драко покачал головой из стороны в сторону, затем отругал себя в своей голове. Не нужно реагировать на этого человека. Если это заклятие галлюцинаций, он сейчас выглядит как сумасшедший, качая головой в пустоту. Блэк провел рукой по своим длинным волосам, вздохнул и сел. — Что последнее помнишь? Драко огляделся. Комната, казалось, тянулась в бесконечность, растворяясь в белом тумане, они вдвоем были единственными пятнами цвета в этом месте. Заклятия галлюцинаций должны копировать пространство, в котором ты находишься. Базовые знания. Значит... это не галлюцинация? Верно. Итак, что еще это может быть? Сон. Проверь. Но отвлекай его, на всякий случай. Он все же опасный преступник. Спасибо, Северус, ты как всегда меня успокаиваешь. Ехидная усмешка. Всегда пожалуйста. Осторожно Драко дотянулся до бедра, ущипнув кожу. Одновременно он щелкнул пальцем другой руки в воздухе, пытаясь вывести буквы привычным черным дымом... который не появился. Нахмурившись, он попробовал снова, отметив про себя, что не почувствовал боли от щипка. Это точно сон. Но почему он не может колдовать во сне? Блэк наблюдал за ним, озадаченно приподняв бровь. — Что ты пытаешься сделать? Драко почувствовал, как из-за наступающей тревоги его живот сжался в узел, когда он попытался применить заклинание снова. Это не имело никакого смысла. В осознанных снах он обычно делает что хочет, даже если за ним гонится Волд… Темный Лорд. Магия всегда была во снах, как и в жизни, потому что мир без магии немыслим. Блэк приближался, мышцы Малфоя напряглись от страха, и Драко открыл рот. Если сон не позволяет ему колдовать, пусть хотя бы даст говорить. Задыхающийся хрип. Больше ничего. Он пытался, вкладывая всю энергию, сражаясь с внезапными уколами вины и стыда. Опять ничего. Снова. Горло скребло, обжигая кожу изнутри, сжимаясь и разрываясь в кашле. Ничего. Снова и снова — ничего. — Эй, эй, все в порядке! — Блэк, оказавшийся гораздо ближе, чем Драко предполагал, обнял его. — Можешь остановиться. Я понял. Будем общаться при помощи «да» и «нет», ладно? Драко вздрогнул, внезапные объятия казались теплыми и чужими одновременно. Он ненавидел все это, хотел, чтобы этот человек убрался подальше, но не мог ничего сказать. Не мог вымолвить ни слова, поэтому опустил голову на плечо мужчины и слабо кивнул. Еще несколько секунд объятий его точно не убьют. — Последнее, что ты помнишь — ты с кем-то дрался? Он помотал головой. Последнее, что он помнил — как обычно засыпал в своей кровати, думая о Гарри гребанном Поттере и его губах. Драко покраснел. — Кто-то был с тобой в комнате? Помотал головой. — Ты что-то ел или пил? Помотал головой. Гарри ел пирог с патокой прямо перед ним, но Блэк не об этом спрашивал. — Ты только что заснул? Кивнул. Блэк вздохнул. — Чёртовы трусы. Драко, да? Кивнул. — Драко, не знаю, как сказать это помягче... — Блэк замолчал, его рука поднялась, чтобы нежно погладить Малфоя по волосам. По Драко омерзительно поползло чувство ужаса, опутывая сердце и легкие. — Ты умер. Драко отшатнулся, глаза расширились от шока и паники. Это не имело никакого смысла. Не могло иметь смысла. Это сон, просто дурацкий сон, потому что кто бы его убил? Кто посмел бы убить его на территории Хогвартса? Легкий шепот памяти промелькнул в сознании. МакГонагалл на первом ужине, напоминающая о вежливости. Предупреждающая о происходящем снаружи. Рассказывающая о самосудах, о тех, кто мстил за погибших близких, убивая всех, связанных с Пожирателями Смерти. Насколько далеко они могли зайти? Драко не слушал ее. Убить того, кто был виновен в стольких смертях — конечно, они могли пробраться в Хогвартс. Он уставился на мертвеца перед собой. Теперь все имело смысл. Это было его наказанием, верно? Надо было сохранить тот список, надо было попытаться искупить вину, но он слишком увяз в отношениях с Тео и своих мыслях. Теперь уже слишком поздно.

