Автоботы: Сила внутри

К утру небо над коттеджем затянуло низкими облаками, но дождь наконец прекратился. Сосны стояли неподвижно, роняя с иголок тяжёлые капли. Внутри дома было тихо — спали почти все, кроме Рэтчета, который уже привычно проверял состояние Оптимуса, и Бамблби, устроившегося в кресле у окна с чашкой почти остывшего чая. Первым шум мотора услышал Магнус. Он спал чутко, по-солдатски, и вскочил ещё до того, как машина остановилась у ворот. Следом поднялись остальные — тихо, без паники, но с напряжёнными лицами. — Свои, — сказал Уилджек, выглянув в окно. Арси вышла из машины первой, поправила сбившийся воротник куртки и оглядела дом с оценивающим прищуром. Следом за ней, зевая во весь рот, выбрался Балкхед — его массивная фигура на фоне утренних сосен казалась частью леса, таким же древним и незыблемым. Клиффджампер выскочил последним, ёрзая и то и дело поправлял ремень сумки, которую тащил на плече. — Долго вас ждать? — спросила Арси, когда дверь открылась, и, не дожидаясь ответа, шагнула внутрь. Бамблби оказался рядом с ней раньше, чем кто-либо успел моргнуть. Они обнялись — коротко, крепко, как брат и сестра, прошедшие через многое и не нуждающиеся в лишних словах. — Цела? — спросил Би, отстраняясь и заглядывая ей в лицо. — Целее тебя, — усмехнулась Арси, кивнув в сторону его заживающих ссадин на руках. — У вас тут было весело, как я погляжу. — Не то слово, — вздохнул Бамблби. Балкхед, войдя в дом, сразу направился к кухне — его природное чутьё на еду было безошибочным. Клиффджампер засеменил следом, на ходу рассказывая что-то о том, как они три дня прятались в каком-то заброшенном ангаре и как ему это категорически не понравилось. Команда была в сборе. Оптимус настоял на совещании, несмотря на протесты Рэтчета. Прайм сидел во главе стола — бледный, осунувшийся, но с привычным стальным блеском в глазах. Повязки скрывали раны, но каждое движение давалось ему с трудом, и Рэтчет то и дело бросал на него тревожные взгляды, готовый в любой момент вмешаться. За столом собрались все. Арси — рядом с Бамблби. Балкхед — напротив Клиффджампера. Магнус — по правую руку от Оптимуса. Смоукскрин — слева, рядом с ним Уилджек. Рэтчет пристроился в торце, чтобы видеть всех. Трепан и Оверлорд стояли у стены. Триаж сидел в кресле у камина, прижимая к себе кружку с тёплым молоком. Детей отправили играть в другую комнату, чтобы не мешали. — Итак, — начал Оптимус, обводя всех взглядом. —у кого нибудь есть мысли по поводу того что происходит? — Он помолчал, давая каждому время осознать тяжесть вопроса. Их обвиняют в сотрудничестве с десептиконами... На каких основаниях? Почему они пришли с оружием, готовые стрелять на поражение? Вопросов много. Ответов почти нет. — Фоулер не говорил ничего конкретного, — подал голос Бамблби. — Просто объявил приказ. Сказал, что мы отстранены и должны пройти с ними. Когда мы попытались возразить — открыли огонь. — Это не похоже на стандартную процедуру, — заметил Магнус. — Если бы у них были реальные доказательства, нас бы вызвали на допрос. Арестовали бы официально. Но стрельба без предупреждения… — он покачал головой. — Кто-то дал им приказ не церемониться. — Кто-то, кто хочет, чтобы мы исчезли, — тихо сказала Арси. — Вместе с правдой. В комнате повисла тяжёлая тишина. Все думали об одном и том же, но никто не решался произнести вслух. Если их хотят уничтожить — значит, они знают или имеют что-то, что кому-то очень мешает. Но что именно? — Нужно искать, — нарушил молчание Смоукскрин. — Копать. Выяснять, кто за этим стоит и почему. — Согласен, — кивнул Оптимус. — Но сейчас наша главная задача — остаться в живых. Безопасность — прежде всего. — Кстати о безопасности, — Уилджек поднялся с места, и все взгляды обратились к нему. — У нас есть кое-что… для этого. В этот момент в дверь постучали. Три коротких, условленных стука. Но вся команда была в сборе. Ждать больше было некого. Все напряглись. Руки потянулись к оружию, тела подались вперёд, готовые к действию. Арси уже наполовину встала, Балкхед замер с ложкой у рта. Даже дети в соседней комнате, почувствовав напряжение взрослых, притихли. — Спокойно, — Смоукскрин