Драко Малфой — не девочка

      Первое правило Дурслей гласило: «Не задавай вопросов». Гарри вдалбливали это правило с раннего детства, так что к тому времени, когда он получил письмо из Хогвартса, оно стало для него второй натурой. Но это не значит, что он никогда не задавал вопросов. Иногда он все же задавал их - но не так часто, как, возможно, следовало бы. Чаще, если его что-то интересовало или смущало, он молчал, делал свои собственные наблюдения и приходил к самостоятельным выводам. Гарри был смышленым юношей, и этот метод хорошо ему помогал. Большую часть времени. Но время от времени выводы, к которым приходил Гарри, оказывались совершенно... неверными.

***

      Гарри нервно шагнул в магазин мантии мадам Малкин. Он никогда раньше не ходил за покупками в одиночку и жалел, что Хагрид не остался хотя бы для того, чтобы поговорить с продавцом.       ― Хогвартс, дорогой? ― раздался голос.       Гарри проследил взглядом за рядами мантий, выставленных на витрине, и увидел женщину, стоящую с палочкой перед девочкой, которая выглядела примерно на его возраст. Девочка стояла на широком табурете перед зеркалом, её руки были вытянуты в стороны. Когда женщина взмахнула палочкой, подол черной мантии девочки откинулся, чтобы она не споткнулась об него. Из коробки на полке вылетело несколько десятков булавок, которые обвились вокруг ног девушки, закрепляя подол на месте.       ― Присаживайся, дорогой, ― сказала женщина (предположительно мадам Малкин), жестом указывая на стоящее рядом кресло. ― Я сейчас подойду.       Гарри сел. Он оказался лицом к лицу с девушкой, глаза которой медленно скользили по его лицу.       ― Значит, ты будешь первокурсником? ― спросила девушка. Ее белоснежные светлые волосы красиво ниспадали до плеч.       ― Да, ― ответил Гарри.       ― Знаешь, в каком факультете ты будешь учиться? ― голос девушки был немного скучающим и чрезвычайно аристократичным. К тому же Гарри быстро понял, что она очень красива. Он чувствовал себя более чем смущённо, разговаривая с ней.       ― Э-э, нет, ― ответил он.       ― Конечно, никто не знает, пока не попадет туда, не так ли? ― продолжила девушка. Казалось, она была достаточно счастлива, чтобы говорить без особого участия Гарри, за что Гарри был ей очень благодарен.       ― Но я знаю, что буду учиться в Слизерине, ― сказала девушка. ― Все в моей семье там учились.       Измерительная лента вытянулась, протянувшись линией по одной из рук девочки.       ― Я вообще не знаю, какие бывают факультеты, ― рискнул признаться Гарри. Девочка окинула его взглядом, и Гарри почувствовал, что его щеки вспыхнули.       ― Значит, твои родители - маглы? ― пренебрежительно спросила девушка.       ― А, нет, они были ведьмой и волшебником, ― ответил Гарри. ― Но я живу с тетей и дядей, а они маглы.       ― О, бедняжка, ― сказала девочка. ― Как же тебе тяжело. Ты справляешься?       ― Это довольно плохо, ― признался Гарри. Обычно он не говорил об этом. Всякий раз, когда он жаловался маглам на своих родственников, они говорили ему, что он должен быть благодарен тете и дяде за то, что они его приютили. Казалось, они никогда не понимали его. Но эта девочка почему-то понимала. Она поняла сразу, и от этого Гарри вдруг захотелось довериться ей.       ― Они очень плохо с тобой обращаются? ― с сочувствием спросила девочка.       ― Да, ― ответил Гарри. ― Они часто кричат на меня и заставляют делать работу по дому. А моего кузена они никогда не заставляют выполнять домашние обязанности. И им все равно, если мой кузен меня бьет.       ― Дикари, ― сказала девочка, покачав головой. ― Хорошо, что ты скоро начнешь учиться в Хогвартсе. Весь учебный год ты будешь в безопасности от них.       ― Да, ― согласился Гарри, и сердце его потеплело при этой мысли.       ― Вот и всё, дорогая, — сказала мадам Малкин, снимая с плеч девушки черную мантию. Под ней было надето голубое платье с серебряной вышивкой спереди. Ткань выглядела воздушной и легкой, идеальной для лета, и платье очень шло ей.       Девушка сошла с табурета и протянула руку Гарри.       ― Кстати, меня зовут Драко Малфой, ― сказала она.       Драко? Это имя казалось странным для девушки, но Гарри не слишком много знал о волшебных именах. Они явно отличались от магловских.       ― Я Гарри Поттер, ― представился Гарри, взяв девушку за тонкую руку.       ― Правда?       ― Поднимайся сюда, дорогой, ― сказала мадам Малкин, усаживая Гарри на табурет. Драко с интересом наблюдала за тем, как рулетка крутится вокруг Гарри.       ― Правильно, ― произнесла Драко, скорее для себя, чем для Гарри. ― Я читала, что Гарри Поттера отправили жить к родственникам-маглам.       ― Ты читала обо мне? ― удивился Гарри.       ― Конечно, ― ответила Драко. ― Это замечательно, что мы с тобой одного возраста! Мы будем вместе учиться в Хогвартсе! Разве ты не рад?       ― Давай подгоним их по размеру, ― сказала мадам Малкин, натягивая черные мантии на руки Гарри и застегивая их спереди.       ― Да, только... ― Гарри заколебался, а затем принял решение признаться. ― Я не думаю, что смогу вписаться, на самом деле. Я ничего не знаю о магии. Прошлой ночью я узнал, что я волшебник, и...       ― Что? ― Драко выглядела ошеломленной. ― Ты не знал, что ты волшебник?       ― Мои тетя и дядя ненавидят магию, ― признался Гарри. ― Они не хотели, чтобы я знал.       Драко нахмурилась, ее лицо потемнело.       ― Маглы, ― презрительно сказала она. ― Они не должны были заставлять тебя жить с маглами. Какая глупая идея.       