Потом, когда вернусь

Я стоял у больницы, нервно перебирая в руках букет цветов, который только что купил для Эла. На улице было прохладно, но солнце всё равно согревало, а я, честно говоря, не обращал внимания на холод. Всё мое внимание было сосредоточено на том, как я буду встречать его. Я заметил, что у меня даже руки немного тряслись — нервничал ли я? Наверное, да. Но это была какая-то странная смесь волнения и облегчения. Эл выздоравливал — и это было для меня самым важным. Я ждал, ощущая, как сердце бьется быстрее, когда двери больницы открылись, и я увидел его. Он стоял в дверях, с рюкзаком за спиной, а на руках держал свою игрушечную сову. В этот момент я понял, как сильно изменился его внешний вид — он сильно похудел. Измождённый, как будто весь его мир сжался до этих последних дней в больнице. Но в глазах всё равно была та же искорка. Он увидел меня, и на его лице мелькнула маленькая, но такая важная улыбка. Эл спустился по ступенькам слегка прихрамывая. Я протянул ему букет. — Привет, — сказал я, чувствуя, как внутри меня что-то перевернулось. — Спасибо, — ответил Эл, принимая цветы. Он сел на пассажирское сиденье. Мы оба молчали, но это было приятное молчание, не тягостное. Я завел машину, и мы поехали. — Домой? — спросил я, глядя на него. Эл, казалось, немного расслабился и даже улыбнулся, хотя и выглядел усталым. — Да, — сказал он. — Соскучился по дому. Я кивнул, смотря на дорогу. — Я забрал машину с штраф стоянки, — сказал я, пытаясь разрядить атмосферу. — Не уверен, что она подлежит ремонту, Эл засмеялся коротко, как будто это было что-то смешное, но он быстро вернулся к тишине. Я знал, что в его голове сейчас много мыслей, но он не готов был поделиться ими. И это было нормально. Когда мы приехали, я вышел первым, открыл ему дверь и помог выйти. Мы зашли в дом, и я почувствовал какой-то уют, но одновременно и тишину, которая висела в воздухе. Этот дом после всех пережитых событий казался немного чуждым, как будто было слишком много пустоты между нами. Эл обернулся и посмотрел на меня. — Ты остаешься? Я посмотрел на него, на его уставший взгляд, и понял, что ему нужно было услышать этот ответ. — Конечно, остаюсь, — сказал я, не раздумывая. Эл выдохнул, как будто не мог сказать это сам, но знал, что теперь ему будет легче. Он не сказал ничего, но я видел, как его плечи расслабились, а на лице появилась почти невидимая улыбка. — Мы вместе, — сказал я, как бы для себя, но вслух. Эл кивнул, и, хоть ничего не говорил, я знал, что он почувствовал это тоже.