listen, we are family too

Скэриэл, сгорая от обиды, смотрел, как профессор кривит губы, возвращая его безупречную работу. Как, вообщем, и всегда. — Не вижу здесь должной глубины, мистер Лоу. Вам еще учиться и учиться, — Скэр слышал это чаще, чем слово «привет» или «чернь». И сейчас это было еще в легкой форме. Лоу уже представлял, как на перерыве он идет по коридору, его хватают за руку и читают дооооолгую лекцию о том, что он должен лучше стараться. Потом, по сценарию, он захочет плюнуть Гедеону в лицо, но сдержится, и, напоследок, получит подзатыльник и «не хочешь работать — вали». А Скэриэл, блять, работает. У него работы лучше многих чистокровных, но это никого не волнует, потому что Лоу — полукровка, его можно гасить по умолчанию. Лоу забирает свой лист — почти вырывает под скептичный взгляд преподавателя и быстро удаляется. Только дверью не хлопнул.

***

Скэриэл плетется, внутри кипя от злости. Думает, что он бы разнес тут всех, но… — Стоять, — резкий, но шибко знакомый голос заставляет со вздохом остановиться. — У меня хорошая работа. И ты знаешь, что это так на самом деле, — Лоу оборачивается, смотрит с вызовом, скрестив руки на груди. Ненаглядный наставник оказывается рядом быстро. Наверное, даже быстрее, чем он узнает о результатах тестов и работ подопечного. Смотрит раздраженно, даже зло, но Скэр перебивает заранее, — ты сам ее проверял. — Дай-ка посмотреть, — Оскар появляется как всегда неожиданно. Возникает за спиной Хитклифа, светя идеальной улыбкой. Гедеон переключается на секунду на него, моментально становясь еще злее, — что? Мне посмотреть нельзя? — Это уже третий неут за эту неделю, ты издеваешься? — Гедеон пылает. Буквально, — ты хочешь, чтобы тебя просто поперли и все? Не позорься и… — Тихо-тихо-тихо, давай не будем устраивать суд прямо тут, да? — Вотермил снисходительно улыбается, стараясь сгладить ситуацию. Аккуратно вытаскивает лист из рук Лоу, запихивая в карман пиджака, — все, нет проблемы. Пошлите, а? Кофе хотя бы выпьем.

***

— Ну? Нормальная работа, не сказал бы, что тут что-то… — Объективно, недочеты есть, но не настолько критичные, — Гедеон задумчиво потер висок. Заправил прядь за ухо. Вздохнул, откидывая работу на стол. Спасибо, что кофе не вылил сверху. — Тебя просто завалили, — подытожил Оскар. — Да что ты? А я не знал то, — огрызнулся Лоу. — Будь поспокойнее, — Гедеон метнул на него недовольный взгляд, нахмурившись, — это… — Несправедливо, — перебил Оскар. — Вроде того. — Вроде того?! — Лоу чуть не вскочил на месте, настолько негодовал, — ты серьезно? — Да. Ты ожидал чего-то другого от учебы здесь? Хочешь сказать, что думал, тебя будут оценивать на одном уровне с чистокровными? — Скэриэл скривил губы в досаде. Гедеон прав, да. Но это не отменяло факта того, что его работа все еще на достойном уровне. Он бы ответил Хитклифу, но тот поспешил прервать его еще на мыслях, — иди. Скоро… — И пойду, — Лоу резким движением взял вещи, развернувшись, направился подальше от тупого-Гедеона-что-он-вообще-о-себе-думает-дебил. Оскар пару секунд переводил взгляд с удаляющейся фигуры Лоу на Гедеона и обратно. — Может все-таки поговоришь с преподом? Ты же… — Может поговорю. — Хорошо, — Вотермил сдался: Гедеон буквально железно-бетонный, если он чего-то не хочет или наоборот, то только так и будет.