***

Гарри тихо постучал в дверь, неся в руках поднос с едой. Он проснулся раньше обычного, полный энергии и будоражащего волнения. У Драко нет Темной Метки. Драко будет счастлив! И все потому, что Гарри бессонными ночами штудировал книги и нашел лекарство. Гермиона будет так горда им, когда узнает! Ответа не последовало. Драко, вероятно, еще спал, поэтому Гарри переложил поднос на одну руку и потянулся к ручке двери, поворачивая ее. Тарелка с едой опасно накренилась, выпечка грозила вывалиться, но Гарри было все равно. Если выпадет, он просто сходит на кухню за новой. Драко будет слишком счастлив, чтобы сердиться. — Драко, я принес завтрак! — позвал он, толкая дверь и нащупывая палочку. Ответа не было. Темнота окутывала кровать Драко, лишь смутно вырисовывая очертания его фигуры. — Тут вкусные масляные круассаны, теплая булочка с шоколадом, чай с кучей сахара — как ты любишь, — приговаривал Гарри, уверенный, что манящий запах выпечки разбудит Драко. Кстати, о запахах — к аромату выпечки примешивался другой. Металлический. Густой. Что-то знакомое, что он не мог опознать. Наконец он поднял палочку, пробормотав заклинание, зажигающее свечи вокруг. Поднос выпал из его рук, тарелка и кружка разбились о пол. Драко лежал на спине, пустыми глазами уставившись в потолок. Одеяло было сброшено с тела, руки безвольно свешивались с краев кровати, из левой руки... сочилась... Гарри задыхался, застыв на месте, не в силах оторвать глаз от огромного куска вырезанной кожи, крови, мышц и кости, слившихся в единое кровавое месиво. Его палочка, эта дурацкая палочка, которую Гарри хранил так долго, лежала в щепках на полу. Из нее виднелся торчащий волос единорога, серебристо-белый, такой непохожий на запачканный алый осколок зеркала рядом. — Гарри? Ты в поря... БЛЯДЬ! — Гермиона пошатнулась назад и развернулась. Ее вырвало на пол рядом. Гарри выхватил из воздуха ее ругательство, мозг зациклился на странности слышать такое слово от нее. Оно прокручивалось в голове, повторяясь ее голосом, потом Рона, потом Панси, потом Луны, потом его собственным. Блядь. Блядь. Блядь. Лишь бы не фокусироваться на вырезанной плоти, на бледной татуировке змеи, извивающейся через череп, на крови вокруг, которая медленно ползла по полу к Гарри. Блядь. Блядь. Блядь. Кто-то закричал позади них, девушка или мальчик с высоким голосом. Шаги, ужасные вздохи и панические крики, эхом разносившиеся по каменному коридору. Чай впитывался в половицы, пропитывая выпечку и смешиваясь с кровью. Блядь. Блядь. Блядь. Какая-то куча меха протолкнулась мимо него, бросившись к... бросившись и наклонившись... рука прижималась к пульсу... Блядь. Блядь. Блядь. Панси повернулась к ним, вытирая глаза, размазывая что-то красное по своему бледному лицу. — Он... — она подавила рыдание, отчаянно тряся головой. — Он мертв. Блядь. Блядь. Блядь. Гермиона закричала, начала приказывать людям отойти, оттягивая Панси прочь... схватив руку Гарри, говоря ему не смотреть... говоря отойти... Блядь. Блядь. Блядь. Блядь. Блядьблядьблядьблядьблядьблядьблядьблядь... — Драко мертв, — прошептала она, и Гарри распался на мелкие части.