поднял руку, призывая всех замереть. — Всё в порядке. Он направился к двери, и только Уилджек не выглядел удивлённым — наоборот, он кивнул Смоукскрину, подтверждая что-то. — Это свои, — сказал Смоукскрин, открывая дверь. На пороге стояли Шанель и Нокаут. Шанель была одета в тёплый свитер и джинсы — без привычных элегантных костюмов она выглядела почти по-домашнему. Нокаут, напротив, был безупречен, как всегда — даже после долгой дороги его пальто сидело идеально, а волосы не растрепались. За их спинами темнел лес, и где-то вдалеке крикнула птица. — Проходите, — пригласил Уилджек, жестом показывая внутрь. — Мы со Смоуком кое-что придумали, — пояснил он, когда все расселись за столом. — Для дополнительной защиты. Нокаут и его способности нам понадобятся. И Шанель — чтобы поддерживать уровень энергии. Рэтчет нахмурился, переводя взгляд с Уилджека на Смоукскрина и обратно. — Когда вы успели это придумать? — Ночью, — пожал плечами Смоукскрин. — Нам не спалось. Встретились на балконе. Поговорили. — И за два часа управились, — добавил Уилджек, кивнув в сторону коридора. — Прибор уже готов. Осталось только зарядить. Оптимус, несмотря на слабость, подался вперёд. — Что за прибор? — Иллюзионный генератор, — пояснил Уилджек. — Стационарный. Нокаут сможет зарядить его своей энергией, а потом он будет работать автономно, создавая вокруг дома защитный контур. Снаружи никто не заметит признаков жизни — ни тепла, ни звуков, ни движений. Только лес и пустой дом. — Это даст нам время в случае чего, — кивнул Магнус. — Драгоценное время. — Тогда не будем его терять, — Рэтчет поднялся. — Делайте. Все переместились в подвал — там Уилджек со Смоукскрином развернули оборудование. Прибор выглядел внушительно: сложное переплетение проводов, кнопок и металлических пластин, собранное с хирургической точностью. Он занимал почти весь стол, тихо гудел и мерцал голубоватым светом. Нокаут подошёл к нему, снял пальто, закатал рукава. Шанель встала рядом, положив ладонь ему на плечо — готовая подпитывать, стабилизировать, не дать упасть в изнеможении. — Готов? — спросил Уилджек. — Всегда готов, — усмехнулся Нокаут, но в глазах его была серьёзность. Он положил ладони на центральный кристалл. Прибор замерцал ярче, загудел на другой ноте. Нокаут закрыл глаза, сосредоточился. Энергия потекла от него к прибору — видимая даже невооружённым взглядом, как рябь в воздухе в жаркий день. Шанель стиснула его плечо, её лицо напряглось. Она отдавала столько же, сколько отдавал Нокаут прибору, балансируя, распределяя потоки, не давая ни одному из них перегореть. Все молча смотрели. Оптимус — опёршись на косяк, потому что сил стоять прямо уже не было, но уйти он не мог. Рэтчет — сцепив руки за спиной, профессиональным взглядом оценивая состояние обоих. Бамблби и Смоукскрин — с затаённым дыханием. Процесс занял несколько минут. Когда Нокаут убрал руки, прибор замерцал ровным, спокойным светом — и продолжал работать уже сам. — По идее, — выдохнул Нокаут, и в его голосе слышалась непривычная усталость, — сработало .. — Ты молодец, — сказал Смоукскрин, хлопнув брата по плечу. — Я знаю, — слабо улыбнулся Нокаут, и Шанель подхватила его под локоть, уводя к креслу. — Но сейчас я скорее труп. Дайте мне полчаса и что-нибудь сладкое. — Чай с печеньем, — предложил Триаж, уже бегущий к кухне. — И мёд, — добавил Нокаут, садясь в кресло Вскоре дом снова погрузился в относительную тишину. Нокаут сидел у камина, Шанель сидела рядом, вместе пили чай. Остальные разбрелись по комнатам — кто отдыхать, кто обсуждать дальнейшие планы, кто просто смотреть в окно на сосны, которые теперь, благодаря иллюзии, казались чуть более пустыми, чем раньше. Оптимуса Рэтчет уложил в кровать, несмотря на слабые попытки сопротивляться. — Ты нужен нам живым, — сказал он жёстко. — Не геройствуй. Прайм подчинился. Но прежде чем закрыть глаза, он поймал взгляд Бамблби, который стоял в дверях. — Рэтчет прав, тебе нужен отдых, — поддержал медика Би. — Отдыхай. Рэтчет ушел из комнаты к детям, а Би наоборот вошёл в чашкой чая и поставил на тумбочку около Оптимуса В доме было тихо. Тепло. И впервые за долгое время — безопасно.