Point of no return

      Жизнь в Бразилии Фелисити нравилась.       Только за тем исключением того, что колдовать в первое время она не могла из-за своего воскрешения, а потом, когда магия вернулась, Аластар запретил ей использовать магию, чтобы ковен не прознал, что Блэкбер жива. Ну и еще, чтобы об этом не узнал Майкл. И если честно, Фелис не понимала, почему она должна была, скрываться от Лэнгдона. И как рассказал ей Аластар – Майкл должен был без их помощи закончить существование известного всем мира.       Эта несправедливость жутко бесила девушку, да вот только воспротивиться она никак не могла. Зная несносный характер своей подопечной, Аластар предусмотрительно поставил на нее блокирующее заклинание. На дом, в котором они жили, как оказалось, тоже была наложена уйма всяких защитных и охранных заклинаний. Узнав об этом, Фелис бесилась целую неделю, но потом все же смерилась со своей участью. Ну в основном это еще было связано и с тем, что, когда ее магия немного восстановилась, ей все же удалось выгрызть для себя пару часов в день для практики.       В основном ей оставалось лишь сидеть в Бразилии, учить заклинания и жить. Вернее, пережить грядущий апокалипсис.              Спокойная жизнь изменилась через год после ее возвращения. Фелис как раз спокойно наслаждалась теплым песком на пляже, морем, солнцем и коктейльчиками, когда рядом вдруг появился Клифф, загородив яркое солнце. Ребята в отличие от нее, своими способностями пользовались на полную катушку, чем сильно бесили Фелис.       Ведьма опустила очки, с укором взглянув, на друга, и хотела поинтересоваться с какой стати он решил загородить ей солнышко, как увидела его напряженное лицо.       – Чего? – испуганно спросила она, принимая сидячее положение.       – Началось. – только ответил парень и кивнул куда-то себе за спину. – Я за девчонками. Вытаскивай Нэйта из кровати.       После этих слов парень исчез, словно его тут и не было, и Блэкберд, вскочив с лежака, поспешила в сторону дома.       Ей не верилось, что Майкл-таки устроил конец света. Но если он совершил это, значит, что ведьмы Робишо были мертвы? Они бы уж точно ни за что не позволили случиться апокалипсису... Ее больше огорчил и напугал факт кончины бывших «сестер», чем начало гребаного апокалипсиса. Она сама хотела расправиться с ними.       Как-то ночью ей приснился сон, в котором ее снова убивали. Фелис во сне прочувствовала это словно наяву. Но когда очнулась, это ощущение никуда не делось. Она чувствовала сталь клинка, разрывающую плоть в груди. Как кровь вытекала из раны на шее. Она находилась в таком подвешенном состоянии, что не смогла сдержаться. Ярость переполняла ее. Она была настолько сильной и обволакивающей, что Фелис даже не сразу заметила, как погода резко испортилась, и солнечный день грозился превратиться в настоящую бурю. Она даже не понимала, что это было связано с ней, пока рядом не появился Аластар и не вырубил ее, предотвратив настоящее цунами.       Зато он дал ей выпустить пар другим, безопасным для других, способом – запер ее в одной из комнат виллы, наложив на ту еще одну уйму заклинаний. И там Фелис крушила все, что попадалось под руку. Вещи летали по всей комнате. Сдерживаемая все это время ярость настолько затмила ее сознание, что на месте вещей Фелис представляла лица ведьм. Они пустили ее жизнь коту под хвост!       Очнулась ведьма только когда заметила, как чернота поглотила ее пальцы, поднимаясь выше по ладоням, подбираясь к запястьям. Буря внутри нее успокоилась, ведь как-то раз в своем сне она обещала сидеть на попе ровно и ждать своего момента.              *Август 2019 *       Обнаженная фигура вышла из тени и медленно прошла в сторону небольшого двухэтажного дома на опушке. Луна показалась из-за облака, и под лунным светом облик девушки изменился всего на пару секунд. Глаза налились черным, и от них под кожей будто вздулись черные венки. Руки у нее были угольно-черные до кистей, а от них до середины предплечья тянулись черные нити, похожие на корни деревьев.       