***

Первая пара — сущий ад. Особенно для Оскара, который еще двадцать минут назад сладко спал. Особенно если на этой паре нужно что-то сдавать. — Доброе утро, Гедеон, — протараторил Оскар, падая на место рядом с ним. Гедеон прошелся по нему взглядом: лохматый, запыхавшийся и однозначно проспавший. — Ты как всегда вовремя, — он хмыкнул, переводя взгляд куда-то в сторону доски. — Да ладно, я почти успел. — Ты в курсе, что сейчас сдача доклада? — Хитклиф снова сверил его скептичным взглядом. — О да, — Оскар улыбнулся так, что Гедеону показалось, будто тот принес с собой собранный самостоятельно вручную атомный реактор. Даже если это не относилось к предмету, — и я чудесно подготовился. — Да ну? На моей памяти ты никогда не готовился. А насчет«чудесно» я вообще молчу. — Мне кажется, ты меня недооцениваешь, — Оскар состроил обиженное лицо, — сам посмотришь. Гедеон хмыкнул, отвлекаясь от Оскара на перекличку.

***

Вотермил вышел отвечать с такой самодовольной улыбкой, что Гедеон ожидал услышать что угодно. Буквально. Сейчас в аудиторию въедет цирк? Вполне возможно. Оскар упадет на колени и будет умолять о тройке? Только так. Три карлика вырубят препода и Оскар торжественно объявит, что пары не будет? Вероятно. Но точно не того, что Оскар с уверенным видом сдаст работу и начнет распинаться слабо выученным докладом Скэриэла. Гедеон в общем и целом понимал ход мыслей непутевого Оскара: сейчас ему поставят какую-никакую, дай бог, четверку и, оп, можно предъявить насчет того, почему у Лоу, который точно знал материал намного лучше Оскара, незачет. Интересный способ, но Вотермилу при таком раскладе поставят не просто неут и пересдачу, его еще и вся академия будет обсуждать. В какой момент они так спелись с «гадким Скэриэлом»? Наверное, месяц назад еще друг друга терпеть не могли, а сейчас Оскар, видите ли, готов за Лоу бороться своей репутацией? Она у него, конечно, не самая чистая и положительная, но все же. Материал Оскар скорее не знал, чем знал. У Гедеона даже проскользнула мысль, что тот единственный раз после сдачи Скэриэла, когда Оскар читал работу, и стал последним. Преподаватель с написанным на лице замешательством просматривал листы, попутно морщась, когда Вотермил говорил вообще не по теме. — Достаточно, мистер Вотермил, — он со вздохом опустил его работу, сжимая в руках, — что ж. Я удивлен. Не знаю, кто делал за вас эту работу… — Что вы! Я все сам… — Не смешите меня, Оскар, вы в жизни выше тройки у меня не получали. А это могла бы быть твердая пятерка, если бы не то, как вы это изложили. Так что… получаете вы слабую четверку. Оскар ухмыльнулся, посмотрел на Гедеона, забрал работу и снова упал рядом с ошарашенным Хитклифом. — Ну? Теперь видишь? Мы получили подтверждение того, что работу Скэриэла не просто «хорошая» — она отличная. — Ты идиот, — заключил Гедеон, даже не глядя на него. — Да почему? — Ты хоть представляешь, что о тебе будут потом говорить абсолютно все? — Да ладно, — он улыбнулся, откидываясь назад, — а когда обо мне хорошо говорили? Тем более, мне здесь учиться осталось всего-ничего, а Скэру еще четыре года. — Когда он из «гадкого Лоу» стал «Скэром»? — Не ревнуй, Гедеон, — Оскар тихо засмеялся, заглядывая тому в лицо. Гедеон повернулся, чтобы бросить что-то едкое. — Я не… — того перебили слова преподавателя, заставив разочарованно переключить внимание.

