Пепел войны

      – Не могу поверить, что ты остался жить здесь, с Поттером, – Драко обвёл гостиную, где они пили чай, надменным взглядом, который ясно говорил о скудности обстановки.       Северус прикусил язык, он помогал в ремонте и оформлении этой комнаты и, честно говоря, думал, что гостиная выглядит мило, минималистично и успокаивающе. Он также отметил, что Драко ни разу не предложил ему пожить в Малфой-меноре, его это не удивляло, учитывая раскрывшийся статус волшебного существа.       – Мой дом всё ещё не пригоден для жизни, – сухо сказал он, – Кроме того, Поттер настоял, чтобы я остался до начала семестра, а ты прекрасно знаком с его упрямством. Однако я нахожу это предложение приемлемым.       Драко, казалось, был ошеломлён этим признанием, и Снейп улыбнулся про себя тому, что вывел молодого человека из равновесия. Казалось, это было намного проще сделать, когда его юное лицо уже вызывало у Драко чувство неловкости.       – Но почему? – в конце концов, его крестник не выдержал.       Снейп последовал примеру Поттера и просто пожал плечами, отчего его крестник уставился на него с ещё большим удивлением. Если Северус выглядел как подросток, он мог использовать это, чтобы издеваться над людьми... Маленькие радости жизни.       – Я нахожу компанию интересной, – заметил он и отхлебнул чаю.       – Поттер? Интересный?! – Драко усмехнулся и закатил глаза. – В следующий раз попроси своего целителя провести диагностику твоего мозга. Возможно, те зелья, которые ты принимал все эти годы, нанесли серьёзный ущерб.       Снейп снова пожал плечами, наслаждаясь замешательством, которое вызывал этот простой жест:       – Как твои планы на новый семестр? Уже встречались с директрисой?       – Вчера, – Драко выглядел чем-то возмущённым и очень расстроенным, – Я попросил одноместную комнату для безопасности, но, очевидно, большинство восьмикурсников по разным причинам хотят жить отдельно.       – Значит, никакой отдельной комнаты? – Северус забеспокоился: Драко действительно было небезопасно жить в одной комнате с другими студентами. Рон Уизли был первым, кто пришел на ум, Теодор Нотт – вторым из тех, кто мог разозлиться, что Поттер вступился за Малфоев на суде.       – Напротив, у нас у всех отдельные комнаты или только один сосед, если специально попросить, – сказал Драко, всё ещё выглядя расстроенным. – К сожалению, в гостевом крыле недостаточно одноместных комнат, чтобы вместить всех нас, поэтому некоторых разместили в гостевых комнатах профессоров с дополнительным внешним входом. Меня поселили в апартаменты профессора ЗоТИ. Макгонагалл сделала какое-то замечание о том, что это уместно или что-то в этом роде. Эта женщина намекает, что я нападу на школу! Что за предвзятое отношение!       – Возможно, она рассуждала не так, – прокомментировал Снейп, хотя и полагал, что это весьма вероятно. Мерлин, он беспокоился о том, что эта женщина узнает, кто он такой! Похоже это станет полным провалом.       – Ты знаешь, кто это будет? Кто этот человек, который, как она ожидает, будет за мной присматривать? – молодой человек раздражённо фыркнул.       – Я не знаю Драко. Меня не информировали о последних кадровых решениях, и Минерва планирует навестить Поттера в следующем месяце. Сомневаюсь, что я увижу её до этого.       – Лучше бы это был не какой-нибудь самодовольный член Ордена!       Северусу показалось, что Драко уходил в ещё более дурном расположении духа, чем в начале встречи.       Зато Поттер почти сиял, когда ввалился в комнату и рухнул на диван, устроив сумку на коленях.       – Тедди становится таким большим! – воскликнул он с улыбкой на лице, – Он начинает произносить звук «Г», думаю, скоро он скажет моё имя!       По странному стечению обстоятельств, которое, вероятно, шокировало бы всё население Британии, Снейпу на самом деле нравились маленькие дети. Они были такими невинными и беззащитными, в отличие от всех остальных, с кем ему приходилось сталкиваться в жизни. И только когда его вынуждали прилагать невероятные усилия, чтобы кабинет зельеварения не был взорван, они становились невыносимыми.       Снейп просто кивнул, соглашаясь с Гарри. Хотя Северус никогда не встречался с отпрыском Люпинов, ребёнок явно был слишком мал, чтобы на самом деле произносить слова.       – Как прошёл визит Малфоя? – спросил Гарри, слегка приподнимая голову с диванных подушек, чтобы посмотреть на собеседника, бессознательно поглаживая свою сумку. Северус недавно обратил внимание на такую привычку юноши. Это было очень тревожно.       – Визит прошёл, как ожидалось, – что означало «неловкий и обязательный», – Драко рассказал, что у всех восьмикурсников будут отдельные комнаты.       Подросток вздохнул с явным облегчением:       – Я надеялся, что директриса так и поступит. И все же, куда они собираются нас всех поместить? Знаю, нас будет не так уж много, но, думаю, и этого достаточно, чтобы стать проблемой.       – В гостевом крыле замка, а также в комнатах для гостей некоторых профессоров, – Снейп готов был поспорить на свой любимый котел, что с ним никого не поселят. Так и должно быть. – Драко сказал, что его поселили к профессору ЗоТИ. Он беспокоится, что это своего рода предвзятое отношение, поскольку Минерва упомянула, что это было бы «уместно». Лично я считаю, что он, возможно, прав.       