Она откинула волосы, а затем ее лицо озарилось новой мыслью.       ― Держись за меня, Поттер. Я расскажу тебе все, что тебе нужно знать. И в случае, если ты запутаешься, дай мне знать, и я тебе все объясню.       ― Хорошо, ― согласился Гарри, чувствуя себя безмерно счастливым.       ― Кто это, во имя Мерлина? ― неожиданно произнесла Драко. Ее внимание привлек Хагрид, который стоял за окном и махал им рукой.       ― Это Хагрид, ― сказал Гарри. ― Он лесничий в Хогвартсе. Он взял меня с собой за покупками.       ― Я слышала о нем, ― ответила Драко. Она выглядела так, будто собиралась сказать что-то еще, но остановила себя и лишь добавила:       ― Я рада, что не маглы ведут тебя за покупками.       ― Они никогда бы сюда не пришли, ― заметил Гарри.       ― Хорошо, ― ответила Драко. ― Это место для нас. Им здесь не место.       ― Ты думаешь, для меня здесь есть место? ― Гарри не мог не спросить. Он никогда не чувствовал себя своим где-либо.       ― Конечно, твое место здесь, ― твердо произнесла Драко. ― Неважно, что ты ничего не знаешь. Ты научишься. Ты волшебник, и твое место здесь, с нами.       ― О, ― отозвался Гарри. Он чувствовал себя немного ошеломленным и не был уверен, что сможет сказать что-то еще. Драко была лучшим человеком, которого он когда-либо встречал.       Драко оставалась до конца примерки Гарри, и затем они вместе покинули магазин мантий.       ― Все в порядке, Гарри? ― спросил Хагрид, который ждал его на улице.       ― Да, ― ответил Гарри. ― Хагрид, это Драко.       ― А, встретил еще одного студента Хогвартса, да? ― приветливо сказал Хагрид, но в этот момент Гарри отвлекло приближение женщины в длинном, струящемся сером платье.       ― Все готово, Драко? ― спросила женщина, подойдя к ним. Она была очень высокой для женщины, и Гарри был уверен, что это мама Драко. Он понял, откуда у Драко такая привлекательная внешность. У ее матери были такие же тонкие черты лица и белоснежные волосы, хотя ее волосы были длиннее и собраны в хвост.       ― Смотри, я встретила Гарри Поттера! ― воскликнула Драко, положив руку на плечо Гарри. (От этого прикосновения по всему телу Гарри пробежала дрожь).       ― Неужели? ― спросила женщина, с интересом глядя на Гарри. Голос у нее был немного глубоковат для женщины, но звучал насыщенно и мягко. Гарри подумал, что ей это подходит.       ― Малфой, ― сказал Хагрид. Гарри с удивлением заметил, что он выглядит недовольным.       ― Хагрид, ― резко ответила женщина. Она обернулась к Гарри и, казалось, собиралась сказать что-то еще, но тут к ним подошла другая блондинка. Она тоже была высокой, хотя и не такой высокой, как первая женщина, а ее волосы были более золотисто-блондинистыми.       ― Люци? ― обратилась вторая женщина. ― Вы с Драко готовы идти?       ― Мама, смотри, ― сказала Драко, взяв ее за запястье. ― Это Гарри Поттер!       Три блондинки посмотрели на него, а Гарри растерянно моргнул. Подождите, вторая женщина была матерью Драко? Тогда кто...?       ― Мистер Поттер, ― сказала первая женщина, протягивая руку. ― Для нас большая честь познакомиться с вами. Меня зовут Люциус Малфой, а это моя жена, Нарцисса.       Гарри пожал руку Люци, его мысли вихрем пронеслись в голове. Значит... у Драко было две матери! Он слышал о лесбиянках, но никогда не встречал ни одной. Люди в Литтл-Уингинге не одобряли их. Но, может быть, в мире волшебников лесбиянки воспринимаются более благосклонно? А может, и нет, судя по выражению лица Хагрида.       Гарри попытался скрыть свое удивление. Он попытался придать своему лицу, как он надеялся, дружелюбное, не осуждающее выражение. Он не хотел смущать Драко.       ― Приятно познакомиться, ― произнес Гарри.       ― Можно Гарри пойти с нами за покупками? Пожаааааалуйста? ― Драко уже держала руку на рукаве Нарциссы. Она подпрыгивала, вытягивая последнее слово в уговаривающим тоне.       ― Мы выделили целый день для покупок в Хогвартсе, ― сказала Люци Хагриду. ― Мы будем рады присоединиться к вам ради детей, если вы согласны.       Люци, должно быть, биологическая мать Драко, подумал Гарри. Они так похожи. Однако спрашивать об этом было бы невежливо.       ― Я... Извини, Малфой, но нам действительно пора идти, ― ответил Хагрид, к разочарованию Гарри.       ― А может, только в магазин волшебных палочек? ― поинтересовалась Драко. ― Ты уже получил свою палочку, Гарри?       ― Драко, ― укоризненно сказала Люци. ― Мистер Хагрид сказал «нет». Ты скоро увидишь Гарри в Хогвартсе.       Хагрид при этих словах недовольно скривился. Драко, однако, проглотила свое разочарование и повернулась к Гарри.       ― Тогда до первого сентября, ― сказала она. ― Скоро увидимся.       ― Хорошо, ― согласился Гарри и, неохотно оставив Драко позади, последовал за Хагридом по Косому переулку.       ― Есть кое-что, что ты должен знать, Гарри, ― сказал Хагрид, когда они оказались вне пределов слышимости Малфоев. ― Когда речь заходит о волшебниках, есть хорошие и плохие. А Малфои... ну, они самые плохие из всех.       ― Я думал, они милые, ― тихо произнес Гарри. Он ожидал чего-то подобного после того, как Хагрид посмотрел на мать-лесбиянку Драко.       ― Ну да, манеры бывают обманчивы, ― заметил Хагрид. Я просто не хочу, чтобы ты связался с кем-то не тем еще до поступления в Хогвартс. ― Малфои поддерживали Сам-Знаешь-Кого, видишь ли.       В этот момент Гарри заподозрил, что Хагрид просто придумывает клевету, чтобы оправдать свою неприязнь к лесбийской паре.