***

Гедеон подозрительно отцепился от Скэриэла в последние три дня. Не припоминал его «неут» и даже не жучил на тренировках. Стареет? А вот беда пришла откуда не ждали. На перерыве между парам Лоу попросил зайти к нему тот самый человек, который несколько дней назад назвал его работу «ошибкой и неудачей». Он не выглядел зло и яростно, недовольно, но Скэриэл привык к такой реакции на свое присутствие. Смотрел с легким раздражением, но в то же время даже с какой-то усталостью и смирением, словно принимал неизбежное. — Садитесь, — Скэр резко возродил в голове все советы Гедеона о том, как казаться круче и увереннее, — не буду скрывать: вы мне не шибко симпатизируете. Но даю вам шанс: если вы прямо здесь и сейчас перескажете мне то, что изложено здесь, — он потряс папкой в воздухе, — у вас будет «отлично». Скэриэл открыл рот, но тут же закрыл. Сейчас не время ерничать. Лоу начал пересказывать по памяти выученное неделей ранее. Поначалу получалось криво-косо, но потом дело пошло в гору. Не зря он это зубрил так, чтобы реально среди ночи можно было пересказать. — Что ж, — когда Скэриэл замолчал, его вновь сверили холодным взглядом, — поздравляю. Держите. Скэриэл забрал работу, все еще тупо пялясь вперед. — Эм, — он замялся, — я могу идти? — Да, — на него даже не посмотрели, отмечая что-то в графе оценок, — а, и передайте мистеру Вотермилу, чтобы зашел. Прямо сейчас. — Хорошо, — Лоу поспешил выйти, тихо прикрывая дверь. И замер. И что это было? Понятное дело, что Гедеон постарался. Но настолько? Чтобы Скэриэлу не просто позволили пересдать, но еще и влепили высший балл. Он быстро напечатал Оскару, что его ждут на эшафот и уже развернулся в нужную сторону, но резко врезался в кого-то. Действительно, в кого же. — У тебя новая тактика? Ты теперь пытаешься убить меня не на тренировках, а прямо в коридоре? Похвально, но… — Что у тебя? — Гедеон-крутой-вообще-вау-Хитклиф снова перебил его. — Отлично? — скорее спросил, чем ответил, — если там реально отлично, то… — Там реально отлично, — Гедеон усмехнулся, вспоминая, как двадцать минут распинался перед парой преподов, доказывая, что Оскару с работой Лоу поставили четверку и то потому, что он что-то невнятное блеял, а Скэриэлу, идеально знавшему материал, ебанный неут, — там точно отлично. Иди на следующую пару, — Гедеон уже почти прошел мимо него, когда Скэриэл не совсем уверенно проговорил: — Спасибо? — Не за что, — он обернулся, — но спасибо Оскару скажешь. — Что… — О, а вот и Оскар, — Гедеон махнул так, будто уже вообще не здесь, — удачи, Оскар. Вотермил кивнул, улыбнулся Скэру и залетел туда, откуда только что вылетел Скэриэл. Так много вопросов и так мало ответов.

***

Все знали, что Оскар не способен на подобный уровень анализа. И именно поэтому Оскар получил выговор. А в подарок к выговору он получил «прикинь, Вотермил стянул работу у полукровки, это же…» — на очередное такое высказывание, услышанное в коридоре, он с улыбкой развернулся, замечая: — У полукровки хотя бы стоит «отлично». А у тебя напомни-ка, что? А, точно, тройка. Вотермил представлял себя в крутом фильме, типа он такой гангстер. Что говорили ему там вслед, Оскару было уже плевать. Он шибко спешил на тренировку — не свою, в последнее время он талисманом сидит, наблюдая за тем, как Гедеон делает из Скэриэла супер-пупер профессионала. Ну так, чтобы не убил вдруг. На подходе в зал он услышал негромкое: — Усердие ценится выше, чем чистота крови. Если, конечно, заставлять оценивать честно, — Гедеон выдал что-то похожее на улыбку, — ты же понимаешь, что это лишь ничего в масштабе твоего обучения здесь? Я не всегда буду рядом, чтобы побежать и выбить заслуженный результат, а Оскар не всегда будет творить что-то настолько тупое, но действенное. Скэриэл кивнул. Понимал. И именно поэтому сейчас стоял в зале перед Гедеоном, третий час уже отрабатывая ненавистное фехтование.