Руки, что тянут карты

Лес за окраиной города не был дружелюбным местом. Деревья здесь стояли плотной стеной, ветви сплетались в колючие своды, пропускающие лишь жалкие лучики света. Воздух висел тяжелый, насыщенный запахом сырой земли, гниющих листьев и чего-то... металлического. Кислого. Рингмастер шел неторопливо, его дорогие, но практичные ботинки бесшумно ступали по ковру мха и хвои. Он не блуждал. Он шел. Словно невидимая нить тянула его вглубь чащи, туда, где обычный человек почувствовал бы лишь леденящий дискомфорт и желание повернуть назад. Он остановился на небольшой поляне, которую правильнее было бы назвать прогалиной смерти. Трава здесь была чахлой, желтоватой. Деревья по краям словно отшатнулись, их стволы покрыты странными, темными натеками, напоминающими запекшуюся кровь. В центре этой аномалии, почти сливаясь с тенью огромного валуна, покрытого лишайником цвета ржавчины, лежал он. Даркхарт. Меч. Но такое слово казалось слишком простым, слишком обыденным для этого предмета. Он был длиннее обычного клинка, с лезвием, казавшимся выкованным не из стали, а из осколка самой ночи. Оно не отражало свет, а поглощало его, создавая вокруг себя зону неестественной темноты. Эфес был лишен вычурности – простые, изогнутые под прямым углом гарды из черненого металла, и рукоять, обтянутая чем-то, что могло быть кожей... или чем-то иным. Навершие представляло собой грубо обтесанный черный камень, в котором, если приглядеться, будто пульсировали тусклые багровые прожилки. Рингмастер не улыбнулся. Его лицо, обычно хранящее маску вежливого безразличия или расчетливой любезности, стало сосредоточенным, почти благоговейным. В глазах вспыхнул холодный, ненасытный огонь коллекционера, наконец-то нашедшего вожделенный, легендарный экземпляр. Он давно охотился за упоминаниями о Даркхарте. Меч-проклятие. Меч-пожиратель. Оружие, чья история была вымазана кровью предательств и темных ритуалов. Говорили, он выбирал хозяев сам. Или сводил их с ума, пока они не становились его рабами. Рингмастер медленно приблизился. Воздух вокруг меча стал ощутимо холоднее. Тишина прогалины приобрела гнетущее, давящее качество, будто лес затаил дыхание. Он почувствовал слабую вибрацию в костях – не звук, а присутствие. Древнее, голодное, недоброе. Он не стал сразу хватать клинок. Сначала Рингмастер обошел его кругом, изучая каждую деталь: грубую фактуру темного металла, тусклое мерцание прожилок в навершии, странный изгиб гарды, напоминающий сломанные крылья. Его пальцы, обычно безупречно спокойные, слегка дрогнули от предвкушения. Наконец-то. Он присел на корточки, не касаясь меча. Протянул руку над клинком, ладонью вниз. Холод шел волнами, проникая сквозь кожу, достигая костей. В ушах зазвенел еле слышный, высокий вой – звук из далекого кошмара. Рингмастер лишь прищурился. Этот холод, этот вой... они были частью очарования. Частью истории, которую он так жаждал заполучить. "Даркхарт," – прошептал он, и имя повисло в мертвом воздухе, словно заклинание. Отклика не последовало. Ни вспышки, ни дрожи. Меч просто лежал, излучая свою леденящую, поглощающую свет сущность. Это молчание было красноречивее любого рыка. Оно говорило о древней силе, презирающей суету. Рингмастер снял с плеча прочный холщовый мешок, который всегда брал с собой в такие "прогулки". Он развернул его и аккуратно, с почти хирургической точностью, подвел под клинок, не касаясь его голой рукой. Холодная аура меча мгновенно просочилась сквозь ткань. Потом он взял длинные кожаные перчатки – не для защиты рук от пореза, а от прикосновения к самой *сути* меча. Только надев их, он осторожно, но твердо обхватил рукоять. Контакт. Холод ударил как ток, пронзив перчатку и впиваясь в ладонь. В голове пронесся вихрь чужих, искаженных криков, вспышек насилия, вкус крови и отчаяния. Рингмастер лишь стиснул зубы, его взгляд стал жестче, холоднее клинка в его руке. Он не собирался быть рабом. Он был коллекционером. И этот меч теперь – его трофей. Он поднял Даркхарт. Тяжесть его была неестественной, словно он поднимал не металл, а сгусток тьмы. Лес вокруг словно сжался, тени стали гуще, глубже. Но Рингмастер держал меч уверенно, проверяя баланс. Он был идеален. Смертоносно идеален. Осторожно, с величайшим почтением и абсолютным отсутствием страха, он поместил Даркхарт в холщовый мешок и затянул шнурки. Холодный, гнетущий ореол меча приглушился тканью, но не исчез. Он ощущался как ледяное пятно тяжести на плече Рингмастера. Он окинул взглядом зловещую поляну в последний раз. Его лицо вновь обрело привычную маску – вежливую, непроницаемую. Но в глубине глаз все еще тлел тот же холодный огонь обладания. Драгоценный, долгожданный экземпляр был его. Даркхарт займет почетное место в его личной коллекции, среди других уникальных и опасных артефактов. Не как оружие, а как доказательство его власти над силами, которые другие лишь боялись назвать по имени. Рингмастер развернулся и пошел прочь из леса. Тяжесть меча за спиной была приятной. Шаги его были такими же бесшумными, но теперь в них чувствовалось удовлетворение охотника, вернувшегося с исключительной добычей. Лес, казалось, выдохнул, когда его фигура растворилась в сумерках. На поляне смерти осталась лишь вмятина в земле и ощущение пустоты, которая теперь была еще пугающе, чем присутствие меча. Пустота, которую теперь унес с собой Рингмастер.