Олень II Багровый Закат

      Два месяца без короля и его двора пролетели тихо и спокойно. Красный замок был практически пуст: твердыня Мейгора, Башня десницы, Девичий склеп, Великий и Малый чертоги оказались практически безлюдны, исключая, разве что, следящих за порядком слуг. Нет больше этой столичной суеты, токсичной атмосферы и напряжённых неожиданных встреч в коридорах. Царившее умиротворение было настолько чудесным, что в какой-то момент меня настигло дежавю, как будто я посетил школу на летних каникулах – настолько хорошо, сладко и свободно жилось и дышалось. Работу, однако, никто не отменял!       Роберт, не изменяя своей излюбленной манере, либо не подумал, либо подумал и плюнув на то, что было бы неплохо учесть предполагаемое длительное отсутствие в столице фигуры его лично или десницы и назначать регента, вице-короля, какого-нибудь князя-кесаря или иного замзамыча. Единственным, на что сподобился Роберт, было оставление лорда-командующего королевской гвардии Барристана Селми в столице, дабы тот приглядывал за нами, не дав поубивать друг друга, а также как-то контролировал малый совет. К его чести, к этой миссии Селми подошёл крайне ответственно, по сути, заняв должность не десницы, но председателя малого совета, взяв на себя часть его административных и организационных функций и продолжив, как и Джон Аррен, собирать малый совет раз в семь дней для решения различных насущных вопросов. А поскольку ни десницы, ни короля в столице нет, решения принимаются простым большинством. Сегодня должно состоятся очередное плановое, самое обычное, заседание, к которому я аккуратно готовился всё это время.       Все эти два месяца я… не делал ничего! Абсолютно! Вёл себя образцово-показательно, что явно сбило с толку отдельных наблюдателей, которые ожидали от меня совсем другого – жадности и агрессии. Я же лишь общался с интересными людьми, выехал разок на охоту вместе с Ашей и дисциплинированно посещал заседания малого совета, никоим образом не подрывая авторитет Селми, а уж тем более не пытаясь перетащить на себя нити управления. Да-да… я замыливал глаза. Но я и не в том положении, когда эти два месяца относительной свободы нужны как воздух, и торопиться некуда. В конце концов, верно говорят, что спешка нужна только при ловле блох и при поносе.       Однако не сказать, что за эти два месяца прямо уж ничего не происходило. Уж точно не в моём, к сожалению, случае. Состоялся, наконец-таки, очень любопытный разговор с Ройсами, который я был вынужден постоянно откладывать (в первую очередь в связи с трауром по Аррену). При поверхностном знакомстве лорд Джон Ройс не производит впечатление политика. Наоборот, весь грозный внешний вид Бронзового Джона кричит о его монументальности и приверженности старым порядкам, выставляя его в качестве былинного патриархального лидера, который не станет опускаться до лишнего словоблудства и интрижек. Вместе с тем (и ни в коем случае не отменяя всё вышесказанное) надо признать, что Ройс может и не самый тонкий, но крепкий и авторитетный игрок, имеющий обширные династические связи. В том числе с Фреями (первая жена лорда Уолдера была из Ройсов , а дочь Джона – жена Арвуда Фрея) и Старками. Первая жена лорда Джона Аррена также была из Ройсов. В общем, владыки Рунного Камня – дом влиятельный, обширный и… небогатый. Как, собственно, и все дома Долины.       Долина – скупой край. Земли мало, людей много, а зимы суровы и страшны не столь морозами, сколь последующими оттепелями и паводками, превращающими горные речушки в могучие потоки, которым под силу смыть целые селения. Непростой регион, в котором старший Ройс пытается выгодно пристроить лишние рты в лице своих собственных сыновей. Всего их трое: Андар, Робар и Уэймар. Старший Андар – уже состоявшийся женатый мужчина и будущий лорд Рунного Камня. Младшего Уэймара лорд Ройс сплавил на Стену, где его уже прирезали ходоки. Правда, сам Джон об этом не знает, и посвящать его в это я не намерен. А вот среднего, Робара, Джон попытался впихнуть ко мне в свиту… чему я был только был рад.       Робар Ройс не только отменный мечник и турнирный боец, но и достаточно умный и сообразительный, как мне казалось, человек. Более тесная и откровенная беседа однозначно подтвердила, что не казалось. Махать заточенной железкой в моей свите может каждый, в том числе и моя собственная жена, отчего я предложил Робару несколько иной путь его… личностного развития и карьерного роста.              Моё политическое проникновение в Долину постоянно откладывается, поскольку мне абсолютно не на кого там опереться. В Чаячий город меня не пускают. Остальные хоть сколько-нибудь важные лорды, видя наши отношения с Джоном и подогреваемые ядовитыми письмами Бейлиша, вести особую дружбу со мной не хотят… в том числе и сами Ройсы. Да-да-да, даже здесь всё клином сошлось на моей свадьбе, так как старший Ройс очень настойчиво предлагал мне одну из своих дочерей. Однако, по всей видимости, это семейство ко мне оттаяло и, к моей радости, само решило восстановить отношения. В конце концов, если бы этого не произошло, то я бы сам изрядно постарался, чтобы улучшить отношения с этим домом.       