***

      Гарри сидел в Хогвартс-экспрессе с Роном, мальчиком, с которым он только что познакомился, когда дверь их купе распахнулась.       ― Вот ты где, Гарри, я тебя повсюду искала!        Это была Драко, ее белые светлые волосы были такими же гладкими и блестящими, как Гарри помнил. Позади нее стояли два мальчика, оба выше и крупнее ее.       ― Привет, Драко, ― поздоровался Гарри. ― А это - Рон.       ― Привет, Рон, ― ответила Драко. ― Это Винс и Грег, ― она небрежным жестом указала на громоздких парней позади себя.       ― Хотите что-нибудь поесть? ― спросил Гарри, жестом указывая на кучи пирожных и сладостей, окружавших его и Рона.       ― Гарри купил всю тележку, ― с гордостью сказал Рон.       ― Восхитительно! ― воскликнула Драко. Рон схватил несколько пирожных, чтобы освободить место и сесть рядом с Гарри. Винс и Грег также протиснулись в купе, весело копаясь в покупках Гарри.       Гарри был немного ошарашен выбором друзей Драко. Он ожидал, что ее друзья будут более... женского пола. Может, Драко была пацанкой? Она не была похожа на пацанку. На ней было еще одно очень красивое платье, темно-зеленое с плиссированной юбкой. Зеленый цвет хорошо контрастировал со светлыми волосами, которые рассыпались по плечам при каждом движении головы.       Драко и ее друзья оставались в купе Гарри до тех пор, пока не оказались почти в Хогвартсе. Затем им пришлось выйти, чтобы переодеться в школьную форму, так как они оставили свои чемоданы где-то в поезде.       — Так ты дружишь с Драко Малфой, да? — спросил Рон, когда Драко и её друзья ушли. В его голосе слышалась неуверенность.       ― Да, ― ответил Гарри. ― По крайней мере, Драко искала меня, так что я думаю, что да?       ― Я не очень хорошо их знаю, но время от времени видел Малфоев, ― сказал Рон. ― Не думаю, что они очень нравятся моему отцу.       Гарри немного разочаровался в отце Рона (которого он никогда не видел), но не удивился. Похоже, отношение волшебников к лесбиянкам не так уж сильно отличалось от магловского.       ― Но он вроде бы нормальный, ― поспешил заверить Гарри Рон. ― Немного высокомерный, но в целом неплохой.       ― Кто? ― спросил Гарри.       ― Что? ― сказал Рон.       ― Прости... что ты сказал? ― переспросил Гарри, смутившись.       ― О... Я просто сказал, что Драко, кажется, ничего.       ― Да, Драко классная, ― согласился Гарри. Ему нравилось, как она ходит, высоко подняв нос, словно владела этим местом. Он находил её уверенность очень привлекательной.

