Водка и сигары

Прайс уставился в зеркало над раковиной и задумался, когда на его лице появилось столько морщин. В последний раз, когда он смотрел — прямо вглядывался, — их было меньше. И седины тоже не было. Но теперь он видел в своём отражении черты старика, и от этого в животе неприятно крутило. Если честно, особых причин разглядывать своё лицо не было. Даже когда он размазывал камуфляж по щекам и вокруг глаз, он искал только самые светлые участки, которые могли бы привлечь взгляд врага. Он никогда не задумывался, что ещё кто-то может смотреть. Что Ник может смотреть. — Чёрт возьми, — выдохнул он, собирая миску для бритья и кисточку из барсучьего меха, которую доставал только по особым случаям: церемонии награждения, свадьбы, похороны и, похоже, теперь ещё и чёртовы свидания. Почему он вообще согласился на это, он понятия не имел, но Ник был на удивление романтичным и отказать, когда тот включал своё обаяние, было невозможно. Прайс убрал бритвенные принадлежности и вернулся к зеркалу, чтобы проверить остальное. Он был почти уверен, что рубашка, которую он выудил из глубин своего скудного гардероба, не видела света с начала нулевых. Это подтвердилось, когда он натянул её на плечи, а пуговицы разошлись на груди. Два десятилетия упорных тренировок, тяжёлой работы и побоев в поле сделали его куда массивнее. Он надел белую футболку под низ и оставил рубашку расстёгнутой, надеясь, что не выглядит как чей-то папаша, пытающийся казаться на десять лет моложе. Волосы зачёсаны назад воском, борода ухожена, одеколон и лосьон после бритья — но не слишком много, чтобы не было похоже на атаку химическим оружием, — вот лучшее, на что он был способен. Его никогда не звали на свидания, только он сам приглашал, и даже тогда все его попытки молодости заканчивались катастрофой. Холодная рыба с картошкой на набережной и неуклюжий секс в ближайшем парке — не вершина романтики даже в пятнадцать лет, и что-то подсказывало Прайсу, что Ник задумал нечто совсем иное. Пятнадцать лет. Это же было… Чёрт. Он вообще не готов. Телефон Прайса пискнул, и взгляд на сообщение подтвердил, что Ник подъехал за ним на базу. Точно вовремя. Прайс бросил последний взгляд в зеркало, скривился, покачал головой и ущипнул себя за переносицу. К чёрту. Сойдёт. Ник видел его в худших состояниях, так что… трепет в груди Прайса казался ему очень глупым. — Соберись, тряпка, — пробормотал он себе, хватая кошелёк и ключи с кровати и закрывая дверь за собой. К несчастью для Прайса, его появления ждала вся ОТГ-141. Все подняли глаза, как только он закрыл за собой дверь. Прайс тут же пожалел, что не вылез через открытое окно в комнате. — Ну и ну, наш капитан принарядился, а? Покрутитесь, — сказал Соуп, наклоняясь вперёд с широкой ухмылкой, ясно давая понять, что Прайса ждёт добрых пять-десять минут подколок. — Следи за языком, Мактавиш, — ответил Прайс, но без злобы. Он и так чувствовал себя полным идиотом, а Соуп пытался по-своему помочь. — Ох, ну же, — Соуп развёл руками и повернулся к Гаррику за поддержкой. — Газ, помоги… Гаррик оторвался от телефона и склонил голову набок, явно прикидывая, насколько он готов рискнуть получить от Прайса самые поганые задания на следующую неделю. Похоже, в тот вечер он почувствовал себя слишком удачливым. — О, у моего папы такая рубашка раньше была. Э-э-э… шик начала нулевых. Что скажешь, Гоуст? Прайс думал, что Саймон заступится за него против этих двух обормотов. По крайней мере, надеялся. Саймон откинулся назад, скрестив руки на груди, и осмотрел Прайса. Сегодня он выбрал насилие. — Ну да, видел такие лет десять назад, — сказал Гоуст и покачал головой. — Готов скинуться на новый «Страйкер», чтобы ты был с танками всех расцветок, но без современной одежды. — Вы все гады, и на следующей неделе получите по