В связи с вышеизложенным Робар Ройс, получив от меня некоторое количество серебра и верительную грамоту, в скором времени направится обратно в Долину с одной единственной целью – набрать как можно больше конных воинов. Мотивация искать и притягивать к себе хорошие кадры у него достаточно сильная, ибо в дальнейшем именно он возглавит отряд, который получится. Посмотрим, что из этого выйдет. Алиби и информационного прикрытие – «отряд создаётся для нужд Торговой компании и банального наёмничества». И ведь, по сути, так оно и есть! Сами Ройсы столь щедрый жест оценили, как, впрочем, и ответственность в случае, если Робар не справится или попытается кинуть меня с деньгами. Вестерос тебе не Европа – в соседнее королевство не сбежишь. Особенно от таких людей, как я.       Разумеется вместе с Ройсами мы перемыли косточки всем окружающим (особенно Лизе с её манерой воспитания, мутному Бейлишу и королю с его сумасбродными (со стороны) решениями), посетовали на слабое здоровье юного лорда Долины и его эпилепсию. И, естественно, поговорили о Гаррольде Хардинге. Он же Гарри Наследник и он же Молодой Сокол, двоюродный внук Джона Аррена и официальный наследник Роберта Аррена. Между тем, Гарри является внучатым племянником Аньи Уэйнвуд, правительницы Железной дубравы, и находится у неё на воспитании. Хотя, как посетовал Ройс, пора бы опеку уже и прекратить, ведь парню уже есть восемнадцать лет и он как бы глава рыцарского дома Хардингов, пусть тот и вассал Уэйнвудов. Ройс парня явно ценит высоко и описывает в превосходных тонах, но вот его тётку терпеть не может, поскольку, со слов Бронзового Джона, она та ещё грымза. Думаю, она… понимает перспективу. В том, что касается денежного достатка, Уэйнвуды – достаточно средненький дом Долины, а сыновей, внуков и племянников там предостаточно. Просто старушка Анья прекрасно чует, куда веет ветер истории, и что он несёт всё прямиком в лапки Гарри.       Малыш Роберт в Долине ещё не бывал, но о его слабости и болезненности там уже очень хорошо наслышаны. Настолько хорошо, что никто не делает ставку на то, что мальчик доживёт до совершеннолетия, отчего фигура Молодого сокола становится в Долине всё весомее и весомее. Впрочем, она всегда была интересна для тех, кто умел наблюдать. И вот что-что, а наблюдать Ройс умел и в своё время, незадолго до отправки в столицу, сделал заманчивое предложение о женитьбе своей дочери и Хардинга, на что со стороны Аньи был дан категорический отказ. Официально – Анья не хочет принуждать своего воспитанника к поспешному браку не по любви. Фактически... у Аньи предостаточно своих непристроенных внучек и племянниц. Поэтому, в некотором смысле, Ройс на Уэйнвуд обижен. Не только Ройс, но и прочие дома Долины, которые не прочь приставить своих дочерей к вероятному будущему правителю.       На заседание малого совета я пришёл последним, хоть и не опоздал. Остальные советники, уже занявшие свои места, тут же сосредоточили на мне свои взгляды. Селми сидел по центру стола, занимая место десницы, по его правую руку разместились Бейлиш и Пицель, по левую Варис и... два пустых места. Лица у собравшихся были весьма озадаченными. – Милорды, – с улыбкой поприветствовал собравшихся, чуть не ляпнув «извините, пробки». – Лорд Ренли, – привстав, Селми поприветствовал меня, демонстрируя лишь тень уважения, но и она имела вес, исходя от этого человека. – Прошу прощения, но были вынуждены начать без Вас. Слишком неожиданной стала весть. – И что за новости? – спросил без особого интереса, усаживаясь рядом с Варисом и принимаясь скучающе наполнять свой кубок лёгким разбавленным вином. Всё ради того, чтобы показать наско-о-олько мне пофиг. – Сегодня на рассвете лорд Станнис, взяв с собой большую часть королевского флота вышел в море и, предположительно, направился на Драконий Камень, – опередив Селми волнительно заговорил Варис, полностью обернувшись ко мне и внимательно отслеживая мою реакцию, как, впрочем, и остальные члены малого совета. – Лорд Станнис не уведомил совет о причинах своих действий. – Лорд Ренли, Вам известна причина, по которой лорд Станнис увёл флот в Драконий Камень? – стоило только Варису пересказывать прошедшие события, как Селми тут же задал мне прямой вопрос. – Да, известна, – быстро и легко соврал, ловя шокированные взгляды.       Сильнее всего мои слова поразили Вариса и Бейлиша. И общий шок был отнюдь не наигранным, поскольку действия Станниса были непредсказуемы. В том числе и для столичных манипуляторов, которые не привыкли, что их политические игры так неаккуратно и внезапно ломают. Они боятся Станниса… и это очень хорошо видно.       