Снейп был сбит с толку, когда Поттер начал хохотать.       – На самом деле, она не это имела в виду, – наконец выдавил он, махнув рукой. – Я только сегодня узнал, что Тонкс заняла эту должность. Уместно, потому что они родственники. Она буквально имела в виду «уместно», поскольку Тонкс – молодая, недавно овдовевшая женщина, и они близкие родственники, в отличие от Рона или кого-нибудь ещё. Не то чтобы Тонкс не отрезала бы яйца любому, кто попытался бы к ней подкатить.       – О, – Снейп на самом деле улыбнулся, услышав это: было бы интересно посмотреть на Драко в роли няни. – Я напишу ему и развею его страхи, – или усилю их... Северус был бы рад любому исходу. Он любил своего крестника, но над ним также было очень забавно подшучивать.       – Я просто рад отдельным комнатам. Не всегда есть силы на заглушающие чары, – прокомментировал герой войны, выглядевший достаточно усталым, чтобы подтвердить свое заявление.       Снейпу пришлось признать, что он беспокоится о сне своего домовладельца. Окклюменция помогла бы этому человеку, но он, казалось, был исключительно плохо приспособлен к этой дисциплине.       – Теперь я легко могу провести достаточно времени на ногах и приготовлю тебе зелье для сна без сновидений, – сказал он решительно.       – Ты не обязан это делать, – запротестовал Поттер, – Я знаю, что это довольно сложное зелье, к тому же, разве оно не вызывает привыкания?       – Мы составим расписание приёма, включив в него достаточно дней без зелья. Можешь обсудить этот вопрос с целителем Моррисом, – кивнул Снейп, – Удивлен, что он до сих пор не прописал тебе ничего подобного.       – Наверное, потому, что я сказал ему, что стал лучше спать, – беззаботно ответил Поттер. – И это так: немного поспать – лучше, чем не спать совсем.       Снейп усмехнулся и встал:       – Не беспокой меня до ужина. Я начну подготовку ингредиентов.       – Могу я чем-нибудь помочь? – окликнул его Поттер, заставив остановиться.       То, что он сразу не сказал «нет», говорило о том, как далеко они зашли. Раньше бы Снейп сказал «нет» и добавил пару оскорблений для пущей убедительности. Однако теперь он подумал, что, возможно, ему действительно понравится эта компания.       – Да, но, если ты испортишь мои ингредиенты, тебе придется заменить их, – наконец сказал он, бросив на юношу предупреждающий взгляд.       – Отлично! Как раз хотел пройтись по магазинам, – заметил Поттер, ни чуть не смутившись. – После встречи с директрисой мне нужно будет купить школьные принадлежности. Давай сходим в Косой переулок вместе! Ты, должно быть, хочешь пойти куда-нибудь ещё, кроме дома и больницы, а я хочу сделать покупки до столпотворения перед началом семестра.       – Я не уверен, что мне будут рады в Косом переулке, – смущённо признался Северус, когда они оба поднимались по лестнице в его лабораторию на чердаке.       – Ты будешь со мной, – отмахнулся Поттер от его опасений, – Кто из представителей нашей стороны скажет хоть что-то? А если там будут пожиратели смерти, то они хотят моей смерти больше, чем твоей. Я буду тебя защищать.       Снейп закатил глаза и решил, что ему определенно нужно пойти и защитить сопляка:       – Сначала мне нужно попробовать подобрать чары, которые приблизят меня к моему человеческому возрасту.       – Как хочешь, но ты и так выглядишь неплохо, – пожал плечами мальчишка, словно это не он только что заставил Снейпа удивленно и растерянно моргать ему вслед.       С помощью Поттера подготовка ингредиентов прошла лучше, чем Северус мог себе представить. Юноша не стал бессмысленно болтать, а молча обрабатывал ингредиенты в соответствии с данными инструкциями. Удивительно, но именно Северус нарушил молчание, надеясь получить ответ на один из своих многочисленных вопросов.       – Нарежь немного тоньше, – заметил он, бросив взгляд на разделочную доску Гарри.       – Да, сэр, – кивнул Поттер и тут же принялся резать потоньше.       – Итак, что вы с эльфом делаете в старой спальне Регулуса? Я думал, он будет настаивать, чтобы ты превратил комнату в святилище или что-то в этом роде, – Северус попытался задать этот вопрос непринужденно, а не так, как будто тайна не давала ему жить.       – Хм, ну, мы всё ещё не закончили ремонт, как ты знаешь, – загадочно ответил Поттер, – Вероятно, это будет комната для гостей.       Он солгал. Поттер упорно смотрел вниз и избегал встречаться с ним взглядом, отмахиваясь от вопроса. Они с эльфом больше времени провели в той комнате, просто стоя и обсуждая цвет краски, чем в любой другой, которую уже закончили. Даже новая комната Поттера была чисто и быстро обновлена.       Гарри почти не лгал ему, те несколько раз, когда он это делал, всегда были связаны либо с сумкой, либо с тем, чем он и его эльф занимались. Северус вздохнул и вернулся к помешиванию. Он не мог уличить юношу во лжи и не устроить скандал, а он был не совсем готов нарушить их предварительный мир.       Когда подошло время ужина, Северус освободил Поттера от помощи в приготовлении зелья, чтобы тот мог поесть. Эльф принес Снейпу термос с кровью, поскольку ему не так сильно нужна была человеческая пища, как Поттеру. И к тому же на этой стадии процесс приготовления стал слишком сложным для участия юноши.       