Эта «Фелисити» шла в сторону небольшого огражденного участка, на котором находился двухэтажный домик, маленький сарайчик и вольер с собаками. Она знала этот дом. А потом в ее сознании вдруг промелькнула мысль, что она убила Альберта Ватгера…       Она наблюдала за собой. Вот она стоит перед домом Ватгера, а спустя мгновение она уже была в зале. Втянув носом воздух, будто принюхиваясь, другая Фелисити повернулась в сторону темного коридора и пошла туда. Что было странным так это то, что она не издавала ни одного шороха, будто ее ноги совершенно не касались пола. Блэкберд, наконец, остановилась рядом с самой дальней дверью и прислушалась. Ей хватило пары секунд, чтобы расслышать за ней тяжелые хрипы, больше походившие на поскуливание. А еще были слышны сладостные стоны. Дверь медленно открылась перед ней, и девушка также бесшумно вошла внутрь.       Это была спальня.       Оливер Ватгер стоял на кровати на коленях. Его руки были привязаны к изголовью кровати, на опущенной голове была черная повязка, закрывающая ему глаза. Он весь дрожал и болезненно хрипел. А в это время, пристроившись сзади, его насиловал Альберт. Мужчина грубо проникал в паренька, царапая ему спину и бедра, откинув назад голову с закрытыми глазами от удовольствия.        Рядом с кроватью на штативе стояла камера… От нее по полу тянулся длинный провод, подключенный к включенному ноутбуку, к крышке которого так же была прикреплена маленькая веб-камера. Невидимой тенью Блэкберд подошла к гаджету и заглянула в экран, тут же нахмурив брови. Этот ублюдочный выродок мало того, что снимал происходящее, так еще и вел онлайн-трансляцию на каком-то сайте, где сидели такие же извращенцы, если судить по похабным сообщениям в чате. Но… это даже было к лучшему. Девушка подошла ближе, снова скрываясь в тени, и стала выжидать подходящего момента, чуть склонив голову к плечу. Мужчина был настолько увлечен процессом, что даже не заметил непрошенную гостью, расхаживающую по комнате. Но зато со своего нового укрытия девушка смогла увидеть, как из-под черной ткани по щекам Оливера текли слезы, падая с подбородка прямо на подушки, а его губы были искусаны до крови.       Альберт начал совершать более резкие и рваные движения, полностью выходя из Оливера и тут же входя в него до упора. Подросток тихо вскрикивал на каждый толчок, после чего его тело обмякло. Он потерял сознание, но не упал на кровать из-за веревок и того, что Альберт крепко вцепился пальцами в его покрасневшее бедро и обхватил поперек живота, придерживая в нужном положении и натягивая на себя.       Через пару толчков мужчина протяжно застонал, навалился на пасынка и проник в него резко и до самого конца, обильно изливаясь внутрь, тяжело дыша и постанывая. Его тело подрагивало. В течение минуты мужчина прижимал бедра Оливера к своему паху, а потом отпустил с довольной физиономией, отчего юношеское тело рухнуло вперед, с характерным чавкающим звуком слетев с мужского члена.       С самодовольным видом мужчина оглядел Оливера и зачесал пальцами черные волосы.       – Что же… нельзя перенапрягать моего сладкого мальчика, он и так уже отключился от усталости. – заговорил Альберт и стал вытирать простынью испачканный член, стоя на коленях и глядя в камеру на штативе. – Хотя, должен признать, что трахать его бессознательное и мягкое тело до одури приятно. Надо будет когда-нибудь повторить это еще раз, согласны, друзья? Жду от вас варианты того, чем его можно будет накачать. – он пошло рассмеялся.       Мужчина слез с кровати и направился к ноутбуку, даже не стесняясь своей наготы. Он нажал на пару клавиш, отключая камеру рядом с кроватью, а камеру с ноутбука повернул к себе. И стал что-то печатать на ноутбуке, вставляя какие-то пошлые комментарии на сообщениях своих зрителей.       Взгляд рыжеволосой тут же прошелся по Оливеру. Парень был без сознания и тяжело дышал. Его ягодицы сильно покраснели и были в синяках, а между ними стекала сперма вперемешку с кровью. Спина была исполосована. И только теперь девушка заметила рядом с телом Оливера плетку и еще парочку использованных секс-игрушек. Видимо, она пришла под самый конец сегодняшних извращений.       Девушка подошла к Оливеру и невесомо провела кончиками пальцев вверх от ягодиц, по спине. Напряжение в теле подростка в миг ушло, его дыхание стало размеренным и глубоким. Заснул он крепко. И надолго. До утра уж точно. А за это время рыжая займется мистером Ватгером, который, закончив что-то говорить в камеру, снял ее и закрыл крышку ноутбука.       – Какого хуя?! – испуганно взвизгнул Альберт и вскочил со стула, наконец, заметив Фелисити около кровати.       – Развлекся вдоволь? – протянула девушка слегка хрипловатым голосом.       – А ты, небось, соскучилась по мужскому вниманию после смерти Саймона, куколка? – страх в его глазах сменился заинтересованностью и пошлостью, и мужчина пошел в ее сторону.       Он окинул девушку подвыпившим оценивающим взглядом и, рвано выдохнув, пошловато облизнулся. На ней ничего не было. Только длинные рыжие волосы прикрывали упругую грудь. Если бы не его хороший друг, упокой Господь его душу, то он бы уже давным-давно отымел это молодое и привлекательное тело, оприходовав все дырки.       Зленые глаза довольно сощурились, и девушка криво усмехнулась, когда заметила, как кровь прилила к его члену. Прекрасно. Ей удалось отвлечь его и завладеть вниманием.       – Раз ты сама сюда пришла... – Альберт сглотнул, пошло усмехнувшись. – Саймона теперь нет, и никто не запретит мне вставить его в тебя. – он медленно провел рукой по члену, хрипло простонав. – Олли отключился довольно быстро после наших игр, а ведь я еще не успел полностью расслабиться. Так что, да... Я все же тебя трахну. – с придыханием произнес мужчина и, остановившись в паре сантиметров от Блэкберд, провел верх-вниз рукой по твердеющему члену, не отрывая от ее тела пожирающий взгляд.       – Может сначала выйдем? – продолжая обворожительно улыбаться, предложила девушка, но все же отошла от мужчины на шаг назад, игриво склонив голову к плечу.       От него несло перегаром. Он явно туговато соображал, иначе он бы задумался, что девушка вообще тут делала и как попала в дом. Но сейчас ему было явно не до этого... И, к сожалению, Фелисити не учла его помутневшее от возбуждения и алкоголя сознание – Ватгер в секунду сократил между ними расстояние и с жадностью вжался в губы девушки. Его руки по-хозяйски легли на упругие голые ягодицы, сжимая и разводя их в стороны, а возбужденный член толкнулся в плоский живот.       Первые секунды рыжая не сопротивлялась, стоя смирно и давая мужчине шанс почувствовать себя победителем. Но как только чужие пальцы полезли куда не следовало, а на животе стало мокро, Фелисити со всей силы сомкнула зубы.       – Сука! – тут же яростно вскрикнул мужчина, закрыв рот рукой, и отстранился от Блэкберд, отступив на пару шагов.       – Чувство самосохранения у тебя в конец отключилось, сраный уебок. – с презрением прорычала Фелис, вытерла с губ рукой кровь и потом облизнула кожу, скривившись. – Отвратительный вкус... Идем. – она развернулась и направилась на выход.       – Ты думаешь, я куда-то пойду с тобой, сумасшедшая шлюха? – разозлился Альберт, взглядом метая молнии ей в спину.       – О, еще как пойдешь, не сомневайся. – Фелисити щелкнула пальцами, и Алберт замер, когда попытался напасть на нее. – За мной. – властно скомандовала она.       Мужчина без лишнего сопротивления последовал за ней. Его глаза в панике замельтешили по комнате. Он был в сознании, но тело ему больше не подчинялось.       Они пришли на кухню.       – А теперь ты сядешь и допьешь все это. – с издевкой произнесла девушка, кивнув в сторону коробки, в которой стояло пять бутылок пива. – А потом мы сходим к твоим четвероногим любимцам.       – Нет!! Они ненавидят пьяных людей, СУКА! – мысленно ужаснулся мужчина.       – Поверь, я это прекрасно знаю. – лениво протянула Фелис и откинула прядь волос за спину, замечая, как в глазах мужчины блеснули удивление и страх. – Саймон рассказывал мне о твоих домашних питомцах. А теперь, садись и пей.       Алберт попытался сопротивляться, но все было безрезультатно. Он сел за стол и начал выполнять приказ. Мысленно он обзывал девушку всеми возможными ругательствами, проклинал ее, но Фелисити даже бровью не повела, и только уголки ее губ слегка приподнялись. Она внимательно наблюдала за его действиями, иногда отвлекаясь на собственный маникюр. Хоть мужчина и был под контролем девушки, он прекрасно чувствовал опьянение, как мутнело сознание и как становилось невесомым тело. Но в такие моменты с яркой улыбкой на лице Фелис вытаскивала его сознание наружу, не позволяя провалиться в алкогольное забытие.       Минут через двадцать, когда все бутылки были пусты, и в крови Альберта, наконец, была нужная запредельная доза алкоголя, Фелисити повела его на улицу. Мысленно мужчина попытался отговорить девушку от похода в вольер. Даже извинился за содеянное с ней и с Оливером. Естественно, это было из-за страха, поэтому в этих словах не было и капли искренности.       