Point of no return

      С момента стычки с Мэдисон в гостиной, после которой Корделия прогнала рыжую в комнату, прошло пару дней. И за эти пару дней Фелис СНОВА стала затворницей. И совсем не из-за Монтгомери. После «встречи» с Майклом она впала в апатию. Хотя нет. Не так. Она несколько раз собиралась отправиться на поиски Майкла, но стоило ей только подойти к воротам Академии, как это стремление пропадало, голос разума брал вверх над чувствами, и она возвращалась обратно в комнату. И только потом она впадала в апатию.       Выходить за пределы комнаты было не в кайф, но у Блэкберд был другой способ, как получить всю информацию. Даже не выходя из комнаты!       Она заперлась и завалилась на кровать, поудобнее устраиваясь поверх пледа. Вот только на этот раз войти в астрал без заклинания у нее не получилось. Первое место, куда Фелис отправилась, была комната Верховной – там всегда водилась самая свежая информация. И как девушка и рассчитывала, Корделия и Миртл сидели за столиком, попивая чай и что-то обсуждая. Хотя что еще за «что-то»... Сейчас в стенах Академии все разговоры сводились к одной теме – Антихристу и скорому апокалипсису. Хотя среди молоденьких ведьм еще ходили разговоры о том, насколько этот чертенок красив.       Она не попала на начало разговора, но то, что удалось ей услышать повергло девушку в шок с первых секунд появления в комнате Корделии.       – Она же была сильной провидицей. Не думаю, что Сильвия просто так запечатала ее силы, Миртл. Как ты и говорила, силы ведьмы-наследницы рода просто так не блокируют.       Фелисити застыла на месте, пытаясь переварить услышанное. Она хотела все знать, так вселенная ее услышала. Это имя... Бабушка... Из услышанного выходит, что бабушка запечатала ее силы из-за... страха? Теперь она не могла двинуться не из-за приковавшего ее интереса, а из-за сковавшего ее шока.         – Ты видела, что Фелис натворила в Готорне. Она горела, Миртл. Чуть не навредила колдунам, даже сама того не осознавая. Это было опасно.       – Будто тебе есть до них дело. Мир бы стал немного лучше без парочки этих раздолбаев с членами в штанах. – безразлично усмехнулась рыжая, махнув рукой.       – Нет. Но этот инцидент мог вылиться в конфликт между нашими ковенами. А теперь... – Гуд запнулась на мгновение, тяжело вздохнув. – Ее сила опасна даже в скованном состоянии.  Поэтому мы должны держать ее на виду.       Между женщинами повисло молчание, во время которого Сноу выжидающе смотрела на свою бывшую воспитанницу. И Фелисити чувствовала, что ничем хорошим это молчание, кажется, не закончится. Для нее.       – Корделия, ты уверена, что это нужно делать? – наконец, произнесла Миртл как-то неуверенно.       – Мне тоже не хочется так с ней поступать. Но у меня просто нет другого выбора. Ковен превыше всего.       – Но ведь это может плохо сказаться на ней…       – Я ее не травлю, всего лишь по чуть-чуть блокирую силы, чтобы в случае чего смочь сдержать ее. Ты же сама это видишь, Миртл! – прикрикнула Верховная. – Она все еще мечется. Чувства к этому гаденышу ее погубят. И нас. Она пару раз чуть не сбежала к нему! Но мне вовремя удавалось взять ее под контроль. И с каждым разом это становится делать все труднее. Боюсь, скоро заклинание перестанет действовать на нее.       – Может стоило бы пошантажировать мальчишку, раз их чувства так сильны... – спокойно произнесла Миртл, будто бы размышляла вслух.       Фелисити вздрогнула от того, насколько сухим был голос женщины, которая буквально пару секунд назад переживала о состоянии Блэкберд. Шестеренки в голове девушки закрутились с неимоверной скоростью, фильтруя получаемую информацию.       – Не думаю, что теперь от этого есть прок. – недовольно дополнила Корделия. – Майкл пообещал прикончить нас всех. И Фелис, скорее всего, в том числе. Пока нам следует всеми силами держать ее на нашей стороне. Фелисити – потомок проклятой крови Крозье, и будет хорошим подспорьем в приближающейся битве. Благодаря ей Мэллори крепнет, и я еще не потеряла все свои силы.       Молодая ведьма почувствовала, как затруднилось дыхание, а сердце стучало так сильно, будто было готово проломить грудную клетку. Она задыхалась и согнулась, пытаясь вздохнуть полной грудью.       