Было чудесно снова заниматься тем, в чём он хорош. При Тёмном лорде годом ранее у него было не так много времени на варку зелий, а потом укус змеи и последующая кома сделали его слишком слабым, чтобы он мог долго стоять. Если бы не сопляки, которые скорее пытались испортить зелья друг друга, чем учились, то он бы с нетерпением ждал начала семестра и возможности снова занять должность зельевара.       Когда он разливал зелье по флаконам, в уголках его губ играла легкая улыбка, и он прикинул, что приготовленного им зелья хватит на несколько недель. Северус взял один из флаконов, чтобы отдать подростку на ночь, а остальные положил в шкаф, который он планировал заполнить множеством зелий в ближайшие дни.       В доме стояла тишина, пока мастер зелий бродил в поисках хозяина. Не потребовалось много времени, чтобы найти юношу в гостиной, спящего на одном из диванов с раскрытой книгой о волшебных существах на груди. Не похоже, чтобы сон был спокойным, поскольку Поттер время от времени вздрагивал и хныкал.       Поставив флакон на стол, Северус задумался, как разбудить молодого человека. Если его догадка была верна, Поттер, вероятно, негативно отреагировал бы на неожиданность, Северус обычно и сам так реагировал, готовый отразить любое нападение.       В этот момент Северус заметил, что сумка лежит на диване у ног Гарри, а не зажата в его руках, как обычно. Слишком хорошая возможность, чтобы упустить её. Он просто заглянет внутрь, стараясь не прикасаться к тому тёмному артефакту, который находится там, а затем разбудит юношу, никто ничего не узнает. Он быстро огляделся, чтобы убедиться, что поблизости нет ни эльфа, ни феникса, прежде чем медленно протянуть руку и расстегнуть клапан на кожаной сумке.       Он был совершенно уверен, что стоял на ногах... и что его не били бладжером по затылку.       – Нет... не трогай, – приказал ему Гарри Поттер мрачным шипением, стоя перед сумкой с поднятой рукой. Его глаза загорелись зеленым светом, и всё его поведение говорило об опасности. Северус всегда был уверен, что юный спаситель никогда не покажется ему пугающим, но в этот момент он был по-настоящему напуган.       Северус с трудом отодвинулся от того места, куда, как он предполагал, его отбросило магией, и прислонился к стене. У мальчишки даже палочки в руках не было.       – Поттер, твое поведение... – он так и не договорил предупреждение до конца, потому что юноша небрежно взмахнул палочкой, которая внезапно появилась в его руке, и заставил его замолчать.       В этот момент Снейп понял, что на самом деле не обратил внимания на палочку, которой пользовался Поттер. Честно говоря, Гарри, казалось, предпочитал делать все по-магловски, но даже когда он колдовал, Северус не обращал внимания на его палочку.       Теперь, из чувства самосохранения, он не выпускал эту палочку из виду. И эта палочка была не Поттеровской. Нет, она была похожа на старую палочку Альбуса. Зачем Поттеру использовать палочку Дамблдора?       Поттер подобрал сумку и прошипел что-то, что могло сойти за парселтанг, прежде чем покинуть комнату. Чары, не дававшие Северусу говорить, рассеялись только после его ухода. Он должен был признать, что вздохнул с облегчением. Что бы он ни думал о сумке, пытаться прикоснуться к ней было ошибкой.              

Запись в дневнике Снейпа

      1 сентября       Поттер не разговаривает со мной уже два дня. Я его даже не вижу. Кажется, он либо сидит в своей комнате, либо уходит из дома до того, как я просыпаюсь. Вчера я мельком увидел, как он выходил из кухни, и получил сердитый взгляд за то, что оказался там. Завтра Минерва придёт навестить Поттера, и я должен присутствовать хотя бы на части этой встречи. Мне нужно больше информации о новом семестре. Надеюсь только, что мальчик сможет не затрагивать наши личные проблемы. Я сомневаюсь, что Минерве нужны ещё какие-то причины, чтобы ненавидеть меня. Мистер Перси Уизли должен нанести свой таинственный визит через несколько дней. Как это напряжение повлияет на встречи и нашу жизненную ситуацию?              Наблюдение №16: Поттер использует палочку Дамблдора.       Вывод №16: У меня абсолютно нет идей, но это может объяснить присутствие феникса.              Наблюдение №17: Эльф и феникс избегают меня. Феникс дошёл до того, что вылетает из любой комнаты, в которую я вхожу. Я дал эльфу зелье сна без сновидений, чтобы он мог передать его хозяину в знак примирения. Эльф сообщил мне, что, если бы это зависело от него, меня бы уже вышвырнули из дома, но Поттер настоял на том, чтобы разрешить мне остаться.       Вывод №17: Эльф и феникс знают, что в сумке. Иначе с чего бы им злиться на меня? Что касается того, почему Поттер настаивает, чтобы разрешить мне остаться. У меня нет объяснения. Он явно зол, и я не понимаю, почему мне всё ещё позволено находиться в его доме.              Наблюдение №18: Я скучаю по Поттеру... Мне не хватает того, что он понимает мой юмор. Мне не хватает его едкого сарказма при обсуждении текущих новостей в «Пророке» за завтраком. Я скучаю по тому, как он думает, что его крестник пытается произнести его имя, даже когда очевидно, что малыш просто издает случайные звуки. Я скучаю по нашим вечерним партиям в волшебные шахматы, в которых он неизменно ужасен и постоянно проигрывает.       Вывод №18: Вероятно, мне следует попросить целителя Морриса провести диагностику мозга, как предлагал Драко.       