Время уже перевалило далеко за полночь, на улице было холодно, а земля была покрыта тонким слоем тающего снега. Пока они шли, Ватгер до чертиков замерз, хоть и был в штанах, которые девушка заставила его надеть. Еще и камни, валяющиеся на дороге, больно впивались в босые ноги. А вот Блэкберд... Альберт опустил взгляд на землю и судорожно сглотнул. Следов на земле за ней не было. Девушка смело шагала по замерзшей земле, совершенно не чувствуя холода. Даже кожа не покрылась мурашками. Он вновь принялся молить ее о прощении, пообещав, что сознается во всем, что делала с ней и Оливером. И не только.       Они обошли дом и оказались у небольшого вольера с несколькими будками, окруженного высоким заграждением из металлической проволоки. Рыжая вяло взмахнула рукой в его сторону, и дверь тут же открылась, предлагая гостям войти. Судя по тому, что еще никто не выбежал их встречать, собачки спали.       – Заходи. – приказала Фелис, но мужчина продолжал стоять на месте, сопротивляясь и плача. – Ого. Довольно неплохо... – она хрипло рассмеялась, и в следующую минуту Ватгер почувствовал, будто какая-то невидимая сила скрутила все его органы, и он рухнул на колени. – Знаешь, – Фелисити присела перед ним на корточки. – Перед неминуемой смертью у людей открывается так называемое второе дыхание, чтобы сопротивляться воздействию магии. Но, к твоему большому сожалению, нихрена тебе не избежать своей участи. Как бы ты там не молил о прощении и прочей херне. – нравоучительно протянула она и, пару раз ткнув его пальцем по лбу, выпрямилась. – Вставай и заходи.       Мужчина поднялся довольно быстро и даже как-то неестественно, словно кукловод резко дернул вверх за веревочки свою марионетку. Его взгляд потух от безысходности, а сердце забилось с неимоверной скоростью, будто его вот-вот стукнет инфаркт. Стоило Альберту только сделать пару шагов внутрь, как дверца за ним захлопнулась. Причем довольно громко, чтобы разбудить здешних жильцов.       Они не заставили себя долго ждать.       Из будок вылезли четыре собаки. Темная шерсть на их спинах была взъерошена, и они выглядели взволнованными. Судя по их мускулистому телосложению, они были изъ какой-то бойцовской породы. Этот придурок выращивал их для собачьих боев, но и для плана Фелис они сгодятся.       Альберт таращился на них с ужасом, мысленно отдавая своим питомцам команду не приближаться. Собаки с настороженностью посмотрели на хозяина и шумно втянули носом воздух, тут же ощетинившись, демонстрируя острые клыки. Вот только они лишь рычали и не двигались.       – Повеселимся? – на лице Блэкберд появилась безумная улыбка, пока она смотрела точно мужчине в глаза сквозь ограждение. – Можно. – дала она команду, взглянув на собак.       Это слово стало сигналом для животных – они тут же набросились на Ватгера, вгрызаясь в его тело зубами и когтями. Кровь сначала стекала по голому телу тонкими струйками, а потом уже и обильными потоками. Мужчина отключался от адской боли, но девушка держала его сознание на плаву. Чтобы он не пропустил ни один укус, ни один коготь или клык, разрывающие его. Чтобы он не переставал чувствовать боль. Она даже дала ему небольшую возможность владения телом. А то было бы не слишком интересно. Почувствовав «свободу», Альберт попытался вырваться из-под собак, отползая назад, но животные не отпустили его и только сильнее засадили когти в плоть, оттаскивая вглубь вольера. Мужчина попытался спастись, цепляясь пальцами за землю, оставляя за собой глубокие борозды.       Но вдруг собаки перестали грызть его тело, но не выпускали его из плена клыков и когтей. И стоило ему даже слабо вздрогнуть, как клыки и когти погружались глубже в плоть.       – Вот ты же вроде такой набожный, Альберт... – вдруг как-то отстраненно протянула Фелисити, снова присев на корточки перед ограждением, и обняла голые коленки руками. – Ты должен сказать мне «спасибо». Я готовлю тебя к тому, что ждет тебя в аду. Жаль, конечно, что огненный дождь я тебе устроить не могу, поэтому пришлось немного схалтурить. Но ничего, ты вдоволь насладишься этим в аду.       – Тебя ждет... участь и похуже... больная стерва. Ты будешь вечно плавать в говне или кипеть в смоле, как подобает ведьме. – превозмогая боль, Альберт попытался мысленно рассмеяться, но вместо этого хрипло застонал.       – Притормози, мистер набожник. – рыжая протестующе выставила руку вперед. – Ты, конечно, молодец, что понял, кто я. Но не ровняй всех под одну гребенку. Если мне не изменяет память, то ведьм и колдунов там ждет немного другое, и вроде как попроще... Вроде бы говорилось про то, что «их головы усажены на тела задом на перед, так, что взоры, пытавшиеся заглянуть слишком далеко, теперь устремлены на пятки, а по спинам стекают молчаливые слезы». Как по мне, это куда лучше постоянного огненного дождя, нет? Да и вообще, странно это как-то, не находишь... – Блэкберд почему-то прям прорвало пооткровенничать с ним напоследок. – Ведьм ведь считают приспешницами дьявола. Так почему все думают, что он обретет своих слуг на какое-то наказание? Скорее всего, тех, кто сам отдал свою бессмертную душу на растерзание в обмен на магию, правда ждет такая участь. Но... видишь ли, я такой родилась. – глаза девушки снова резко почернели, и мужчина вздрогнул от испуга, – Душу я не продавала. Поэтому, думаю, у меня будут немного другие условия для попадания вниз. А с тобой все ясно, как божий день. Ты же не думал, что за то, что ты трахаешь детей, но при этом постоянно ходишь в церковь, то попадешь в рай?       В ее голове вдруг возникла одна мысль, которую она тут же осуществила, и зашептав что-то себе под нос, щелкнула пальцами. Собаки вновь продолжили то, что остановила Блэкберд, и в то же мгновение ее уши чуть не пострадали от громкого вопля. Мужчина взглянул на ее недоумевающими глазами, из которых обильно текли слезы. А Фелисити только довольно закрыла глаза. Она не могла упустить возможность вдоволь насладиться его криками, поэтому наложила вокруг них заклинание тишины, чтобы больше никто не услышал эти жуткие вопли.       Альберт кричал, проклинал девушку, звал на помощь и приказывал питомцам отпустить его, но их уже было не остановить. Уж Фелисити об этом позаботилась. Она всего-то чуть-чуть обострила их инстинкты, которые проснулись в них, стоило только почуять пьяного мужчину.       Через пару минут мужские крики уже были не такими громкими, и больше походили на какое-то невнятное хриплое бормотание. Прекрасное зрелище, но вот только что-то все равно было не так. И Фелисити даже догадывалась, что именно. Пасть с острыми клыками одной из собак вдруг сомкнулась на мужском члене, и мужчина тут же взвыл, срывая голос, выгнувшись от боли, понимая, что ждет его дальше.       – Тебе же так нравилось пихать свой грязный член во все, что движется… Так что такое? – невинно хлопая глазами, протянула Блэкберд, следя за тем, как мужчина корчится от боли.       Ватгер впился пальцами в землю, глядя на девушку со злобой и ненавистью. И если бы взглядом можно было убивать, то Фелисити уже давно была бы мертва. А может и нет, кто знает. Прошла пара секунд, прежде чем он истошно закричал и остался без своего любимого причиндала.       Собаки никак не реагировали на его подрыгивания и продолжали грызть свою жертву, жестоко разрывая и терзая его, находя слабые места на теле, которые поддавались легче всего. Одна из собак подошла к его лицу, и замерла. Альберт перевел испуганный взгляд с собаки на Фелисити и обратно.       – Передавай привет Саймону, больной ублюдок. – с ненавистью прошипела девушка.       Она взглянула ему в глаза, и в следующую секунду собачья пасть вгрызлась ему поперек лица. А потом к ней присоединились и остальные. Мужское тело забилось в конвульсиях и, издав предсмертный хрип, обмякло.       Фелис внимательно осмотрела последствия своих действий. Пасти собак были в крови, что тонкими струйками стекала на землю. Мужское истерзанное тело было полностью красным и с огромными рванными ранами. Где-то даже сквозь мышцы виднелись кости, а на земле валялись ошметки плоти. Лицо было полностью изуродовано, из-за чего опознать труп по фотографии было бы невозможным. Ну, в принципе опознавание по фото и не требовалось. С чувством выполненного долга Блэкберд перенеслась домой и легла спать.              На следующий день все новостные СМИ трубили о произошедшем. Утром все статьи носили примерно одинаковый характер:              «Альберт Ватгер мертв. Пьяного мужчину загрызли его же собаки, когда он хотел их накормить. Растерзанное тело покойного в вольере нашла собственная жена, вернувшись утром домой с ночной смены!»              