Фелисити резко села на кровати, тяжело дыша. По лицу стекали капли пота, а на губах чувствовалась металлический солоноватый привкус, из-за того, что она умудрилась прикусить себе губу.  Ведьмочка все еще пребывая в шоковом состоянии от услышанного разговора. Что она только что, черт подери, услышала?!?! Шантажировать? Использовать? Она согнулась, прижав колени к груди, пальцы со всей силы вцепились в волосы. Ее переполняли эмоции.       Она так надеялась, что смогла найти место, которое она могла бы хоть по мало-мальски считать домом. Однако теперь… она прекрасно поняла, что старшие всего-навсего воспринимали ее как инструмент для победы в неизвестной им на тот момент войне. Хотя нет… В войне, о которой у Корделии было видение, и к которой она начала готовиться заранее, даже не понимая, к чему именно готовилась. Фелисити нужна была им не как сестра по магии, а как сила. Проклятая кровь Крозье. Они хотят шантажировать Майкла с ее помощью? Использовать? Вот почему в последнее время она чувствовала себя так хреново! Они крали ее магию, чтобы подпитывать себя! ИСПОЛЬЗОВАЛИ КАК СРАННУЮ БАТАРЕЙКУ ДЛЯ ИХ ДРАГОЦЕННОЙ ДЕВОЧКИ – МЭЛЛОРИ!       Из мыслей девушку вырвал громкий грохот, поэтому она огляделась, нахмурившись. Это было напольное зеркало. Видимо, поддавшись отрицательным эмоциям, Фелис не заметила, как у нее произошел всплеск энергии, швырнувший зеркало о противоположную стену, из-за чего оно разбилось на мелки осколки. В коридоре тут же послышались торопливые шаги, а потом в дверь стали колотить. Как хорошо, что Фелис запечатала дверь, чтобы никто посторонний не зашел к ней, пока она была не в себе. И судя по голосу это была Зоуи. Она интересовалась, что это был за шум. Фелисити громче положенного объяснила, что ей просто приснился какой-то кошмар, из-за чего ее силы чутка вышли из-под контроля. Было трудно понять, поверила ли Бенсон ее лжи, но по крайней мере она посоветовала Фелис выпить в таком случае успокаивающий отвар и ушла. Интересно, Зоуи вообще знала о планах Корделии? Скорее всего – да, она ж все-таки была ее советницей. И, наверное, Корделия поставила ее караулить комнату Блэкберд, чтобы та докладывала о состоянии «батарейки».       В итоге, после столь откроенной и шокирующей новости Фелисити опять стала затворницей. Ей было противно смотреть в лицо Корделии. И слушать ее монотонные речи, о том, что Майкл – зло, и она не должна так убиваться по нему или по той сатанистке. А еще она пыталась научиться чувствовать, когда кто-то вроде Корделии задумает снова лезть ей в голову, чтобы управлять. Для этого Фелисити даже еще несколько раз пыталась выйти за территорию Академии. Она думала, что, зная о чужом контроле, сможет его как-то блокировать, вот только нихрена у нее не вышло. Она просыпалась только когда возвращалась в комнату. Чертова Верховная каждый раз обводила ее вокруг пальца, контролируя каждый ее шаг.              Сегодняшний день выдался на удивление спокойным. Фелис чувствовала себя вполне себе сносно, поэтому закрылась в библиотеке в надежде попрактиковаться в магии, и постараться избавиться от поводка, который ей нацепила дорогая Корделии. Но через какое-то время магия все же начала исчезать из тела, поэтому Блэкберд снова уселась за книжки. У нее в планах было попробовать найти что-нибудь про Крозье, хотя пару дней поисков прошли напрасно. Что было очень странно, ведь если Корделия и Миртл так сильно боялись рода Крозье, то информация о нем точно должна была присутствовать в библиотеке. Хотя бы, чтобы предостеречь.       – Фелис, ты тут? – в библиотеке неожиданно прямо из ниоткуда появилась Зоуи.       – Блядство! Зоуи, нельзя так пугать! – с упреком вскрикнула Фелисити, пока сердце заходилось в бешенном ритме от испуга.       – Идем. – Бенсон проигнорировала ее слова и подошла ближе, протягивая Фелис руку, как бы предлагая помочь встать.       – Что? Куда это? – Фелисити настороженно покосилась на протянутую Бенсон руку, откалывая книгу в сторону.       Все это выглядело довольно подозрительно...       – Корделия попросила тебя привести. – только и ответила ведьма.       Блэкберд мысленно усмехнулась. Эти слова звучали так, словно услышав о том, что Корделия ждала ее, Фелис последует по ее зову как какая-то собачонка, счастливо виляя хвостиком. И хоть это и взбесило рыжую ведьмочку, интерес все же взял свое, поэтому она состроила из себя милую доверчивую дурочку и встала, приняв помощь Бенсон. Зоуи довольно улыбнулась и поспешила на выход, Фелисити последовала за ней, гадая о причине того, зачем Корделия куда-то ее звала.       Молоденькие ведьмы сидели в гостиной и что-то обсуждали, но стоило только Фелис и Зоуи пройти мимо них, как все внимательно взглянули на них. Фелисити слегка нахмурила брови, вглядываясь в это подозрительное сборище. В их числе была и Мэллори. Она смотрела на Блэкберд как-то подозрительно. А когда их взгляды пересеклись, будущая Верховная опустила глаза в пол.       Фелис бы подумала над этим чуточку подольше, но лишь удивленно уставилась в спину Бенсон, когда та вдруг прошла мимо коридора, в котором находился кабинет Корделии, и пошла в сторону выхода. Куда это она ее тащит? Предчувствие чего-то нехорошего сильнее засосало под ложечкой. Особенно, когда они пошли через сад в каком-то неизвестном ей направлении. Блэкберд молчала, играя роль послушной собаченки, хотя внутри все просто разрывало от злости и негодования. Но вот спустя пару десятков метров, Зоуи остановилась и снова протянула Фелис руку. Что же... играть так играть. Фелис вложила свою руку в ее, и в ту же секунду почувствовала легкий толчок в спину и странное чувство внутри, которое обычно испытывала при трансмутации. Когда ноги вновь коснулись земли, Блэкберд потребовалось пару секунд, чтобы прийти в себя, а потом она осмотрелась. Они были где-то далеко за территорией Академии и находились на каком-то пустыре, окруженном высокими деревьями. Недалеко от них Корделия, Миртл, Куинни и Мэдисон плотной шеренгой стояли к ней спиной, держась за руку. Зоуи потащила Фелис к ним, и с каждым шагом Блэкберд ощущала как вокруг верхушки ковена циркулировала мощная магия. Какого хуя тут творилось? Но ответ пришел сам, стоило только девушке увидеть перед кем стояли ведьмы. Фелис замерла, подавившись воздухом и чувствуя, как холодок пробежался по телу. Там был... Майкл.       – Что происходит... – прошептала Блэкберд, поглядывая то на Майкла, то на остальных ведьм.       Опьяненный местью, он решил напасть на ковен, но переоценил свои возможности после нескольких дней, проведенных в лесу. Он все же оказался слаб и попал в одну из ловушек, выставленных по периметру Нового Орлеана. Вокруг него было какое-то энергетическое поле. Парень был слаб, а на запястьях висели специальные железные кандалы, на которых были выгравированы какие-то странные руны. Они блокировали его магию, но с учетом того, что его магия была совершенно другого характера, кандалы срабатывали не в полную силу, и Майкл сопротивлялся.       Интересно, почему же Корделия не притащила сюда свою протеже? Ответ всплыл в голове Фелис сразу – она боялась проигрыша. Ведь в таком случае Майкл будет знать, что у них есть запасной план в виде новой Верховной. Они хотели держать ее существование в тайне от Лэнгдона в случае своего промаха.       – Подойди сюда, Фелис. – подозвала девушку Корделия и протянула ей руку.       Фелисити замешкалась, но Зоуи просто подтолкнула ее ближе к Корделии. Женщина тут же вцепилась в руку Блэкберд стальной хваткой и притянула ее к остальным ведьмам, которые не переставали читать какое-то неизвестное для Фелис заклинание. В другую руку ей так же вцепилиюась Миртл.       – Ну же, повторяй за нами, милая. – прошептала рыжеволосая ведьма и сильнее сжала ладонь девушки, когда та попыталась вырваться из хватки, и продолжила читать заклинание, поглядывая на девушку.       – Hanc antiquam scientiam vim poenae et ultionis appellamus. Mina eum, fac eum pati, et evanescet. – Фелисити присоединилась к заклинанию.       