А со Станнисом всё как и всегда, то есть всё сложно. После отъезда Роберта он закрылся ещё больше, не желая идти на контакт с кем-либо. А я, со своей стороны, не стремился демонстрировать свою осведомлённость или заинтересованность в чём-либо, но регулярно давал понять, что нам нужно действовать заодно и сообща, дабы наши интересы не затёрли. Всё это, однако, оказалось бессмысленным и Станнис всё равно поступил по-своему, покинув столицу и решив затаиться на Драконьем Камне. Одно радует – благодаря моей афере с кораблями флот Станниса отремонтирован как надо и максимально боеспособен, тогда как оставшиеся силы представляют из себя жалкое зрелище в военно-морском выражении. Мда. Но всё еще обидно... – В таком случае, поделитесь своей осведомленностью с советом, – считав моё спокойствие и уверенность, Селми и сам успокоился, списав всё на банальную поспешность и своеволие мастера над кораблями. – Довольно странно слышать такое от вас, милорды, – я вновь наигранно удивился, словно меня просят о сущей ерунде. – Разве не мы здесь всё это время обсуждали Пентос, его магистров и свадьбу девчушки Таргиариен и дотракийского кхала? – И как это связано с действиями лорда Станниса? – Селми нахмурился и несколько напрягся, ибо, ему не по нраву, когда кто-то пренебрежительно отзывается о представителях почившей династии, но пока что он всё проглотил. – Уже как долгое время из Эссоса не поступали сведения о последних Таргариенах и планах их сторонников, а единственный барьер между нами и огромной дотракийской ордой это – Узкое море, – развёл руками, демонстрируя, что окружающие вынуждают меня озвучивать банальные вещи. – Естественно, что мой брат устал от пустых разговоров и предпочёл действовать, дабы пресечь возможное вторжение из Пентоса, если такая необходимость возникнет. – Но почему мастер над кораблями не уведомил о своём решении совет? – Селми не успокаивался. – Не счёл нужным, – мне осталось лишь вновь развести руками. – Возмутительно... – пробормотал Пицель тихо, но так, чтобы все услышали. – И, раз уж мы начали с внешних дел, то предлагаю вновь вернуться к Пентосу и нашим делам с ним, – Пицель был всеми проигнорирован, а я пошёл в наступление, полностью завладев инициативой. – Как мы уже выяснили, Иллирио Мопатис, влиятельный магистр Пентоса, который не мог действовать без оглядки на Принца и совет магистров. Укрывательство последних Таргариенов и их сватовство с дотракийским кхалом чётко говорит нам об одном – Пентос в открытую действует против нас. Мы не можем это проигнорировать. В противном случае мы растеряем остатки уважения и влияния.       Не все были рады смене поднятой темы, но напрямую игнорировать поднятый мною вопрос собравшиеся также не могли. Особенно пристально в мои слова вслушивался Варис, прекрасно помня сказанное на нашей попойке. Думаю, для него не стало удивительным, что моё публичное и частное мнение порой диаметрально противоположны. – Без короля или десницы этот диспут лишён смысла, – уже более отчётливо подал голос Пицель. – Только король может принимать решения о войне. – А никто и не говорит о войне, великий мейстер! – тут же громко воскликнул, морально придавив старика и заставив его стушеваться. – Я – самый миролюбивый среди всех вас! Война и не нужна. Зачем, если у нас и так уже есть все необходимые инструменты. – Например? – с нескрываемым живым интересом спросил Селми. – Пошлины, лорд-командующий, – медленно протянул, смотря прямо в глаза Селми. – Как известно, самый чувствительный орган вольных городов это не сердце, а кошелек. По нему и ударим! Введём большие ввозные и вывозные пошлины на все товары и корабли Пентоса! Таким образом, мы не только самым серьёзным образом покажем магистрам своё недовольство их политикой, но и наглядно продемонстрируем риски от поддержки наших врагов остальным вольным городам. Я уже молчу про прибыль, что неминуемо получит королевская казна. А если король будет недоволен нашими действиями, то мы легко сможем их отменить.       А ещё это отличный сигнал браавосийцам, о котором я им так много намекал… а то они не сильно торопятся отвечать на моё предложение. Но есть у введения пошлин против Пентоса и ещё один немаловажный аспект – перехват торговли. Пентос и его торговые интересы я предпочитал не трогать, позволяя им иметь прибыль, пока я громил торговлю Тироша, Мира, Лиса и Волантиса в Вестеросе. Что же, теперь пора и им поделиться столь сытным пирогом. Думаю, они быстро поймут, что возить свои товары через Торговую компанию гораздо выгоднее, чем организовывать «самостоятельное путешествие». – Это интересный подход, лорд Ренли, – благосклонно отметил Селми, многозначительно переглянувшись с остальными членами малого совета, не нашедшими возражений на моё предложение. – Кто против? Никто? В таком случае, лорд Бейлиш, могу ли я Вас попросить всё устроить? – Разумеется, лорд-командующий! – Бейлиш широко и радостно улыбнулся. – Все соответствующие указы будут готовы через неделю.       «А я за этим прослежу»       Стоило нам утрясти все формальности по принятому решению, заполнить и подписать протокол, как был приглашен первый докладчик – представитель городской стражи Королевской Гавани. Высокий мужчина средних лет с невыразительным лицом, короткой бородкой и волосами до плеч, что уже стали потихоньку седеть. Он был одет в классическую форму стражников, но от «классического стражника» его отличало то, что он был опрятный и вымытый. – Сир Хамфри Уотерс, милорды, – мужчина быстро представился, замерев как на плацу. – Капитан Драконьих врат. – Что Вас привело к нам, сир? – Селми не скрывал своего удивления, как и остальные члены совета, даже ваш покорный слуга (вот я актёрище, конечно). – Командующий Слинт в очередной раз занемог? – Боюсь, что нет, милорд, – Уотерс замешкался, явно не зная, куда девать глаза. – Кхм... лорд-командующий Янос Слинт пропал.       Малый совет замер. Все за столом быстро переглядывались, и лишь я избежал внимания – смотреть в мою сторону никто решительно не хотел. Разве что Селми и Варис мазнули по моему траурному лицу взглядами. – Как давно? – Селми быстро взял себя в руки и сразу стал задавать правильные вопросы. – Мы точно не знаем, но приблизительно дней пять назад. Именно тогда его видели в последний раз домочадцы. – Вы искали его в борделях и питейных заведениях? – тут же взволнованно подхватил Бейлиш. – В первую же очередь, – сир Хамфри своим тоном дал понять, что не идиот и прекрасно осведомлён о привычках своего командира.       «В порту»... «трущобах»... «на рынках»... «за стенами в посадах»... – сыпались вопросы на голову капитана, однако всё было без толку. Слинт как сквозь землю провалился. – А на свинофермах искали? – в конце, когда речь уже должна была отойти от «кто виноват?» к «что делать?», решил подбросить версию и я. – Н-нет? А зачем, милорд? – растерялся сир Хамфри.       Таким же вопросом задались и остальные члены малого совета. Я не смотрю на них, но точно знаю, что в некоторых встревоженных глазках стало зарождаться глубокое понимание – без короля и Станниса в столице они остались со мной один на один. – Я думаю, все мы согласны, что в данный момент правильным будет исходить из той идеи, что Слинт мёртв? – я выдержал короткую пазу, но вопросов никто задавать не стал. – Что же, я слышал, что лучший способ избавиться от трупа – скормить его свиньям.       Сидящий рядом со мной Варис выразительно удивился, изобразив эталонное «о, как!». Седые брови Селми сложились домиком. Бейлиш на пару тонов побледнел, став взволновано стрелять глазами по окружающим, считывая их реакции. А Пицель… был поражён настолько, что так и не смог облечь свои мысли в слова, позабыл прикрыть рот и, прогремев цепями, ещё сильнее наклонился над столом, чтобы меня получше рассмотреть. А я продолжал. – Свиней надо несколько дней не кормить, и после этого они сожрут расчленённый труп за милую душу. Но для того, чтобы мясо хорошо переварилось, надо сперва обрить трупу голову и выдрать все зубы. Конечно, избавиться от них можно и потом, но кому охота выковыривать зубы жертвы из свинячьего дерьма? А кости они сожрут без проблем, – без тени улыбки оглядел собравшихся, позволив себе намёк на неё только когда взгляд мазнул по побелевшему Бейлишу. - Для того, чтобы за раз избавиться от одного трупа, надо как минимум шестнадцать свиней… поэтому, господа, остерегайтесь владельцев свиноферм. Тело весом в двести фунтов свиньи сожрут примерно минут за восемь, а это значит, что одна свинья сжирает два фунта сырого мяса в минуту. Именно отсюда, кстати, происходит присловье «жадный как свинья».       Закончив свой монолог, сделал несколько глотков из кубка, освежая горло. Другим, думаю, потребуется куда больше вина и времени, чтобы загладить впечатления от сказанного мною и картин, которые буйным цветом расцвели у них в мыслях. А мыслей будет много, ведь всем здесь прекрасно известны наши со Слинтом отношения… – Так что, сир Хамфри, – Уотерс вздрогнул, когда я к нему обратился, – проверьте свинофермы. – Д-да, милорд, – проблеял он в ответ. – Перед нами также встаёт необходимость назначить нового лорда-командующего Золотыми плащами, – я направил обсуждение на нужную мне тему. – Даже если Слинт найдётся, нам нужно, чтобы кто-то в его отсутствие командовал городской стражей и следил за порядком в столице. – Кхм, – Селми откашлялся, быстро взяв себя в руки. – Действительно, оставлять городскую стражу без командования было бы верхом безответственности. У кого какие кандидатуры?       Бейлиш молчал, хотя у него и было что сказать. Встретившись со мной взглядом, он увёл свои глаза в сторону и откинулся на спинку стула, отстранившись от разговора и потеряв к нему всякий интерес. Промолчал и Пицель. – Возможно, нам подойдёт кто-то сведущий в вопросах городской стражи? – деликатно заговорил Варис, стараясь заполнить вакуум после тактического отступления своего «друга». – Вы говорите о леди Бриенне Тарт? – я тут же перехватил нить разговора Вариса, не дав ему закончить мысль. – Абсолютно верно, Ваша светлость, – обернувшись ко мне, Варис льстиво улыбнулся, подстраиваясь под мою позицию. – Леди-юстициар уже долгое время блюдёт королевские законы в столице, наблюдая и пресекая всякое беззаконие. Она будет хорошей заменой сиру Слинту, пока он не найдётся… или пока его не найдут.       