Конец записи в дневнике

             Северус опустил палочку и уставился на своё отражение в зеркале. Это лицо заставило его нахмуриться и почти возненавидеть себя. Как получилось, что лицо, которое приносило ему безопасность и утешение, теперь было лицом, из-за которого он чувствовал себя так неправильно?       Чары гламура, которые он нашел в малоизвестной книге в библиотеке Блэков, были определённо достаточно сильными, чтобы не вызывать едва заметное размытие черт лица, свойственное большинству подобных заклинаний. Однако он мог удерживать эти чары всего пару часов, потом ему придется накладывать их заново, иначе они спадут. Как решение на весь учебный год, это звучало не лучшим образом. Снейп закрыл глаза на своем тридцативосьмилетнем лице и вздохнул.       Стоило ли оно того? Иногда (практически каждый день) он полностью понимал Драко или Поттера, когда они говорили, что всё это слишком тяжело. Всё казалось слишком сложным. Мерлин, им всем нужны целители разума.       Он покачал головой, поправил свою жесткую преподавательскую мантию и вышел из своей комнаты, словно снова направляясь в бой. Именно так он и должен выглядеть, в своей жизни он сталкивался с гораздо худшими ситуациями, и не нуждался в чьих бы то ни было заботе или понимании. Во всяком случае, так он себе говорил.       Поттер только нахмурился и приподнял бровь, когда Северус вошёл в гостиную после того, как директриса прибыла по каминной сети. Зельевар определенно нервничал сильнее, из-за того, что они с Поттером в данный момент не были в ссоре. Минерва поджала губы и прищурилась, когда мужчина сел в свободное кресло и взял одну из чашек с чаем, которые Кричер поставил на кофейный столик. В этот момент он не был уверен, боится он или надеется, что эльф его отравил.       – Северус, – коротко поприветствовала она.       – Минерва, – кивнул он в ответ, – Я подумал, что сейчас самое подходящее время обсудить мою роль в школе в новом семестре. Это избавит тебя от дополнительных встреч.       – Конечно, до меня дошли слухи, что вы тоже здесь живёте. Я как раз объясняла мистеру Поттеру положение восьмикурсников в школе, – продолжила она, снова обращая своё внимание на героя войны.       – Как я уже говорила, официально вы не будете студентами. В уставе Хогвартса просто не предусмотрен восьмой курс. В прошлом были люди, которые возвращались ещё на год, и им всегда предоставлялись те же права, что и профессорам. Вы будете посещать занятия и получать оценки, но эти оценки не имеют никакой силы – они будут лишь показателем вашего прогресса. Единственной целью этого года будет подготовить вас к экзаменам ЖАБА и выбранной профессии. Таким образом, никто из вас официально не будет относится к какому-либо факультету, у вас не будет комендантского часа, и вы сможете приходить в школу и уходить из нее по своему усмотрению. Мы только просим вас не злоупотреблять этой привилегией, чтобы не мешать учебному процессу.       – Это значит – никакого квиддича, – кивнул Поттер, на его лице отразилась грусть, но, как ни странно, и облегчение, что смутило Северуса.       Макгонагалл понимающе посмотрела на юношу:       – Я уверена, что вы с друзьями сможете провести несколько товарищеских игр в течение семестра. Нам всем нужно немного отвлечься после всего, через что мы прошли.       – Не могли бы вы также выдать мне список учебников по арифмантике, с третьего по пятый курс? – спросил Поттер, просматривая пергамент, на котором, как предположил Северус, был список его предметов и расходных материалов, – Я хочу позаниматься дополнительно и попробовать сдать экзамен СОВ по этому предмету, чтобы иметь больше шансов найти работу после окончания учебы. Я был удивлён, когда узнал, сколько профессий требуют либо арифмантики, либо древних рун.       – Я думала, вы хотели стать аврором? – спросила женщина и приподняла бровь, – Арифмантика там не обязательна, и, честно говоря, тебя, вероятно, взяли бы прямо сейчас, если бы ты захотел. Не то, чтобы я предлагала этот путь, конечно.       – Я много думал этим летом, и борьба с тёмными волшебниками – совсем не то, чем я хочу заниматься до конца жизни, – вздохнул юноша и устало потёр шею. Снейп надеялся, что он принимает зелье сна без сновидений, даже если в данный момент они не ладят.       – Вообще-то, я хочу изучать защитные чары, помогать защищать людей, иметь нормированный рабочий день и, кроме того, мне пригодится многое из того, что я уже изучил на ЗоТИ и Чарах.       Северус был впечатлён. Похоже, что Поттер много думал об этом. Навыков юноши вполне должно было хватить для того, чтобы он смог достаточно хорошо подготовиться к экзамену СОВ по арифмантике.       Макгонагалл задумчиво кивнула:       – Я пришлю этот список. Думаю, мы могли бы назначить вам репетитора в помощь...       – Снейп уже согласился заниматься со мной, – кивнул на Северуса Поттер, даже не взглянув в его сторону, впервые после инцидента с сумкой проявляя к нему активное внимание. – Когда у него будет время, я не собираюсь отвлекать его ни от каких обязанностей.       – Полагаю, это подводит нас к вопросу о том, когда у меня будет время и как будет выглядеть моя работа, – протянул Северус, потягивая чай в ожидании.       Она кивнула и прочистила горло:       – Хорошо, вы займёте свою прежнюю должность профессора зелий, но есть некоторые ограничения, которые я наложу.       – Ограничения? – спросил Поттер, удивив Северуса. Похоже, юноша думал, что ему позволят вернуться на прежнее место без каких-либо изменений. В некотором смысле герой войны всё ещё был очень наивен.       – Да, что ж, нам нужно начать с вопроса о жилье для восьмикурсников, так как это связано, – объяснила она. – Поскольку формально вы не являетесь студентами, мы обязаны предоставить вам отдельные комнаты. Некоторые из ваших одноклассников хотели бы жить вдвоём, например, молодожёны Эббот-Макмиллан, и ваши друзья мистер Уизли и мисс Грейнджер также попросили, чтобы их поселили вместе, когда мы обсуждали подготовку к семестру во время каминного разговора, – она поджала губы, явно не одобряя сложившуюся ситуацию.       – Хорошо, – медленно произнёс Поттер, на его лице отразилось замешательство, – Как это может привести к тому, что Снейп окажется под ограничениями?       Минерва сурово посмотрела на Северуса, в её глазах все ещё читалось разочарование, даже после всего, что она узнала о его роли в войне.       – Я не могу поселить студента в твоей комнате для гостей, Северус, и я не могу оправдать то, что при таких обстоятельствах оставила тебя в более просторных профессорских покоях. Поэтому ты переедешь в одну из комнат поменьше в гостевом крыле, а восьмикурсников разместят в твоих комнатах. Из-за этого у тебя больше не будет доступа в лабораторию зелий в старых покоях, но мы можем организовать что-нибудь в пустом классе. Я также потребую, чтобы все отработки были переданы другому профессору, и лишу тебя должности декана факультета Слизерин.       Северус кивнул. Всё было так, как он и ожидал. На самом деле, даже более снисходительно, но она всё ещё не знала, что он вампир, так что невелика милость. Из всего его огорчало только то, что он больше не будет деканом Слизерина. Кто ещё стал бы хорошо относиться к его змеям после войны, которую они только что пережили? Им нужен был кто-то, кто не видит в них врагов.       – Конечно, Минерва, – ответил он.       – Чёрта с два! – Поттер вскочил, в его голосе слышалось негодование. – Мне стыдно за вас, профессор Макгонагалл!       Снейп и Макгонагалл посмотрели на него с явным удивлением, но по совершенно разным причинам. Снейп прекрасно чувствовал, что юноша всё ещё очень зол на него, и понятия не имел, почему тот встал на его защиту. Макгонагалл была просто шокирована тем, что один из её студентов так с ней разговаривал.       – Извините? – зашипела она с неменьшим негодованием.       – Прежде всего, кого вы собираетесь назначить главой Слизерина? – Поттер высказал свое собственное беспокойство, – Это будет тот, кто станет относиться к ним как к преступникам и не защитит их от остальной школы. Снейп – лучший и единственный кандидат из вашего штата. Тонкс уже рассказала мне обо всех, кого вы наняли, и единственная бывшая слизеринка в школе – мадам Помфри, которая слишком занята, чтобы быть деканом. Слизнорт не вернулся, а Синистра погибла в битве. Вы подвергнете дискриминации и травле целый факультет в Хогвартсе!       – Очень драматично... – начала Минерва с насмешки.       – Это не так! Как человек, над которым систематически издевались большую часть времени, проведённого в этой школе, я хорошо знаю, какими жестокими могут быть ученики, и это было до того, как они пережили войну! И я знаю, что многие выпускники Слизерина согласились бы со мной, – Гарри сверкнул глазами. – Я готов сам поговорить с попечительским советом, чтобы обеспечить безопасность детей, находящихся под вашей опекой.       – Поттер... – начал Снейп, желая разрядить ситуацию, прежде чем будут озвучены угрозы, которые он не сможет сдержать. У него было ощущение, что он видит повторение сцены, которую этот человек устроил в больнице Святого Мунго, чтобы обеспечить ему лечение. И это было весьма впечатляюще.       – Не лезь! Мы всё ещё в ссоре, – Поттер обратил на него свои нечеловечески зелёные глаза. – Теперь, что касается его комнаты, – юноша повернулся к Макгонагалл, которая теперь и сама выглядела немного испуганной. Действующий Спаситель Волшебного мира был гораздо страшнее, чем Мальчик-который-выжил. – Он поселится в покоях, которые называет своим домом с тех пор, как начал работать в Хогвартсе, и которые оборудованы специально для мастера зелий, я перееду в его комнату для гостей. Вы сможете отдать ту комнату, которую запланировали для меня, и комнату в гостевом крыле тем, кого планировали разместить в его покоях.       – Вы не можете просто диктовать мне, что делать, мистер Поттер, – твёрдо заявила Макгонагалл.       – Нет, не могу, – сказал Поттер с опасной ухмылкой на лице, которой Северус по-настоящему гордился. – Однако, когда я буду настаивать на том, чтобы Снейп получил орден Мерлина, которого он по праву заслуживает как герой войны, вы будете выглядеть крайне предвзято, если будете относиться к нему с меньшим уважением, чем к любому другому из ваших профессоров.       – Действительно... – Макгонагалл усмехнулась.       – Он спас мне жизнь по меньшей мере трижды, – Поттер выпрямился и посмотрел на неё сверху вниз. – Без него Волдеморт был бы всё ещё жив, и у нас не было бы Хогвартса. Без информации, которую он мне предоставил, я могу гарантировать, что Тёмный лорд никогда бы не был повержен. Да, он засранец, но это не значит, что он не герой и не заслуживает уважения. Это не его вина, что ему приказали преподавать ещё год, чем он с самого начала никогда не хотел заниматься. Поскольку это всё равно случилось, к нему следует относиться так же, как к любому другому преподавателю под вашим руководством.       Северус не знал, должен ли он быть раздражён или польщен этой тирадой. Он никогда не слышал, чтобы кто-то так яростно вставал на его защиту, даже если в словах и содержалось оскорбление.       – Кроме того, – оказалось, что Поттер ещё не закончил, – Я уже занимаюсь выдвижением обвинений против министерства за проведение судебного процесса над ним, когда он находился в коме. Очевидно, что он не смог выступить в свою защиту или опротестовать вынесенный ему приговор. Я разговаривал с Андромедой Тонкс, известным адвокатом, и она заверила меня, что у меня есть все необходимое для предъявления иска министерству за вынесение приговора Сириусу без суда, за фарс вместо суда над Снейпом, за мое слушание перед всем Визенгамотом на пятом курсе, за то, что меня заставили участвовать в турнире трёх волшебников на четвёртом, и за дискредитацию репутации, поддерживаемую министерством, на пятом курсе и в прошлом году. Я рекомендую вам не попадаться в сети, которые она плетет против министерства и Пророка. Хогвартс пока освобожден от ответственности только потому, что директора Дамблдора уже нет в живых, и ему не могут быть предъявлены обвинения в угрозе жизни и здоровью ребёнка. Однако, вам как моему бывшему декану и нынешней директрисе...       Услышав это, Макгонагалл резко побледнела.       Снейп понятия не имел, что Поттер всё лето работал над этим, но теперь все визиты к Тонксам обрели смысл, в дополнение к тому, что Поттер навещал своего крестника. Однако, казалось, он был готов подвести черту, и было совершенно ясно, что он предоставляет директрисе выбор: быть либо с ним, либо против него.       Северус был уверен, что если бы это сделал кто-то другой, ему немедленно было бы отказано в приёме в школу, но это был спаситель, тот, у кого в данный момент достало бы авторитета распять Макгонагалл в прессе, если бы он захотел.       Это был самый слизеринский поступок Поттера, который Снейп когда-либо видел. К своему смущению, он обнаружил, что очень возбужден этой ситуацией, хотя никто никогда об этом не узнает. Спасибо Мерлину за свободные преподавательские мантии!       – Значит, вот как это будет, мистер Поттер, – она поджала губы и скрестила руки на груди.       – К сожалению, да, – юноша снова сел, не сводя с неё глаз, хотя выражение его лица смягчилось. – Вы мне действительно нравитесь, профессор Макгонагалл, но я сражался не за то, чтобы министерство вернулось к прежней вопиющей дискриминации и коррупции. Я видел смерть друзей и родных не для того, чтобы всё это просто продолжалось. Я хочу, чтобы мои дети, дети Рона и Гермионы выросли в обществе, которое действительно заботится о них, которое не ожидает, что они будут участвовать в битвах, которое не отправляет подвергшихся насилию детей обратно к их обидчикам каждое лето, и которое встанет и скажет, что что-то не так, когда ребёнок подвергается травле со стороны своих сверстников и даже средств массовой информации.       – Ничего из этого не было предоставлено мне и нескольким другим людям, которых я могу упомянуть, профессор Макгонагалл, – продолжил Поттер, его голос был полон эмоций. Это был Спаситель, подросток, который мог собрать армию, и Снейп наконец-то разглядел его.       – Если бы Тома Риддла поместили в безопасный волшебный дом, а не отправили обратно в жестокий сиротский приют прямо под бомбы, то кто знает, возможно, он не стал бы лордом Волдемортом. Сириус не должен был убегать из дома, спасаясь от жестокого обращения со стороны своей семьи, и когда он это сделал, кто-то был обязан обратить внимание. Ученики с хорошей семейной жизнью не умоляют, чтобы им разрешили остаться на лето в школе. Это необычная просьба.       Северус был потрясен не меньше, чем Макгонагалл. Он нервно откашлялся.       – Если бы Северуса Снейпа не отправили обратно к его жестокому отцу, когда он обратился за помощью к директору своей школы, он бы никогда не присоединился к пожирателям смерти, – добавил Северус, стараясь не встречаться взглядом с Поттером, который смотрел на него поддерживая.       – Нам всем за многое приходится отвечать, не так ли? – вздохнула Минерва. Казалось, она выбрала свою сторону, и Поттер благодарно улыбнулся ей. – Я желаю вам удачи в вашем деле, и я изменю распределение жилья, чтобы поселить вас обоих в подземельях.       – А как же мои змеи? – спросил Северус, стараясь не выказывать надежды, когда женщина направилась к камину, чтобы вернуться в школу.       Она замолчала и, казалось, задумалась на минуту.       – Мистер Поттер справедливо заметил, что, кроме вас с Поппи, среди преподавателей и персонала нет других выпускников Слизерина. Я назначу вас на эту должность, но я не отменю ваше ограничение на отработки. Не потому, что я думаю, что вы сделаете что-то предосудительное, – быстро добавила Макгонагалл, чтобы остановить протесты, – А потому, что многим студентам это напомнит о времени, проведённом под руководством Кэрроу. Я знаю, что вы старались помочь, насколько это было возможно, но травма глубока. Будет лучше, если отработками займётся кто-то, кто меньше связан с прошлогодними злодеяниями.       – Понятно, – ответил Снейп, прежде чем Поттер успел сказать что-либо ещё, – Это приемлемо.       – Тогда увидимся с вами обоими первого октября, – кивнула она им, и на её лице промелькнуло уважение, прежде чем она направилась обратно в свой кабинет.       – Ты действительно собираешься судиться с министерством? – спросил Снейп, когда они остались одни. Ему пришлось признать, что если это был блеф, то очень удачный.       – Конечно, – Поттер приподнял бровь и усмехнулся, – Как я уже сказал, я умер не для того, чтобы всё вернулось на круги своя. Если с моими будущими детьми или Тедди будут обращаться так же, как со мной, я абсолютно уверен, что стану следующим Тёмным лордом, чтобы защитить их, – сказал юноша, заставив Снейпа широко распахнуть глаза при этом признании.       – Это просто мера предосторожности, чтобы позже не попасть в Азкабан, – добавил он с кривой усмешкой в конце и похлопал по сумке, лежащей рядом с ним.       – Действительно, – сказал Снейп, не в состоянии придумать достойный ответ.       –- Ты можешь поговорить с Андромедой об этом позже, если захочешь, особенно о том, что касается твоего ужасного судебного процесса, – Поттер пожал плечами и встал, закинув сумку на плечо и потянувшись. – Я хочу пойти в Косой переулок завтра утром, около девяти, потому что нам обоим нужно купить кучу одежды, а ещё мне срочно нужно подстричься. Кроме того, я думаю, купить кое-что из постельного белья, на случай если Перси переедет сюда жить. Кричеру было бы легче, если бы не приходилось так часто стирать.       Снейп приподнял бровь, мысленно соглашаясь с комментарием о стрижке. Юноша нуждался в стрижке с первого курса, но, если мнение Снейпа имело значение, сейчас он выглядел так, словно его волосы пытались взбунтоваться и захватить власть над остальным телом. Так что, он согласился, но всё ещё был в замешательстве.       – Я думал, ты злишься на меня, – заметил Северус, не зная, как вести себя с человеком, с которым он хотел поладить, когда тот злился на него. Обычно ему было всё равно. Он просто не знал, как справиться с этой ситуацией. К тому же, невыносимый человек перед ним только что убедил директрису поселить их вместе! Всё грозило обернуться катастрофой!       – Конечно, я злюсь, – Поттер закатил глаза и усмехнулся, – Но я прекрасно знаю, что ты не уважаешь границы. Может быть, из-за того, что ты шпион, я не знаю. Но нам придется поговорить, если с начала семестра мы будем жить в гораздо меньшем пространстве. Ты не можешь просто так трогать мои вещи или заходить в мою комнату. Я понимаю, как это звучит от меня, того кто на пятом курсе влез в твой омут памяти, о чем я действительно очень сожалею. Вероятно, нам обоим стоит поработать над этим.       Северус увидел оливковую ветвь, протянутую ему, и кивнул.       – Я буду готов к девяти утра, – сказал он, и Поттер с улыбкой повернулся к нему, прежде чем отправиться делать то, что он делал вне дома весь день, вероятно, планировать свержение министерства, думал Северус теперь, когда он узнал больше о намерениях юноши.       – Лучше бы ты пошутил насчет того, что собираешься добиться для меня ордена Мерлина! – воскликнул он, когда эта информация наконец-то дошла до его сознания.       Снейп услышал смех Поттера, когда тот открыл входную дверь.       –Поттер! Я серьёзно! Не пытайся навесить на меня ярлык героя! Слышишь меня?! – в ответ только хлопнула входная дверь, оставив Снейпа с сердитым выражением на лице произносить несколько отборных ругательств в адрес несносных сопляков, которые никак не могли оставить его в покое.              – Как насчёт совершенно нового образа? – спросил Гарри Снейпа, окидывая оценивающим взглядом чёрную мантию, закрывавшую каждый сантиметр тела, за исключением лица. Честно говоря, он предпочёл бы, чтобы Снейп снял чары и его настоящее лицо стало частью нового образа, но он не стал бы заставлять волшебное существо раскрыть себя, если оно не было готово. Сам Гарри был далеко не готов, поэтому он не стал бы просить об этом вампира.       – Что не так с тем, как я всегда выглядел? – Снейп насмехался над ним, когда они бродили по магазину мадам Малкин, ожидая, пока она закончит обслуживать пожилую ведьму. Он дотронулся до своего лица, почувствовав молодую кожу, напоминая себе о том, как он выглядит на самом деле.       – Ничего, но ты выглядишь старше в этой одежде, старше своего человеческого возраста, – прошептал Гарри и повёл плечами в сторону другой вешалки с одеждой. – Если бы ты надел открытую мантию, возможно, не чёрную, то выглядел бы на сорок с небольшим, а не на пятьдесят. К тому же, твои мантии не могут быть такими же удобными.       Вампир неловко пожал плечами.       – Когда я начал преподавать, то был всего на три года старше некоторых из своих студентов, – объяснил он, – Образ, как ты говоришь, должен был придать мне некоторый авторитет, может быть, это ещё компенсирует то, что я не старею.       – Ну, теперь ты старше и герой войны – ты можешь одеваться, как хочешь, и твоя личность в любом случае обладает тем авторитетом, к которому ты стремился, – рассмеялся Гарри. Он не мог представить, чтобы кто-то пытался перечить Снейпу, на какой бы возраст он ни выглядел, кроме, может быть, его самого.       Насмешки почему-то больше не действовали на него по крайней мере, не так, как предполагалось. Он очень, очень не хотел признавать, что на самом деле находил сарказм и язвительность Снейпа немного возбуждающими. Как бы то ни было, он не мог представить себе маленького первокурсника, который бы не боялся своего профессора зелий, даже если бы тот носил какую-нибудь из старых кричащих мантий Дамблдора.       – Возможно, ты прав, – согласился мужчина, к удивлению Гарри. Он не думал, что ему удастся убедить в чем-либо своего раздражительного соседа по дому. – Поскольку я, по сути, начинаю всё сначала, можно допустить, что некоторые небольшие изменения оправданы. В любом случае, я буду преподавать только один год.       – Вот именно! – Гарри широко улыбнулся ему.       – А ты должен будешь купить одежду, которая действительно тебе подходит, если я собираюсь обновить свой образ, – Северус пригвоздил Гарри строгим взглядом, который был почти дразнящим. Он многозначительно оглядел слишком большие джинсы Гарри и его рваную толстовку с капюшоном.       – Конечно, – беззаботно пожал плечами Гарри, – У меня была только эта одежда, потому что мои родственники не разрешали мне носить что-либо другое. Теперь я буду носить всё, что угодно, лишь бы это не было ярко раскрашено и не содержало кожи, цепочек или сетки.       – Скажи на милость, почему это вообще должно было оговариваться? – Снейп ухмыльнулся ему, заинтересованно приподняв бровь. Здесь должна была быть какая-то история.       – Э-э-э, кажется, несколько недель назад я ходил по магазинам с близнецами Уизли, и я определенно не купил ничего из того, что они хотели, – Гарри содрогнулся при воспоминании. Эти двое были замечательными друзьями, но совершенно не помогали в том, что касалось одежды.       Мадам Малкин недовольно фыркнула и поспешила к ним:       – В этом магазине у меня нет ничего, что подходило бы под это описание, мистер Поттер, – сообщила она им с неодобрительным вздохом, – Эти близнецы отчаянно нуждаются в моей портновской помощи, каждый раз, когда я вижу, как они выходят из своего магазина.       Она продолжила бормотать что-то себе под нос, подгоняя обоих мужчин, пока они не встали так, чтобы можно было начать снимать с них мерки.       – Я отчётливо слышала, что вы согласились на новую, более стильную мантию, мистер Снейп? – она с надеждой посмотрела на мужчину, пока её измерительная лента волшебным образом вращалась вокруг них.       Он драматично вздохнул:       – Действительно, так и было. Хотя я уверен, что буду сожалеть об этом.       Гарри широко улыбался, когда они оба выходили из магазина с почти полностью обновленным гардеробом. Мадам Малкин уговорила Снейпа взять очень стильные, по мнению юноши, мантии. Некоторые из них были чёрными, но большинство – темно-зелёными, синими или серыми. Рубашки и брюки дополняли его преподавательский гардероб, в то время как повседневная одежда была ближе к магловской, в которой он, как оказалось, чувствовал себя более комфортно, поскольку ему больше не нужно было поддерживать свой имидж среди пожирателей смерти.       Школьную мантию Гарри пришлось обновить, и теперь на ней был стандартный герб Хогвартса вместо гриффиндорского, поскольку официально он не принадлежал ни к одному факультету. Он взял ещё несколько парадных мантий для посещения министерства и гораздо больше повседневной одежды, которая была очень похожа на одежду Снейпа.       – Ну что ж, здесь мы закончили. Теперь стрижка? Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься протестовать против обновления своей прически? – спросил Гарри своего спутника с улыбкой. – Когда гламур спадет, твоя прическа должна выглядеть так, чтобы ты действительно мог появиться на публике в своём девятнадцатилетнем виде.       – Я хочу, чтобы они были длинными, – Снейп бросил на него угрожающий взгляд.       – Да, но, может быть, немного формы... – Гарри замолчал, не совсем понимая, о чём он говорит, и махнул рукой в сторону волос мужчины.       – Займись беспорядком на своей голове, а я позабочусь о своей, – протянул мужчина, когда они оба вошли в салон, расположенный чуть дальше по улице.       Волосы Гарри были намного короче, чем обычно, когда они выходили из салона. На самом деле они были достаточно короткими, чтобы убрать большую часть беспорядочных завитков.       Он всегда носил длинные волосы, только чтобы скрыть свой шрам и не так сильно выделяться. Что ж, поезд ушёл после Турнира Трёх волшебников, и, вероятно, потерпел крушение и сгорел после убийства старины Волди. Теперь не имело значения, виден ли шрам, поскольку он и без того был хорошо известен.       Как бы то ни было, ему пришлось подстричь волосы так коротко, чтобы выровнять их после целого года ужасных стрижек от Гермионы, и обнаружилось, что ему это нравится. Теперь они лежали ровно, и он не был похож на Джеймса Поттера. Он чувствовал себя немного взрослее и подумал о том, что это хорошо, когда перекидывал сумку с яйцом через плечо. Мерлин, он был отцом!       Снейп выглядел превосходно. Гарри и раньше находил его довольно привлекательным. Теперь же с ним наверняка многие согласятся. После стрижки его лицо больше не скрывалось за длинными волосами и казалось моложе, представительнее и немного более резким.       Гарри не смог сдержать улыбки, глядя на мужчину, что, как он заметил, окончательно сбило его спутника с толку. Он не мог дождаться, когда увидит Северуса без гламура, хотя, возможно, ему не стоит слишком задумываться об этом.       – Я схожу в аптеку, пока ты покупаешь книги, – сообщил ему Снейп, направляясь к выходу. Но не успел он сделать и двух шагов, как Гарри поспешил его догнать.        – Поттер, мне не нужна нянька, – он остановился и свирепо посмотрел на юношу.       Гарри вздохнул и не сдвинулся с места:       – Мы не будем разделяться. До сих пор все были либо добры, либо безразличны к тебе, но это первый раз, когда ты вышел из дома. Я не хочу уйти и обнаружить, что у тебя неприятности, потому что кто-то затаил обиду.       – Ты не можешь защищать меня вечно, – Снейп странно посмотрел на него.       Гарри очень хорошо научился понимать мимолетные выражения лица этого человека, но этого он понять не смог. Однако факт оставался фактом: Гарри действительно хотел убедиться, что он в безопасности, сколько бы времени это ни заняло.       – Нет, но я могу остаться с тобой во время твоего первого после войны похода в Косой переулок, – упрямо сказал он в ответ.       Снейп раздражённо сдался:       – Хорошо, но позволь мне договориться об ингредиентах для зелий. Аптекарь обчистит тебя до нитки, если ты не будешь стоять на своём.       Гарри раньше даже не пытался договориться о цене, поэтому просто кивнул и почти вприпрыжку последовал за своим... другом? Кем был для него Снейп сейчас? Друг... Он начнёт с друга. Решительно подумал юноша.