Девушка чувствовала, как энергия внутри нее сопротивлялась. И не тому, что она делала, а тому, что Корделия вновь стала красть ее магию, думая, что Фелисити этого не замечала. Как только с губ Блэкберд слетели первые слова заклинания, Майкл рухнул на колени, скривив лицо, с ненавистью глядя на ведьм, в то время как на лице Корделии появилась слабая, но такая довольная улыбка. Блэкберд же мысленно просила у парня прощения – она присоединилась к ним, но сделала она это только для того, чтобы потянуть время и срочно придумать план.       Ее взгляд сместился с разгненванного лица парня ниже и упал на его руки. Снять кандалы могла только та ведьма, что их закрыла. То, что их нацепила именно Корделия, Блэкберд не сомневалась. А с учетом того, что теперь в магии Гуд присутствовала и магия Фелисити... Должно было сработать. Ведь как бы Корделия ни старалась, у нее ничего не выйдет – у Фелис еще остался небольшой запас энергии, которого, скорее всего, хватит на парочку заклинаний. И она уже даже знала, на какие именно. У Аластара она научилась парочке полезным трюкам. И она больше не позволит им вредить Майклу.       Она сосредоточилась, концентрируя энергию в своих руках, а потом спустила ее с цепи. Заряды тока распространились с кончиков ее пальцев по мышцам ведьм, заставляя их тела забиться в судорогах и рухнуть на землю. Девушка знала, что долго эффект не продлится, особенно на Корделии, поэтому она тут же воспользовалась их состоянием и отделилась от ковена, выйдя вперед. Майкл недоуменно смотрел то на нее, то на остальных ведьм, валявшихся на земле. Фелисити щелкнула пальцами. Руны на кандалах парня тут же загорелись красным светом, и спустя секунду полностью исчезли.       – Abi Aah. – уверенно произнесла ведьма и хлопнула в ладоши, повернув их ладонями к парню.       Майкл успел только удивленно моргнуть, после чего тут же исчез в слабой фиолетовой вспышке, оставляя после себя лишь участок подпаленной травы.       – Что ты наделала... ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛА?!?! – за спиной Фелис раздался разъяренный вопль Миртл.       Кто-то больно схватил ее за плечо, резко разворачивая к себе лицом. Ну, конечно, это была ее «дорогая» Верховная, отошедшая от заклинания быстрее всех.       – Что ты сделала? Куда его отправила?! – прошипела Корделия, глядя на воспитанницу и сильнее впиваясь ногтями ей в плечи.       Судя по ее лицу, она была не только зла на свою подопечную, но еще на нем прекрасно отражалась паника. В прочем, как и у остальных ведьм. Блэкберд злорадно усмехнулась про себя. Неожиданно, но она была довольна их реакций.       – Не знаю. – Фелис пожала плечами, совершенно не заботясь о произошедшем, и склонила голову в бок, нахально глядя прямо в глаза Гуд. – Просто отправила куда подальше от вас. В безопасное место.       И она не врала, насчет того, что не знала, куда переместила Майкла. Ее магия сама должна была выбрать то самое безопасное место. И Корделия тоже это поняла. Ее лицо исказилось в разозленной гримасе, и в ту же секунду раздался громкий хлопок. Блэкберд прижала ладонь к левой щеке, пульсирующей от пощечины, исподлобья глядя на Верховную. Ну что же... если рассуждать здраво, то она это вполне себе заслужила. Вот только никакой вины за содеянное она не чувствовала. Скорее уж это было облегчение. Пусть эта сука выкусит!               В кабинете Аластара играла спокойная музыка, а единственным источником света служила настольная лампа на рабочем столе. Мужчина занимался бумажной волокитой перед открытием бара, попивая виски. Он медленно повел плечами, ощущая какой-то странный дискомфорт. Предчувствие что-то нашептывало ему. Поэтому, отложив очередной счет на поставку товара, Аластар подошел к окну, желая немного отвлечься.       Нэйтен и Клиффорд подготавливали бар, а девочки занимались залом. У них на первом этаже музыка играла громче и была куда энергичнее чем у него. Его ребята веселились, и он даже не собирался их останавливать. До начала своей смены они могли делать что угодно, главное, чтобы в нужное время свою работу они потом выполнили безупречно. Что они и делали каждый раз. Обыденная рутина. Но ему она никогда не надоедала. Хотя, конечно, он не отказался бы от какого-нибудь разнообразия.       