Автоботы: Сила внутри

Утро. Командный центр. Оптимус стоял перед командой, освещенный холодным светом голограмм с данными, извлеченными из подземной лаборатории. Его голос был размеренным, но каждый слог был нагружен тяжестью: —...Таким образом, у нас есть неполные схемы «Проекта Нова», список предположительно похищенных лиц и упоминания о внешнем консультанте под кодовым именем «Фармакон». Цель Мегатрона ясна — создание армии искусственно пробужденных людей. Наша цель — остановить его, пока эта армия не стала реальностью. Он начал распределять задачи: Магнус и Смоукскрин — углубиться в цифровые следы и попытаться вычислить «Точку Альфа»; Бамблби и Клиффджампер — проверить места последних исчезновений людей, подходящих под профиль жертв; Арси и Балкхед — обеспечить безопасность оставшихся выживших в больницах, на случай, если Десептиконы решат ликвидировать свидетелей. Когда речь снова зашла о загадочном «Фармаконе», Рэтчет поднял руку. —У меня есть идея. Я был знаком с одним... очень талантливым медиком. Гениальным, но его идеи всегда балансировали на грани этики. Он занимался экспериментами по усилению физиологии, нейрохирургией. Специализация подходит. Возможно, это он. Или, по крайней мере, он может знать, кто в этих кругах способен на такое. Позволь мне встретиться с ним, Оптимус. Оптимус задумался на секунду, оценивая риски. —Хорошо. Но не один. Уилджек пойдет с тобой. И помните — это разведка, не геройство. Узнайте, что можно, и возвращайтесь. После совещания. Пока другие разбивались на группы и обсуждали детали, к Рэтчету и Уилджеку подскочил Триаж, его глаза горели азартом. —Можно с вами? Можно с вами? Пожаааалуйста! — он смотрел на Рэтчета с щенячьим энтузиазмом. — Триаж, это не экскурсия, — сухо отрезал Рэтчет, собирая свою медицинскую сумку. — Это может быть опасно. Ты еще не готов. — Да ладно тебе, док, — вступился Уилджек, хлопнув Триаджа по плечу. — Парень так хочет. И два глаза хорошо, а три — лучше. Тем более, его нюх на химикаты может пригодиться, если там будет какая-нибудь лаборатория. Рэтчет тяжело вздохнул, понимая, что спор проигран. —Ц... Ладно, — сдался он. — Но если что-то случится, это на вашей совести. И ты, — он ткнул пальцем в грудь Триажа, — делаешь только то, что я скажу. Никакой инициативы. Понятно? — Понятно! Спасибо! — Триаж сиял. Дорога. Машина Рэтчета мчалась по уходящим на окраину города дорогам, пока не свернула на грунтовку, ведущую вглубь старого леса. Вскоре они остановились у невзрачного деревянного домика, затерянного среди деревьев. Место выглядело заброшенным и уединенным. — Рэтчет, ты уверен, что нам сюда? — Уилджек нахмурился, осматриваясь. — Ты же сказал, твой знакомый — хирург. Престижная работа. А это... больше похоже на обитель отшельника. — Был хирургом, — поправил его Рэтчет, глуша двигатель. — Несколько лет назад его исследования сочли... слишком радикальными. Этический комитет отстранил его, а потом и вовсе признали невменяемым после инцидента с неутвержденной имплантацией. Лицензию отобрали. Теперь он живет тут. — Он вышел из машины. — На всякий случай будьте начеку. Рэтчет подошел к двери и постучал. Триаж нервно переминался с ноги на ногу позади Уилджека, который занял позицию в пол-оборота, готовый в любой момент среагировать. Дверь со скрипом открылась. На пороге стоял невысокий, худощавый мужчина лет под сорок. На голове у него были забавные очки в толстой оправе, сдвинутые на лоб. Он был в поношенном домашнем халате поверх простой футболки и штанов. Несмотря на простую одежду и легкую небритость, в его глазах светился живой, острый интеллект. — Приветствую, — его голос был спокойным и гостеприимным. Взгляд скользнул по троим гостям и остановился на Рэтчете. — Привет Трепан, узнаешь?