Селми внимательно выслушал Вариса, одобрительно кивнув на его слова. Бриенну Селми крепко уважал, как за боевые навыки, так и за верность рыцарскому духу и принципам. Капитан Уотерс же побледнел пуще прежнего. – Что скажете? – Селми обернулся в сторону Бейлиша и Пицеля. – У меня нет возражений, лорд-командующий, – быстро выговорил Мизинец. – Леди Бриенна – славная и уважаемая королём воительница, но примут ли её Золотые плащи? – прокряхтел Пицель. – А кто их спрашивать будет? – бросил невзначай, внимательно осмотрев измученного Уотерса. – Ам, кхе... действительно, – забулькал великий мейстер, также потянувшись за кубком, и обратился уже к Селми. – Как Вам будет угодно, Ваша светлость. – Лорд Ренли? – в конце Селми обратился уже ко мне. – Ваше слово. – Поддерживаю.       Коротко и ясно. – В таком случае, – Селми не вставая с места выпрямился, прямо и открыто взглянув на капитана стражи, – именем короля Роберта Первого малый совет постанавливает назначить на должность командующего городской стражей Королевской Гавани Бриенну из Дома Тарт. ***       Исчезновение Слинта должно послужить чётким и весьма действенным сигналом для всех, но первую очередь для Бейлиша. Мизинец прекрасно понимал, что я постараюсь избавиться от неудобной фигуры в момент отсутствия Роберта, но и предположить не мог, что я поступлю столь... решительно. И нет! Нет, никто Слинта свиньям не скармливал, с подобным делом прекрасно справились мои крабы Моссада. Главное – хорошо зафиксировать тело на дне морском.       Петир же намёк хорошо понял и усвоил, бросив любое, даже маломальское противление моим предложениям и мнению в малом совете. Явственно, так сказать, осознав, что легко может оказаться на месте Слинта. Ведь Мизинец, как и пропавший, живёт в городе и не имеет покоев в Красном замке, а стало быть максимально уязвим. Уверен, он уже бросился нанимать дополнительную охрану для себя любимого. Ну, ничего, пускай, я всё равно не планирую предпринимать никаких действий против него. Зачем? Он гораздо полезней живым, несмотря на все его козни в настоящем и будущем. Без него я бы окончательно забронзовел, потеряв гибкость и осмотрительность. Тем более, что его авторитет, способности и связи всё ещё крайне нужны мне. Без него будет очень сложно продавить Селми в некоторых вопросах, касающихся финансов.       Стоит отметить, что Селми не политик и не интриган. В нашем деле эти слова, обычно, являются описанием опаснейшего недостатка или вовсе приговором, но только не в его случае. Это добровольный и полностью осознанный выбор рыцаря. Он не глуп и не наивен, в противном случае он бы не был королевским гвардейцем на протяжении сорока лет. Сорока! Он вступил в гвардию в двадцать три года! Нет, Селми не нужно играть в политику, ибо одно его Имя говорит и делает за него всё. Но и лишнюю ответственность за совет он брать также не намерен, отчего и занял позицию чистого администратора, но никак не заменяющей десницу фигуры. Он намеренно опирается на советников, слушает их мнения, предложения и решения, оформляя всё лишь кворумом голосов остальных членов малого совета. Таким образом он и прислушивается к разбирающимся в той или иной сфере людям, и освобождает себя от всякой ответственности, и формально исполняет возложенные на него королём обязательства. Звучит просто, но простота принципа не означает, что его легко реализовать на практике. Особенно, когда дело касается вопросов, влияющих на целый город или всё королевство. Особенно, когда с тобой за одним столом сидит такой интересный контингент. Что не говори, а такая серая и тихая роль Селми – невероятно тонкая игра опытного сановника.       Но что в итоге? Если мастер над монетой предлагает в кратчайший срок возвратить все займы Торговой компании (около четырёхсот тысяч золотых драконов), дабы в последующем казна получила больше прибыли от дивидендов за счёт перекредитования у других кредиторов, то, вероятно, это имеет смысл. Или, например, покупка за счёт казны и передача в долгосрочную аренду той же Торговой компании крупнотоннажных кораблей. Почему бы и нет? Ведь совет счел это разумным, а Селми… а что Селми? В вопросах экономики он полностью опирается на Бейлиша и меня. Поэтому мне гораздо легче проталкивать свою повестку и урвать до прихода неумолимого «канона» максимум возможного. Конечно, остаются ещё Варис и Пицель, но Паук моим планам открыто не противодействует, а великий мейстер уж слишком близко к сердцу воспринял пропажу Слинта и боится теперь даже оставаться со мной наедине. Был бы здесь Станнис... ещё неизвестно как бы всё развернулось. Договориться с ним без накала страстей практически невозможно. – Ох, и намаюсь я с ним... – устало прошептал, откинувшись на спинку кресла.       