***

      ― Поттер, Гарри!       Гарри подошел к профессору Макгонагалл, стараясь не слушать гул возбужденных шепотков, возникших при объявлении его имени. Повернувшись лицом к толпе, он сел на табурет. Позади него профессор Макгонагалл опустила Распределяющую шляпу ему на голову.       ― Слизерин, — подумал Гарри. — Пожалуйста, скажи: Слизерин.       Драко уже отсортировали, и она, как и ожидала, попала в Слизерин.       — У тебя ужасно сильная симпатия, — заметила Распределяющая шляпа, каким-то образом обращаясь напрямую к разуму Гарри.       — Слизерин, — подумал Гарри. — Пожалуйста, только в Слизерин.       — Это действительно не очень хорошая идея - оказаться на одном факультете со своей любовью с самого раннего возраста, — ответила Распределяющая шляпа. — Вы будете жить в одном общежитии, ходить на все уроки вместе... Это слишком. Немного личного пространства полезно для развивающихся отношений.       — Но... — запротестовал Гарри.       — ГРИФФИНДОР!!! — громко крикнула Шляпа.       — Бред! — сказал Гарри, но никто не услышал его за радостными возгласами с гриффиндорского стола.

***

      Занятия в Хогвартсе были пугающими, но в то же время захватывающими. В целом Гарри нравились все уроки, кроме зельеварения.       — Снейп меня ненавидит, — ворчал Гарри Драко, когда они вместе выходили из кабинета Зельеварения (Зельеварение было единственным уроком, который слизеринские и гриффиндорские первокурсники посещали вместе, к большому огорчению Гарри).       — Он не ненавидит тебя, — ответила Драко. — Он просто из старой школы, вот и все.       — Старой школы, — повторил Гарри. — Что это значит?       — Большинство учителей в наши дни довольно мягкие, но раньше они все были такими, как Снейп. Мне родители рассказывали, — объяснила Драко. — Снейп использует метод Сократа. Это значит, что он учит, задавая вопросы. И он ожидает, что мы заранее прочитаем материал, чтобы знать, как правильно ответить на его вопросы.       — Ты могла бы предупредить меня, — пожаловался Гарри. — Я не знал, что должен был прочитать перед первым днем занятий. Первый урок Зелий был ужасен...       Драко рассмеялась, и Гарри даже не смог рассердиться на нее, потому что ему нравилось, как светилось ее лицо, когда она смеялась, ее серые глаза искрились и были живыми.       — Прости, но в этом нет ничего ужасного, — сказала Драко. — Это часть старой школы. Учитель высмеивает учеников, которые не подготовились. Это практически обряд посвящения.       — Быть из старой школы - это похоже на то, чтобы быть мерзавцем, — проворчал Гарри. Драко лишь снова рассмеялась.       Гарри был почти уверен, что Драко ошибается и что Снейп действительно его ненавидит. Но это было не единственное, что беспокоило его в Снейпе.       На первом уроке Зелий Гарри показалось, что он услышал, как Снейп назвал Драко «мистер Малфой». Он тут же решил, что ослышался. Или, может быть, Снейп оговорился. Но на последующих уроках он слышал это снова и снова:       — Отличная работа, мистер Малфой.       — Снова правильно, мистер Малфой.       Гарри поначалу ничего не говорил об этом, потому что не хотел смущать Драко тем, что Снейп перепутал ее пол. Но никто больше не обратил на это внимания, а саму Драко это, похоже, не беспокоило. Гарри начал сомневаться в себе и наконец решил спросить об этом.       — Драко, почему Снейп продолжает называть тебя мистером Малфоем?       Драко выглядела озадаченной.       — А как еще он должен меня называть? Разве маглы не используют такое обращение?       — Ну, да, но... не совсем так. Значит... Снейп называет тебя правильно, по стандартам волшебников?       Гарри было интересно, обращаются ли волшебники ко всем «мистер», независимо от пола. Но профессора явно обращались к девушкам как к «мисс». Следующим предположением было то, что к Драко обращались «мистер» из-за статуса ее семьи в мире волшебников. Он знал, что Малфои были очень богаты, так что, возможно, это имело какое-то отношение к делу?       — Да, Снейп называет меня правильно, — озадаченно произнесла Драко.       — Но почему тебя так называют? — спросил Гарри.       — Не знаю... Просто у нас так принято, — сказала Драко.       Драко пыталась объяснить, когда Гарри спрашивал. У нее хорошо получалось объяснять такие вещи, как квиддич и бобы с разными вкусами. Но о маглах она знала не так уж много, и поэтому иногда ей не хватало понимания, о чем именно спрашивает Гарри.       Мир волшебников просто сложен, думал Гарри. Он никогда не сможет понять всех его тонкостей, ведь он вырос среди маглов.