И через какое-то время вселенная услышала его молитвы – кабинет вдруг озарила яркая фиолетовая вспышка. А когда она погасла, в центре его кабинета находился молодой Антихрист. Растерянный. Потрепанный. И... немного подгорелый. По-любому участвовал в какой-то заварушке. А то, что он решил появиться здесь – заставляло какое-то неприятное и предостерегающее чувство разбежаться по телу. Вряд ли бы он сам заявился к нему в таком состоянии.       – Ебаная срань... – Аластар тихо выругался и, поставив стакан, ринулся к нему. – Парень, ты как тут оказался?       – Ведьмы поймали меня, пытались убить, но… Фелис... яркий свет... Кажется… она отправила меня сюда... – как-то невнятно прошептал Майкл, все еще не отойдя от потрясения.       Вот оно. Чувство подвоха, которое пылало в Аластаре. Теперь все сошлось. Рыжая ведьма спасла Антихриста. Выругавшись под нос, мужчина помог Майклу подняться на ноги и, придерживая, усадил в кресло. Парень плюхнулся в него и, оперевшист локтями в коленки, уронил голову на ладони.        Между ними повисло молчание. Майкл был где-то в себе. Аластар внимательно смотрел на него и заметил на его запястьях железные кандалы. Ведьмы основательно подошли к поимке Антихриста. Но колдун чувствовал, как восстанавливались силы Лэнгдона. И чувствовал, что гложет неожиданного гостя. Он тоже уже об этом подумал.       – После того, как Фелис помогла тебе сбежать, ведьмы не оставят ее в покое. Она предала их, поэтому за это ее ждет наказание. – мужчина попытался сделать голос более холодным и отстраненным, но ничего не вышло.       Лэнгдон бросил на него злобный взгляд и вскочил с кресла, но тут же рухнул обратно. После нападения ведьм он был еще слишком слаб. Это видел и колдун. Сейчас Майкл был похож на побитого щенка, но он хотел ее спасти, ведь за такое преступление Блэкберд ждало лишь одно наказание. Смерть.       –  Не обесценивай ее жертву. Она спасла тебя не для того, чтобы ты тут же ринулся сломя голову к ведьмам. Соберись с силами и только тогда действуй… – попытался вразумить антихриста мужчина, поняв в каком направлении сейчас он думал. – Она знала на что шла, Майкл. Фелис сделала свой выбор. В твою пользу. – уже тише произнес он.       Эта новость Лэнгдона совершенно не успокоила. Все его покидали. Сначала бабушка, потом мисс Мид, а теперь… Фелисити последовала вслед за ними. Спасла его и оставила одного. Майкл уронил голову на ладони. И заплакал. Перед глазами он все еще видел волнистые рыжие волосы и уверенный взгляд зеленых глаз, наполненный спокойствием и… нежностью. Горячие слезы жгли его кожу и сердце, которое болезненно сжималось от этих острых воспоминаний.       Аластар стоял в стороне, глядя прямо на Лэнгдона. Плечи блондина тряслись. Он молча плакал. Искренне. Антихрист – погибель всего человечества, искренне плакал, сидя у него на диване из-за смерти одной ведьмы. Дорогой ему ведьмы. Плохая комбинация.       – Даже не вздумай! – вдруг взревел Аластар, нависнув над Лэнгдоном, прочитав его замысел. – Только попробуй создать то подобие человека, которое твои обдолбанные шавки создают по твоему запросу.       Лэнгдон недоуменно моргнул, не понимая, откуда мужчине было известно о тех двух сатанистах с «горшками» на головах и о его просьбе. Матт и Джефф должны были вернуть Мид. И сейчас у него промелькнула точно такая же мысль о Фелис. Но пару дней назад его первоначальный пан пошел под откос. Программа наркош дала сбой, пришлось переделывать все заново.       – Так это твоих рук дело? – рассвирепел Майкл от нежданной догадки, вскочив на ноги и глядя Аластару прямо в глаза.       – Не понимаю, о чем ты говоришь, сопляк. – тут же огрызнулся мужчина.       – Они были готовы вернуть мне мисс Мид. Но на финальном этапе что-то пошло не так, и у них не получилось. Пришлось все начинать сначала. Твоих рук дело, старик!? – на одном дыхании вскрикнул Лэнгдон, и его лицо стало белым,пю покрытое черными трещинами.       – Невсралась мне твоя дьявольская мамаша. Хоть сотню настрогай таких, мне на нее плевать. Но. Не. Вздумай. Делать. ЕЕ! Копию. Тебе не воссоздать ее. – сурово отчеканил Аластар и даже бровью не повел на демоническую сущность этого юнца, спокойно выдержав его разъяренный взгляд. – Ты сможешь хоть затрахать ее жалкую подделку, но это все равно будет не она. Ведь в ней не будет главного – души, что так манила тебя.       