Вновь засиделся допоздна в кабинете, готовясь к «совету акционеров». Через несколько дней я планирую вместе с Ашей отправиться в Спайстаун, где нас (в основном, конечно, меня) будут ждать Пряная Семерка с Дейлом Сивортом, Лонмаут с докладом по Чёрной армии и Блэктайд с моим подарком для супруги. Дел невпроворот, но и тащить всех этих людей в столицу я не хочу. Понятное дело, что тот же Варис или Мизинец наверняка уже выяснили практически всё о моём окружении, однако одно дело – не препятствовать неизбежному (то есть сбору сведений о людях), но совсем другое – вести стратегически важные и секретные документы в столицу! Особенно в таком объёме – нам всё-таки предстоит подводить финансовые итоги прошедшего года...       Встрепенулся от скрипа, дверь в мой кабинет медленно приоткрылась и я столкнулся взглядами со встревоженным Мариком. Тц… именно в тот момент, когда уже хотел тушить свечи и отправляться спать прямиком под тёплый бочок супруги. – Что случилось? – вопрос сорвался быстро и можно даже сказать «по-уставному». В своё время в мою офицерскую каптёрку солдаты редко заглядывали с хорошими новостями. – Лорд-командующий Селми просит принять его, – оруженосец выпрямился и ответил громким шепотом. – Сказал, что у него срочные вести. – Этого мне ещё не хватало...       Быстро потушив свечи в кабинете и припрятав некоторые бумаги, я отправился за Мариком, который привёл меня в одну из гостиных. Там меня уже дожидались донельзя взволнованный Селми и неизвестный мне старик в тёмном проперженном хитоне и с кожаным чепчиком на голове. Сразу бросилось в глаза, что Селми был не в своих белых латах, а в обычной стёганной куртке, поверх которой был накинут неброский походный плащ. Лишь богато украшенные ножны выдавали в нём авторитетного человека, а не обыкновенного путника. – Лорд Ренли, – Селми не стал дожидаться, когда я начну задавать очевидные вопросы, – прошу простить меня за столь поздний визит, но обстоятельства заставляют действовать быстро и решительно. – Не нужны оправдания, лорд-командующий, – мне оставалось лишь доброжелательно улыбнуться. – Что бы ни случилось, я в Вашем полном распоряжении. – Благодарю, милорд, – Селми коротко кивнул и указал левой рукой на старика. – Позвольте представить Вам великого мастера гильдии алхимиков Галлина. – Для меня это большая честь, Ваша светлость, – пиромант сложил ладони и низко поклонился, демонстрируя крайнюю степень почтения.       Надо же, на ловца и зверь бежит! Как же удачно всё складывается! Возможно, это и есть сокровенный «рояль в кустах»? – Как и для меня, – я улыбнулся старику, – наслышан о Вашем ордене и его славной истории, однако…       Непрозвучавший вопрос был адресован уже Селми, который сразу понял мой тон. – Сегодня вечером ко мне прибыл посланник Верховного септона, – чётко и без лишней шелухи стал говорить командующий. – Послушники обнаружили в подвалах септы Бейлора несколько сотен сосудов с Диким огнём...       Свист с моих губ сорвался раньше, чем мозг осмыслил сказанное. «Несколько сотен сосудов с Диким огнём»... этого достаточно, чтобы превратить холм Висеньи в один поминальный костёр. Откуда там это? Остатки былого безумия Эйриса II? Мина, так сказать, под вестероскую государственность? Проклятые большевики... – Сосуды необходимо вывезти, милорд, но сделать это нужно тихо и под покровом ночи, дабы в городе не поднялась паника, – закончил Селми. – Верно, нам ещё не хватает бунта напуганный толпы, – поддержал рыцаря в его умозаключениях, но кое-чего понять я так и не смог. – Но какую помощь Вы хотите от меня? – К городской страже обращаться бессмысленно, – отрезал Селми, смотря прямо мне в лицо. – Как только мы привлечём «плащей», вся столица узнает об угрозе. В настоящий момент в городе есть только один человек, который сможет выделить нужное количество людей, дабы мы переправили сосуды в подземелье алхимиков без шума, суеты и слухов. Этот человек – Вы. – Резонно, – иначе я ответить не мог… в логике и чувстве момента Селми не откажешь. – Наши действия?       Горячку решили не пороть. Пока мы беседовали и составляли план, Марик разбудил Роджерса и ещё парочку неболтливых сержантов моей гвардии, и уже вместе в ночи выехали к великой септе, предварительно обмотав копыта лошадей тканью, дабы не создавать лишнего шума. У септы нас дожидались несколько бледных, словно им лично явился Неведомый, послушников, что сопроводили нас в подвалы, где мы лично оценили масштабы возможной трагедии. Сами сосуды с диким огнём представляли собой глиняные горшки с тонкими стенками и размером с кулак, изготовленные в виде фруктов – характерный почерк эпохи Безумного короля. Именно он приказал изготавливать сосуды для своей любимой игрушки в подобном виде. Тайник был расположен не так уж и глубоко, рядышком с септонскими запасами благовоний и эфирных масел. Прикинув на глаз, мы насчитали около двухсот сосудов. С одной стороны, не так уж и много, а с другой... мы могли бы лишиться Великой септы Бейлора за одну ночь. – Я выделю Вам людей, великий мастер, – поднявшись на поверхность, мы замерли втроём с Селми и Галленом у входа в септу. – Десяток человек и несколько подводов. Думаю, за несколько ночей управитесь, учитывая что Ваша гильдия находится неподалеку. Спешка здесь абсолютно не нужна. – Абсолютно согласен, Ваша светлость, – бодро поддержал меня алхимик. Чрезвычайно светлая голова для столь почтенного возраста. – Субстанция хранилась здесь семнадцать лет и может быть крайне нестабильна. – И, что вы с ней сделаете, потом? – задал весьма интересный вопрос Селми. – В былые времена, мы утилизировали субстанцию согласно методам, заведённым в нашем ордене. Однако сегодня гильдия не может похвастаться ни достаточным количеством алхимиков, ни свободными средствами, – грустно посетовал старый пиромант. – Вместо этого мы запечатаем сосуды воском и разместим в специальные хранилища, заполненные водой.       