***

      Если не считать добродушных поддразниваний, Драко была довольно мила с Гарри. Более того, каждый раз, когда Гарри видел Драко, он был ослеплен ее привлекательной внешностью. В сочетании с этими двумя фактами Гарри потребовалось, пожалуй, больше времени, чем следовало, чтобы понять, что у Драко есть черта злобной девчонки. Она отпускала колкие замечания в адрес менее популярных студентов и нелестно отзывалась об профессорах.       К сожалению, она была очень обаятельной и забавной, когда хотела это. Однако Гарри решил, что не может и дальше закрывать глаза на такое поведение. Поэтому, когда Невилл упал с метлы на первом уроке полета и был вынужден отправиться в больничное крыло, а Драко посмеялась над этим и забрала у него Напоминалку, Гарри воспользовался случаем, чтобы высказаться по этому поводу.       — Верни его, Драко, — строго попросил Гарри, протягивая руку за напоминалкой.       — Подойди и возьми ее сам, — ответила Драко и, вскочив на метлу, поднялась в воздух. В полете она оглянулась на Гарри и одарила его кокетливой, озорной улыбкой.       В этот момент для Гарри все было решено. Он бы пошел за Драко куда угодно, если бы она так на него смотрела. Поэтому он схватил метлу и взмыл в воздух вслед за ней.       Драко разрывалась между гордостью и ревностью, когда после того случая Гарри получил место в гриффиндорской команде по квиддичу. Она доказывала профессору Снейпу, что должна быть в команде Слизерина, так как Гарри попал в команду Гриффиндора только благодаря ей. После этого она в раздраженном тоне сообщила Гарри, что Снейп сказал ей, что она должна подождать до второго курса, чтобы попробовать свои силы, так как в Слизерине уже была полная команда.

***

      Первый год обучения Гарри в Хогвартсе был захватывающим, волшебным и полным троллей, драконов и трехголовых собак. Гарри мог только предполагать, что это типичный опыт одиннадцатилетнего подростка в мире волшебников.       Ближе к концу учебного года Драко подкараулила Гарри и Рона по пути на обед.       — Рон, мы должны спасти Гарри от маглов этим летом, — заявила Драко.       — Ну, хорошо? — ответил Рон.       — Я спрашивала родителей, может ли Гарри остаться с нами на все лето, но, по-моему, они не понимают. Они продолжают говорить мне, что маглы Гарри не захотят, чтобы он уезжал на все лето, и что он может пожить у нас только часть лета. Вот тут-то ты и нужен, Рон, — сказала Драко.       — Хорошо, — повторил Рон.        В основном он был очень отзывчивым человеком, и Гарри это в нем нравилось.       — Если Гарри останется на часть лета со мной, а на часть - с тобой, то он сможет провести как можно меньше времени с этими жалкими маглами, — объяснила Драко.       — Звучит неплохо, — сказал Рон. — Я спрошу маму.       — Твоей семье потребуется финансовая помощь, чтобы прокормить и содержать Гарри в течение лета? Я могу предложить вам часть своих карманных денег. Уверена, этого будет более чем достаточно, — предложила Драко.       — Эй, отвали, приятель, — проворчал Рон, скорчив гримасу.