Весь город соболезновал утрате. Но буквально через час отношение общественности к этой новости изменилось, и все благодаря новым шокирующим заголовкам:              «Мистер Ватгер – насильник и педофил! На протяжении нескольких лет он жестоко насиловал собственного пасынка и выкладывал видео в интернет. Доказательства нашлись в его ноутбуке. Мальчик госпитализирован, его ждет долгое восстановление. Мать, она же вдова, в шоке от происходящего. Семье потребуется помощь психолога».              Настоящая Фелис наблюдала за той «Фелис» со стороны, удивляясь и ужасаясь. Она не помнила этого. Вернее, помнила те газетные статьи, но то, что им предшествовало – нет. Это все казалось одним сплошным кошмарным сном.       Девушка опустила взгляд вниз и оторопела, увидев, что теперь и ее руки были черными. Она оказалась на месте той самой «Фелис», стоявшей в лесу, такая же обнаженная и с распущенными волосами.       – Что за чертовщина... – девушка нервно оттряхнула руки, пытаясь стряхнуть с себя тьму.       – Ох, самая что ни на есть, дорогуша. – раздался бархатистый голос у нее за спиной.       Фелис резко обернулась и отшагнула назад от испуга. На траве в пару шагах от нее сидел черный кот и смотрел на нее своими горящими красными глазами.       – Сэйлем? Откуда ты тут, маленький Сатана? – удивленно прошептала Фелис и снова осмотрелась, выискивая того, кто говорил с ней.       Кот вальяжно походкой подошел к ней и потерся о голые ноги, обойдя девушку. А когда он оказался у нее за спиной, Фелис почувствовала, как широкая мужская ладонь вдруг приобняла ее за талию, и накрыла низ живота. Она хотела обернуться и ударить незнакомца, но вместо этого замерла и тяжело задышала от переполнивших ее эмоций, овладевшими в этот момент. Жар и холод. Трепет и волнение. Ведьма облизнула губы и сглотнула ком в горле. Чужая рука начала медленно подниматься выше по животу, и только когда она подобралась ближе к груди, Фелис нашла в себе силы, сделала резкий шаг вперед, и обернулась.       Она опять увидела Сэйлема, вот только на это раз глаз с него она уже не сводила.       – Ты не Сэйлем, да?       – Так назвала меня твоя подруга. – снова раздался тот же бархатный голос со стороны кота. – А так у меня довольно множество имен...       Поняв, что она не спятила, Фелисити моргнула, после чего увидела на месте кота обнаженного мужчину. Очень красивого. Темные вьющиеся волосы, доходившие ему до скул, выгодно подчеркивали красивое лицо. А под его ногами ползали змеи.       Ведьма снова почувствовала трепет, смешанный с волнением. И волнение это было отнюдь не от вида его обнаженного тела, а от мощной энергии, что исходила от него. Блэкберд была далеко не глупой девушкой и сразу вспомнила описание одного мужчины из дневника Реджане.       – Ты вед уже знаешь, кто я, дитя мое? – мужчина загадочно улыбнулся, оглядывая девушку и медленно подходя к ней.       Ведьма кивнула, хотя страх сковывал ее движения. Она знала имя этого существа, которое многие боялись произносить вслух.       – Ты тогда хорошо повеселилась, дорогая. – усмехнулся Дьявол и, повернув голову, взглянул на что-то.        Фелис сделала точно то же самое, но лишь поджала губы от увиденного. Она смотрела на себя, наблюдавшую за расправой над Ватгером.       – Что это было? Что это? – не сдержалась ведьма и, снова взглянув в глаза мужчине, показала ему свои почерневшие руки.       – Твоя сила, конечно же.       Люцифер сделал шаг ближе, воздух между ними потеплел, заполнившись странным ароматом, похожим на аромат цветов, распустившихся среди пепла.       – Я этого не помню... Как это возможно? – девушка недоверчиво покачала головой и обняла себя за плечи, все еще глядя на Дьявола.       – Иногда ведьма, подвергшаяся ярким и сильным эмоциям, может потерять власть над своими способностями. Это тогда и произошло. – объяснил Сатана.       Фелис задумалась, пытаясь вспомнить, когда именно она так по-зверски убила человека. Заметив ее напряжение, Сатана щелкнул пальцами, после чего пространство между ними тут же изменилось. Они находились в одиночной больничной палате. И Фелис увидела себя, лежавшую на кушетке под тонким белоснежным покрывалом. Повернувшись на бок и отвернувшись от двери, та Фелис молча плакала, мертвой хваткой вцепившись пальцами в подушку.       Фелис поняла, что это было за время. Это была ее первая ночь после пробуждения в больнице после того случая, как Кейси почти что до смерти избила ее. Именно тогда старая Фелисити умерла.       – Тогда ты не была готова к такому вот откровению, твои же силы решили скрыть эти знания от тебя. И как ты могла заметить, твои способности намного больше, чем ты думала.       – Потому что они принадлежат тебе? – почему-то довольно грубо спросила девушка, насупившись.       – Нет, дитя мое, они принадлежат тебе самой. – поправил он мягко, почти ласково, и нежно провел пальцами по ее щеке, вызвав на теле девушки табун мурашек, которые ей было невозможно скрыть. – Я всего лишь подарил твоим предкам особый дар, и теперь он твой навеки.       Кое-какой вопрос не давал ей покоя.       – Тогда то, что произошло между мной и Майклом было запланировано? – все же осторожно поинтересовалась она. – Мои чувства к нему навязаны тобой?       Они снова оказались в лесу. Мягкий серебристый туман окутывал его, становясь гуще, создавая атмосферу почти гипнотического спокойствия. Светящиеся листья двигались сами собой, рисуя причудливые узоры на земле. Слишком красивая картинка, с учетом того, КТО был перед ней. Видимо, не хочет пугать её раньше времени...       – Я, конечно, всемогущ, но это тоже исключительно твои чувства, ведьма. Хотя, вынужден признать, что твои предки связаны с моими детьми.       – Детьми? – переспросила Фелис, боясь, что ей послышалось.       – Ты первая из своего рода, кто так сблизился с тьмой. – задумчиво протянул Сатана и пошло улыбнулся, окинув ведьму откровенным взглядом. – Ну, кроме Реджане, конечно. Ты так на нее похожа, дорогая.       – Фу! Не надо про это! – с возмущением фыркнула она. – Я уже начиталась, хватит!       – Твоя семья должна была служить моей воле, но они сбились с пути. – усмехнувшись с реакции, продолжил Сатана, но девушка увидела, как ожесточились его черты лица. – Ведьмы, твоего рода, что должны были помогать моим детям устроить на земле апокалипсис, игнорировали свое предназначение. Начиная с внучки Реджане, они становились все более набожными. – почти что выплюнул он.       Фелис хмыкнула, вспомнив, что бабушка и правда, словно какая-то помешанная, таскала ее в церковь на проповеди каждую неделю, и заставляла заучивать библию. Особенно после того как ей было восемь.       – Но разве ты не говорил Реджане, что попросишь еще одну душу? А теперь ты говоришь, что мои предки сталкивались с другими Антихристами. – вдруг опомнилась Фелис и нахмурилась.       – Их было не так много, как ты думаешь. Зачать Антихриста не так-то и просто. – Сатана наклонился ближе к лицу молодой ведьмы.       Он дал волю рукам, опуская их по плавным изгибам обнаженного девичьего тела. Неведомое чувство зародилось в груди девушки, пульсируя подобно току электричества, проходящему сквозь тело. Фелис смотрела на него, не имея силы оторвать глаз. Все же Люцифер был самым прекрасным из ангелов. Майкл явно пошел в папочку.       Сатана хитро усмехнулся, увидев в мыслях девушки образ своего сына.       Он никогда никого не любил, поэтому и не ожидал, что с его сыном случится такое. Майклу посчастливилось найти такого человека, который в прямом смысле слова умер ради спасения своей любви. Умер ради спасения жизни Антихриста. Сатана не был разочарован тем, что после нескольких неудач решил дождаться тринадцатой ведьмы.       – Как и было написано в дневнике Реджане, ты обладаешь потенциалом стать величайшей ведьмой всех времен. Важно только признать свое происхождение и раскрыть весь спектр своих способностей. Если, хочешь, конечно.       Фелис задумалась, тщательнее обдумывая его слова. И она поняла. Вот оно что... Ее душа останется при ней, если она откажется от магии. Но готова ли она отказаться от нее в сложившейся ситуации? Конечно же нет.       – Аластар говорит, что после возвращения я пока разряжена. – она взглянула на Сатану, заметив, как его губы дрогнули в довольной ухмылке. – Как сраная израсходованная батарейка... Сможешь вернуть мою силу? Не хочу оставаться такой беспомощной и бесполезной.       – Пока не время.       – Но почему?! - она эмоционально пртопнула ногой.       – Сейчас Майкл занят своим предназначением. Явись ты к нему сейчас такая... как ты выразилась, разряженная, и, как бы это противно ни звучало, он размякнет. И в таком случае ведьмы не упустят возможность расправиться с ним. Майкл пусть и силен, но все еще неопытен. Сейчас им скорее всего движет не желание свершить свое предназначение, а желание отомстить ведьмам.       – Отомстить?       – За смерть своих любимых женщин.       Фелис взглянула на него широко распахнутыми глазами. И ей было до одури приятно, что ее смерть послужила для Майкла таким вот толчком к действиям. И она поняла, что не хотела бы делать Майкла слабым.       – Я верну свои силы обратно? – Фелис подняла руки между их обнаженными телами и положила их Сатане на грудь, чтобы снова привлечь его внимание к ее почерневшим рукам.       – Когда придет свое время. – мужчина отошел от ведьмы, довольно хмыкнув. – Просто следуй наставлениям моего дорого Аластара.       Сатана протянул руку ведьме. Неосознанно Фелис сделала первый шаг навстречу, чувствуя, как ее тело наполняется силой. И когда их пальцы соприкоснулись, Фелис очнулась в своей постели.       Ощущение бурлящей в крови силы исчезло, но подушечки ее пальцев все же были черными. Однако спустя секунду тьма исчезла, и кожа стала обычной.       Какое-то шевеление в ногах привлекло ее внимание, поэтому, приняв сидячее положение, ведьма тут же одернула тонкую простынь и еле подавила испуганный визг. В ее ногах ползало несколько змей.       Фелис их не боялась, но все же недолюбливала. Когда ей было пять, одна укусила ее за шею, когда маленькая Фелис гуляла в парке. Но эти змеи на нее не нападали. Они медленно шевелились, заползая ей на ноги, и поднимаясь выше. Фелис не двигалась и лишь молча наблюдала за их передвижениями, словно боясь напугать их. Змеи, гибко изгибаясь, скользили по телу. Их холодные языки касались кожи, вызывая мурашки от макушки головы до кончиков пальцев. Чувствуя прикосновение холодной чешуйчатой кожи, девушка закрыла глаза. Давления было приятным. Добравшись до талии, каждая из змей замедлив ход, зависла ненадолго, словно оценивая следующий участок маршрута. Затем они синхронно двинулись вверх, обвивая туловище, а затем мягко огибая обнаженные груди. Видимо во сне ей стало жарко, поэтому она стянула с себя майку.       Фелис будто вновь ощутила на себе прикосновения Люцифера, как когда во сне он трогал ее тело. Тихо прошипев ей на ухо, змеи забрались к ней на плечи и по выпрямленным рукам сползли обратно на кровать, а после и на пол. Все еще находясь под впечатлением, Фелис наблюдала за ними ровно до того момента пока они не скрылись в тени шкафа и не исчезли.       Рухнув на спину, ведьма приложила руку к левой груди, где бешено колотилось заведенное после столь неожиданной встречи сердце.       *Конец*              Блэкберд бесцеремонно зашла в комнату Нэйтена. И сразу же пожалела, что не постучала…       Друг был… очень занят...       На кровати на спине лежал довольно симпатичный мужчина. Между его широко расставленных ног над ним нависала девушка. На поясе у нее были закреплены ремни с черным дилдо, которым она трахала мужчину под собой. Нейтен же пристроился позади девушки и с блаженством на лице вколачивался уже в нее.       Фелис прикрыла глаза и для приличия, правда, все же постучала о дверной косяк.       Повернув голову, друг заметил ее, но не замедлился даже на мгновение. Гостью заметили и двое других... а потом девчонка, откинувшись на груди Нейтена предложила ей присоединиться, но ведьмочка отказалась.       – Не расстраивайся, Рита. Она просто по симпатичным блондинчикам. – усмехнулся Нейтен и страстно поцеловал любовницу в шею, запустив руки ей между бедер.       Фелис показал ему средний палец и, сложив руки на груди и наклонив голову вбок, взглянула на парня, и недовольно произнесла:       – Заканчивайте давай свои потрахушки, время поджимает. – после этого она поймала на себе взгляды гостей Нейтена. – Vamos sair daqui! – довольно резко обратилась она к ним.       – Куда ты так торопишься. Не конец света же. – усмехнулся парень, и на его слова Фелис промолчала и лишь красноречиво выгнула бровь. – Дьявол! – выругался друг, спрыгивая с кровати.       Девушка недовольно застонала, но Нейтен щелкнул пальцами его любовники тут же исчезли. В ту же секунду мобильные телефоны запищали. Фелис недоуменно нахмурилась и, пока парень одевался, прочитала сообщение.       – Блядь.... Тут сообщают о приближающейся ядерке! – с паникой затараторила Блэкберд.       В этот момент ее телефон сошел сума – на экране, просто не переставая, стали мелькать оповещения из разных социальных сетей о начавшейся третьей мировой войне и конце света.