Майкл смотрел на него с гневом, обдумывая его слова, и, к своему удивлению, понял что в его словах была доля правды. Но стоило Аластару моргнуть, как он тут же сматерился. Кабинет был пуст, Майкл ушел. Взвинченный и потерянный антихрист на свободе. Что может быть хуже?! Но мужчина надеялся, что ему хватит мозгов, не соваться сейчас к ведьмам.              Рыжеволосая ведьмочка с невозмутимым видом осматривалась. Сейчас они находились уже в совершенно другом месте, но тоже на поляне среди деревьев. И за такое короткое время тут собрался весь ковен, включая молодняк. Плюс еще тут были Шабли и Генри Мур. Веселая компания.       – Фелисити Блэкберд, за предательство нашего ковена и спасение Антихриста, ты проговариваешься к смерти. – вынесла вердикт Верховная, стоя перед своей уже бывшей воспитанницей.       Она была разочарована ее поступком. Ее предательством.       – Мисс Корделия, вы сами мне говорили, что нужно защищать свою семью и тех, кто дорог. Майкл дорог мне. Он моя семья. Поэтому я не считаю, что сделала что-то плохое. – довольно отстраненно ответила девушка.       – Он тебе не семья. – вновь заговорила Корделия. – Мы – твои сестры. Ковен – твоя семья, а ты предала ее.       – Ковен – моя семья? – Фелис все же не удалось сдержать едкого смешка. – Миртл, Корделия, поправьте меня, если я не права, но... Вы говорите про тот ковен, который после смерти одной из своих сестер бросил ее внучку-ведьму с матерью алкоголичкой и отчимом педофилом, хотя знал о том, что она одна из вас? Зато вы вспомнили о ней, когда нужна была помощь в вашей грядущей войне. И то, вы пытались держать меня в узде, из-за страха моей силы, и хотели использовать как какой-то инструмент… А когда поняли, что план начал выходить из-под контроля, решили травить меня, чтобы контролировать способности? Серьезно, что ли? Разве так поступает «семья»? Я ничего не попутала, догорая Верховная? – с ненавистью выплюнула Фелисити.       – Откуда ты...? – изумилась Корделия.       – Продуктивно погуляла в астральном плане недавно. – злобно фыркнула Фелис.       Взгляд ее был холоден и в нем виднелась злоба. Вся эта ересь про семью и ковен – полнейшая хуйня. Они врали ей... смотрели в глаза и нагло врали! Вбивали всю эту херню про уникальность и способности ей в голову, чтобы воспользоваться ее доверием. И за это Фелисити была жутко зла на них. Но сбегать она не собиралась.         – Куда ты оправила Антихриста? – поинтересовалась Миртл, нервничая и пытаясь так разрядить обстановку.       После недавней потери своих соратников, Лэнгдон был слишком потерян и слаб, чтобы сразиться с ними. Особенно в купе с кандалами. Однако они упустили этот прекрасный момент, и теперь такого шанса им довольно долго не представится.        – Я же уже сказала, что не знаю. – огрызнулась Блэкберд, взглянув на Сноу. – Но я уверена, что он оооочень далеко от вашей магии. – на ее губах расцвела едкая улыбка.       – Да кем ты себя возомнила, оборзевшая сука! – закричала Мэдисон.       – Я? О, теперь я примерно знаю кто я, поверь. – улыбнулась в ответ Фелисити и, обнажив зубки, взглянула прямо на Верховную.       – Расскажете им, мисс Корделия? О Реджане Крозье? – уже мысленно обратилась к ней Фелисити. – Я бы тоже не отказалась послушать о своем предке и узнать, за что же вы меня так невзлюбили.       Женщина впала в ступор, до крови сжав кулаки и не понимая, откуда молодая ведьма знала об этом и откуда владела некоторыми заклинаниями, о которых у них в Академии не было ни одной информации. Женщина пыталась прочесть что-нибудь по ее глазам или мыслям, но видела в них только холод, насмешку и некую отстраненность от происходящего, будто это ее совершенно не волновало. Она уже видела что-то подобное. У того молодого мальчишки.        – Ты желаешь покаяться в своем поступке? – обреченно поинтересовалась Корделия, хотя уже прекрасно понимала, какой ответ получит на данный вопрос.         – А что, похоже на то? – довольно флегматично ответила Фелисити, поведя плечами.        Со стороны ведьм раздались недовольно-возмущенные вздохи.       Им нужно было действовать здесь и сейчас. Оттягивать было нельзя, ведь они не знали, сколько еще у них было времени. Но Миртл и Корделия знали. Они были свидетелями того, как огонь не причинял ей никакого вреда. Поэтому нужен был другой выход, и они знали, как поступят, будто сговорившись заранее. А Фелисити еще заранее знала, что ее выбор – билет в один конец. И знала, что казнь над ней будет другой. Поэтому была хоть и немного, но была готова, к тому, что последовало дальше.         Резкая боль пронзила грудную клетку в районе сердца. На белой футболке стало медленно расползаться алое пятно. Фелисити заторможенно повернула голову, чувствуя, как жизнь медленно покидает тело. Джон Герни стоял позади нее, и именно он всадил ей кинжал в спину. Мужчина что-то сказал ей, но Фелис ничего не разобрала из-за ускользающего сознания, поэтому просто чуть приподняла уголки губ. А потом закашляла кровью – алая жидкость скопилась в легких и затруднила дыхание. Она была готова упасть, но ее подхватили чужие руки. Бехолд Шабли. Он также держал в руке кинжал, с помощью которого спустя мгновение вспорол ей шею. Бордовая кровь бурным потоком хлынула из глубокого пореза. Ее тело непроизвольно дернулось, из-за чего кинжал в груди воткнулся глубже, проходя насквозь. Фелис стала захлебываться в собственной крови, пока полностью не обмякла в мужских руках.               В одной из книжек она как-то прочла, что в последние мгновения жизни, все вокруг становится окутанно нежным светом, словно излучающим покой и гармонию. Полнейшее вранье. Никакого света не было. Ничего. Только кромешная тьма, в которой она с легкостью утонула. Хотя в чем-то тот автор был прав. Даже оказавшись в этой темноте, она чувствовала покой и гармонию. Не было ни страха, ни сожаления. Хотя, напоследок она увидела у кромки леса фигуру с огромными распростертыми черными крыльями, облаченную в длинное черное платье.       Бехолд и Генри разжали руки, позволяя мертвой ведьме рухнуть на землю. Рыжие длинные волосы разметались по земле с примесью листьев и веточек. Кровь сочилась из раны в груди и из шеи. Некогда белоснежная футболка пропиталась алой кровью. Кожа с каждой секундой приобретала белый оттенок, а губы синели, из-за чего алые разводы на лице становились более отчетливыми.       Корделии и Мирт было жаль это бедное дитя. Ведьмы думали, что смогут спасти ее заблудшую ушу. Но Фелис пошла против них, спасла Антихриста и приблизила мир к его кончине. Верховная тяжело вздохнула и произнесла заклинание, способное запечатать душу человека, чтобы никто не смог ее найти. Теперь даже сам Дьявол не сможет вернуть Блэкберд в мир живых. Когда ритуал запечатывания был завершен, оставалась последняя часть казни. Она взмахнула рукой, но та была перехвачена Генри Муром:       – Мы сами закончим. – настойчиво произнес он.       Женщина только вяло кивнула и отошла к сестрам. Пусть девушка и была мертва, но она не смола бы сжечь ее. Генри схватил Блэкберд за руку и потащил ее тело в сторону к краю опушки, оставляя на сухой земле кровавый след. Ведьмы пошли за ним следом, не сводя взгляды с предательницы. Зои нервно выдохнула. Она не была готова к такому. Она морально настраивала себя на то, что сегодня им предстоит избавиться от Антихриста, а не от Блэкберд. Хоть они и не были закадычными подружками, все же они несколько месяцев жили под одной крышей. Скажем так, некая связь между ними все же образовалась.       Второй колдун уже стоял под старым раскидистым дубом рядом с глубокой ямой, в которую Мур небрежно скинул тело. Оно упало на спину. Левая нога оказалась неестественно выгнута. Рыжие волосы, спутавшиеся и потемневшие из-за налипшей к ним крови и мокрой земли, почти закрыли белое лицо. Туфли слетели с ног, держась только из-за ремешков на щиколотках.       Миртл почувствовала, как по коже пробежал холодок, когда ее взгляд все же пересекся с безжизненными зелеными глазами. Хоть их обладательница и была мертва, но взгляд все равно будто пробирался в самую душу. Женщина с сожалением прикрыла глаза и взмахнула рукой, заставляя закрыться глаза мертвой ведьмы.       