Здорово… ничего не скажешь. Что может быль лучше, чем хранение ядерной бомбы в сарае? Однако, думаю, можно уже начать ковать железо, пока горячо. – Меня не отпускают ужасные мысли, – поймав на себе вопросительные взгляды собеседников, мрачно продолжил. – Сколько ещё может быть таких тайников по всей Королевской Гавани?       Селми тут же скис и нахмурился, явственно представив масштаб проблемы, тогда как Галлен был невозмутим. Его последующие слова совсем не добавили оптимизма лорду-командующему. – Согласно записям предыдущего великого мастера для короля Эйриса орденом было изготовлено около восьми тысяч сосудов, четыре тысячи из которых пропало из хранилищ гильдии без следа.       «Евоный твой рот!» – Кусок острого льда провалился мне в желудок и моя первая реакция была – «хватать жену, ребёнка и бежать»! Бросив взгляд на Селми, я увидел нечто похожее – старый рыцарь был не просто в шоке, а в конкретном ах... кхм. В этом самом. – Так много... – единственное, что выдавил из себя сир Барристан. – Верно, – и глазами хлоп-хлоп. Мне кажется… или старикан – тролль? – Организую поиски, – план в моей голове родился быстро. – Мои доверенные люди обыщут все важные строения города ночью, не афишируя. Надеюсь, гильдия алхимиков мне в этом поможет? Вы как минимум можете предположить, куда и сколько нужно заложить Дикого огня, чтобы сжечь столицу дотла. – Разумеется, милорд, – главный пиромант закивал словно болванчик. – Можете на нас положиться.       Следующие слова вырвались из меня сами собой, хотя у меня и не было цели задеть Селми или прочих бывших гвардейцев. Ну… или где-то всё-таки была, а я слишком хорошо о себе думаю. – Всё-таки жителям столицы и нам всем невероятно повезло, что во время восстания моего брата именно Джейме Ланнистер остался при Безумном короле. В противном случае полмиллиона мужчин, женщин, стариков и детей разделили бы страшную участь. Не каждый рыцарь способен принести в жертву свою честь, даже ради жизни сотен тысяч невинных. Надо будет поблаглдарить сира Джейме при первой возможности.       Селми поджал побледневшие губы, не найдя в моменте каких-либо аргументов против. Честь... как говаривал один космический жук: «Встань среди праха триллионов погибших и спроси у их теней, важна ли честь. Молчание – вот твой ответ». Старый рыцарь знал, что я прав, и знал, что Джейме поступил верно. Знал, но принять никак не мог. Он лелеял надежды, что справился бы лучше. Со всем: с восстанием, с Безумным королём, с королевством. Однако правду не спрячешь. Один король был безумец, сменил его пьяница. Принц и друг, которого он любил, развязал войну из-за похоти, украл и изнасиловал Лианну Старк (ему неоткуда знать другую версию произошедшего… да и была ли она?), а его братья по ордену, как и всегда, лишь стояли и смотрели, допуская страшные преступления. Интересно, будь на месте Джейме Барристан или знаменитый Меч Зари – Эртур Дейн, допустили ли бы они сожжение столицы? Остались ли верны клятве? Возможно, ответ именно на этот вопрос не даёт ему спокойно спать по ночам, а не мечты и скорбь по сгинувшему в бурных водах Трезубца Рейгару или покончившей с собой Эшаре Дейн.       Зачем я полез своими грязными руками в сердце старика, что ничего плохого мне, по сути, и не сделал? Не знаю. Характер у меня такой – мерзопакостный. Насмотрелся в своё время на таких чистюль, после которых летит всё в пропасть, а похоронок столько, что хоть печку топи. – Я возвращаюсь в Красный замок, – Селми бросил на меня спокойный и кажущийся равнодушным взгляд. За столько лет при дворе его и не так уязвляли. – Вы со мной, милорд? – Дождусь, когда мои люди закончат и вернусь вместе с ними.       Мы кивнули друг другу, и Селми направился к своей лошади, оставив нас с великим мастером одних. Отлично! Этого я и ждал! – Великий мастер, признаться я давно намеревался познакомиться с Вами, – дождавшись, когда Семли ловко вскочил в седло и направился в сторону королевской резиденции, я начал окучивать алхимика. – Знаете, я всегда имел тягу к научному знанию и магическому искусству. И я всегда считал, что с вашим орденом обошлись несправедливо. – Благодарю за столь тёплые слова, Ваша светлость, – Галлен поклонился, а его глаза блеснули любопытством. – Видите ли, я хочу предложить сотрудничество, что может принести Вашему ордену великое благо и шанс, если и не на полноценное возрождение, так хотя бы на укрепление и стабильное существование в достатке и почёте, – Галлен поднял голову и уставился на меня самым пристальным своим взглядом, внимая каждому слову. – Как Вам хорошо известно, скоро будет ровно двадцать лет, как нашим королевством мудро правит мой брат – король Роберт. Я желаю сделать ему незабываемый, красочный подарок, что на века сохранится в летописях.       