Правда во тьме
9 июля 2025 г., 09:57
Они сидели на детской площадке за школой — там редко кто появлялся вечером.
Мягкий свет фонарей пробивался сквозь ветки, освещая качели и перекладины.
Юнги тихо раскачивался взад-вперёд, глядя в землю.
Чимин сидел рядом, поджав колени, грея руки в карманах худи.
После того случая в закусочной они почти не говорили.
Юнги словно снова замкнулся.
Но сейчас — он выглядел… не то чтобы готовым, скорее — уставшим прятать.
— Я… — начал он и сразу запнулся.
— Помнишь тот вечер?.. В кафе?..
Чимин поднял глаза.
— Конечно.
Юнги криво усмехнулся.
— Я думал, ты испугаешься. Или сбежишь.
— Я испугался, — честно признался Чимин. — Но я не собирался убегать.
Молчание.
Юнги вдохнул глубже, плечи вздрогнули.
— У меня проблемы с памятью.
— Это не просто “забываю, где положил тетрадь”. Это… как будто кто-то вырывает куски из моей головы.
— Иногда я просыпаюсь — и не знаю, где я. Кто я. Иногда не помню родителей. Иногда не помню себя.
— А иногда… тебя.
Чимин затаил дыхание. Он не знал, что больнее — слышать это или чувствовать это в те моменты, когда Юнги смотрел сквозь него.
— Это началось давно. Врачи говорят — психологическая травма. Я не хочу об этом говорить сейчас… — Юнги качнул головой.
— Я боялся говорить тебе. Боялся, что… ты подумаешь, что я сломан. Что мне нельзя доверять.
Чимин не ответил сразу. Он просто встал, медленно подошёл ближе — и сел на качель рядом.
Тихо.
— Я знал, что с тобой что-то происходит, — прошептал он. — И мне было страшно. Потому что я не понимал. Но я всё равно оставался.
— Потому что ты мне нужен. Даже если ты будешь забывать меня тысячу раз, я всё равно буду рядом.
— Я не боюсь тебя, Юнги.
Юнги посмотрел на него. Впервые за долгое время — прямо.
В глазах стояла боль. Но она больше не пряталась.
— Зачем ты так? — прошептал он. — Зачем ты… не уходишь?
Чимин усмехнулся. Слеза сбежала по щеке, но он её не вытер.
— Потому что я влюбился в тебя. Давно. Ещё до того, как ты начал меня забывать.
Юнги молчал. Он смотрел на Чимина, будто запоминая его заново.
— Ты пахнешь домом, — тихо сказал он. — Я не помню многое. Но запах… я не забываю его.
— И твои глаза.
Они сидели рядом, пока ночь окончательно не опустилась на город.
Молча, но ближе, чем когда-либо.