Генри Мур обвел взглядом ведьм, остановив его на Верховной. Та, спустя мгновение взглянула на него в ответ и слабо кивнула. Мужчина бросил в яму горящий факел, прочитав какое-то заклинание. Каждый суд над ведьмой должен заканчиваться одинаково, поэтому спустя мгновение в яме разгорелся огонь. Теперь ее тело сгорит.       Но ведьмы и колуны не ушли. По какой-то причине они остались, наблюдая как пламя медленно пожирает их бывшую сестру.              Аластар появился посреди гостиной. Его детишки как раз в полном составе сидели на диване, поэтому на него тут же уставились несколько пар удивленных глаз. Никто не удивился тому КАК он оказался в квартире, но были озадачены причиной его появления.       – Собирайтесь. Мы съебываем из этого городка. – скомандовал Коллинз.       – Что случилось? – Джой первая отреагировала на слова начальника, встав с дивана.       – Ведьмы убили Фелис, за то, что она спасла Антихриста. – тут же выложил карты на стол колдун, зачесав пальцами волосы назад. – Скоро здесь будет жарко. Шевелите булками, детишки.       Без лишних вопросов все разбрелись по комнатам, и мужчина остался в комнате один. Он устало выдохнул и снова провел рукой по волосам.       – Я надеюсь, что вы знаете, что делаете. – вдруг заговорил Аластар в пустоту.       – Ему нужен был стимул. – раздался за спиной приятный мужской голос. – А что может быть лучше чистой мести, тебе ли не знать. Девчонка хорошо постаралась. Ее жертва не будет напрасной, поверь.       Аластар обернулся, встречаясь с красными хитрыми глазами. Перед ним стоял красивый обнаженный мужчина и улыбался. Тот самый, которыйпомог поделить его жизнь на «до» и «после».       – Так это было спланировано? И то, что Майкл говорил про сбой какой-то программы, тоже? – нахмурился Коллинз, озвучив свою догадку.       Губы Сатаны расплылась в загадочной улыбке. Когда в коридоре послышались торопливые шаги, на месте обнаженного мужчины сидел черный кот.        – Ты уже мой. Как и твои детишки. – прозвучал голос в его Фолове.       И вот Мариам, Джой, Клиффорд, Алисия и Нэйтен стояли перед Аластаром с маленькими сумками наперевес. Его детишки были опечалены смертью Блэкберд. Как и он. Она стала им семьей. Но они не хотели встревать в конфликт между антихристом и ведьмами, ведь знали, что для таких как они смерть – это не конец. Все шестеро взялись за руки, произнесли заклинание, после чего растворились в воздухе, покидая Америку.              Спустя пару часов в опустевшую квартиру наведался неожиданный гость. Майкл в удивлении осмотрелся по сторонам, а потом подстреленным зверем заметался по квартире. Он надеялся найти здесь Аластара, после того как не нашел его в клубе. Почти все личные вещи в квартире исчезли. И вот Майкл остановился перед последней комнатой. Комнатой Фелис. Промедлив пару секунд, он неуверенно положил руку на ручку, медленно повернул ее, медленно открыл дверь и также медленно вошел внутрь, остановившись в дверях. Пусть с ее отъезда прошло уже много времени, но в комнате до сих витал аромат сранных бананов. Так же, как и от Блэкберд.       Внутри все было не совсем так же, как и в тот раз, когда он последний раз в ней был. Фотографий на стене больше не было, как и большинства вещей. Но какая-то одежда лежала на комоде, и в комнате было пустовато. Но на дверце шкафа висел красный шелковый платок. Перед глазами предстала картинка, как его кончики в рыжих волосах забавно подрагивали в такт движениям девушки. Красная пелена злости затмила сознание, и Майкл с ненавистью подошел к шкафу и резко сдернул его. Но стоило только прикоснуться к гладкой ткани, как это наваждение исчезло и на его место пришла тоска. Он уже знал, что девушка была мертва. Почувствовал. Он даже попытался вернуть ее, но потерпел неудачу... Старая сука Верховная провернула с ней тот же трюк, что и с его мисс Мид. Куда-то спрятала их от него. Специально. Показывала, что она сильнее. Что у нее есть возможность лишить его всего дорогого. Ну ничего, Майкл еще отплатит ей за содеянное. Сполна.       Но позже.