Алхимик в предвкушении облизал пересохшие губы… видимо, уже на всё согласный. – Находящийся у меня на службе архимейстер Марвин, много лет путешествующий по странам востока, поведал мне о дивном порошке, из которого восточные фокусники создают фейерверки. Скажите, великий мастер, Ваш орден в состоянии создать для меня нечто подобное? – Этот порошок известен нашей гильдии, милорд, – Галлен явно был взбудоражен, его глаза мерцали во тьме, а руки тряслись, отчего он сцепил их замком у себя на груди. – Мы называем его «порох». Ещё до того как Безумный король сгинул, ни одно королевское торжество не обходилось без наших фейерверков, да будет Вам известно! И ни одному фокуснику или алхимику востока во век не добиться того, что демонстрировал мой орден! – И Вы можете его изготовить и использовать? – тут уже я сдерживал дрожь.       Порох. Здесь и сейчас. Готовенький.       Я всегда знал о его существовании, однако явного интереса к нему не проявлял. Вместо этого я скрупулёзно и системно собирал сведения о всех «взрывных» вещах известной ойкумены. Как стало выясняться, порох давно и хорошо известен местным, однако кроме как в «фаершоу» его никто не применял. Причин для этого было много. Тут и сложность в изготовлении (для фейерверков был годен порох только высочайшего качества), и секретность рецепта. Гильдии фокусников, что специализируются на этом деле, ревностно оберегают секрет порошка, не подпуская к нему лишних. И просто так его не купить даже в Асшае. А вот то, что гильдии алхимиков также известен этот секрет, я в самом деле узнал совсем недавно и действительно от архимейстера Марвина. Очень полезный мужик, смею доложить. Однако бежать сломя голову в гильдию алхимиков я не стал… только не тогда, когда в столице Ланнистеры и прочая нечисть. От якшанья с алхимиками мне бы точно досталось, ибо на дикий огонь распространяется строжайшая монополия королевства, и владение им частным лицом запрещено. А в то, что мне от пиромантов нужно нечто совсем другое, никто не поверит. – Кхм... – пиромант стушевался, уведя свой взор в сторону. – Гильдия алхимиков захирела, Ваша светлость. Много славных мастеров погибло во время восстания, унеся множество секретов с собой в могилу, а оставшиеся мастера не могут похвастаться опытом. Последние семнадцать лет наши услуги были не в цене. – Вы можете создать порох в товарном количестве или нет? – я спросил мягко и без давления в голосе, но кулаки непроизвольно стиснул. – Можем, – набравшись храбрости, ответил Галлен, но быстро оговорился. – Но нам нужно будет время, сырьё и финансирование. – Это совсем другое дело! Итак, предложение... Как я уже говорил, архимейстер Марвин работает на меня. Помимо того, что он консультирует меня по многим вопросам, касающихся магии, – на этих словах глаза пироманта как-то слишком отчётливо сверкнули, – он возглавил специально созданную под него и его коллег гильдию картографов, что занимается научными изысканиями без лишнего пригляда со стороны Цитадели. Всё это, отмечу, оплачиваются полностью из моего кармана. Как Вы смотрите на то, чтобы гильдия алхимиков открыла своё представительство в моих землях? Там сможете спокойно заняться порохом, имея доступ к любому оборудованию, материалам и сырью, которое только можно купить или выменять на территориях от Асшая до Браавоса Всё, абсолютно всё за мой счёт. Я установлю щедрую зарплату каждому мастеру и подмастерью, что отправится с Вами, а также предоставлю Вам новых и способных работников, что в своё время позволит расширить и укрепить Вашу гильдию. – Это было бы замечательно! – Галлин расцвёл и уже начал непроизвольно потирать ладони, словно он уже в лаборатории и не знает, с чего бы начать. – Но… а как же дикий огонь? – Не переживайте. Вместе мы отыщем остальные тайники и вывезем их из города, – я возложил левую руку на плечо алхимика, мягко похлопав. – А после, опьянённые прекрасным чувством выполненного долга, Вы отправитесь в мои земли и займётесь моим заказом. – Весьма… разумно, Ваша светлость, – было видно, что алхимику уже не терпелось заняться настоящей работой. – У меня нет причин отказывать. Знайте, гильдия алхимиков в Вашем полном распоряжении. - Чудно...       Порох. Порох это хорошо. Но его эффективное военное применение является лишь отдалённой перспективой, и в предстоящей войне полностью реализовать его точно не выйдет. Но кто сказал, что эта война будет последней? Ничего. Всё успеется, со всем разберёмся. А в настоящий момент главное – дикий огонь. Дикий, зелёный и необузданный... не зря же я на свои новые корабли устанавливал огнемёты?