шее, — прорычал Прайс. Последовал хор стонов, и Соуп вскочил на ноги. — Да ладно, сэр, мы же просто прикалываемся. Как говорила моя бабушка: подлецу всё к лицу. Ну, нормально же выглядит? Сделаем скидку на возраст. Когда вы в последний раз наряжались куда-то? — Не так уж и давно, — сказал Прайс, снова ущипнув себя за переносицу, уже испытывая абсолютную ненависть к солдату, задерживающему Ника на КПП. — Держу пари, в последний раз это было, когда Ашер ещё был в чартах. Вот с этой песней… чёрт, как она называлась? Прайс решил, что Гаррик точно будет организовывать учебный штурм на рассвете для новобранцев. Ещё желательно в день, когда будет ужасная погода. — Погодите, сейчас найду. Сейчас мы настроим капитана на тусовку! Как думаешь, Ник зверь на танцполе, а? Ха! Нашёл. Соупу придётся присоединиться к Гаррику. С полным весовым комплектом. Прайс смотрел, как два сержанта с энтузиазмом скачут под песню 2004 года, которая, по прикидкам Прайса, была всего на год старше его рубашки. Полный провал. Он посмотрел на Саймона. Тот наблюдал за Джонни тем отрешённым взглядом, который всегда появлялся, когда он думал, что никто не видит. — Я посмотрю, вечеринка уже без меня начинается, — раздался знакомый голос у двери. Прайс обернулся и чуть не подавился собственным языком. Ник выглядел великолепно. Белая рубашка с расстёгнутым воротом, чёрные брюки, начищенные туфли, стрижка. Просто, но со вкусом. Прайс потёр шею сзади, надеясь, что жар под кожей не выдаст его румянцем. Ник окинул Прайса теми же мягкими глазами, что умоляли его о свидании, когда он смотрел из кабины вертолёта. Прайс откашлялся. — Ты принарядился, Ник. — Ты тоже. Но для меня ты прекрасен везде и всегда. Лицо Прайса запылало до кончиков ушей. — А, Ник! Привет, как ты? — Гаррик подскочил и обнял Ника за плечи. — Чтобы капитан был дома в десять! — крикнул Соуп, развалившись на диване. — Конечно, сержант. — Пошли. А вы, ребята, лучше ложитесь пораньше. Моя месть будет страшна. Ник улыбнулся и отступил в сторону, пропуская Прайса из комнаты под хор стонов и просьб о пощаде от двух сержантов. Прайс и Ник вышли в ночь и почти дошли до машины, когда Ник взял Прайса за руку и остановил его. — Ты нервничаешь. Прайс откашлялся, шмыгнул носом и постарался казаться невозмутимым: — Да нет, нормально всё, просто понял, что для таких случаев у меня нет одежды и… опыта тоже. Боюсь, ты разочаруешься. Ник посмотрел на него пустым взглядом. — Э, да, прости за… одежду. Давно не… Ник взял его за подбородок и потянул вверх, заставив поднять взгляд. Поцелуй был нежным, мимолётным по сравнению с их первым под порывами вертолётных лопастей, но сердце у Прайса колотилось так же быстро, как и тогда. — Отлично выглядишь, — Ник отпустил его подбородок, чтобы запустить обе руки в волосы Прайса, растрепав аккуратную укладку. Затем он потянул за пояс сзади, вытаскивая футболку. — Хм, так ещё лучше. Прайс сглотнул, стараясь не слишком явно вдыхать запах Ника, когда тот прижался ближе. — Какой-то неаккуратный теперь, — Прайс всё ещё отходил от ощущения пальцев Ника в своих волосах, касающихся кожи на спине. Нервозность сменилась чем-то тёплым в груди. — Не-а. Простой английский голубоглазый парень. Ты честный, Джон Прайс. И хороший человек. Это я в тебе люблю больше всего. — Ник открыл дверь машины, пока Прайс смотрел на него с широко раскрытыми глазами. Очнувшись, Прайс понял, что Ник арендовал неприметный BMW с кожаным салоном. — Прошу. — Куда едем? — спросил Прайс, скользнув на пассажирское сиденье. — Сюрприз. — Чёрт, а я-то думал, что мы сначала в кино, а потом в бар. Ник ухмыльнулся. — Я верну капитана до того, как он превратится в тыкву. Или лейтенант организует спасательную операцию. Прайс хмыкнул, пока Ник выруливал в ночь. К счастью, Ашер в планах вечера не фигурировал.