— приветливо спросил Рэтчет Лицо Трепана озарилось узнаванием. — Рэтчет? Конечно, помню. Я никогда не забываю умных коллег. Проходите, проходите. Угощу вас кофе. А вы, молодой человек, наверное предпочитаете чай? — он кивнул в сторону Триажа. "Как он узнал что я не пью кофе?" — пронеслось у юноши в голове. Агенты, обменявшись быстрыми взглядами, переступили порог. Дверь закрылась за ними с тихим щелчком, отрезая их от внешнего мира и погружая в неизвестность дома человека, которого когда-то звали доктор Трепан. Агенты вошли в небольшую, заставленную книгами и странными механическими деталями гостиную. Воздух пах старым пергаментом, металлом и слабым химическим запахом. Трепан поставил на старую газовую плиту закопченный чайник. — Ну что ж, как поживаешь, Трепан? — вежливо, слегка натянуто начал Рэтчет, пытаясь сохранить видимость светской беседы. Трепан обернулся, и в его глазах, увеличенных линзами очков, мелькнула насмешливая искорка. —Оу, дорогой друг, не стоит этих любезностей, — его голос прозвучал ровно, почти равнодушно. — Вы же здесь явно не для того, чтобы обсудить мои огородные успехи или состояние здоровья. Что вас привело в мою... скромную обитель? Рэтчет обменялся быстрым взглядом с Уилджеком. Притворяться дальше не имело смысла. Он глубоко вздохнул. —Что тебе известно о «Фармаконе»? И как он связан с Десептиконами? Имя, произнесенное вслух, подействовало на Трепана как удар тока. Его лицо, секунду назад такое спокойное, исказилось. Брови взметнулись вверх, а губы растянулись в неестественной, почти сумасшедшей улыбке. —Фарма"кон"? — он произнес слово с преувеличенным акцентом, а затем его смех прорвался наружу. Сначала это был тихий хихикающий звук, который быстро перерос в истеричный, громкий хохот. — Ха-ха... хахахахаха! О, это великолепно! Кто это придумал? Кто взял мой старый псевдоним и изменил в нем несколько букв?! Из «Фармабота» получился «Фармакон»! Это же до смешного глупо! Плагиат низшего пошиба! Его смех эхом отдавался в тесной комнате. Уилджек нахмурился, его рука незаметно опустилась ближе к скрытому оружию. Триаж выглядел напуганным, Рэтчет сохранял спокойствие. — У вас нет идей, кто это мог быть? — спросил Уилджек, стараясь говорить спокойно, но его голос перекрыл хохот Трепана. — Думаю, я знаю, кто, — раздался новый, низкий и грубый голос, полный власти и усталой горечи. Все повернулись к звуку. На лестнице, ведущей на второй этаж, стоял высокий, мощно сложенный мужчина. Он медленно спустился вниз, и по мере его приближения Трепан казался рядом с ним еще более тщедушным. Незнакомец был одет в простую, но добротную одежду, а его лицо, испещренное шрамами и ожогами, хранило следы былых битв и невероятной силы. В его взгляде читалась тяжелая, подавленная ярость и глубокая усталость. — Простите... а вы кто? — робко спросил Триаж, зачарованно глядя на гиганта. Незнакомец остановился рядом с Трепаном, который наконец утихомирил свой смех. —Меня зовут Оверлорд, — его голос был подобен далекому раскату грома. — Когда-то... я возглавлял Десептиконов. Я был их лидером, пока в наши ряды не влилась новая кровь. Молодые, амбициозные, полные ненависти к этому миру и жаждущие перекроить его под себя. «Ди», который позже взял имя Мегатрон... В честь первого основателя...Саундвейв... И Шоквейв... — он произносил эти имена с ледяным презрением. — Они устроили переворот. Устранили старую гвардию. Меня... сочли мертвым, бросив в глуши. Чудом я выжил только потому, что этого сумасшедшего, — он кивнул на Трепана, — потянуло на «прогулку» за редкими грибами с псилоцибином, и он нашел меня. Он сделал паузу, его взгляд тяжело лег на Рэтчета. —А что касается вашего «Фармакона»... — губы Оверлорда искривились в безрадостной усмешке. — У меня есть сильные подозрения, что за этим псевдонимом скрывается Шоквейв. Он всегда был больше ученым, чем солдатом. У него были... теории и идеи. О совершенствовании плоти, о слиянии машины и органики, о создании идеальных слуг. И он не гнушался никаких средств для проверки своих гипотез. Только в отличие от Трепана он делал это не ради благих целей... В комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь шипением закипающего чайника. Информация, только что обрушившаяся на них, была ошеломляющей. Бывший лидер Десептиконов... и Шоквейв, один из самых опасных и изощренных их врагов, стоящий за кошмарными экспериментами. Миссия только что перешла на совершенно новый, куда более опасный уровень.